ФЗ о свободе совести

Прочитайте текст и выполните задания 21—24.

В правовом государстве власти положены известные пределы, которых она не должна и правовым образом не может переступать. Ограниченность власти в правовом государстве создаётся признанием за личностью неотъемлемых, ненарушимых и неприкосновенных прав. Они слагаются из свободы совести, т. е. признания, что сфера мнений, убеждений и верований, религиозных и нерелигиозных, прежде всего должна быть безусловно неприкосновенна для государства. Непосредственным следствием свободы совести является свобода слова, устного и печатного. Для высказывания своих мнений и проповеди своих взглядов человек должен иметь свободу общения, поэтому неотъемлемым правом личности признаётся в правовом, или конституционном, государстве право принадлежать к любому обществу, устраивать союзы и организации. Но все эти, а также многие другие свободы или права, как, например, свобода передвижения, право на доброе незапятнанное имя, некоторые имущественные права, требуют своего дополнения в виде неприкосновенности личности. В правовом государстве недопустимо наказание иначе как по суду в строго определённой форме.

Благодаря неотъемлемым правам и неприкосновенности личности государственная власть в правовом или конституционном государстве не только ограничена, но и строго подзаконна. Подзаконность государственной власти является настолько общепризнанным достоинством государственного строя как такового, что обыкновенно его стремится присвоить себе и благоустроенное абсолютно монархическое государство. Но для него это оказывается совершенно недостижимой целью. Органы государственной власти бывают действительно связаны законом только тогда, когда им противостоят граждане, наделённые субъективными публичными правами. Этого нет в абсолютно монархическом государстве, так как в нём подданные лишены всяких гражданских прав, т. е. прав человека и гражданина. Законность предполагает строгий контроль и полную свободу критики всех действий власти, а для этого необходимо признание за личностью и обществом их неотъемлемых прав. Итак, последовательное осуществление законности требует как своего дополнения свобод и прав личности и, в свою очередь, естественно вытекает из них как их необходимое следствие.

В правовом государстве отдельные лица оказывают влияние на ход и характер законодательных работ через народное представительство. В избрании народного представительства должен участвовать, конечно, весь народ; никакие разделения народа и выделения из него привилегированных групп по отношению к праву избирать народных представителей, т. е. никакие ограничения избирательного права принципиально недопустимы. Избирательное право должно быть всеобщим и равным, а для того, чтобы всеобщность и равенство были действительно обеспечены, голосование должно быть прямым и тайным. Требование всеобщего, равного и прямого избирательного права с тайной подачей голосов является теперь основным требованием демократизма.

В правовом государстве власть должна быть организована так, чтобы она не подавляла личность; в нём как отдельная личность, так и совокупность личностей — народ — должны быть не только объектом власти, но и субъектом её.

26 сентября 1997 года N 125-ФЗ

РОССИЙСКАЯ ФЕДЕРАЦИЯ

О СВОБОДЕ СОВЕСТИ И О РЕЛИГИОЗНЫХ ОБЪЕДИНЕНИЯХ

Принят Государственной Думой 19 сентября 1997 года
Одобрен Советом Федерации 24 сентября 1997 года

Федеральное Собрание Российской Федерации, подтверждая право каждого на свободу совести и свободу вероисповедания, а также на равенство перед законом независимо от отношения к религии и убеждений,
основываясь на том, что Российская Федерация является светским государством,
признавая особую роль православия в истории России, в становлении и развитии ее духовности и культуры,
уважая христианство, ислам, буддизм, иудаизм и другие религии, составляющие неотъемлемую часть исторического наследия народов России,
считая важным содействовать достижению взаимного понимания, терпимости и уважения в вопросах свободы совести и свободы вероисповедания,
принимает настоящий Федеральный закон.

Глава I. Общие положения

Статья 1. Предмет регулирования настоящего Федерального закона

Статья 2. Законодательство о свободе совести, свободе вероисповедания и о религиозных объединениях

Статья 3. Право на свободу совести и свободу вероисповедания

Статья 4. Государство и религиозные объединения

Статья 5. Религиозное образование

Глава II. Религиозные объединения

Статья 6. Религиозные объединения

Статья 7. Религиозная группа

Статья 8. Религиозная организация

Статья 9. Создание религиозных организаций

Статья 10. Устав религиозной организации

Статья 11. Государственная регистрация религиозных организаций

Статья 12. Отказ в государственной регистрации религиозной организации

Статья 13. Представительства иностранных религиозных организаций

Статья 13.1. Реорганизация религиозной организации

Статья 14. Приостановление деятельности религиозного объединения, ликвидация религиозной организации и запрет на деятельность религиозного объединения в случае нарушения ими законодательства

Глава III. Права и условия деятельности религиозных организаций

Статья 15. Внутренние установления религиозных организаций

Статья 16. Религиозные обряды и церемонии

Статья 17. Религиозная литература и предметы религиозного назначения

Статья 17.1. Паломническая деятельность

Статья 18. Благотворительная и культурно-просветительская деятельность религиозных организаций

Статья 19. Духовные образовательные организации

Статья 20. Международные связи и контакты

Статья 21. Право собственности религиозных организаций

Статья 21.1. Распоряжение имуществом, находящимся в собственности религиозных организаций

Статья 22. Пользование имуществом, являющимся собственностью государства, граждан и их объединений

Статья 23. Предпринимательская деятельность религиозных организаций

Статья 24. Трудовые правоотношения в религиозных организациях

Глава III.1. Миссионерская деятельность

Статья 24.1. Содержание миссионерской деятельности

Статья 24.2. Порядок осуществления миссионерской деятельности

Глава IV. Надзор и контроль за исполнением законодательства о свободе совести, свободе вероисповедания и о религиозных объединениях

Статья 25. Осуществление надзора и контроля

Статья 25.1. Отчетность религиозной организации, получившей денежные средства и иное имущество от международных и иностранных организаций, иностранных граждан, лиц без гражданства

Статья 26. Ответственность за нарушение законодательства о свободе совести, свободе вероисповедания и о религиозных объединениях

Статья 27. Заключительные положения

В статье «свобода совести» рассмотрена как философско-этическая категория. Через это понятие, автор раскрывает научную и религиозную сущность данного понятия, при этом утверждает, что религиозное понимание свободы совести ограничивается призывом к свободе вероисповедания, а научное понимание этой категории включает: свободу вероисповедания, свободу неверия, свободу атеизма и свободу за освобождение человека от религиозного заблуждения.

Свобода совести — сложное, многогранное понятие, имеющее философско-этический, социологический, политический и правовой аспекты. Мы остановимся на философско-этической стороне данного вопроса.

Исторически сложилось так, что понятие «свобода совести» имеет два смысла. Во-первых, оно рассматривается как демократический правовой принцип, т.е. как категория правовая; во-вторых, как категория философско-этическая. В литературе принято называть правовую категорию свободы со­вести свободой совести в узком смысле, а философско-этическую — свободой совести в широком смысле. На наш взгляд, широкий смысл свободы совести включает в себя как философский, так и этический аспекты, ибо, во-первых, широкое понятие свободы совести обязательно включает по от­ношению к данной категории решение основного вопроса философии, во-вторых, освобождение со­вести означает именно нравственное освобождение индивидов, классов и общества в целом.

Религиозное понимание, с одной стороны, и философское — с другой, в корне противоположно решают вопрос о сущности и происхождении совести и ее свободы. Религиозные идеологи всегда сводили совесть к «гласу божьему» в человеке. Например, один из авторитетных деятелей христиан­ства эпохи средневековья авва Дорофей говорил: «Когда бог сотворил человека, он всеял в него нечто божественное, как бы некоторый помысл, имеющий в себе, подобно искре, и свет, и теплоту. По-мысл, который просвещает ум и показывает ему, что доброе и что — злое, именуют совестью, а она составляет естественный закон… нет человека, не имеющего совести, ибо она есть… нечто божест­венное и никогда не погибает, но всегда напоминает нам полезное, а мы не ощущаем это, потому что пренебрегаем ею и попираем ее» .

Понятие свободы совести как философско-этической категории находит свое реальное место лишь в научном понимании. Научно доказав, что совесть и ее свобода не имеют никакого сверхъес­тественного происхождения, а являются естественным продуктом общественного развития, ученые-философы впервые в истории поставили задачу нравственного раскрепощения человечества, т.е. под­линного освобождения совести. В связи с этим они развивают идею о праве свободы совести как о необходимом условии для фактического освобождения совести. Научное понимание права свободы совести — право каждого человека на свободу вероисповеданий, свободу неверия, свободу атеизма и свободу борьбы за освобождение человечества от религиозного понимания.

Разговор о свободе совести как философско-этической категории, видимо, следует начать с обоснования ее права на существование в научно-категориальном аппарате. Без научного понимания не представляется возможным разобраться в различиях, подчас резких, в проявлении са­мой совести. Только категориальный уровень позволит научно проанализировать реальные различия понятия совести людей, народов, а также в совести одного и того же народа в разные исторические эпохи.

Нельзя также пройти мимо вопроса о возможности выработки универсального определения по­нятия свободы совести, так как некоторые авторы считают, что сама его постановка вообще неправо­мерна.

Действительно, содержание данной категории, как и многих других категорий общественных наук, меняется: они имеют исторический характер. Однако это совершенно не означает, что нельзя выработать определение любой из этих категорий. Это показывает лишь то, что само определение должно учитывать, включать в себя фактор историзма категории. Например, категория «свобода» тоже имеет исторический характер, а классики марксизма-ленинизма давно выработали ее оконча­тельное, универсальное понимание как «осознанной необходимости».

Принципиальным тут является вопрос: как понимать философско-этическую категорию свободы совести? Нередко приходится сталкиваться с мнением, что это какая-то особая, «нераздельная» кате­гория, сущность которой «нежестко» определяется содержанием категорий «совести» и «свободы». По нашему мнению, это неправильная точка зрения. Представляется, что свобода совести как философско-этическая категория означает именно освобожденную, свободную совесть.

Возникает другой вопрос: от чего надо освобождать совесть? Ответ находим у передовых пред­ставителей человечества, сделавших многое для того, чтобы освободить совесть человека прежде всего от религиозного гнета. В самом общем плане идея осуждения духовного порабощения человека со стороны религии зародилась еще в древнегреческой, античной философии. Например, против на­силия над убеждениями людей открыто выступали Демокрит, Эпикур, Лукреций Кар. Яркую мысль о роли религии в ограничении человеческой свободы находим у Людвига Фейербаха: «Истинная сво­бода — лишь там, где человек свободен также и от религиозных предрассудков…» .

Подлинная свобода совести — это такой уровень ее развития, когда она не только исключает любые негативные действия человека, но и мобилизует его на активное участие в прогрессивном об­щественном переустройстве.

Заметим, что некоторые определения свободы совести как философско-этической категории не лишены, как нам кажется, недочетов. Вот одно из них: свобода совести как морально-философская категория выражает свободу личности, сущностью которой является сознание необходимости нрав­ственной ответственности перед обществом за свои поступки и всю свою деятельность на основании принципов общечеловеческой морали.

В этом определении не учитывается, во-первых, то, что для свободы совести недостаточно осо­знать необходимость поступка, надо еще обеспечить обязательность данного поступка; мало осознать необходимость нравственной ответственности, надо обеспечить практическую реализацию этой от­ветственности в действиях человека. Во-вторых, введение принципов общечеловеческой морали в качестве критерия оценки поступков делает невозможным решение проблемы свободы совести в предшествующих формациях.

По нашему мнению, определение понятия свободы совести как философско-этической катего­рии должно соответствовать, как минимум, следующим требованиям: включать в себя объективные условия свободы совести и нравственную ответственность человека за свою деятельность (субъек­тивный фактор свободы совести), соответствовать общественному и историческому характеру и включать фактор действенности.

Поскольку совесть в самом общем понимании есть нравственный самоконтроль человека, клас­са, общества над своей жизнедеятельностью, а свобода — это осознанная необходимость, то свободу совести как философско-этическую категорию следует определить, на наш взгляд, как категорию, выражающую возможность и нравственную способность человека, коллектива, класса, общества, человечества в целом организовывать свою жизнедеятельность в соответствии с осознанной необ­ходимостью.

Освобождение совести должно осуществляться по двум основным направлениям, с обеспечени­ем для этого как объективных условий, так и субъективного фактора. В формировании свободы со­вести человека играют самую непосредственную роль как внешние, объективные, условия, так и лич­ные, субъективные, качества. Человек становится свободным только тогда, когда достигается гармо­ния между ними, в которой преодолевается односторонность его существования. Функция объектив­ных условий логически вытекает из социальной детерминированности общественного развития, в том числе и религии. Для того чтобы совесть человека была свободна, необходимы объективные факторы, и прежде всего социально-экономическое раскрепощение человека, ликвидация эксплуата­ции и создание условий для всестороннего развития личности.

В действительном освобождении совести людей решающую роль играют их права на труд, от­дых, охрану здоровья, соцобеспечение, на жилище, образование, на пользование достижениями куль­туры, на свободу совести, творчества, на участие в управлении государственными и общественными делами, на критику, свободу слова, печати, собраний, митингов, уличных шествий и демонстраций, на объединение в общественные организации и др.

Субъективный фактор свободы совести человека зависит от его личных качеств. Действительно, в одних и тех же условиях разные люди поступают подчас совершенно противоположно. И если одни выходят со свободной совестью из самых сложных жизненных ситуаций, то другие разменивают ее по мелочам. Этот факт требует всемерного усиления воспитательного процесса, его комплексной по­становки.

В самом общем виде взаимосвязь объективных условий и субъективного фактора свободы со­вести проявляется в том, что по мере движения вперед общество постоянно улучшает условия для свободы совести индивидов, что, естественно, сказывается на повышении их нравственности, а это, в свою очередь, активизирует их жизнедеятельность, а последнее — совершенствует объективные условия свободы совести человека. Нельзя не подчеркнуть здесь важнейший момент: являясь «фун­даментом», объективные условия в своем развитии с непреложностью требуют совершенствования субъективного фактора.

Субъективный фактор свободы совести — это нравственная способность человека поступать в соответствии с осознанной необходимостью. Если он не действует, то улучшение объективных ус­ловий свободы совести будет приводить к результатам, противоположным задачам освобождения совести, задачам перед обществом. В таком случае не избежать рецидивов мещанской, мелкобуржу­азной психологии, да и сами реальные права, в том числе и право свободы совести, могут быть ис­пользованы не на пользу нашему обществу. Именно действенность субъективного фактора определя­ет, в конечном счете, результат усилий по освобождению совести.

Свобода совести не абстрактна, напротив, она всегда конкретна, имеет общечеловеческий харак­тер. Если по отношению к свободе важно уточнить — свобода для кого, то по отношению к свободе совести не менее важно — свобода совести по отношению к кому или к чему, по отношению к како­му человеку, случаю.

Свобода совести имеет ложный, относительный и истинный уровни. Ложный уровень свободы совести — это состояние совести человека или какого угодно количества людей, обусловливающее их действия в тех или иных случаях в русле моральных убеждений данного класса, общества, кото­рые, однако, не соответствуют требованиям общественного прогресса. Относительный уровень сво­боды совести — это состояние совести как отдельного человека, так и сколько угодного количества людей, обусловливающее их действия в русле моральных убеждений, частично соответствующих требованиям общественного прогресса. Истинный уровень свободы совести — это состояние совести личностей, партий, классов, наций, человечества в целом, обеспечивающее их действия в русле мо­ральных убеждений, соответствующих целям общественного прогресса. Именно этот уровень являет­ся в полном смысле свободой совести.

Нельзя, например, обвинять человека в отсутствии у него свободы совести только на том осно­вании, что его поступок, совершенный по убеждениям, соответствующим принятым в обществе мо­ральным требованиям, противоречит целям общечеловеческого прогресса. Верность своим убежде­ниям, а также моральным требованиям общества — важнейшая черта свободы совести. «…Нет разницы, будет ли действие действительно постыдное, или только считаемое постыдным; ни того, ни другого не следует совершать…», — писал Аристотель . Отсюда следует, что он совершает по­стыдный поступок, считаемый в обществе непостыдным. Дело здесь зависит от степени нравствен­ных требований общества.

Такой подход дает основание сделать вывод: свобода совести имеет субъективную и объектив­ную стороны. Объективная сторона — это требования, предъявляемые к свободе совести человека комплексом норм общественной морали. Для нашего общества такие требования заключены (в мо­ральном плане) в прогрессивном развитии нашего общества. Субъективная сторона — это требова­ния к свободе совести, предъявляемые нравственными убеждениям конкретных индивидов, групп, партий, классов и наций. Различия между объективной и субъективной сторонами свободы совести и обусловливают наличие в течение определенного исторического периода ее ложного и относительно­го уровней.

Подлинная свобода совести заключается не просто в способности человека поступать в соответ­ствии со своей моралью, со своим представлением о добре и зле или в соответствии с бытующими в обществе неправильными критериями добра и зла. Дело в его способности постигать научно обосно­ванные, истинные критерии нравственности, критерии добра и зла, организовать свою жизнедеятель­ность в соответствии с этими критериями.

Не свободна совесть, если она находится под воздействием безнравственных принципов. Не в воображаемой независимости миросозерцания и действий заключается подлинная свобода совести человеческой, а в усвоении норм прогрессивной морали и организации своей жизнедеятельности в соответствии с этими нормами.

Важно подчеркнуть, что в определении понятия свободы совести количественные показатели не играют сколько-нибудь значительной роли. Проявление подлинной свободы совести не зависит от количества ее носителей. Оно определяется содержательной направленностью действий людей, пар­тий, классов и человечества в целом, а именно служением общественному прогрессу.

Свобода совести имеет исторический характер. Ее историчность определяется социальным и гносеологическим факторами (корнями). С одной стороны, свобода совести людей зависит от обще­ственно-экономической формации, в которой вырабатываются свои понятия справедливости, гума­низма, морали, с другой — от глубины познания справедливости, гуманизма, морали. В своем исто­рическом развитии человечество вырабатывает все более прогрессивное понимание морали, а также расширяет сферу ее действия. В выработке прогрессивных норм морали и в усвоении их всеми людьми и заключается гносеологический фактор свободы совести.

В конечном счете, социальный и гносеологический факторы определяют уровень нравственного развития человека. В свою очередь, степень его нравственного совершенства определяет степень сво­боды его совести. Таким образом, последняя также исторически обусловлена.

Историческое начало проявления свободы совести относится к тому времени, когда один чело­век осознал и почувствовал в других себе подобных. Именно восприятие других как себе подобных, осознание и чувствование их равного с собой права на все необходимое определяют первые нравст­венные векторы людей, порождая элементы совести. Осознание себе подобных, следовательно, и масштабность совести, развиваются от осознания соплеменника, затем человека другого племени, народа и так до осознания человека вообще.

Становление подлинной свободы совести, возможно, естественно и в рамках отдельного обще­ства. И все же в своем высшем освобождении совесть предполагает свою свободу и в других общест­вах, где она еще не свободна полностью. Дело совести одного общества — сделать все возможное для полного освобождения совести всего человечества. Это задача не близкого времени, но она не может быть снята с повестки дня, ибо в ней один из критериев свободы совести. Таким образом, со­весть и ее свобода имеют ярко выраженный интернациональный характер.

Свобода совести — результат развития не только сознания человека, но и его чувств. Подлинная свобода совести является выразителем подлинной человеческой сущности. Жить по совести означает не просто организовать свою жизнедеятельность по принципам морали частицей «не» (не убий, не укради, не лги и т. д.), а по принципам, которые требуют активно вторгаться в жизнь и перестраивать ее в соответствии с требованиями прогресса. Свобода совести не только в том, чтобы желать добра, но и в том, чтобы утверждать его — утверждать каждодневно, каждым своим поступком. Отсюда требование всестороннего развития личности, необходимости выработки активной жизненной пози­ции.

В 1991 г., в связи с получением суверенитета, Казахстан разработал свою Конституцию. В Кон­ституции законодательно закреплено право на свободу вероисповедания (религии, совести) как одно из основных прав человека. Конституция Республики Казахстан в ст. 22 установила, что каждый гра­жданин имеет право на свободу совести.

В развитие конституционных положений принимаются нормативные правовые акты. В Казах­стане специальным законом, регулирующим отношения в религиозной сфере, является Закон «О сво­боде вероисповедания и религиозных объединениях», принятый 15 января 1992 г. Следует отметить, что данный Закон был принят не только до появления Конституции Республики Казахстан 1995 г., но и до первой Казахстанской Конституции 1993 г.

В области свободы вероисповедания наш государственный закон исходит из трех принципов — нейтралитет, толерантность и паритет. Принцип нейтралитета — невмешательство во внутренние дела религиозных объединений. Принцип толерантности означает уважительное отношение к рели­гиозным убеждениям. Принцип паритета обусловливает равенство перед законом всех религиозных объединений и представителей различных вероисповеданий.

Настоящий Закон признает, что Республика Казахстан является демократическим, светским го­сударством. Право каждого человека на свободу убеждений гарантирует равноправие граждан, неза­висимо от их вероисповедания, признает культурную и историческую ценность религий, сочетаю­щихся с духовным наследием народов Казахстана, и важность межконфессионального согласия, ре­лигиозную толерантность и уважение религиозных убеждений граждан.

Опираясь на Конституционный закон, государство гарантирует выполнение принципов свободы совести: ограничение прав граждан или установление каких бы то ни было привилегий и преиму­ществ граждан, в зависимости от их отношения к религии, равно как и уклонение от исполнения установленных законом обязанностей по религиозным мотивам, не должны допускаться. Закон один для всех — и неверующих, и верующих. Принцип отделения церкви от государства означает, что все религии перед законом равны, что государство не возлагает на церковь выполнение каких-либо госу­дарственных функций и само не вмешивается в деятельность религиозных организаций, если эта дея­тельность не нарушает требований законов страны. Государство не должно финансировать деятель­ность религиозных организаций, равно как и деятельность по пропаганде атеизма. Так же как и рели­гия, атеизм становится, таким образом, «частным делом» гражданина по отношению к государству.

Свобода совести подразумевает, что религиозные организации не должны участвовать в дея­тельности политических партий и финансировать их, но служители этих организаций имеют право на участие в политической деятельности наравне со всеми гражданами. Государством гарантируется проведение богослужения и религиозных обрядов в больницах, в домах для инвалидов и престаре­лых, в местах заключения. Участвовать в богослужении и религиозных обрядах могут военнослужа­щие в их свободное время. Обряды могут совершаться в домах и квартирах граждан.

Школа отделена от церкви, и государственное образование носит светский характер. Доступ к образованию предоставляется всем — верующим и неверующим. Светский характер школы означает, что в школе не допускается религиозная проповедь, обучение Закону божьему, хотя не исключает изложения научных сведений об истории религии, ее функциях в жизни общества и человека. С вве­дением факультативного курса «Религиоведение» в школьном образовании данный курс осуществля­ет научное изложение истории религии. Что касается обучения религиозному вероучению и получе­ния религиозного образования, то в этих целях религиозные организации имеют возможность созда­вать и создают специальные учебные заведения, группы для взрослых и детей, используют иные формы религиозного обучения.

В общеобразовательных программах должно быть выражено отношение взаимной терпимости и уважения между гражданами, исповедующими религию и не исповедующими ее, между последова­телями разных религий. Это очень важно, потому что свобода совести предполагает терпимость по отношению к мнениям, взглядам, убеждениям другого, предполагает отказ от стремления насаждать единомыслие, исключает религиозную, идеологическую нетерпимость, непримиримость по отноше­нию к инакомыслию. Религиозные убеждения — внутреннее дело каждого человека, дело его собст­венного выбора, его совести, на которую государство и общество не должны оказывать никакого дав­ления. Учитель-религиовед должен помнить, что принцип свободы совести означает, что в школе нет места ни государственной религии, ни государственному атеизму. Атеизм, так же как и религия, со­гласно этому принципу, есть частное дело гражданина.

Казахстанское население отличается многоконфессиональностью и наличием весьма значитель­ной части людей, не исповедующих никакой религии или разделяющих атеистические убеждения. Это предполагает в качестве необходимой предпосылки осуществления свободы совести мировоз­зренческую терпимость, толерантность. Подлинное демократическое государство, которое мы стре­мимся построить, не может быть «атеистическим государством». Так же как со свободой совести не­совместима государственная религия, обеспечивая привилегии своим последователям и ущемляющая интересы инаковерующих и атеистов, так же несовместим со свободой совести и «государственный атеизм», который не признает верующих полноценными гражданами общества.

Записи созданы 8132

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Похожие записи

Начните вводить, то что вы ищите выше и нажмите кнопку Enter для поиска. Нажмите кнопку ESC для отмены.

Вернуться наверх