Гастроном 1

«Он слишком много знал» — так можно сказать о директоре самого популярного в СССР магазина

В 1982 году в СССР пришел к власти Юрий Андропов, бывший руководитель КГБ – и тут же начал закручивать гайки. Наиболее ярким примером его антикоррупционной деятельности является дело Юрия Соколова, директора московского гастронома №1, известного в народе как «Елисеевский».

От таксиста до директора

Соколов Юрий Константинович. wikipedia

Юрий Соколов 1923 года рождения был участником Великой Отечественной, имел награды. Демобилизовавшись, пробовал себя в качестве разнорабочего, грузчика, шофера; в конце концов осел в таксопарке – и уже в качестве таксиста был арестован за расхищение социалистической собственности. Правда, не очень понятно, почему отсидел он всего полтора года и почему у него не отобрали награды – тогда это было в порядке вещей. Этому есть довольно правдоподобное объяснение: на самом деле деньги вне счетчика получал с клиентов его сменщик – и оставил некую сумму в бардачке. Замели же с ними Соколова; он не смог объяснить сотрудникам ОБХСС происхождение этих денег – и его посадили. Но вскоре его сменщик попался с поличным; Соколова сочли нужным отпустить и вернули ему боевые награды. Это объясняет, почему судимого человека приняли в институт торговли им. Плеханова и взяли работать продавцом в самый крупный гастроном столицы.

От простого продавца до директора Соколов дослужился за девять лет. Этот быстрый подъем можно объяснить тем, что уже тогда Юрий имел отношение к торговой мафии, которая везде расставляла своих людей. Впрочем, сейчас сложно что-то сказать наверняка.

Гастроном «Елисеевский» снаружи. wikipedia

Хороший человек, но вор

Почему Андропов нанес удар именно по «Елисеевскому»? Потому что прекрасно знал, что основное количество взяток проходит через этот магазин. Министр МВД Николай Щелоков, его заместитель Юрий Чурбанов, жена Чурбанова и дочь Леонида Ильича Галина Брежнева – все они закупались в гастрономе №1. А именно этих людей Андропов считал главными коррупционерами страны.

Началось с того, что арестовали Авилова, директора «Березки» (сеть магазинов, которые торговали за «чеки» — эквиваленты заработанной совгражданами иностранной валюты – прим. ред.). Да, валютный магазин не имел отношения к «Елисеевскому» – но жена Авилова была замом Соколова. Дала ли она показания против начальника, до сих пор неясно; так или иначе, ей дали 15 лет, а Соколова обложили, как волка.

Его телефон прослушивался, а в рабочем кабинете установили видеоаппаратуру нового поколения. Видеозаписи показали, что еженедельно директору из филиалов гастронома №1 доставляют толстые конверты, которые он затем отвозит в Главторг, Минторг и другие наверху стоящие организации.

После того как директора филиалов под давлением дают показания против Соколова, арестовывают его самого – и, нарочито не скрываясь, проводят в наручниках через весь магазин, мимо ошеломленных покупателей.

Откуда конверты?

Соколов поначалу молчал. Откуда у него в квартире деньги? – это личные накопления. Что было в конвертах? – отчеты о деятельности филиалов и заявки на поставки продуктов (действительно, конверты с отчетами и заявками были найдены оперативниками). Как объяснить наговор других директоров? – завистью.

Следствие, как говорится, зашло в тупик: на квартире и на даче Соколова не было найдено особых богатств. Нужно было признание.

А затем последовало самоубийство Щелокова, министра МВД. А еще Соколову пообещали, что в случае признания он получит минимальный срок. Есть версия, что ему показали смонтированное видео, на котором высокопоставленные шишки вроде начальника Мосглавторга Николая Трегубова приписывают Соколову все смертные грехи.

После этого Соколов заговорил. Он рассказал, как через его магазин проходили миллионы, каким образом создавался в стране искусственный дефицит. Как еще в 70-е он, Соколов, установил в магазине превосходные финские холодильники, а нормы списания испорченных продуктов оставил теми же, и как приторговывал псевдосписанным. Как директора баз требуют от директоров магазинов денег: занесешь конвертик – тебе отпустят качественный товар, нет – пеняй на себя. Как можно нажиться на «столе заказов».

В результате показаний бывшего директора около 15 тысяч работников торговли были либо уволены, либо понижены в должностях, либо арестованы.

Что же до Соколова – то ли он слишком долго молчал, то ли сдал слишком многих, но ему, уже при Черненко, подписали смертный приговор.

На «Байкальской ярмарке», которую «Комсомольская правда» в Иркутске провела в День России, продукция кондитерского цеха «Первый гастроном» пользовалась особой популярностью — известный бренд узнавали все.

Кондитерский цех «Первый гастроном»

Цех по производству сладостей «Первый гастроном» появился в Иркутске в 1990 году. Сейчас это одна из старейших кондитерских города.

БАЙКАЛЬСКАЯ ЯРМАРКА. Первый гастроном

Среди ее сотрудников есть те, кто работал на этом предприятии с первых дней открытия. При этом в цех с удовольствием идет молодежь и приносит новые идеи. Таким образом, «Первый гастроном», сохраняя традиции, идет в ногу со временем и стремится выпускать более качественную и вкусную продукцию.

В качестве сырья кондитерский цех использует только натуральные продукты местных производителей — свежие яйца, сметану, сливки, масло… В выпечку не кладут никаких готовых сухих смесей.

Многие годы в ассортименте «Первого гастронома» присутствует торт «Киевский», приготавливаемый из безе. Его рецептура, несмотря на появление множества добавок, улучшителей и заменителей, ничуть не изменялась.

Изменения в ассортимент кондитеры стараются вносить только в соответствии с пожеланиями покупателей, а они в последнее время предпочитают все натуральное.

Если, к примеру, раньше были популярны торты с белковыми или масляными розами, то сейчас пользуются спросом изделия со сметанным кремом или покрытием из мастики.

Кондитеры «Первого гастронома» постоянно изучают потребительский спрос и могут изготовить торт с учетом всех пожеланий клиента. Для детей это могут быть абсолютно домашние тортики, для тех, у кого есть проблемы со здоровьем, — диетические.

К любому торжеству, будь то день рождения, свадьба, детский утренник, выпускной бал или корпоративный вечер, «Первый гастроном» испечет торт, который подчеркнет настроение праздничного дня.

Торты и порожные этого предприятия жители и гости города покупают уже более 25 летФото: Юлия ПЫХАЛОВА

Помимо кондитеров в цехе «Первого гастронома» трудится команда художников. Они могут воплотить в жизнь любую фантазию: для ребенка — украсить торт фигурками любимых героев мультфильмов, для взрослого юбиляра — создать произведение, которое будет говорить о его профессии, и т.д.

В настоящее время «Первый гастроном» выпускает около 30 наименований различной продукции: торты, сладкие полоски, пирожные, печенье, булки, кексы… Также цех реализует готовое тесто — пирожковое и слоеное.

Среди тортов популярностью пользуются «Перс» — белый бисквит, пропитанный персиковым джемом и натуральными сливками, «Люмьер» — шоколадный бисквит с заварным кремом, покрытый карамелью, «Экзотика» — белый абрикосовый бисквит со сливочным кремом, добавлением киви и банана, а также традиционные «Прага», «Киевский», «Птичье молоко», «Черемушка», «Наполеон», «Зебра», «Муравейник» и многие другие.

Также очень широк ассортимент детских и праздничных тортов. Ну а знаменитые полоски «Черемуховая», «Творожная», «Брусничная», «Медовая» и «Королевская» еще никогда и никого не оставляли равнодушными.

Отзывы на продукцию кондитерского цеха «Первый гастроном» в интернете сплошь положительные: «Покупала торт ребенку на день рождения. Выбирала с героями мультфильмов. Выбор огромный. Вкусно, красиво. Сынок и гости были довольны», «Торты вкусные, все время беру детям, всем советую», «Очень-очень вкусные тортики у «Первого гастронома», всегда свежие, и чувствуется, что натуральные, как домашние!».

Руководитель кондитерского цеха «Первый гастроном» Лютикова В.В.

Срок годности торта — трое суток, после этого срока продукция снимается с продажи. Но сладкие лакомства от «Первого гастронома» не залеживаются на прилавках — покупатели обращают на них внимание в первую очередь, ведь «Первый гастроном» — это один из брендов Иркутска и качество, проверенное временем.

Приобрести продукцию «Первого гастронома» можно в разных районах города Иркутска. Заказать по адресу: ул. Карла Маркса, 21 (вход с ул. Горького) или по телефону (3952) 34-30-32 .

Московский гастроном № 1 («Елисеевский») называли оазисом в продовольственной пустыне СССР. Он исправно снабжал отборными деликатесами партийную верхушку и творческую, научную, военную элиту страны. Как выяснилось, через руки директора гастронома проходили огромные взятки, которыми он делился с сильными мира сего. Интересны детали расследования, фигуранты дела, а приговор поражает своей суровостью.

Если бы в России до 1983 года сохранился обычай публичной казни, то на исполнение приговора директору «Елисеевского» Юрию Соколову могли собраться сотни тысяч людей, которые после его ареста требовали «покарать зарвавшегося торгаша по всей строгости закона». Но тянуло ли его преступление на смертную казнь?
Дело Юрия Соколова «заблудилось» в трех Генеральных секретарях ЦК КПСС
Уголовное дело по обвинению Ю. Соколова, его заместителя И. Немцева, заведующих отделами Н. Свежинского, В. Яковлева, А. Конькова и В. Григорьева «в хищении продовольственных товаров в крупных размерах и взяточничестве», было возбуждено прокуратурой Москвы в конце октября 1982 – за десять дней до смерти Генерального секретаря ЦК КПСС Леонида Брежнева.
Следствие по этому делу продолжалось при новом руководителе СССР Юрии Андропове. А заседание Верховного Суда РСФСР, на котором Юрию Соколову был вынесен смертный приговор, состоялся уже при Константине Черненко, сменившем на посту руководителя партии и государства Андропова. Причем, Черненко пережил казненного работника торговли всего на три месяца.
Арест Соколова советская пресса преподнесла по команде сверху как начало решительной борьбы КПСС с коррупцией и теневой экономикой. Могла ли калейдоскопическая смена престарелых генсеков в какой-то степени смягчить участь подсудимого и сохранить ему жизнь? В один из моментов у Юрия Соколова, находящегося в Лефортово, затеплилась, было, надежда на снисхождение, о чем мы и расскажем ниже.
Он уже однажды находился под судом и провел в колонии 2 года. Но, оказалось, – за чужое преступление…
Юрий Соколов родился в Москве в 1925 году. Он участник Великой Отечественной войны и отмечен несколькими правительственными наградами. Известно также, что в 50-годах он был осужден «по навету». Но после двух лет заключения полностью оправдан: был задержан тот, кто на самом деле совершил преступление. Соколов работал в таксомоторном парке, затем продавцом.
С 1963 по 1972 год Юрий Соколов был заместителем директора гастронома №1, который москвичи по-прежнему называют «Елисеевским». Возглавив торговое предприятие, он проявил себя, как сказали бы сейчас, блестящим топ-менеджером. В эпоху тотального дефицита Соколов превратил гастроном в оазис посреди продовольственной пустыни.
Кому понадобилось казнить 58-летнего фронтовика, сумевшего обеспечить в прогнившей системе совторговли бесперебойную поставку товаров в магазин?
Этот недоуменный вопрос задают сегодня те, кто считает, что если бы в то время было больше «соколовых», все советские люди ели бы черную икру ложками. Но не все так просто. Надо подчеркнуть, что плодами трудов Юрия Константиновича пользовались исключительно высшая номенклатурная и культурная элиты Москвы.
В гастрономе №1 и его семи филиалах «под прилавком» царило изобилие: импортные алкогольные напитки и сигареты, черная и красная икра, финский сервелат, ветчина и балыки, шоколадные конфеты и кофе, сыры и цитрусовые…
Все это могли приобрести (по системе заказов и с «черного входа») только высокопоставленные партийные и государственные бонзы, в том числе члены семьи правящего Генсека ЦК КПСС Леонида Брежнева, знаменитые писатели и артисты, герои космоса, академики и генералы…
Как деликатесные, редкие, а то и просто экзотические продукты попадали в советский гастроном №1?
Вот строки из приговора, который подвел черту под жизнью директора «Елисеевского»: «Используя свое ответственное должностное положение, Соколов в корыстных целях с января 1972 по октябрь 1982 гг. систематически получал взятки от своих подчиненных за то, что через вышестоящие торговые организации обеспечивал бесперебойную поставку в магазин продовольственных товаров в выгодном для взяткодателей ассортименте».
В свою очередь, Юрий Соколов в последнем слове подсудимого подчеркивал, что «теперешние порядки в системе торговли» делают неизбежными реализацию неучтенных продтоваров, обвес и обсчет покупателей, усушку, утруску и пересортицу, списание по графе естественных убылей и «левую продажу», а также взятки. Для того чтобы получить товар и выполнить план, надо, мол, расположить в свою пользу тех, кто наверху, и тех, кто внизу, даже шофера, который везет продукты…
Так кому же, все-таки понадобилась жизнь ухватистого и разворотливого «кормильца» московского бомонда, соблюдавшего основные «законы» брежневской эпохи – «Ты мне, я тебе» и «Живи сам, и давай жить другим»?
Во время ареста Соколов оставался спокойным и в Лефортово отказался отвечать на вопросы
Очевидцы свидетельствуют, что во время ареста Соколов внешне оставался спокойным, на первом допросе в следственном изоляторе Лефортово виновным в получении взяток себя не признал и от дачи показаний категорически отказался. На что рассчитывал арестованный, чего выжидал?
Соколов долгое время находился вне досягаемости длинных рук Лубянки и Петровки. Среди высоких покровителей директора гастронома-самобранки были начальник Главка торговли Мосгорисполкома и депутат Верховного Совета СССР Н. Трегубов, председатель Мосгорисполкома В. Промыслов, второй секретарь Московского горкома КПСС Р. Дементьев, министр МВД Н.Щелоков. На верху охранной пирамиды стоял хозяин Москвы – первый секретарь Московского горкома партии и член Политбюро ЦК КПСС В.Гришин.
И, конечно, в партийных, советских и силовых органах были осведомлены, что Соколов дружен с дочерью Генсека Галиной Брежневой и ее мужем, заместителем министра МВД Юрием Чурбановым.
Юрий Соколов, безусловно, рассчитывал на то, что сработает выстроенная им по принципу круговой поруки «система безопасности». И был момент, когда она, казалось, начинала действовать: известно, что Виктор Гришин после ареста Соколова заявил, что не верит в виновность директора гастронома. Однако, как показали ближайшие события, чехарда со сменой генсеков лишила неприкасаемости не только Соколова, но и его высокопоставленной «крыши».
Соколов начал давать показания только после избрания нового генсека КПСС
Подследственный начал давать признательные показания сразу же после того, как узнал о смерти Брежнева и о том, что Генеральным секретарем ЦК КПСС избран Юрий Андропов. Соколов достаточно хорошо ориентировался в коридорах власти, чтобы не прийти к неутешительному выводу: он стал одной из пешек в игре Андропова по дискредитации возможных соперников на место тяжелобольного Брежнева. А хозяин Москвы Виктор Гришин, как тогда было хорошо известно, был одним из самых вероятных претендентов на кремлевский «трон».
Одного Соколов не мог тогда просчитать: в разработку КГБ он попал еще тогда, когда это всесильное ведомство возглавлял Андропов. Начиная многоходовую игру за высшую власть, Председатель комитета уже наметил директора «Елисеевского», в адрес которого поступали агентурные донесения о взяточничестве, в качестве запала, который должен был взорвать бомбу…
Первое признание Соколова было запротоколировано во второй половине декабря 1982 года. Следователи КГБ дали понять подследственному, что он должен, прежде всего, раскрыть схему хищений из московских продовольственных магазинов, дать показания о передаче взяток в высшие эшелоны власти Москвы. Сотрудничество со следствием зачтется, – внушали ему при этом. А утопающий, как известно, хватается за соломинку…
С какой целью КГБ устроило в здании «Елисеевского» короткое замыкание
Сохранилась экспертная оценка по делу Соколова бывшего прокурора по надзору за КГБ Владимира Голубева. Он считал, что приводимые доказательства виновности Соколова в ходе следствия и суда тщательно не исследовались. Суммы взяток назывались исходя из экономии норм естественной убыли, которая предусматривалась государством. И вывод: с правовой точки зрения столь суровое наказание директора «Елисеевского» противозаконно…
Показательно, что дело Соколова КГБ вел без участия «младшего брата» – МВД: министр внутренних дел Щелоков и его заместитель Чурбанов были в «черном списке» Андропова еще в бытность его Председателем КГБ, а затем и секретарем ЦК КПСС. (В декабре 1982 года 71-летний Н. Щелоков был снят с поста министра МВД и покончил с собой).
За месяц до ареста Соколова комитетчики, выбрав момент, когда тот был за границей, оборудовали кабинет директора оперативно-техническими средствами аудио- и видео контроля (в магазине устроили «короткое замыкание электропроводки», отключили лифты и вызвали «ремонтников»). Под «колпак» были взяты и все филиалы «Елисеевского».
Таким образом, в поле зрения чекистов управления КГБ по Москве в буквальном смысле попали многие высокопоставленные лица, находившиеся с Соколовым в «особых» отношениях и бывавшие у него в кабинете. В том числе, например, тогдашний всесильный начальник ГАИ Н. Ноздряков.
Аудио- и видеонаблюдением было зафиксировано также, что руководители филиалов по пятницам прибывали к Соколову и вручали директору конверты. В дальнейшем часть денег, вырученных на дефиците, не попадающем на прилавок, из сейфа директора перекочевывала к начальнику Главного управления торговли Исполкома Моссовета Николаю Трегубову и другим заинтересованным лицам. Словом, была собрана серьезная доказательная база.
В одну из пятниц все «почтальоны», после того как сдали конверты с деньгами Соколову, были арестованы. Четверо вскоре дали признательные показания.
Комитетчик, арестовавший Соколова, сначала обменялся с ним крепким рукопожатием
Начальник одного из отделов УКГБ, которому поручили руководить операцией по аресту Соколова, хорошо знал, что на рабочем столе Соколова есть кнопка сигнализации охране. Поэтому, войдя в кабинет директора, он протянул ему руку для приветствия. «Дружеское» пожатие завершилось захватом, помешавшим хозяину кабинета поднять тревогу. И только после этого ему предъявили санкцию на арест и приступили к обыску. Одновременно обыски уже шли во всех филиалах гастронома.
Зачем член Политбюро Виктор Гришин прервал отпуск и прилетел в Москву
Еще до окончания следствия по делу Соколова и передачи обвинительного заключения в суд начались аресты директоров крупных столичных торговых предприятий.
Всего в системе столичного Главторга, начиная с лета 1983 года, к уголовной ответственности привлечены более 15 тысяч человек. В том числе, бывший начальник Главторга Мосгорисполкома Николай Трегубов. Покровители попытались вывести его из-под удара и незадолго до этого пересадили в кресло управляющего Союзторгпосредконторы Министерства торговли СССР. Однако рокировка не спасла чиновника, как, кстати, и многих его новых коллег – высокопоставленных сотрудников министерства.
Интересный факт: узнав об аресте Н.Трегубова, в Москву срочно прилетел член Политбюро В. Гришин, находившийся в отпуске. Однако сделать уже ничего не мог. Карьера покровителя московской «торговой мафии» была уже на излете – в декабре 1985 года на посту секретаря МГК КПСС его сменил Борис Ельцин.
За решеткой оказались директора самых известных московских продовольственных магазинов: В. Филиппов (гастроном «Новоарбатский»), Б. Тверетинов (гастроном «ГУМ»), С. Нониев (гастроном «Смоленский»), а также начальник Мосплодовощпрома В. Уральцев и директор плодоовощной базы М. Амбарцумян, директор торга «Гастроном» И. Коровкин, директор «Диетторга» Ильин, директор Куйбышевского райпищеторга М. Байгельман и еще целый ряд весьма солидных и ответственных работников.
Следствием будет установлено, что по делу Главторга устойчивыми преступными связями были объединены 757 человек – от директоров магазинов до руководителей торговли Москвы и страны, других отраслей и ведомств. По показаниям только 12 обвиняемых, через руки которых прошло взяток на сумму более 1,5 миллиона рублей, можно представить общий масштаб коррупции. По документам же ущерб государству оценивался в 3 миллиона рублей (деньги по тем временам большие).
Соколов: подпольный миллионер или бессребреник, спавший на солдатской койке?
Партийная пресса слаженно заговорила о новом НЭПе – наведении элементарного порядка. Пропагандистская компания сопровождалась сообщениями об обысках в квартирах и на дачах «торговой мафии». Мелькали крупные суммы в рублях, валюте и драгоценностях, найденных в тайниках.
В редакции центральных газет, в Центральный комитет КПСС, КГБ, начиная с момента ареста Соколова, продолжали приходить со всех концов страны письма с требованием покарать зарвавшихся торгашей по всей строгости закона.
Сведения о том, сколько «прилипло» к рукам Юрия Соколова, очень противоречивы. Дача, на которой найдены наличными 50 тысяч рублей и облигации еще на несколько десятков тысяч, ювелирные украшения, подержанная иномарка – это по одним источникам. По другим – бывший фронтовик брал взятки и переправлял их «наверх», чтобы обеспечить нормальное снабжение магазина, но себе не брал ни копейки. Утверждали даже, что дома у Соколова, мол, стояла железная койка. Правда, при этом умалчивали, что директор гастронома жил в элитном доме по соседству с дочерью бывшего руководителя государства Никиты Хрущева.
Смертный приговор директору «Елисеевского» изумил даже следователей КГБ
Заседание Коллегии по уголовным делам Верховного Суда РСФСР по делу Соколова и других «материально ответственных лиц гастронома №1» проходило за закрытыми дверями. Юрий Соколов признан виновным по статьям 173 часть 2 и 174 часть 2 УК РСФСР (получение и дача взятки в крупном размере) и 11 ноября 1984 года приговорен к высшей мере наказания – расстрелу с конфискацией имущества. Его заместитель И. Немцев приговорен к 14 годам, А. Григорьев – к 13, В. Яковлев и А. Коньков – к 12, Н. Свежинский – к 11 годам лишения свободы.
На суде Соколов от своих показаний не отказался, зачитывал суду из тетрадки суммы взяток и имена высокопоставленных взяткодателей. От него этого ждали, и во избежание огласки компромата на крупных партийных и государственных функционеров судебное заседание было закрытым. Соколов на судебных заседаниях несколько раз повторял, что стал «козлом отпущения», «жертвой партийных распрей».
Говорят, что сотрудники КГБ, причастные к этому уголовному делу, поражались расстрельному приговору по отношению к подсудимому, который активно сотрудничал со следствием и судом. В публичное выражение сочувствия комитетчиков Соколову верится с трудом. Более правдоподобно звучит предположение, что именно за подробные показания Соколов и поплатился жизнью.
Когда позже перед судом предстал бывший руководитель московской торговли Николай Трегубов, через которого проходили основные «транши» взяток, то он не признал себя виновным и никаких имен не называл. В результате получил 15 лет лишения свободы. Вспомните, это почти столько же, сколько и рядовой заведующий отделом гастронома «Елисеевский»!
Двух директоров казнили, один – сам приговорил себя к высшей мере
Не успел в торговой отрасли пройти шок от расстрела Юрия Соколова, как прозвучал новый расстрельный приговор – директору плодоовощной базы М. Амбарцумяну. Суд в год 40-летия Победы над фашистской Германией не нашел смягчающими такие обстоятельства, как участие Мхитара Амбарцумяна в штурме Рейхстага и в параде Победы на Красной площади в 1945 году. И он тоже давал показания.
Еще один выстрел, последний в этой уголовно-политической истории, прозвучал за пределами тюрьмы – не дожидаясь суда, покончил с собой директор гастронома «Смоленский» С. Нониев.
Долгое время ходил слух: Соколова расстреляли сразу после приговора – в автозаке по дороге из суда в СИЗО
Официально объявлено, что приговор в отношении Юрия Соколова приведен в исполнение 14 декабря 1984 года, то есть, через 33 дня после его оглашения. Откуда пошла малоправдоподобная версия о том, что будто Соколов не доехал живым до СИЗО после последнего заседания суда? Вспомним, что уже полным ходом шло следствие по другим уголовным делам в отношении работников Главторга. И многие высокопоставленные лица были заинтересованы в том, чтобы такой опасный свидетель, как Соколов, как можно скорее был «нейтрализован». Скорее всего, именно отсюда и родился слух: Соколова, мол, поспешили убрать, чтобы он не успел подать просьбу о помиловании…
Власть сменилась, показательные «порки» по политическим мотивам остались
Соколов, безусловно, преступник. Однако у суда было достаточно оснований избрать для почти 60-летнего торгового работника меру наказания, не связанную со смертной казнью. Но в данном случае криминал был на втором плане – разворотливый директор стал одной из пешек в политической борьбе за верховную власть. Буквально через несколько месяцев после смерти бывшего директора «Елисеевского» на этом поле правила игры начали меняться. Следствие по делу «торговой мафии» начало сворачиваться, группа следователей ОБХСС, сформированная из специалистов многих регионов, была разогнана «по домам».
Сегодня мы живем по другим, российским законам, пришедшим на смену советским. Но, по-прежнему, за многими громкими уголовными делами угадываются подчас политические мотивы – борьба за власть, соперничество «кланов» и могущественных силовых структур за близость «к телу», устранение соперников и «показательная порка» олигархов с помощью судов…

Но это уже тема для отдельного разговора.

Записи созданы 8132

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Похожие записи

Начните вводить, то что вы ищите выше и нажмите кнопку Enter для поиска. Нажмите кнопку ESC для отмены.

Вернуться наверх