Административная ответственность адвоката

Основания для дисциплинарной ответственности адвоката (часть I)

Вице-президент ФПА РФ, представитель ФПА РФ в Южном ФО 30 января 2017 г.

Профессиональные обязанности адвоката значительно шире его обязанностей при оказании квалифицированной юридической помощи

1. У судей есть, у прокуроров есть, у следователей есть, а у адвокатов?
За поведение вне непосредственно профессиональной деятельности судьи, прокуроры, следователи несут дисциплинарную ответственность.
Кодекс судейской этики содержит специальную главу «Принципы и правила поведения судьи во внесудебной деятельности», Кодекс этики прокурорского работника РФ тоже содержит специальный раздел «Основные правила поведения прокурорского работника во внеслужебной деятельности». На сотрудников и служащих Следственного комитета РФ распространяются ограничения, запреты и обязанности, установленные Федеральным законом «О государственной гражданской службе Российской Федерации».
Только в адвокатуре продолжаются споры о дисциплинарной ответственности за поведение вне непосредственно профессиональной деятельности. Некоторые коллеги не хотят признавать правомерной такую ответственность, даже отдельные судьи иногда грешат подобным подходом. Попытаемся убедить их в обратном.
2. Чтобы основываться на традициях, их надо знать.
Кодекс профессиональной этики адвоката (далее – КПЭА) устанавливает, что его нормы приняты в целях «развития традиций российской (присяжной) адвокатуры, которая всегда сознавала свою нравственную ответственность перед обществом», и, если вопросы профессиональной этики не урегулированы КПЭА, адвокат обязан соблюдать сложившиеся в адвокатуре обычаи и традиции (преамбула и п. 1 и 3 ст. 4).
Каковы традиции присяжной адвокатуры? Приведем лишь пять примеров отношения присяжной адвокатуры к поведению адвоката вне профессиональной деятельности, собранные А.Н. Марковым в 1913 г.
Вопрос о том, могут ли подлежать обсуждению Совета поступки членов сословия присяжных поверенных, совершенные ими в сфере не профессиональной их деятельности, а частной жизни, Совет всегда разрешал утвердительно, исходя из того положения, что личность человека, его характер и нравственные качества не могут быть дробимы по отдельным сферам его деятельности, что поступки, совершенные в сфере частной жизни данного лица, могут оказаться несовместимыми с достоинством и честью того же лица, как члена сословия, а потому и вызвать со стороны Совета порицание или даже и дисциплинарное взыскание (Мск. 02/03-202, ч. 2). Присяжный поверенный не может подлежать дисциплинарному суду Совета за действия, касающиеся сферы его частной, домашней и хозяйственной жизни, если эти действия не имеют характера преступного или предосудительного настолько, что лишают присяжного поверенного доверия, свойственного его званию (СПб., 87/88-25). Помощник присяжного поверенного пользовался трудом безработного в кредит, уволил его от службы, не рассчитавшись с ним, и только Судом бывший письмоводитель мог осуществить свое не только юридическое, но и нравственное право на ничтожный заработок. Такие действия позорят сословие (Мск. 08/09-202, ч. 3). Должно считаться предосудительным для присяжного поверенного уклонение от принятия повестки о предъявленном к нему иске. Если даже допустить, что присяжный поверенный не находился в городе во все те сроки, когда к нему направляли повестку, то все-таки представляется непростительным с его стороны то обстоятельство, что он, будучи осведомленным о предъявленном к нему иске, в течение полугода не явился в канцелярию Суда для добровольного принятия повестки (Мск. 899/900-68, ч. 2; 83/84-84; 09/10-559, ч. 3). «Учреждая сословие присяжной адвокатуры, – высказывал Совет в одном из своих решений (отчет Совета 1900 г., с. 114), – законодатель даровал ему самоуправление, без которого немыслимы его независимость и свобода. Единственным законным органом его самоуправления является Совет, обязанный иметь за подведомственными ему присяжными поверенными такой надзор, который служил бы «средством к водворению и поддержанию между ними чувства правды, чести и сознания нравственной ответственности перед правительством или обществом» (комментарии к ст. 354 Учр. Суд. Уст.). Отсюда следует, что не только профессиональная, но и всякая другая общественная деятельность присяжного поверенного, даже его частная жизнь могут дать повод к вмешательству дисциплинарной власти Совета; такой повод может возникнуть иногда даже среди самой интимной, семейной обстановки. Такие деяния, например, как жестокое обращение с женой, нанесение ей побоев, присвоение ее капитала, должны подлежать ведению Совета, так как при констатировании этих деяний виновный в них не может носить звания присяжного поверенного» (Мск. 03/04-463, ч. 2; 87/88-106; 09/10-106,ч. 3). Комментарии излишни и вывод очевиден. Наши основоположники строго оценивали поведение присяжных поверенных не только в непосредственно профессиональной деятельности, но и во всякой другой общественной деятельности и даже, в определенных случаях, в их частной жизни. 3. А как обстоят дела у либеральных заморских коллег?

В Германии Федеральным законом об адвокатуре установлено, что «Адвокат должен добросовестно исполнять свои профессиональные обязанности – как в рамках своей профессии, так и вне их, он должен быть достойным того уважения и доверия, которого требует положение адвоката».
Общими для этических кодексов юристов большинства штатов в США являются нормы о предназначении и профессиональных качествах юриста и его деятельности, ориентирующие адвоката на исполнение не только служебного, но и общегражданского долга. В США широко используется практика, заключающаяся в том, что адвокат является, помимо всего прочего, служащим юридической системы и публичным гражданином, несущим особую ответственность за качество правосудия. Концепция «публичного гражданина» предполагает, прежде всего, то, что адвокат является представителем своей профессии в любое время и должен своим поведением демонстрировать особое уважение к праву и способствовать его улучшению. Адвокат должен соответствовать требованиям права как в сфере оказания помощи клиентам, так и непосредственно в личной жизни, в своем повседневном поведении даже за рамками осуществления адвокатских функций (на досуге, на отдыхе и т.п.).
4. Международные стандарты и правила адвокатской профессии.
4.1. КПЭА (ст. 1) устанавливает, что правила поведения адвоката основаны на международных стандартах и правилах адвокатской профессии.
Примером таких стандартов и правил являются Основные принципы, касающиеся роли юристов (далее – Принципы), принятые восьмым Конгрессом ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями (Гавана, Куба, 27 августа – 7 сентября 1990 г.), которые посвящены юристам, осуществляющим защиту в уголовном судопроизводстве. Применительно к России эти Принципы касаются, прежде всего, адвокатов.
Указанные Принципы, в частности, устанавливают, что адвокаты при всех обстоятельствах сохраняют честь и достоинство, присущие их профессии (п. 12).
Все дисциплинарные меры определяются в соответствии с кодексом профессионального поведения и другими признанными стандартами, профессиональной этикой адвоката и в свете настоящих Принципов (п. 29). Иными словами, основаниями для ответственности адвоката являются не только те, которые прямо прописаны в КПЭА, но и те, которые указаны в других признанных стандартах.
4.2. Международный кодекс этики, принятый одной их крупнейших и авторитетнейших адвокатских организаций – Международной ассоциацией юристов (МАЮ), устанавливает следующее правило: «Юристы всегда должны поддерживать честь и достоинство своего профессионального сообщества. В ходе осуществления практики, равно как и в частной жизни, они должны воздерживаться от любого поведения, которое может вести к дискредитации профессионального сообщества, членами которого они являются» (п. 2).
Кроме того, указанные Принципы ООН и Международный кодекс этики, по сути, являются общепризнанными принципами международного права и, следовательно, составной частью российской правовой системы (п. 4 ст. 15 Конституции РФ).
4.3. КПЭА (ст. 1) устанавливает, что адвокаты вправе руководствоваться нормами и правилами Общего кодекса правил для адвокатов стран Европейского сообщества, если они не противоречат Федеральному закону «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» (далее – Закон об адвокатуре) и КПЭА.
Общий кодекс правил для адвокатов стран Европейского сообщества, определяя место адвоката в общественной жизни, указывает, что обязанности адвоката «не ограничиваются добросовестным исполнением своего долга в рамках закона. Адвокат должен действовать в интересах права в целом…» (п. 1.1). Эта норма Кодекса ЕС также, по сути, является общепризнанным принципом международного права и, следовательно, составной частью российской правовой системы.
5. Основания для дисциплинарной ответственности по Закону об адвокатуре и КПЭА.
При внимательном и непредвзятом прочтении норм Закона об адвокатуре и КПЭА в них усматриваются практически все те основные правила поведения адвоката, заложенных присяжной адвокатурой, которые предусмотрены общепризнанными международными стандартами и правилами адвокатской профессии.
5.1. Закон об адвокатуре устанавливает, что адвокат несет дисциплинарную ответственность за неисполнение либо ненадлежащее исполнение своих профессиональных обязанностей (п. 2 ст. 7).
В той же статье перечислены обязанности адвоката, к которым относятся не только добросовестное отстаивание прав и законных интересов доверителя, участие в уголовном судопроизводстве в качестве защитника по назначению и оказание юридической помощи бесплатно в случаях, установленных законом (подп. 1, 2 п. 1 ст. 7). Закон указывает и такие обязанности адвоката, как постоянное совершенствование знаний и повышение квалификации, ежемесячное отчисление средств на общие нужды адвокатской палаты и содержание соответствующего адвокатского образования, соблюдение КПЭА и исполнение решений органов адвокатского самоуправления (подп. 3, 4, 5, 6 п. 1 ст. 7).
В п. 2 ст. 17 Закона об адвокатуре установлено, что статус адвоката может быть прекращен по решению совета адвокатской палаты субъекта РФ на основании заключения квалификационной комиссии, во-первых, при неисполнении адвокатом профессиональных обязанностей перед доверителем и, во-вторых, при нарушении адвокатом норм КПЭА или неисполнении решений органов адвокатской палаты.
5.2. Принятие КПЭА и его назначение определены в п. 2 ст. 4 Закона об адвокатуре «Законодательство об адвокатской деятельности и адвокатуре» и таким образом придает КПЭА статус законодательного акта.
Государство доверило адвокатскому сообществу самостоятельно разработать этические правила профессии и делегировало высшему органу самоуправления адвокатуры, Всероссийскому съезду адвокатов, разработать квазизаконодательные нормы профессионального поведения для лиц, имеющих адвокатский статус, а также основания и порядок привлечения их к дисциплинарной ответственности. Всероссийский съезд адвокатов в 2003 г. принял КПЭА, в последующие годы неоднократно вносил изменения и дополнения в Кодекс. По общему правилу каждый орган имеет право толковать те нормы, которые он издает, поэтому Всероссийский съезд адвокатов вправе толковать нормы КПЭА.
Федеральный закон от 2 июня 2016 г. внес в Закон об адвокатуре дополнения, предусматривающие, в частности, создание Комиссии по этике и стандартам как коллегиального органа Федеральной палаты адвокатов РФ, дающего обязательные для всех адвокатских палат и адвокатов и утверждаемые Советом ФПА РФ разъяснения по вопросам применения КПЭА.
Таким образом, правом толкования КПЭА обладают Всероссийский съезд адвокатов и Совет ФПА РФ при утверждении разъяснений Комиссии по этике и стандартам и суды не должны самостоятельно толковать такие разъяснения.
5.3. КПЭА, как и Закон об адвокатуре, предусматривает дисциплинарную ответственность адвоката не только за нарушения им профессиональных обязанностей при непосредственном осуществлении деятельности по оказанию юридической помощи, но и за любое иное поведение, которое порочит его честь и достоинство или наносит ущерб авторитету адвокатуры.
В частности, в КПЭА указано, что он принят в целях поддержания профессиональной чести, развития традиций адвокатуры, которая всегда сознавала свою нравственную ответственность перед обществом. Существование и деятельность адвокатского сообщества невозможны без заботы адвокатов о своих чести и достоинстве, а также об авторитете адвокатуры (преамбула КПЭА).
Адвокат при всех обстоятельствах должен сохранять честь и достоинство, присущие его профессии. В тех случаях, когда вопросы профессиональной этики адвоката не урегулированы законодательством об адвокатской деятельности и адвокатуре или настоящим Кодексом, адвокат обязан соблюдать сложившиеся в адвокатуре обычаи и традиции, соответствующие общим принципам нравственности в обществе (п. 1 и 3 ст. 4 КПЭА).
Убежденность доверителя в порядочности, честности и добросовестности адвоката являются необходимыми условиями доверия к нему. Адвокат должен избегать действий (бездействия), направленных к подрыву доверия (п. 1 и 2 ст. 5 КПЭА).
Не только выполнение профессиональных обязанностей по принятым поручениям, но и осуществление адвокатом любой иной деятельности не должно порочить честь и достоинство адвоката или наносить ущерб авторитету адвокатуры (п. 4 ст. 9 КПЭА).
Следовательно, адвокат несет ответственность не только за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей перед конкретным доверителем по конкретному делу, т.е. за нарушение профессиональных обязанностей в узком смысле этого слова. Основаниями для дисциплинарной ответственности адвоката являются нарушения достаточно широкого круга обязанностей связанных с принадлежностью к адвокатской профессии, с адвокатским статусом.
5.4. Это обстоятельство отметил VI Всероссийский съезд адвокатов в своем Обращении к адвокатскому сообществу «О соблюдении правил профессиональной этики».
При этом необходимо обратить внимание на то, что Закон наделяет Всероссийский съезд адвокатов полномочиями принимать КПЭА и устанавливать основания для дисциплинарной ответственности адвоката, которые могут развивать и углублять основания, перечисленные в Законе об адвокатуре, а также принимать изменения и дополнения КПЭА. Поэтому Всероссийский съезд адвокатов вправе толковать и комментировать КПЭА.
В Обращении VI Всероссийского съезда адвокатов подчеркивается, что к профессиональным обязанностям адвоката относятся не только его деятельность, непосредственно связанная с оказанием юридической помощи доверителю по конкретным поручениям. Круг обязанностей адвоката, присущих его профессии, существенно шире и включает в себя целый комплекс иных профессиональных обязанностей.
Продолжение читайте
Правила адвокатской профессии в России: Опыт систематизации постановлений Советов присяжных поверенных по вопросам профессиональной этики. Составил член Совета присяжных поверенных округа Московской судебной палаты Александр Николаевич Марков. Москва, 1913 год / Сост.: А.В. Воробьёв, А.В. Поляков, Ю.В. Тихонравов; отв. ред. Ю.В. Тихонравов. М.: Статут, 2003. 384 с. Примеры публикуются в сокращенном виде. Орешин Е.В. Этико-правовое регулирование взаимоотношений адвоката и клиента в США // Вопросы современной юриспруденции: сб. ст. Новосибирск: СибАК, 2013.
Кубышкин А.В., Шаров Г.К. Некоторые аспекты регулирования вопросов адвокатской этики в США // Адвокат. 2007. № 5. С. 81–93. Поделиться Прямая ссылка на материал: Поделиться: Поделиться

Вопрос 35. Дисциплинарная ответственность, виды взысканий, порядок их наложения и снятия. Меры поощрения за добросовестную работу.

Нарушение адвокатом требований законодательства об адвокатуре и Кодекса профессиональной этики адвоката, совершенное умышленно или по грубой неосторожности, влечет применение мер дисциплинарной ответственности, предусмотренных Кодексом профессиональной этики адвоката. В соответствии с п. 2 ст. 4 Закона об адвокатуре Кодекс устанавливает основания и порядок привлечения адвоката к ответственности. Данная норма направлена на регулирование отношений складывающихся в рамках адвокатуры.

Дисциплинарное производство включает две стадии: разбирательство в квалификационной комиссии адвокатской палаты субъекта РФ и разбирательство в совете адвокатской палаты субъекта. Привлечение адвоката к дисциплинарной ответственности и применение мер дисциплинарного взыскания является исключительной компетенцией совета адвокатской палаты. Поводами для возбуждения дисциплинарного производства являются:

1) жалоба, поданная в адвокатскую палату другим адвокатом, доверителем адвоката или его законным представителем а равно – при отказе адвоката принять поручение без достаточных основании – жалоба лица, которому отказано в оказании юридической помощи;

2) представление, внесенное в адвокатскую палату вице-президентом адвокатской палаты или органом государственной власти уполномоченным в области адвокатуры, сообщение суда (судьи) в адрес адвокатской палаты.

Президент палаты отказывает в возбуждении дисциплинарного производства и возвращает документы заявителю в случае получения жалобы или обращения, которые не могут быть признаны допустимым поводом для возбуждения дисциплинарного производства, а равно полученных от лиц, не имеющих права ставить вопрос о возбуждении дисциплинарного производства. В заседании, в котором состоялось разбирательство по существу, квалификационная комиссия дает заключение по возбужденному дисциплинарному производству. Следующая стадия дисциплинарного производства проходит в Совете адвокатов, который обязан принять решение по дисциплинарному производству на основании заключения квалификационной комиссии не позднее одного месяца с момента его вынесения.

Совет вправе принять по дисциплинарному производству решение:

1) о наличии в действиях (бездействии) адвоката нарушения норм законодательства об адвокатской деятельности (или) Кодекса профессиональной этики адвоката, о неисполнении или ненадлежащим исполнении им своих обязанностей перед доверителем или адвокатской палатой и о применении к адвокату мер дисциплинарной ответственности-

2) о прекращении дисциплинарного производства в отношении адвоката;

3) о направлении дисциплинарного производства квалификационной комиссии для нового разбирательства вследствие существенного нарушения процедуры, допущенного ею при разбирательстве.

Решение совета по дисциплинарному производству может быть обжаловано адвокатом, привлеченным к дисциплинарной ответственности, в трехмесячный срок со дня, когда ему стало известно или он должен был узнать о состоявшемся решении. Если в течение года со дня наложения дисциплинарного взыскания адвокат не будет подвергнут новому дисциплинарному взысканию, он считается не имеющим дисциплинарного взыскания. Совет вправе до истечения года снять дисциплинарное взыскание по собственной инициативе, по заявлению самого адвоката, по ходатайству адвокатского образования, в котором состоит адвокат.

В соответствии со ст. 30 Закона об адвокатуре установление мер поощрения адвокатов в соответствии с Кодексом относится к компетенции собрания (конференции) адвокатов адвокатской палаты субъекта РФ.

Мерами дисциплинарной ответственности адвоката могут быть замечание, предупреждение, прекращение статуса адвоката. Статус адвоката может быть прекращен по решению совета адвокатской палаты субъекта РФ по основаниям, предусмотренным п. 2 ст. 17 Закона об адвокатуре.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

ФПА увеличила сроки давности за адвокатские нарушения

Совет Федеральной палаты адвокатов утвердил важные пояснения: как применять новые сроки давности привлечения адвокатов к дисциплинарной ответственности, допускающей в том числе лишение статуса.
Недавно Всероссийский съезд адвокатов принял поправки в Кодекс профессиональной этики адвокатов. Помимо прочего, увеличен до двух лет срок давности для наказания адвоката за какие-либо нарушения кодекса. Раньше адвоката можно было привлечь к ответу перед коллегами лишь за проступки, совершенные не больше года назад. Сейчас у недовольных клиентов появилось больше времени, чтобы подумать, писать или нет жалобу на защитника. Но здесь возникает тонкий юридический момент: имеют ли такие поправки обратную силу? Допустим, полтора года назад адвокат сделал нечто такое, к чему можно предъявить претензии. По старым правилам, срок давности уже вышел. Но если некто обиженный принесет жалобу сейчас, после принятия поправок, вправе ли адвокатская палата начать разбирательство?
Нет, время ушло. Комиссия ФПА по этике и стандартам, которая изучала этот вопрос, решила, что новые сроки могут применяться только к тому, что случилось после 20 апреля этого года (в тот день были утверждены новые поправки). Тогда и начался отсчет нового времени. Именно такой правовой подход и утвердил Совет ФПА. Так что, если какой-то инцидент с адвокатом случился 19 апреля, то дисциплинарное разбирательство с защитником должно закончиться до 19 апреля будущего года. Но если адвокат сделал что-то неправильное (по мнению тех, кто жалуется) уже 21 апреля, то применить к нему какое-то наказание можно вплоть до 21 апреля 2019 года, пишет РГ.

Привлечение адвоката к дисциплинарной ответственности

Порядок привлечения адвоката к дисциплинарной ответственности установлен Кодексом профессиональной этики адвоката (принят Первым Всероссийским съездом адвокатов 31 января 2003 г. с изменениями и дополнениями на 22.04.2015).

В соответствии с положениями Кодекса нарушение адвокатом требований законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и Кодекса, совершенное умышленно или по грубой неосторожности, влечет применение мер дисциплинарной ответственности.

Поводами для возбуждения дисциплинарного производства являются:

1) жалоба, поданная в адвокатскую палату другим адвокатом, доверителем адвоката или его законным представителем, а равно — при отказе адвоката принять поручение без достаточных оснований — жалоба лица, обратившегося за оказанием юридической помощи в порядке статьи 26 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации»;

2) представление, внесенное в адвокатскую палату вице-президентом адвокатской палаты либо лицом, его замещающим;

3) представление, внесенное в адвокатскую палату органом государственной власти, уполномоченным в области адвокатуры;

4) обращение суда (судьи), рассматривающего дело, представителем (защитником) по которому выступает адвокат, в адрес адвокатской палаты.

Жалоба, представление, обращение признаются допустимыми поводами к возбуждению дисциплинарного производства, если они поданы в письменной форме и в них указаны:

1) наименование адвокатской палаты, в которую подается жалоба, вносятся представление, обращение;

2) фамилия, имя, отчество адвоката, подавшего жалобу на другого адвоката, принадлежность к адвокатской палате и адвокатскому образованию;

3) фамилия, имя, отчество доверителя адвоката, его место жительства или наименование учреждения, организации, если они являются подателями жалобы, их место нахождения, а также фамилия, имя, отчество (наименование) представителя и его адрес, если жалоба подается представителем;

4) наименование и местонахождение органа государственной власти, а также фамилия, имя, отчество должностного лица, направившего представление либо обращение;

5) фамилия и имя (инициалы) адвоката, в отношении которого ставится вопрос о возбуждении дисциплинарного производства;

6) конкретные действия (бездействие) адвоката, в которых выразилось нарушение им профессиональных обязанностей;

7) обстоятельства, на которых лицо, обратившееся с жалобой, представлением, обращением, основывает свои требования, и доказательства, подтверждающие эти обстоятельства.

Анонимные жалобы и сообщения на действия (бездействия) адвокатов не рассматриваются.

К мерам дисциплинарной ответственности адвоката относятся: замечание, предупреждение, прекращение статуса адвоката.

Сроки применения мер дисциплинарной ответственности:

— меры дисциплинарной ответственности могут быть применены к адвокату не позднее шести месяцев со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни адвоката, нахождения его в отпуске;

— меры дисциплинарной ответственности могут быть применены к адвокату, если с момента совершения им нарушения прошло не более одного года, а при длящемся нарушении — с момента его прекращения (пресечения).

Дисциплинарное производство осуществляется только квалификационной комиссией и Советом адвокатской палаты, членом которой состоит адвокат на момент возбуждения такого производства.

Полномочиями по принятию решения о возбуждении либо об отказе в возбуждении дисциплинарного производства в отношении адвоката наделен президент адвокатской палаты субъекта Российской Федерации, который должен принять соответствующее решение в течение 10 дней с момента получения обращения.

Участники дисциплинарного производства.

После возбуждения дисциплинарного производства лица, органы и организации, обратившиеся с жалобой (представлением, обращением), адвокат, в отношении которого возбуждено дисциплинарное производство, а также представители перечисленных лиц, органов и организаций являются участниками дисциплинарного производства.Участники дисциплинарного производства заблаговременно извещаются о месте и времени рассмотрения дисциплинарного дела квалификационной комиссией, им предоставляется возможность ознакомления со всеми материалами дисциплинарного производства.

Сроки рассмотрения дисциплинарного производства:

1. Возбуждение дисциплинарного производства: не позднее 10 дней со дня получения жалобы, обращения, представления. Указанный срок может быть продлен до 1 месяца президентом адвокатской палаты либо лицом, его замещающим;

2. Рассмотрение квалификационной комиссией: не позднее 2-х месяцев, не считая времени отложения дисциплинарного дела по причинам, признанным квалификационной комиссией уважительными;

3. Рассмотрение советом адвокатской палаты: не позднее 2-х месяцев с момента вынесения заключения, не считая времени отложения дисциплинарного дела по причинам, признанным советом уважительными.

>Адвокат привлечение к административной ответственности

Особенности процедуры привлечения адвоката к ответственности (Дабижа Т

Рядом авторов вносятся предложения о дополнительных мерах дисциплинарной ответственности, таких как принудительное приостановление статуса адвоката, частичное приостановление статуса адвоката (в виде запрета заниматься определенным видом адвокатской деятельности), принудительное повышение квалификации, запрет адвокату занимать выборные должности в органах адвокатского самоуправления <16>, «иные меры, установленные Собранием (конференцией) соответствующей адвокатской палаты». Безусловным, как нам представляется, является установление запрета на применение к адвокату мер процессуального принуждения, таких как привод и денежное взыскание. Исключение из пункта 2 ст. 111 УПК РФ формулировки о том, что они могут быть применены к «другим участникам уголовного судопроизводства», и уточнение перечня лиц, к которым могут быть применены указанные меры, разрешило спорный вопрос и подтвердило невозможность применения данных мер к адвокату. Таким образом, адвокат наделен уголовно-процессуальным иммунитетом. В связи с этим предложения Е.В. Тугушевой по наделению следователей и дознавателей правом применять к адвокатам меры процессуального принуждения неправомерны сразу по двум основаниям. Во-первых, в силу конституционного принципа равенства и состязательности судопроизводства такие лица, как следователь и дознаватель, не наделены правом дисциплинарного производства в отношении адвоката, а во-вторых, меры процессуального принуждения (привод, наложение денежного взыскания) не применимы к адвокатам в силу положений закона <17>.

Особенности процедуры привлечения адвоката к ответственности (дабижа т.г.)

Гражданская ответственность В случае причинения адвокатом в ходе осуществления своей адвокатской деятельности материального вреда, последний возмещается за счет страховых выплат, производимых адвокатом в порядке обязательного профессионального страхования. Профессиональная ответственность адвоката наступает за три вида правонарушений: нарушение адвокатом норм адвокатской этики, неисполнение или ненадлежащее исполнение адвокатом своих обязанностей перед доверителем и неисполнение решений органов адвокатской палаты. Сразу отметим, что закон говорит о дисциплинарной ответственности адвоката.

ИнфоОднако к дисциплинарной ответственности может быть привлечено лицо, находящееся в трудовых отношениях. Адвокат же является представителем свободной профессии и не является работником. В этой связи мы будем рассматривать «профессиональную» и «дисциплинарную» ответственность как термины синонимы.

За нарушение адвокатом правовых норм следует наступление юридической ответственности. Можно выделить несколько особенностей привлечения адвоката к юридической ответственности. Первая из них заключается в том, что адвокат является специальным субъектом, и поэтому на него не распространяется действие некоторых юридических норм, устанавливающих ответственность за некоторые виды правонарушений (уголовных, административных).

ВниманиеВторой особенностью является то обстоятельство, что в некоторых случаях некоторые виды ответственности корреспондируются в профессиональную ответственность. Например, за нарушение порядка в судебном заседании административная ответственность адвоката корреспондируется в профессиональную. Рассмотрим основные четыре вида ответственности, к которым адвокат может быть привлечен: уголовная, административная, гражданская и профессиональная. Сотов П.В., Каменецкий Р.А.

Как привлечь к ответственности адвоката

Решение о прекращении соответствующего дела может быть отменено лишь при наличии вновь открывшихся обстоятельств О возбуждении уголовного дела или о начале производства по делу об административном правонарушении, предусматривающем административную ответственность, налагаемую в судебном порядке, о прекращении соответствующего дела или о вступившем в законную силу приговоре суда в отношении депутата Государственной Думы орган дознания, следователь или суд в трехдневный срок сообщает Государственной Думе Российской Федерации (статья 20 ФЗ «О статусе…»). Можно ли депутата привлечь к административной ответственности Внимание Российской Федерации. Конференция ЮрКлуба .

ВажноТак как ряд государственных должностей перестал быть социально-привлекательным, для повышения социального статуса лиц, их занимающих, и вводятся административные привилегии. Например, в российском обществе всеобщую зависть, а значит и уважение, вызывает беспрепятственный проезд автомобиля с должностным лицом мимо сотрудника ГИБДД всего лишь при предъявлении служебного удостоверения (в народе получившего название «корочка»). Не затрагивая дискуссию о допустимости или недопустимости института правовых привилегий и иммунитетов3, мы исходим из факта их наличия в нашей правовой системе. Подвергнем научному анализу их применение. Сложившаяся социальная напряженность по поводу «привилегий российского чиновничества» заставляет пересмотреть ряд фундаментальных принципов этого института. Привилегии и иммунитеты должны быть предоставлены «слабой» стороне.
By Владислав Медведев / 9th Март, 2018 / Коммерческое право / No Comments Государственная Дума рассматривает представление Генерального прокурора Российской Федерации в порядке, установленном регламентом Государственной Думы, принимает по данному представлению мотивированное решение и в трехдневный срок извещает о нем Генерального прокурора Российской Федерации. Решением Государственной Думы от Генерального прокурора Российской Федерации могут быть истребованы дополнительные материалы. В рассмотрении вопроса на заседании Государственной Думы Российской Федерации вправе участвовать депутат Государственной Думы, в отношении которого внесено представление.

Как любое лицо, он отвечает за действия своих работников. В настоящее время закон не ограничивает размер ответственности адвоката за нарушение обязательств по договорам, адвокат несет ответственность в полном объеме ущерба. Ограничить эту ответственность можно только в самом договоре об оказании юридической помощи и только за неосторожное нарушение обязательств.
В связи с этим Шаров Г.К. считает целесообразным законодательно предусмотреть ограничения ответственности, такие как ответственность только за реальный ущерб (без упущенной выгоды), ответственность в пределах той работы, в которой выявлены недостатки. Исключением из общего правила о внедоговорности деликтных обязательств является ответственность по Закону о защите прав потребителей. Красавчикова Л.О.

Адвокатура — Адвокатура в условиях судебно-правовой реформы Страница 3 из 4 § 3. Административная ответственность адвоката Административная ответственность адвоката (наряду с уголовной) относится к тем видам ответственности, применение которых выходит за пределы компетенции квалификационных комиссий и советов адвокатских палат. В этих случаях органы корпоративного самоуправления могут лишь принять факт к сведению и отчислить из коллегии проштрафившегося адвоката (лишить адвокатского статуса) с учетом решения, принятого правоохранительным органом.При осуществлении своей профессиональной деятельности адвокат-представитель может стать субъектом административного правонарушения.
ВАК]

  • Мельниченко Р.Г. Адвокат по вызову // Адвокат. № 6. 2007. С. 3-5.
  • Мельниченко Р.Г. Самый тяжкий грех адвоката // Адвокат № 3. 2007. С. 18-20.
  • Ссылки и комментарии к настоящей статье.

Уважаемые авторы! Если материалы настоящей статьи были полезны в Ваших работах, укажите, пожалуйста, в каких именно. Разместить комментарии к настоящей статье. в начало Новости Карта сайта Написать письмо Подробнее… Поиск по сайту Афоризм от Мельниченко Высказывания о Мельниченко См.

другие наградные знаки российских адвокатов из коллекции Мельниченко Р.Г. См. Генеологическое древо Мельниченко Р.Г. См. фирменный стиль адвокатского кабинета Мельниченко Р.Г.

Гражданско-правовая ответственность адвоката перед доверителем

Глава 49 ГК РФ не содержит положений, регулирующих ответственность поверенного за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства, помимо п.3 ст. 978 ГК РФ о возмещении убытков, причиненных доверителю отказом поверенного от исполнения поручения.

Следовательно, к данным правоотношениям должны применяться общие нормы об ответственности, изложенные в п. 1 ст. 393 ГК РФ об обязанности должника возместить кредитору убытки. При этом необходимо принимать во внимание положение п. 1 ст. 15 ГК РФ, согласно которому «лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения убытков, если договором не установлено возмещение убытков в меньшем размере» (п. 1 Ст. 25 ФЗ №63 «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации»).

Таким образом, полагаем, что ответственность адвоката за неисполнение или ненадлежащее исполнение им своих обязанностей может быть ограничена соглашением об оказании юридической помощи.

Однако необходимо принять во внимание положение п. 1 ст. 1 ГК РФ, закрепляющее принцип обеспечения восстановления нарушенных прав лица. Данный принцип не позволяет с полной определенностью говорить о возможности ограничения ответственности адвоката соглашением сторон. Следовательно, полагаем, целесообразным введение в законодательство прямой нормы, ограничивающей ответственность адвоката в виде возмещения реального ущерба. При этом такой ущерб, по общему правилу, должен включать лишь сумму, уплаченную доверителем в качестве вознаграждения адвоката за исполнение поручения и за понесенные им накладные расходы.

Фидуциарный характер договора поручения обусловливает возможность каждой из сторон в любой момент в одностороннем порядке отказаться от исполнения договора. Применительно к адвокатской деятельности, данная норма не действуют в случаях, когда адвокат выступает в качестве защитника доверителя (пп. 6 п. 4 Ст. 6 ФЗ №63 «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации»). В остальных случаях адвокат, как и поверенный, вправе отказаться от принятого на себя поручения, при этом закон освобождает его от обязанности по возмещению убытков доверителя, вызванных таким отказом. Гарантией защиты интересов доверителя в данном случае выступает п.3 ст.978 ГК РФ, который устанавливает, что поверенный обязан возместить доверителю убытки, если односторонний отказ поверенного от исполнения договора совершен в условиях «когда доверитель лишен возможности иначе обеспечить свои интересы» (п. 3 Ст. 978 ГК РФ).

Примечателен в данном случае следующий пример из судебной практики.

Так, кассационным определением Санкт-Петербургского городского суда было отменено Решение Невского районного суда Санкт-Петербурга об удовлетворении иска о взыскании с адвоката денежных средств по соглашению об оказании юридических услуг.Кассационное определение Санкт-Петербургского городского суда от 12.04.2011 по делу № 33-5193/2011.

Фабула дела заключается в следующем. Истица заключила с адвокатом соглашение об оказании юридической помощи. В соответствии с данным соглашением адвокат принял к исполнению поручение об оказании юридической помощи в суде первой инстанции. При этом Истица передала адвокату вознаграждение в размере 52 000 рублей. Истица по данному делу выступала в качестве Ответчика. Решением Приморского районного суда Санкт-Петербурга иск был удовлетворен. Однако Истица решила оспорить Решение Приморского суда и подписала с адвокатом дополнительное соглашение, по которому адвокат должен был предоставить Истице юридическую помощь в суде кассационной инстанции за дополнительное вознаграждение в 10 000 рублей.

Кассационная инстанция отменила Решение Приморского районного суда Санкт-Петербурга. Дело было возвращено в суд первой инстанции.

Однако адвокат отказался вести дело Истицы без предоставления ею дополнительного вознаграждения. Адвокат полагал, что исполнил обязательство по основному и дополнительному соглашению. Истица же настаивала, что адвокат без законных оснований отказался исполнять обязательства по основному соглашению, и обратилась в суд за взысканием с адвоката 52 000 рублей, выплаченных ею в качестве вознаграждения адвоката.

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении требований Истицы, указав, что к сложившимся между сторонами отношениям не применяется Закон «О защите прав потребителей».

Рассмотрев материалы дела, судебная коллегия установила, что суд первой инстанции неправильно определил обстоятельства, имеющие значение по делу, кроме того, Истица не ссылалась на Закон «О защите прав потребителей», а суд не применил положения гл.49 ГК РФ.

Как было установлено судебной коллегией, по основному соглашению сторон обязательства адвоката прекращались окончанием производства по делу в первой инстанции. Учитывая то обстоятельство, что решение первой инстанции было отменено, производство по делу в первой инстанции не было окончено. Следовательно, Истица правомерно рассчитывала на исполнение адвокатом обязательств по основному соглашению после возвращения дела в суд первой инстанции. Кроме того, важным фактором также явилось решение Совета Адвокатской палаты Санкт-Петербурга по жалобе Истицы о привлечении данного адвоката к дисциплинарной ответственности в виде замечания. Как было установлено квалификационной комиссией Адвокатской палаты Санкт-Петербурга, адвокат продолжал представлять интересы Истицы после возвращения дела в суд первой инстанции, однако на судебном заседании он внезапно забрал ордер из дела и покинул заседание.

В рассмотренном случае адвокат действовал недобросовестно, нарушил требования п. 9 Ст. 10 КПЭА, и в результате его внезапного отказа от исполнения соглашения, доверитель был лишен возможности обеспечивать свои интересы в судебном заседании. В связи с этим отмена судебной коллегией решения суда первой инстанции видится совершенно верным.

Тем не менее, взыскание с адвоката всей суммы вознаграждения, уплаченного ему доверителем, было бы несправедливым решением, учитывая, что им была оказана юридическая помощь в суде первой инстанции (при первом рассмотрении дела). Соответственно, вполне оправданным было бы решение о взыскании с адвоката убытков в виде реального ущерба — части стоимости полученного им по соглашению вознаграждения. При этом конкретный размер такого возмещения должен быть установлен с учетом требований справедливости и разумности.

Полагаем, что данный пример подчеркивает наличие у доверителей законодательно установленных способов защиты в случае нарушения адвокатом их законных прав и интересов.

На практике помимо требования о возмещении убытков, доверители зачастую обращаются в суд также за возмещением морального ущерба, причиненного им неисполнением или ненадлежащим исполнением поручения.

Примером может служить следующее судебное дело.Апелляционное определение Санкт-Петербургского городского суда от 19.02.2015 № 33-3217/2015. Так, апелляционным определением Санкт-Петербургского городского суда было удовлетворено исковое заявлением Истицы о взыскании с адвоката, незаконно отказавшегося от осуществления взятой на себя обязанности по защите Истицы в уголовном деле, выплаченного адвокату вознаграждения, а также судебных издержек Истицы. В то же время в силу недоказанности несения Истицей нравственных или физических страданий, вызванных нарушением адвокатом своих обязательств, в удовлетворении требования о взыскании морального ущерба было отказано. Таким образом, для применения такого способа защиты нарушенных прав, как компенсация морального вреда, доверителю необходимо тщательно подготовить соответствующую доказательственную базу, подтверждающую наличие физических и нравственных страданий, и причинно-следственную связь между ними и фактом нарушения адвокатом обязательств по соглашению об оказании юридической помощи.

Необходимо также отметить, что адвокат может быть привлечен к гражданско-правовой ответственности лишь при наличии вины. Вина, как говорилось ранее, презюмируется, иначе говоря, адвокат считается виновным, пока им же не доказана его невиновность. Именно на адвокате лежит бремя доказывания надлежащего исполнения поручения. Доверитель, в свою очередь, должен доказывать лишь наличие договорных отношений с адвокатом. Такое распределение бремени доказывания, на наш взгляд, также является одним из установленных законом гарантий защиты прав доверителя.

Итак, существующая в теории запретительная концепция, отрицающая саму возможность привлечения адвоката к гражданско-правовой ответственности перед доверителем, противоречит принципам, заложенным в гражданском законодательстве. Потребительская концепция гражданско-правовой ответственности адвоката перед доверителем, напротив, видится излишне «радикальной», так как применение норм Закона «О защите прав потребителей» к отношениям между адвокатом и доверителем может вызвать «потребительский экстремизм» и тем самым негативно повлиять на независимость адвоката. А ведь если адвокат потеряет независимость, он не сможет быть реальным защитником законных прав и интересов доверителя.

Наиболее верной видится концепция ограничительной ответственности адвоката. В связи с этим полагаем, что в ФЗ №63 «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» следует внести норму следующего содержания: «В случае неисполнения или ненадлежащего исполнения адвокатом своих обязательств по соглашению об оказании юридической помощи, доверитель имеет право потребовать возмещение понесенного им реального ущерба, если иное не установлено соглашением об оказании юридической помощи».

Такое законодательное установление ограниченного характера ответственности адвоката перед доверителем будет учитывать баланс интересов адвоката и доверителя, и станет еще одной гарантией независимости адвоката.

До внесения изменений в ФЗ №63 «Об адвокатской деятельности и адвокатуре» адвокат и доверитель могут предусмотреть в своем соглашении об оказании юридической помощи ограниченную ответственность адвоката за нарушение своих обязательств в виде возмещения лишь реального ущерба, причиненного доверителю.

Адвокат, наряду с депутатом и прокурором, является «спецсубъектом» – к нему применяется особый порядок производства по уголовным делам, предусматривающий дополнительные гарантии. Однако это не означает, что адвокаты – люди неприкосновенные и дела в отношении них практически не возбуждаются. Материал «Право.ru» убедит вас – привлечение адвоката к уголовной ответственности – отнюдь не редкость.

Подкуп свидетелей

«Из относительно нового, но весьма существенного уголовно-правового риска для адвокатов я бы выделил риск привлечения адвокатов, проводящих адвокатское расследование и в рамках него допрашивающих свидетелей защиты для укрепления доказательственной базы и позиции своего доверителя по ст. 309 УК – подкуп или принуждение к даче показаний», – сообщил старший партнёр КА Pen & Paper Константин Добрынин.

Недавно под стражу попал Максим Загорский, адвокат известного своими спорами с ИКЕА предпринимателя Константина Пономарева. По версии следствия, Загорский передал «свидетелю» процесса по делу о клевете (см. ) $20 000 долларов, а ответчику – $50 000. Этот факт и стал поводом для обвинения адвоката в искусственном создании доказательств (ч. 3 ст. 306 УК), подкупе и принуждении к даче показаний (ч. 1 ст. 309 УК). По решению Пресненского райсуда Загорский был арестован до 7 августа, но ему удалось сменить меру пресечения на домашний арест (см. «»).

Несколько лет назад, в 2013 году, случилась не менее громкая история с адвокатом Мурадом Мусаевым, защищавшим обвиняемого по делу об убийстве бывшего полковника Юрия Буданова, – его тоже обвиняли в подкупе свидетелей. В феврале 2015 года прекратил уголовное преследование в отношении Мусаева из-за истечения срока давности (см. «).

Мошенничество

Случается, адвокат обещает доверителю определенный результат рассмотрения его дела за вознаграждение. «Классический пример, когда адвокат берет деньги якобы для передачи их в качестве взятки судье, следователю или прокурору за вынесение нужного решения», – рассказал адвокат, управляющий партнер АБ «ЕМПП» Сергей Егоров. При этом защитник и не планирует передавать деньги. Так, адвокат Виктор Трусов в июле 2014 года представлял интересы компании-должника по исполнительным производствам. По версии следователя, находясь в одном из межрайонных отделов УФССП по Москве, Трусов сообщил представителю организации-взыскателя об имеющихся у него связях в службе судебных приставов. Адвокат заверил, что может повлиять на принятие нужного решения по исполнительным производствам за денежное вознаграждение. После достижения договоренности о передаче ему 15,75 млн руб. он сразу же был задержан. Тверской районный суд Москвы признал адвоката виновным по ч. 1 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК (приготовление к совершению мошенничества в особо крупном размере) и назначил ему наказание в виде двух лет колонии общего режима (см. «»).

Соглашаясь дать взятку, рискует и адвокат, и его подзащитный. При этом последний может быть не только осужден за дачу взятки, но и втянут в другую криминальную историю. Так случилось с главой группы компаний «Виктория» Виктором Круликовским. Его фирма пыталась добиться отмены предписания управления Минкульта, запретившего строительство 17-этажного дома в Сергиевом Посаде. Для этого Круликовский обратился за помощью к главе юридической компании ООО «МГКЮ «Защита» Дионисию Золотову. Адвокат взял у бизнесмена 20 млн руб., но ничего не сделал. Когда в начале марта 2014 года предприниматель потребовал вернуть деньги, Золотов добился возбуждения уголовного дела в отношении Круликовского по ч. 4 ст. 159 УК (мошенничество в особо крупном размере) – якобы Круликовский незаконно пытался приватизировать участок земли под строительство. Лишь в апреле этого года Золотова удалось привлечь к уголовной ответственности – Никулинский районный суд Москвы приговорил его к шести с половиной годам заключения за мошенничество. Ранее Золотов был трижды судим. В 2013 году он провернул такую же схему, едва не посадив еще одного своего клиента, предпринимателя Иосифа Бадалова (см. «»).

Старший партнер АБ «Коблев и партнеры» Руслан Закалюжный рассказал, что обвиняемым вменяют мошенничество, когда следствие не может доказать посредничество адвоката во взятке. Председатель Московской Арбитражной и Налоговой Коллегии Адвокатов «Люди Дела» Борис Федосимов не жалеет таких адвокатов. «Они сами виноваты в своих бедах: или теряют контроль, уверовав, что их связи в правоохранительной системе помогут избежать ответственности, или реально обманывают доверителей. В любом случае, они должны быть за это наказаны», – считает Федосимов.

Посредничество во взяточничестве

Некоторые адвокаты ведут себя «честнее», чем Золотов, и действительно передают взятки должностным лицам. В таких случаях содеянное квалифицируется как посредничество во взяточничестве (ст. 291.1 УК). Во Владимирской области перед судом в скором времени предстанет адвокат (его имя не раскрывается), который передавал следователю взятку 400 000 руб. за отказ задерживать его подзащитного – гендиректора медико-эстетического центра «Аэстетик» Бориса Мельника. Интересно, что из этой суммы адвокат отдал следователю только 250 000 руб., а оставшуюся часть забрал себе (см. «»).

А в Краснодарском крае адвокат Андрей Шульга пообещал доверительнице, обвиняемой в экономическом преступлении, договориться с судьей о назначении более мягкого наказания за 2,5 млн руб. Мать его клиентки обратилась к правоохранителям. Мужчину задержали, и Усть-Лабинский райсуд признал его виновным в предложении посредничества во взяточничестве в особо крупном размере (ч. 5 ст. 291.1 УК). Суд назначил Шульге два года и четыре месяца колонии общего режима, штраф в 12,5 млн руб. и лишил его права в течение трех лет занимать должности на госслужбе и в органах местного самоуправления, а также вести адвокатскую деятельность (см. «»).

«К сожалению, достаточно часто приходится слышать об адвокатах-мошенниках, вступающих в сговор с недобросовестными следователями и вместе «раскручивающих» обратившегося к адвокату клиента на передачу взятки для якобы прекращения уголовного преследования. При этом на самом деле реальной опасности для клиента нет – такой адвокат вместе со следователем специально нагнетают обстановку, чтобы напугать клиента и получить от него деньги», – рассказал Егоров.

Чтобы не оказаться на скамье подсудимых, Егоров советует адвокатам: «Не стоит идти на поводу у своего доверителя, требующего достичь результата любыми, в том числе и незаконными, методами. Следование закону – это гарантия личной безопасности адвоката, какие бы сложные или простые дела он ни вел. Нарушение уголовного закона самим адвокатом быстро выводит его из адвокатского сообщества в касту «решальщиков», что рано или поздно сыграет с ним злую шутку».

Фальсификация доказательств

«Наиболее вероятным составом преступления в отношении адвоката является фальсификация доказательств», – считает адвокат бюро «Деловой фарватер» Антон Соничев. Так, защитник может внести исправления в документы следствия, подделать подписи, печати на документах, вещественные доказательства или же просто уничтожить ключевые бумаги. Например, сейчас в этом подозревают члена Самарской коллегии адвокатов Дмитрия Натариуса. В 2015 году Натариус представлял интересы «Ремесленной палаты Ульяновской области», которую возглавлял его брат. Палата оспаривала в суде предписание ульяновского управления Росфиннадзора. Как утверждает следствие, Натариус представил на заседании сфальсифицированные документы, которые подтверждали целевое расходование бюджетных средств организацией. Факт фальсификации выявили сотрудники УФСБ в ходе расследования дела о мошенничестве, подозреваемым по которому проходил директор «Ремесленной палаты». В феврале этого года в Ульяновской области в отношении Натариуса возбудили уголовное дело (см. «»).

Похищение документов

Адвокат Евгений Глазков помогал клиентам уходить от административной ответственности необычным способом. За вознаграждение, размер которого варьировался от 30 000 до 150 000 руб., защитник рекомендовал доверителям оформить временную регистрацию в другом населенном пункте, а при рассмотрении дел в суде ходатайствовал об отправке их по месту новой прописки. Заказные бандероли с делами за вознаграждение в 15 000 руб. перехватывал подельник Глазкова – начальник Камско-Устьинского филиала «Почты России» Айдар Айтуганов. В итоге документы не доходили до адресата, а дела не рассматривались. В марте Тетюшский райсуд осудил Глазкова за похищение документов и коммерческий подкуп и назначил ему наказание – два года общего режима. Верховный суд Татарстана, рассмотрев апелляционную жалобу гособвинения, увеличил срок заключения экс-адвокату до трех лет (см. «).

Разглашение данных предварительного расследования

Против адвокатов нечасто возбуждаются дела за разглашение данных предварительного расследования, однако такие прецеденты есть. Например, в разглашении данных предварительного расследования обвинили адвоката Георгия Антонова, который защищал экс-начальника ГУЭБиПК МВД Дениса Сугробова. Якобы Антонов, дававший подписку о неразглашении тайны следствия, во время пресс-конференции рассказал журналистам некоторые подробности громкого дела. В частности, адвокат пояснил, сколько полицейских было задержано и какие обвинения им предъявлялись. В апреле 2015 года Антонов был приговорен мировым судьей судебного участка № 100 Замоскворецкого района к штрафу в 65 000 руб., однако освобожден от наказания в связи с амнистией к юбилею Победы. В августе 2015 года Замоскворецкий районный суд Москвы признал этот приговор законным (см. «»).

Ранее по той же статье был осужден адвокат Владимир Дворяк, который в 2013 году защищал экс-замглавы ГУ МЧС по Хакасии Вячеслава Титова, подозреваемого в получении взяток. Дворяк отксерокопировал протоколы показаний, поданных в суд для обоснования ходатайства о его аресте, и продемонстрировал их сотрудникам МЧС, за что и попал под уголовное преследование. Адвокат настаивал, что до обнародования протоколов их зачитали в открытом судебном заседании. А разглашение того, что уже стало достоянием общественности, нельзя считать преступлением. Президиум ВС Хакасии отменил приговор и постановление апелляции, а также прекратил дело за отсутствием в действиях адвоката состава преступления (см. «»).

Совершение экономического преступления

Адвокатов достаточно часто привлекают к уголовной ответственности по экономическим преступлениям – например, за помощь в разработке схемы корпоративного конфликта, фальсификации протоколов общего собрания, составлении документов «задними числами». «В нашей практике был случай, когда адвоката привлекли к уголовной ответственности за сопровождение процедуры отчуждения имущества компании, которая, по мнению следователя, являлась преступной», – рассказала партнёр «Забейда и партнёры» Дарья Константинова. Адвокат Бюро присяжных поверенных «Фрейтак и Сыновья» Виктория Соколова поделилась похожей историей: «Однажды к адвокату обратились за составлением текста договора. Казалось бы, какой тут подвох может быть? В процессе составления договор постоянно корректировался, адвокат, естественно, изменял условия и правил текст в соответствии с пожеланиями доверителя. Незаметно договор, который со слов клиента планировалось заключать в будущем, стал договором, который будет заключен «задним числом». Выяснилось это случайно, когда во время очередной правки доверитель прислал адвокату окончательный вариант с датой договора на нем. Впоследствии же договор, в разработке которого принимал участие адвокат, стал основой для войны между доверителем и третьим лицом, в том числе с применением «тяжелой артиллерии» – возбуждения уголовного дела».

Эксперты «Право.ru» сходятся во мнении, что в таких ситуациях часто нет вины адвокатов – их попросту «используют втёмную». «В случае отсутствия доказательств осведомленности адвоката об участии в преступной схеме в его действиях состава преступления не будет. Однако если адвокат поддастся давлению со стороны правоохранительных органов и даст показания о недобросовестности действий своего клиента, а также сознательном оказании ему помощи в этом вопросе, его могут привлечь как соучастника. Доказательственная база об осведомленности адвоката может основываться и на показаниях иных лиц», – объяснила Константинова.

Чтобы избежать подобной ситуации, Константинова посоветовала адвокатам с осторожностью относиться к поручениям клиента фрагментарного характера, которые могут являться частью преступной схемы. А Соколова рекомендовала внимательно изучить не только те документы, которые передает доверитель, но не лениться и поискать дополнительную информацию, а также быть внимательным в переписке.

Если адвокат понимает, что его хотят втянуть в преступную схему, Закалюжный считает необходимым не просто воздерживаться от таких действий, но и письменно уведомить руководство компании о рисках возбуждения по этим фактам уголовного дела. «В современной практике все чаще встречаются случаи, когда следствие в ходе обысков, проводимых в офисах у адвокатов, находит доказательства преступной деятельности чиновников, топ-менеджеров и бенефициаров компании. Многие из них поручают внешним консультантам операционную деятельность своих оффшорных компаний, контроль за счетами в иностранных банковских учреждениях, и часто от результатов обысков у таких адвокатов зависит результат расследования, поскольку следователи получают доказательства преступной деятельности и привлекают к уголовной ответственности адвокатов или же используют их свидетельские показания», – рассказал Закалюжный.

Константинова дала совет адвокатам, которые все же оказались фигурантами экономического преступления: «Не стоит самому создавать себе проблемы и «поднимать статью с пола». У нас был случай, когда свидетель по уголовному делу, имея статус адвоката, дал признательные показания о совершении им преступления после предъявления аудиозаписей его телефонных переговоров. В ходе ознакомления с материалами уголовного дела выяснилось, что эти аудиозаписи были получены незаконным путем, так как лицо относилось к категории лиц, в отношении которых применяется особый порядок производства по уголовному делу. При этом каких-либо иных допустимых доказательств, свидетельствующих об участии адвоката в той ситуации, в деле не было вовсе».

Воспрепятствование правосудию

Общение адвоката с судьями должно быть сведено к минимуму – в противном случае адвоката могут обвинить в воспрепятствовании правосудию. Так, по данным следствия, адвокат Николай Русинов из Еврейской автономной области неоднократно обращался к судье и пытался убедить его в невиновности своего доверителя. В результате защитника обвинили в воспрепятствовании правосудию и производству предварительного следствия. В свою очередь адвокат утверждал, что общался с судьей в период, когда дело было еще на стадии предварительного следствия, то есть никакого правосудия не вершилось. В настоящее время дело в отношении Русинова еще расследуется (см. «»).

Возбуждение уголовного дела в отношении адвоката – событие нередкое. И если одни защитники осознанно нарушают закон, предлагая своим доверителям передать через них взятку или подкупая свидетелей, то другие попадают на скамью подсудимых из-за своей безответственности или даже невнимательности.

Алина Михайлова. Право.ру

Процессуальный порядок привлечения адвоката к ответственности

Процессуальный порядок привлечения адвоката к уголовной ответственности имеет свои особенности, обусловленные особым правовым статусом адвоката, и направлен на создание системы гарантий деятельности адвоката. Согласно ст. 447 УПК РФ адвокат входит в число лиц, в отношении которых применяется особый порядок производства по уголовным делам. Одна из таких особенностей заключается в определении должностного лица, которое вправе возбуждать уголовное дело, и процессуальном порядке возбуждения, предусматривающего дополнительные гарантии от необоснованного привлечения к уголовной ответственности.

Привлечение адвоката к уголовной ответственности не влечет приостановление статуса адвоката, поскольку адвокат должностным лицом не является и, следовательно, нормы ст. 114 УПК РФ на него распространяться не будут. Факт возбуждения уголовного дела в отношении адвоката не входит в перечень оснований приостановления его статуса согласно пункту 1 ст. 16 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации». Если бы решение о возбуждении уголовного дела в отношении адвоката влекло приостановление его статуса, то должностное лицо, вынесшее данное решение, косвенно наделялось правом по приостановлению статуса адвоката, что могло бы влечь различного рода злоупотребления. Такой подход противоречил бы п. 4 ст. 16 указанного Закона, постановившему, что решение о приостановлении статуса адвоката принимает совет адвокатской палаты субъекта, а также нарушал бы принцип независимости адвокатуры путем вмешательства в решение вопросов, находящихся в исключительном ведении органов адвокатского сообщества.

Гарантии прав адвоката в случае привлечения к уголовной ответственности вряд ли достаточны. Специфика правового статуса адвоката не всегда понимается лицами, ведущими уголовный процесс, а ведь попирание прав адвокатов угрожает основам конституционного строя Российской Федерации, гарантирующего каждому право на получение квалифицированной юридической помощи и право пользоваться помощью адвоката (ст. 48 Конституции РФ). ю¤Ф

Предлагается осуществить передачу права возбуждать уголовное дело в отношении адвоката от руководителя следственного органа Следственного комитета РФ по субъекту прокурору. Необходимость данного изменения обусловлена тем, что существующий порядок создает основу для внепроцессуального давления органов следствия на адвоката, в то время как у прокурора, в отличие от следователей (независимо от их ведомственной принадлежности), отсутствуют побудительные мотивы для использования рассматриваемого полномочия с целью внепроцессуального воздействия на участников предварительного расследования. Адвокату необходимо обладать иммунитетом от юрисдикции только того органа, в ведении которого находится дело, по которому адвокат осуществляет защиту. В настоящее время этим органом является орган следствия. Таким образом, передача полномочия органу более высокого правового статуса, уполномоченному возбуждать уголовные дела в отношении адвокатов, будет способствовать повышению гарантий независимости адвокатов.

По нашему мнению, наделение неприкосновенностью адвокатов в виде применения к ним особого порядка возбуждения уголовного дела не мешает привлечению их к ответственности за совершенные ими преступления и не создает обстановки безнаказанности за неправомерные действия, не поощряя таким образом злоупотребления с их стороны. При предложенном подходе прокурор, а также суд сохраняют за собой право воспрепятствовать незаконной деятельности адвоката. Объем полномочий обвинительных, а также судебных органов не сокращается.

Дисциплинарная ответственность адвоката возникла в результате появления специальных норм адвокатской этики, базирующихся на традициях адвокатуры, и наступала в результате нарушения адвокатом данных норм, разработанных и принятых всем адвокатским сообществом и закрепленных в нормативных правовых актах различного правового уровня. Подобное нарушение норм адвокатской этики квалифицируется как дисциплинарный проступок.

В настоящее время в соответствии с Кодексом профессиональной этики адвоката мерами дисциплинарной ответственности адвоката являются:

1) замечание; 2) предупреждение; 3) прекращение статуса адвоката.

Процессуальный порядок привлечения адвоката к дисциплинарной ответственности содержится во втором разделе Кодекса профессиональной этики адвоката, и в принятом Советом ФПА в 2006 г. «Порядке рассмотрения и разрешения обращений в адвокатских образованиях и адвокатских палатах субъектов Российской Федерации». В Федеральном законе «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» правовое регулирование привлечения адвоката к дисциплинарной ответственности отсутствует, что ослабляет результат деятельности органов, осуществляющих дисциплинарное производство.

Субъектом дисциплинарного надзора являются квалификационная комиссия и Совет адвокатской палаты, членом которой состоит адвокат. ю¤Ф

Существующая процедура дисциплинарного производства вызывает ряд замечаний и нареканий среди специалистов. Дисциплинарное производство возбуждается президентом адвокатской палаты субъекта РФ и проходит две стадии в виде разбирательства в квалификационной комиссии адвокатской палаты субъекта РФ и разбирательства в Совете адвокатской палаты субъекта РФ. Независимо от того, установит квалификационная комиссия в поведении адвоката нарушение или нет, вынесенное ею заключение поступает в Совет. Совет принимает решение либо о прекращении дисциплинарного производства, либо о применении к адвокату мер дисциплинарной ответственности. Квалификационная комиссия исследует только те доказательства, которые представлены участниками дисциплинарного производства, и лишь по их просьбе может запросить дополнительные сведения и документы, на которые участники ссылаются в подтверждение своих доводов. В случае если истцом выступает государственно-властный орган, обладающий всей необходимой доказательственной базой, то необходимости по сбору дополнительной информации может и не потребоваться. В ситуациях, где истцом выступает доверитель, наблюдается противоположная ситуация, так как в ряде случаев основная масса доказательств сосредоточена у объекта обвинения — адвоката. В связи с этим предлагается наделить органы, осуществляющие дисциплинарное производство в отношении адвоката, полномочием по самостоятельному инициированию и проведению расследования, направленному на обнаружение как обвинительных, так и оправдательных доказательств, закрепив указанное полномочие в п. 2 ст. 23 Кодекса профессиональной этики адвоката.

В п. 2 ст. 7 Закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» содержится норма о том, что за неисполнение либо ненадлежащее исполнение своих профессиональных обязанностей адвокат несет ответственность, предусмотренную этим Законом, в то время как норм, раскрывающих виды подобной ответственности, данный Закон не содержит. Возможны два варианта решения подобной ситуации, заключающиеся либо в указании отсылки на ст. 18 Кодекса профессиональной этики адвоката, либо в отдельном регламентировании мер дисциплинарной ответственности в самостоятельной главе Федерального закона об адвокатуре. ю¤Ф

Вопросы, касающиеся апелляции на решение совета адвокатской палаты в части определения субъекта апелляционной инстанции и его полномочий, также не находят однозначного ответа в законе. Точная формулировка п. 2 ст. 25 Кодекса профессиональной этики адвоката сообщает следующее: «Решение совета адвокатской палаты по дисциплинарному производству может быть обжаловано адвокатом, привлеченным к дисциплинарной ответственности, в трехмесячный срок со дня, когда ему стало известно или он должен был узнать о состоявшемся решении». Утверждение о том, что суд выступает в качестве апелляционной инстанции на решение совета адвокатской палаты, лишь косвенно вытекает из данной формулировки закона. В данной норме также не содержится объект, подлежащий обжалованию. Теоретически судебному пересмотру может подлежать либо решение в полном объеме, либо только на предмет соблюдения процессуального порядка рассмотрения дела. Точное определение объекта обжалования позволяет судить о степени вмешательства такого органа, как суд, в дисциплинарные полномочия органов адвокатуры, что служит барометром гарантий ее независимости в решении данного вопроса. Возможность обжалования решения совета адвокатской палаты субъекта РФ в органы Федеральной палаты адвокатов РФ законодательством и Кодексом профессиональной этики адвоката не предусмотрена.

Записи созданы 4415

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Похожие записи

Начните вводить, то что вы ищите выше и нажмите кнопку Enter для поиска. Нажмите кнопку ESC для отмены.

Вернуться наверх