Дети инвалиды в обычной школе

Обучающийся с ограниченными возможностями здоровья — физическое лицо, имеющее недостатки в физическом и (или) психологическом развитии, подтвержденные психолого-медико-педагогической комиссией и препятствующие получению образования без создания специальных условий.

Для обучающихся с ограниченными возможностями здоровья, обучающихся детей-инвалидов и инвалидов, а также тех, кто обучался по состоянию здоровья на дому, в образовательных организациях, в том числе санаторно-курортных, в которых проводятся необходимые лечебные, реабилитационные и оздоровительные мероприятия для нуждающихся в длительном лечении, образовательная организация оборудуется с учетом их индивидуальных особенностей.

Выпускники IX классов, являющиеся лицами с ОВЗ, детьми-инвалидами, инвалидами, имеют право добровольно выбрать формат выпускных испытаний — основной государственный экзамен или государственный выпускной экзамен.

Для определения необходимых условий проведения ГИА: выпускники с ОВЗ при подаче заявления на участие в ГИА должны предоставить копию рекомендаций психолого-медико-педагогической комиссии, а обучающиеся дети-инвалиды и инвалиды — оригинал или заверенную в установленном порядке копию справки, подтверждающей факт установления инвалидности, выданной федеральным государственным учреждением медико-социальной экспертизы.

Материально-технические условия должны обеспечивать: возможность беспрепятственного доступа участников ГИА в аудитории, туалетные и иные помещения, а также их пребывания в указанных помещениях; наличие пандусов, поручней, расширенных дверных проемов, лифтов, при отсутствии лифтов аудитория располагается на первом этаже наличие специальных кресел и других приспособлений.
Для участников ГИА с ОВЗ, для обучающихся на дому и обучающихся в медицинских организациях (при предъявлении копии рекомендаций ПМПК), для участников ГИА — детей-инвалидов и инвалидов (при предъявлении справки, подтверждающей инвалидность, и копии рекомендаций ПМПК) обеспечивается создание следующих специальных условий, учитывающих состояние здоровья, особенности психофизического развития:
присутствие ассистентов при необходимости, оказывающих техническую помощь, помогающих занять рабочее место, передвигаться, прочитать задание;
использование на ГИА необходимых для выполнения заданий технических средств;
оборудование аудитории для проведения экзамена звукоусиливающей аппаратурой как коллективного, так и индивидуального пользования (для слабослышащих участников ГИА);
привлечение при необходимости ассистента-сурдопереводчика (для глухих и слабослышащих участников ГИА);
оформление экзаменационных материалов, выполнение письменной экзаменационной работы рельефно-точечным шрифтом Брайля или в виде электронного документа, доступного с помощью компьютера;
обеспечение достаточным количеством специальных принадлежностей для оформления ответов рельефно-точечным шрифтом Брайля, компьютером (для слепых участников ГИА);
копирование экзаменационных материалов в день проведения экзамена в аудитории в присутствии членов ГЭК в увеличенном размере;
обеспечение аудиторий для проведения экзаменов увеличительными устройствами; индивидуальное равномерное освещение не менее 300 люкс (для слабовидящих участников ГИА);
выполнение письменной экзаменационной работы на компьютере по желанию».

Участники экзамена могут пользоваться необходимыми им техническими средствами с учетом их индивидуальных особенностей. ГВЭ по всем учебным предметам по их желанию проводится в устной форме. При проведении экзамена в устной форме экзаменатор-собеседник при необходимости задает вопросы, которые позволяют участнику ГИА уточнить и (или) дополнить устный ответ в соответствии с требованиями вопроса экзаменационного задания.
Во время проведения экзамена для участников организуются питание и перерывы для проведения необходимых медико-профилактических процедур.

Время экзамена увеличивается на 1,5 часа.
Продолжительность ОГЭ по иностранным языкам (раздел «Говорение») увеличивается на 30 минут.
Для обучающихся, по медицинским показаниям не имеющих возможности прийти в ППЭ, и соответствующие рекомендации психолого-медико-педагогической комиссии, экзамен организуется на дому.

«Ничего не бойтесь, отпустите ребенка-инвалида к его сверстникам. Дети — удивительные существа, вы не представляете, как успешно они решают самые сложные проблемы. Главное, не изолируйте ребенка, не запирайте его в коррекционной школе. Просто дайте ему возможность идти вперед — он сам покажет вам дорогу!» — советует российским чиновникам Бьянка Фогель (Bianca Vogel), паралимпийская чемпионка по конному спорту.

У 62-летней Фогель нет рук — она была одной из так называемых «талидомидных детей», появившихся на свет после того, как их матери принимали во время беременности снотворное, негативное побочное действие которого было тогда еще не известно. Бьянка твердо убеждена в том, что все дети-инвалиды должны учиться вместе со здоровыми детьми. Во времена ее детства это не было очевидно — подавляющее большинство инвалидов получали образование в спецшколах и коррекционных школах. Но и сегодня вопрос об инклюзивном образовании (когда дети-инвалиды учатся в обычных школах. — Ред.) — один из самых острых для чиновников, директоров школ, учителей и родителей.
Семь лет инклюзии
Конвенция о правах инвалидов, принятая Генеральной Ассамблеей ООН в 2006 году, гарантирует каждому ребенку-инвалиду доступ к «инклюзивному, качественному и бесплатному начальному и среднему образованию в местах своего проживания». В Германии конвенция вступила в силу с 2009 года, Россия ратифицировала ее в 2008 году.

Конференция «ЕС-СНГ: вместе к икнклюзивному сообществу»

Сейчас, спустя семь лет, уже можно говорить о том, способна ли система общего образования обеспечить действительно равные возможности для здоровых детей и для детей-колясочников, глухонемых, слабовидящих, детей с отставаниями в развитии.
На конференции «Международный диалог ЕС — СНГ: вместе к инклюзивному сообществу», прошедшей в Дюссельдорфе 27 сентября, инвалиды, чиновники, общественные деятели и социальные работники из России и Германии обсуждали, чего они достигли за время, прошедшее после подписания конвенции. Все они сходятся в одном: «безбарьерная среда» начинается в сознании людей.
Россия: барьеры в сознании
Многие педагоги в России опасаются, что «мода на инклюзию» разрушит сложившуюся систему коррекционного образования и ничего не принесет взамен. «Я часто слышу, что коррекционные образовательные учреждения нужно закрыть и всех детей отправить в обычные школы по месту жительства, — говорит в интервью DW Наталья Бабанина, психолог 530-й коррекционной школы города Москвы. — У меня в классе 15 учеников с умственной отсталостью. Я не представляю, как они пойдут в общеобразовательную школу, где 30 человек в классе, где никто не будет уделять внимания каждому из них».
В то же время в России есть несколько экспериментальных площадок, которые доказывают, что при грамотном подходе инклюзивное образование возможно и очень полезно. Например, государственная школа «Ковчег» на юго-востоке Москвы, где при поддержке Детского фонда ООН уже много лет здоровые дети учатся вместе с инвалидами, в том числе с умственно отсталыми детьми. «После первого дня в школе мы пришли домой ошарашенные, — вспоминает мама одного из учеников. — Я и понятия не имела, что может быть школа, в которой живет лошадь, где есть керамическая мастерская, где в классах всего по 15 человек и к каждому — индивидуальный подход».
Свыше 16 миллиардов рублей
В России на создание благоприятной среды для обучения инвалидов выделяют много денег. «Объем финансирования программы «Доступная среда» в 2011-2015 годах за счет средств федерального бюджета составляет 16 миллиардов рублей (более 366 миллионов евро. — Ред.)», — сообщила на конференции консультант отдела образования детей с проблемами развития министерства образования и науки России Евгения Санжиева.

Занятия в одной из кельнских школ с инклюзивным обучением

В то же время сотрудница министерства жалуется, что потраченные деньги не приносят нужного результата: «Когда я инспектирую школы в регионах, я вижу, что многое изменилось — в школах построены пандусы для колясок, туалеты оборудованы специальными приспособлениями для инвалидов. Но, когда я спрашиваю, где же сами дети на колясках, директора школ только вздыхают: их там нет».
Чтобы по-настоящему интегрировать детей-инвалидов в общеобразовательную систему, нужны не только внешние условия, но и хорошо подготовленные кадры, считает Дания Ахметова, проректор по непрерывному образованию Института экономики, управления и права Республики Татарстан.

«Прежде чем внедрять такое образование, следует подготовить педагогов новой формации — обладающих психологическими знаниями, и потому способных оказать поддержку и сопровождение нестандартным ученикам. В профессиональном багаже такого учителя должно быть около 20 педагогических технологий работы с различными группами населения», — утверждает Ахметова. Пока этих кадров нет, инклюзивное образование в России кажется ей утопией.
Германия: нужно больше коррекционных педагогов
В Германии создание благоприятной архитектурной среды для инвалидов, например пандусов и специальных лифтов, — давно пройденный этап. Но это не значит, что все дети с особенностями развития учатся в обычных школах. В ФРГ есть 13 видов коррекционных образовательных учреждений, и лишь четверть детей-инвалидов ходят в обычные школы вместе со здоровыми детьми.
Для этого во многих немецких школах предусмотрена ставка коррекционного педагога, который не просто время от времени консультирует детей, но и фактически дублирует школьного учителя, присутствуя на всех занятиях и помогая детям-инвалидам решать их проблемы.
Но даже этого, по мнению экспертов, недостаточно: нужно больше таких школ и больше коррекционных педагогов. DW писала о слепом мальчике, который после несчастного случая был вынужден прекратить обучение в общеобразовательной школе, потому что там не было педагога, специализирующегося на обучении инвалидов по зрению. «Мы не могли им как следует заниматься и способствовать его интеграции в коллектив», — признала завуч общеобразовательной школы.
«Я не против коррекционных школ, — заявил на конференции в Дюссельдорфе депутат бундестага Илья Зайферт (Ilja Seifert), который в результате несчастного случая сам оказался в инвалидном кресле. — Скажу больше: все школы в Германии должны стать коррекционными. Каждая из них должна иметь возможность принять ученика с особенностями развития».

Записи созданы 8132

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Похожие записи

Начните вводить, то что вы ищите выше и нажмите кнопку Enter для поиска. Нажмите кнопку ESC для отмены.

Вернуться наверх