Иск о признании недействительным договора дарения

Тот факт, что гр-ка С. не зарегистрировала свое право собственности на недвижимую вещь в коммунальном предприятии БТИ после заключения договора дарения, сам по себе не может быть основанием для признания соответствующего договора недействительным.

Суд не учел, что статья 203 ГК Украины, прежде всего, устанавливает общие требования, соблюдение которых необходимо для действительности сделки, а конкретные основания для признания договоров недействительными определены статьями 215, 218—235 ГК Украины, и такие основания должны иметь место именно на момент заключения такого договора. Поэтому признание договора недействительным лишь по мотивам несоблюдения общих требований для действительности сделки нельзя признать правильным

18 августа 2010 года коллегия судей Судебной палаты по гражданским делам Верховного Суда Украины, рассмотрев в судебном заседании дело по иску гр-на Г. к гр-ну К, гр-ну Е., Полтавской районной государственной нотариальной конторе (нотариальная контора), третье лицо: коммунальное предприятие «Бюро технической инвентаризации и градостроительства Полтавского района» (БТИ), — о признании договора дарения недействительным и по встречному иску гр-на К., гр-на Е. к гр.-ну Г., нотариальной конторе, третье лицо: БТИ, — об установлении юридического факта, выделении долей в наследственном имуществе, признании права собственности на наследственное имущество, установила следующее.

В июне 2008 года гр-н Г. обратился в суд с иском к гр.-ну К., гр.-ну Е., нотариальной конторе, третье лицо: БТИ, — о признании недействительным договора дарения квартиры по адресу: *, заключенного им 18 января 2007 года в пользу гр-ки С.

Истец указывал, что пребывал с гр‑кой С. в зарегистрированном браке с 2005 года. Поскольку он старше по возрасту гр-ки С., был намерен обеспечить ее жильем на случай своей смерти, а потому считал необходимым распорядиться своим имуществом — квартирой по адресу * — путем составления завещания на ее имя.

18 января 2007 года вместе с женой, гр.-кой С., обратился к нотариусу, где, как он считал, составил завещание на ее имя. Подписанный им документ отдал жене. В ** году гр-ка С. умерла. После ее смерти гр-н Г. выяснил, что 18 января 2007 года у нотариуса он подписал не завещание, а договор дарения квартиры.

Ссылаясь на то, что гр-ка С. не приняла в дар спорную квартиру, как того требует статья 721 Гражданского кодекса (ГК) Украины, и не зарегистрировала настоящий договор в БТИ, до настоящего времени он, истец, считается собственником квартиры, его волеизъявление при подписании договора дарения не было направлено на совершение именно договора дарения, гр-н Г. просил признать этот договор недействительным на основании статей 203, 215, 216 ГК Украины и восстановить его имущественные права на квартиру.

В июле 2008 года в суд обратились гр-н К. и гр-н Е. со встречным иском к гр-ну Г. о выделении долей в наследственном имуществе, признании права собственности на наследственное имущество. Ссылались на то, что они вместе с гр-ном Г. являются наследниками первой очереди умершей в ** году гр.-ки С. Поскольку право собственности гр-ки С. на спорную квартиру на основании договора, заключенного 18 января 2007 года, не зарегистрировано в органах БТИ, просили признать за гр-кой С. право собственности на имущество — квартиру по адресу: * на основании договора дарения, заключенного гр-ном Г. на ее имя, и осуществить раздел наследственного имущества между ними и гр-ном Г.

Решением Полтавского районного суда Полтавской области от 5 декабря 2008 года, оставленным без изменений определением Апелляционного суда Полтавской области от 19 марта 2009 года, исковые требования гр-на Г. удовлетворены. Признан недействительным договор дарения квартиры по адресу: *, заключенный 18 января 2007 года. В удовлетворении исковых требований гр-на К., гр-на Е. отказано. Дополнительным решением Полтавского районного суда Полтавской области от 19 января 2009 года решен вопрос о судебных издержках.

В кассационной жалобе гр-н К и гр‑н Е. просят отменить принятые по делу судебные решения и принять новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований гр-на Г., ссылаясь на нарушение судами норм процессуального права и неправильное применение норм материального права.

Кассационная жалоба подлежит час­тичному удовлетворению на таких основаниях.

Принимая решение об удовлетворении исковых требований гр-на Г. и признавая договор дарения недействительным, суд первой инстанции, с выводами которого согласился апелляционный суд, исходил из того, что гр-н Г. был намерен удостоверить завещание на имя жены — гр-ки С., а не договор дарения, его волеизъявление было направлено именно на составление завещания, но в момент заключения договора дарения он по причине возрастных и медицинских недостатков не осознавал значения своих действий. Суд пришел к выводу, что во время заключения договора дарения имело место нарушение части 5 статьи 203 ГК Украины относительно свободного волеизъявления стороны и соответствия договора внутренний воле. Кроме того, суд указал, что, согласно статьям 657, 210 ГК Украины, договор дарения спорной квартиры подлежит обязательной государственной регистрации, а договор дарения, заключенный 18 января 2007 года между гр-ном Г. и гр-кой С., этим требованиям закона не соответствовал.

Однако такие выводы судов являются преждевременными.

Так, предметом иска гр-на Г. было признание недействительным договора дарения, заключенного им в пользу его жены, гр-ки С., 18 января 2007 года.

Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда Украины от 6 ноября 2009 года № 9 «О судебной практике рассмотрения гражданских дел о признании сделок недействительными», при рассмотрении дел о признании сделок недействительными суды в зависимости от предмета и оснований иска должны применять нормы материального права, которыми регулируются соответствующие отношения, и на основании этих норм рассматривать дела. Из этого следует, что при рассмотрении иска о признании недействительным договора дарения суды должны исходить из соответствующих норм ГК Украины, которыми регулируется совершение именно этого вида договоров.

Договор дарения является особой формой договоров, устанавливающих безвозмездную передачу имущества в собственность от одной стороны (дарителя) к другой стороне (одаряемому).

Согласно статье 717 ГК Украины по договору дарения одна сторона (даритель) передает или обязуется передать в будущем второй стороне (одаряемому) безвозмездно имущество (дар) в собственность.

По пункту 2 статьи 719 ГК Украины договор дарения недвижимой вещи заключается в письменной форме и подлежит нотариальному удостоверению.

Статьей 182 ГК Украины предусмотрена необходимость государственной регистрации как прав на ­недвижимость, так и сделок относительно недвижимости.

Государственная регистрация договора об отчуждении имущества и государственная регистрация права собственности на недвижимую вещь являются отдельными видами регистрации.

Государственная регистрация сделок проводится на основании Временного порядка государственной регистрации сделок, утвержденного постановлением Кабинета Министров Украины от 26 мая 2004 года № 671, согласно пункту 2 которого регистраторами являются государственные нотариальные конторы, частные нотариусы, которые, согласно договорам, заключенным с администратором Реестра, проводят государственную регистрацию сделок, изменений, внесенных в них, сведений о прекращении их действия, принимают запросы, выдают удостоверенные извлечения из Реестра и выполняют другие функции, предусмотренные этим Порядком.

Государственная регистрация вещных прав на недвижимое имущество проводится коммунальными предприятиями БТИ на основании Временного положения о порядке регистрации прав собственности на недвижимое имущество, утвержденного приказом Министерства юстиции Украины от 7 февраля 2002 года № 7/5, с учетом положений пункта 5 Заключительных положений Закона Украины «О государственной регистрации вещных прав на недвижимое имущество и их ограничений» от 1 июля 2004 года.

Во время рассмотрения дела установлено, что договор дарения, заключенный 8 января 2007 года гр-ном Г. в пользу гр‑ки С., зарегистрирован государственным нотариусом Полтавской районной государственной нотариальной конторы, № сделки ****, что свидетельствует о том, что договор дарения зарегистрирован в установленном законом порядке.

С учетом вышеизложенных положений закона тот факт, что гр-ка С. не зарегистрировала свое право собственности на недвижимую вещь в коммунальном предприятии БТИ после заключения договора дарения, сам по себе не может быть основанием для признания соответствующего договора недействительным.

Кроме того, удовлетворяя исковые требования о признании договора дарения недействительным, суд сослался на часть 3 статьи 203 Гражданского кодекса Украины.

Но при этом суд не учел, что статья 203 ГК Украины, прежде всего, устанавливает общие требования, соблюдение которых необходимо для действительности сделки, а конкретные основания для признания договоров недействительными определены статьями 215, 218—235 ГК Украины, и такие основания должны иметь место именно на момент заключения такого договора. Поэтому признание договора недействительным лишь по мотивам несоблюдения общих требований для действительности сделки нельзя признать правильным.

Поскольку суды, рассматривая дело, в нарушение статей 213, 214, 303, 316 ГПК Украины в достаточном объеме не определились с характером спорного правоотношения и правовыми нормами, подлежащими применению при разрешении данного спора, судебные решения подлежат отмене с ­передачей дела на новое судебное рассмотрение в суд первой инстанции как в части решения исковых требований о признании договора недействительным, так и в части отказа в удовлетворении исковых требований гр-на К., гр-на Е. о признании права собственности на наследственное имущество и разделе наследственного имущества.

Руководствуясь статьей 336 Гражданского процессуального кодекса Украины, коллегия судей Судебной палаты по гражданским делам Верховного Суда Украины постановила:

— кассационную жалобу гр-на К., гр‑на Е. удовлетворить частично;

— решение Полтавского районного суда Полтавской области от 5 декабря 2008 года, дополнительное решение Полтавского районного суда Полтавской области от 19 января 2009 года и определение Апелляционного суда ­Полтавской области от 19 марта 2009 года отменить, дело передать на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Определение обжалованию не подлежит.

Перед изучением Обзора рекомендуем предварительно ознакомиться с его оглавлением.

I. Основные положения о заключении, исполнении и расторжении договоров дарения

I. Основные положения о заключении, исполнении и расторжении договоров дарения

Согласно пункту 1 статьи 572 Гражданского кодекса РФ по договору дарения даритель безвозмездно передает или обязуется передать одаряемому вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу, либо освобождает или обязуется освободить его от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
Из данной нормы закона следует, что наличие возмездных начал в договорном обязательстве исключает признание соответствующего договора договором дарения. Таким образом, квалифицирующим признаком дарения является согласно пункту 1 статьи 572 ГК РФ его безвозмездность.
Существенным условием договора является его предмет, то есть вещь, передаваемая дарителем одаряемому в собственность, либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу, либо освобождение одаряемого от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
При заключении договора дарения следует исходить из следующих его особенностей:

1. Дарение, сопровождаемое передачей дара одаряемому, может быть совершено устно (пункт 1 статьи 574 ГК РФ), за исключением следующих случаев: договор дарения движимого имущества должен быть совершен в письменной форме в случае, когда дарителем является юридическое лицо и стоимость дара превышает три тысячи рублей, а также в случае, когда договор содержит обещание дарения в будущем (пункт 2 статьи 574 ГК РФ). А договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации (пункт 3 статьи 574 ГК РФ). Необходимо учитывать, что в соответствии с последними изменениями законодательства правило о государственной регистрации договора дарения недвижимого имущества не подлежит применению к договорам, заключаемым после 01.03.2013 (части 1, 8 статьи 2 Федерального закона от 30.12.2012 N 302-ФЗ «О внесении изменений в главы 1, 2, 3 и 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

2. Не допускается дарение, за исключением обычных подарков, стоимость которых не превышает трех тысяч рублей (пункт 1 статьи 575 ГК РФ):
— от имени малолетних и граждан, признанных недееспособными, их законными представителями;

— работникам образовательных организаций, медицинских организаций, организаций, оказывающих социальные услуги, и аналогичных организаций, в том числе организаций для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, гражданами, находящимися в них на лечении, содержании или воспитании, супругами и родственниками этих граждан;
— лицам, замещающим государственные должности Российской Федерации, государственные должности субъектов Российской Федерации, муниципальные должности, государственным служащим, муниципальным служащим, служащим Банка России в связи с их должностным положением или в связи с исполнением ими служебных обязанностей;
— в отношениях между коммерческими организациями.

3. Дарение вещи или права в общеполезных целях признается пожертвованием (статья 582 ГК РФ).
ВАС РФ не сформировано единого обобщающего обзора по спорным вопросам при заключении, исполнении и расторжении договоров дарения, однако некоторые особенности данного вида договоров, а также вопросы правовой квалификации отношений сторон как дарение отражены в следующих документах:
— Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 30.10.2007 N 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации»;
— Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 21.12.2005 N 104 «Обзор практики применения арбитражными судами норм Гражданского кодекса РФ о некоторых основаниях прекращения обязательств».
Кроме того, Президиумом ВАС РФ в ряде Постановлений сформулированы правовые позиции в отношении договоров дарения, которыми судам нижестоящих инстанций следует руководствоваться при вынесении решений:
— безвозмездная сделка по передаче имущества от дочернего общества к основному обществу (коммерческой организации) должна быть квалифицирована как дарение, поэтому является ничтожной и не порождает каких-либо последствий для ее сторон в связи с невозможностью осуществления дарения в отношениях между коммерческими организациями, что следует из подпункта 4 пункта 1 статьи 575 ГК РФ (Постановление Президиума ВАС РФ от 04.12.2012 N 8989/12 по делу N А28-5775/2011-223/12);
— обязательным признаком договора дарения должно служить вытекающее из соглашения очевидное намерение передать имущество, право в качестве дара (Постановление Президиума ВАС РФ от 25.04.2006 N 13952/05 по делу N А24-554,555/03-11);

— при отсутствии доказательств наличия воли сторон на передачу имущества без какого-либо встречного предоставления сделка по передаче имущества признается возмездной (Постановление Президиума ВАС РФ от 08.09.2009 N 5477/09 по делу N А19-5536/08-10);
— отсутствие в соглашении какого-либо встречного предоставления не позволяет квалифицировать отношения сторон как дарение, такой договор не соответствует положениям подпункта 4 части 1 статьи 575 ГК РФ (Постановление Президиума ВАС РФ от 27.07.2010 N 1637/09 по делу N А08-3498/07-12-28).
Ниже приводится обзор выводов судов, изложенных в решениях конкретных дел, по спорным вопросам при заключении, исполнении и расторжении договоров дарения, а именно:
— признание договора незаключенным или недействительным;
-отмена и ограничения договора дарения;
— неисполнение обязанностей по договору дарения;
— ненадлежащее исполнение обязанностей по договору дарения;
— споры о расторжении договора дарения;
— иные вопросы.

II. Выводы судов по спорным вопросам при заключении, исполнении и расторжении договоров дарения

Признание договора незаключенным или недействительным

1. Признание договора незаключенным или недействительным

1.1. Постановление ФАС Волго-Вятского округа от 12.03.2014 по делу N А43-16119/2011
Исковые требования:
Конкурсный управляющий ООО «МАРЭМ + Волжские электрические сети» (организации-должника) обратился в суд с требованием о признании недействительной сделки по перечислению 3800000 рублей с расчетного счета организации-должника ЗАО «МАРЭМ+» (контрагенту должника) в качестве безвозмездной финансовой помощи.
Решение суда:
Суд удовлетворил исковые требования.
Позиция суда:
Суд установил, что оспариваемая сделка содержит условия, характерные для договора дарения: указание на безвозмездность передачи имущества (пункт 1 статьи 562 ГК РФ), возможность отказа одаряемого от передачи дара (пункт 1 статьи 573 ГК РФ), а также принял во внимание отсутствие в материалах дела документов, свидетельствующих об иных основаниях перечисления денежных средств ЗАО «МАРЭМ+» (контрагенту должника), нежели указано в платежном документе (в качестве безвозмездной финансовой помощи).

Таким образом, перечисление ЗАО «МАРЭМ+» 3800000 рублей является недействительной сделкой в силу подпункта 4 пункта 1 статьи 575 ГК РФ, запрещающего дарение в отношениях между коммерческими организациями.

1.2. Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 16.07.2013 по делу N А19-17256/2012
Исковые требования:
ООО УК «Уютный дом» (новый должник) обратилось в суд к ОАО «Западное управление жилищно-коммунальными системами» (прежнему должнику) с требованиями о признании недействительным заключенного между сторонами спора соглашения на перевод долга в связи с несоответствием его, по мнению истца, пункту 4 статьи 575 ГК РФ.
Решение суда:
В удовлетворении исковых требований отказано.
Позиция суда:
Отметив, что обязательным признаком договора дарения является очевидное намерение освободить сторону от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом, суд обратил внимание, что из содержания соглашения на перевод долга не следует, что оно носит безвозмездный характер, фактически между сторонами состоялась замена лица в обязательстве по поставке ресурса и оплате за оказанные услуги, следовательно, заключенное соглашение на перевод долга не может быть признано недействительным (ничтожным) по заявленным истцом (ООО УК «Уютный дом») основаниям.

1.3. Постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 03.09.2014 по делу N А79-13840/2012

Исковые требования:
В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) крестьянского (фермерского) хозяйства Самойловой Л.Н. (должника) конкурсный управляющий имуществом должника обратился в суд с требованием о признании недействительным и применении последствий недействительности договора дарения, заключенного должником (дарителем) с физическим лицом (одаряемым).
Решение суда:
Исковые требования удовлетворены.
Позиция суда:
Суд установил, что договор дарения заключен за девять месяцев до даты принятия арбитражным судом заявления о признании должника (дарителя) банкротом; оспариваемая сделка совершена безвозмездно в отношении одаряемого, являющегося заинтересованным лицом.

Исследовав и оценив представленные доказательства, суд пришел к выводу о том, что указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что договор дарения совершен в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, другая сторона сделки знала об этой цели. Таким образом, конкурсным управляющим доказана вся совокупность обстоятельств, необходимых для признания спорного договора недействительным, по правилам пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

1.4. Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 12.11.2013 по делу N А46-30106/2012 (Определением ВАС РФ от 26.03.2014 N ВАС-2780/14 отказано в передаче дела N А46-30106/2012 в Президиум ВАС РФ для пересмотра в порядке надзора данного постановления)
Исковые требования:
Филимендикова Т.С. (акционер ЗАО «Фирма «РЕЗЕРВ») обратилась в суд к Сухареву В.А. (акционеру ЗАО «Фирма «РЕЗЕРВ», дарителю), Степанову Д.Б. (одаряемому) с требованиями (с учетом уточнения предмета иска) о признании недействительным договора дарения акций ЗАО «Фирма «РЕЗЕРВ» как прикрывающего сделку купли-продажи и применении последствий недействительности ничтожной сделки путем перевода на истца прав и обязанностей покупателя по договору купли-продажи указанных акций.
Решение суда:

В удовлетворении исковых требований отказано.
Позиция суда:
По мнению суда, с учетом положений статьи 572, пункта 2 статьи 170 ГК РФ, а также правовой позиции, изложенной в подпункте 8 пункта 14 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.11.2003 N 19 «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об акционерных обществах», истец (акционер ЗАО «Фирма «РЕЗЕРВ») не доказал обстоятельства, входящие в предмет доказывания по рассматриваемому иску, а именно наличие прикрывающей договор купли-продажи акций сделки и направленность оспариваемого договора на достижение иных правовых последствий, чем правовые последствия дарения акций.

Ссылка на отсутствие родственных связей между дарителем и одаряемым, материальное положение дарителя, поведение сторон после их совершения, стоимость акций не позволяют сделать однозначный вывод о притворности волеизъявления дарителя передать в дар одаряемому принадлежащие ему акции ЗАО «Фирма «РЕЗЕРВ».

1.5. Постановление ФАС Московского округа от 30.12.2013 N Ф05-16383/2013 по делу N А41-19157/2013
Исковые требования:
Зотов В.В. (учредитель ООО «БЕРЕЗКА-ВОДНИКИ») обратился в суд к Бузетти К.Д. (учредителю ООО «БЕРЕЗКА-ВОДНИКИ», дарителю) и Шилько Д.Ю. (одаряемому) с требованиями о признании недействительным заключенного между ответчиками договора дарения доли в уставном капитале ООО «БЕРЕЗКА-ВОДНИКИ» как носящего возмездный характер, и о применении последствий недействительной сделки путем возврата Бузетти К.Д. от Шилько Д.Ю. доли в уставном капитале ООО «БЕРЕЗКА-ВОДНИКИ».
Решение суда:
В удовлетворении исковых требований отказано.

Всем неравнодушным к банкротному праву, а особо, к главе III.2 ЗоБ, предлагаю обсудить достаточно нестандартный кейс по оспариванию сделки с предпочтением.

Обстоятельства дела таковы.

За 5 месяцев до возбуждения дела о банкротстве должник заключает договор с контрагентом, по условиям которого должник обязуется передать контрагенту акции номинальной стоимостью 150 млн. руб., а контрагент обязуется оплатить должнику за акции 250 млн. руб. Рыночная стоимость акций – 106 млн. руб.

В момент совершения сделки должник обладает признаками недостаточности, контрагент – аффилированное с должником лицо.

На следующий же день контрагент перечисляет должнику 250 млн. руб. (далее – аванс).

Стороны по соглашению сторон расторгают договор купли-продажи акций через 7 дней после его заключения. В этот же день во исполнение соглашения о расторжении Должник возвращает Контрагенту Аванс. Акции контрагенту не передавались, соответственно, остались в конкурсной массе должника.

Наверняка, многие уже поняли какая была цель сделки: бросить пыль в глаза регулятора (должник – финансовая организация!) и выиграть небольшое количество времени для спасения золота из тонущего корабля.

Стороны формально исполнили договор, руководство должника отчиталось в ЦБ: показали договор, показали получение аванса; контрольный орган им в ответ: какие же вы молодцы — существенно улучшили структуру активов. После направления отчета в ЦБ стороны расторгли этот выгодный контракт, Должник вернул Аванс Контрагенту.

Таким образом, мнимость договора купли-продажи акций очевидна (п. 1 ст. 170 ГК РФ).

И вот теперь кредиторы хотят оспорить платеж по возврату аванса как сделку, в результате которой контрагент получил преимущественное удовлетворение.

Итак, вопросы на обсуждение: как квалифицировать платеж должника по возврату аванса, если договор и соглашение о его расторжении являются мнимыми сделками? Точнее даже так: как квалифицировать обязательство Должника перед Контрагентом, во исполнение которого был возвращен Аванс, при мнимости договора и соглашения о расторжении? Подлежит ли оспариванию в такой ситуации платеж по возврату аванса?

Предлагаемые варианты.

А) Возврат аванса = гашение обязательства из неосновательного обогащения.

Последствием мнимости договора является отсутствие (не возникновение) каких-либо прав и обязанностей между должником и его контрагентом. В отсутствии правовых оснований перечисление Контрагентом Аванса привело к неосновательному обогащению Должника, следовательно, у Контрагента в этот момент возникло к Должнику требование о возврате неосновательного обогащения, которое впоследствии погашено оспариваемой сделкой.

Таким образом, мнимость договора купли-продажи акций и соглашения о его расторжении позволяет квалифицировать платеж по возврату аванса как гашение требования из неосновательного обогащения (ст. 1102 ГК РФ).

Если бы должник не вернул аванс, то контрагент вынужден был бы включиться в реестр требований кредиторов должника на основании ст. 1102 ГК РФ, как требование о возврате неосновательного обогащения. Однако получив от должника 250 млн. руб., Контрагент оказался в более предпочтительном положении нежели чем получил бы пропорциональное удовлетворение будучи в реестре требований кредиторов.

Из позиции о том, что гашение должником обязательства из неосновательного обогащения влечет преимущественное удовлетворение кредитора исходит судебная практика.

Б) Возврат аванса = гашение реституционного требования.

В этом случае исходим из такого предполагаемого сценария развития событий: при ничтожности договора купли-продажи акций в силу его мнимости, контрагент требует возврата перечисленного аванса, в качестве реституционного требования. Согласно абзацу 7 пункта 1 статьи 126 Закона о банкротстве с даты принятия судом решения о признании должника банкротом все требования кредиторов по денежным обязательствам, в том числе обязательства из денежной реституции рассматриваются в рамках дела о банкротстве и подлежат включению в реестр требований кредитов.

Поэтому гашение реституционного требования также влечет преимущественное удовлетворение такого требования. Но с другой стороны, можем ли рассматривать обязательства как реституционные, если не было судебного акта, которым была применены реституция?

Буду благодарен, если при обсуждении поделитесь судебной практикой, где гашение реституционных требований в последствии оспаривали по ст. 61.3 Закона о банкротстве.

В) Возврат аванса = возврат компенсационного финансирования.

Согласно утвержденному Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020 Обзору судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (далее – Обзор) разъяснены основания квалификации финансирования как компенсационного для целей определения наличия оснований для понижения очередности удовлетворения требований.

Согласно п. 3 Обзора, требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса.

При этом под имущественным кризисом понимается наступление обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве (недостаточность или неплатежеспособность) (абз. 7 п. 3.1 Обзора). Эти признаки в этот момент были.

В судебной практике также наблюдается подход, когда суды квалифицировали возврат компенсационного финансирования в качестве преференциальной сделки.

Таким образом, возврат аванса можно квалифицировать как сделку с предпочтением, которая направлена на гашение компенсационного финансирования.

Возможны какие-то иные варианты квалификации, предлагайте также на обсуждение.

Елена Павлова, юрист-аналитик юридической фирмы «Ветров и партнеры»

Корпоративные отношения в организации, как правило, строятся не только на взаимовыгодном сотрудничестве участников, но и являются в известной степени фидуциарными, поскольку управление юридическим лицом необходимо осуществлять сообща и развивать бизнес в одном направлении при отсутствии разногласий сторон. Исходя из этого, возникший корпоративный конфликт очень сложно преодолеть. Зачастую это практически невозможно сделать без судебного урегулирования спора.

Фабула дела:

Участник общества с ограниченной ответственностью (владелец 50% доли в уставном капитале) обратился в Арбитражный суд Республики Башкортостан с иском о признании недействительным договора дарения доли в размере 50% в уставном капитале общества. Договор был заключен между другим участником общества и третьим лицом. Помимо этого, было заявлено требование о применении последствий недействительности сделки.

Суд первой инстанции в удовлетворении исковых требований отказал, в связи с чем для защиты нарушенных прав истец был вынужден обратиться в суд апелляционной инстанции. Апелляционная инстанция встала на сторону истца, признав сделку недействительной и расценив действия ответчика как злоупотребление правом.

Судебный акт: Постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.02.2018г. по делу № А07-25339/2016

Выводы суда:

1) Ответчик совершил сделку дарения доли с целью уйти от ответственности по ранее поданному иску другого участника (истца по рассматриваемому делу) об исключении ответчика из состава участников общества. Таким образом, он пытался прекратить свой статус участника.

Вместе с тем, ВАС РФ, оценивая подобную ситуацию, ранее отмечал, что сам факт заключения договора дарения доли после подачи иска об исключении из состава участников общества свидетельствует о злоупотреблении правом (Постановление от 10.09.2013 № 3330/13).

2) Для квалификации действий ответчика как злоупотребления правом достаточно лишь возможности наступления вреда. Ответчик, заключив мнимую сделку, фактически нарушил материально-правовой интерес другого участника общества (истца), поскольку таким образом ушел от ответственности исключения из состава участников общества. В связи с этим, действия ответчика расцениваются как злоупотребление правом.

3) В круг доказывания обстоятельств по делу о признании сделки дарения доли в уставном капитале общества недействительной входит только установление обстоятельства наличия злоупотребления правом со стороны дарителя (ответчика). Иные обстоятельства, которые доказывались в суде первой инстанции (осведомленность одаряемого о наличии корпоративного конфликта, наличие или отсутствие зависимости дарителя и одаряемого), правового значения в данном случае не имеют.

4) Судом апелляционной инстанции также отмечено, что достаточно было установить наличие недобросовестности одной стороны – именно дарителя, поскольку одаряемый даже в случае признания договора дарения недействительным, не претерпевает неблагоприятных последствий. Тот факт, что третьим лицом в данном случае погашена часть долга общества, также не влечет для него каких-либо неблагоприятных последствий, поскольку это лицо может предъявить требование к обществу о возмещении указанных денежных средств.

Кроме того, вывод суда первой инстанции о соблюдении формы заключения договора дарения не изменяет правовой сущности действий ответчика как злоупотребления правом.

5) Несмотря на совершенную сделку по дарению доли, ответчик не утратил корпоративный контроль в обществе, поскольку являлся на момент рассмотрения дела генеральным директором общества. Этот факт является еще одним доказательством мнимости совершенной сделки и злоупотребления правом с его стороны, несмотря на утверждение ответчика об «утрате интереса к обществу».

1) Управляя бизнесом, собственники должны учитывать такие риски и проблемы, как возможность возникновения корпоративного конфликта с иными собственниками (участниками или акционерами общества).

2) Данная проблема, помимо разногласий в управлении юридическим лицом и конфликта сторон, может привести к иным неблагоприятным последствиям – например, к возможности несения убытков обществом или самими сторонами конфликта.

3) Вместе с тем, даже при наличии конфликта важно помнить о том, что мирное досудебное урегулирование спора может свести к минимуму убытки сторон.

4) Также стоит обратить внимание на то, что действия участников, даже по формальным признакам подпадающие под правомерное поведение (как, например, в нашем случае заключение договора дарения доли при отсутствии запрета на это), могут быть расценены судом как злоупотребление правом, что повлечет за собой отказ в защите прав такого лица.

Нередко бывают случаи, когда человек одаряет кого-либо, и уже через некоторое время понимает, что совершил этот благородный жест зря.

Адвокаты, изучая судебную практику, и слушая истории клиентов, как никто другой, понимают, как важно иметь возможность расторгнуть или оспорить договор дарения. Юридически это сделать очень сложно, ведь есть некоторые нюансы.

Следует помнить, что подаренное имущество приобретается новым собственником сразу после оформления всех документов у нотариуса.

Если Вы вдруг передумали внезапно дарить имущество и хотите расторгнуть договор дарения, то нужно знать, что расторжение договора дарения движимого или недвижимого имущества в одностороннем порядке не допускается.

В сегодняшней статье адвокаты «Юридической компании – Легал» расскажут Вам о возможностях расторжения договоров дарения и признании их недействительными, а также о последней судебной практике, которая сложилась при рассмотрении таких дел судами Украины.

Гражданским законодательством установлен исключительный перечень оснований, когда можно требовать расторжения договора дарения:

— если одаренный совершил умышленное преступление против дарителя или его близких родственников;

— одаренный создает угрозу утраты имущества, которое имеет для дарителя нематериальную ценность;

— имуществу, которое представляет историческую, культурную, научную ценность, грозит существенный вред или уничтожения.

Если же указанных обстоятельств нет, то остается надеяться на признание судом договора дарения недействительным.

Основаниями признания договора дарения недействительным:

— в момент заключения договора стороной (сторонами) волеизъявление участника (участников) сделки не было свободным и не отвечало его внутренней воле;

— сделка не была направлена ​​на реальное наступление правовых последствий, обусловленных ею;

— сделка, совершаемая родителями (усыновителями), противоречит правам и интересам их малолетних, несовершеннолетних или нетрудоспособных детей;

— в случае несоблюдения требования закона о нотариальном удостоверении договора;

-в случае заключения договора дарения от имени несовершеннолетнего без согласия органа опеки и попечительства;

— в случае несоблюдение письменной формы;

— в случае совершение под влиянием заблуждения, обмана, насилия, под влиянием тяжелого обстоятельства и тому подобное.

Пунктом 19 Постановления Пленума ВСУ «О судебной практике рассмотрения дел о признании сделок недействительными», разъяснено, что сделка, совершенная под влиянием заблуждения, обмана, насилия, злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной или вследствие влияния тяжелого обстоятельства, является оспариваемым. Обстоятельства, по которым ошиблась сторона сделки, должны существовать именно на момент совершения сделки. Лицо, в подтверждение своих требований о признании сделки недействительной, должно доказать, что такая ошибка действительно имела место, а также она имеет существенное значение. Ошибка в результате собственной небрежности, незнание закона или неправильного его толкования одной из сторон не является основанием для признания сделки недействительной.

Согласно пункту 23 Постановления Пленума ВСУ «О судебной практике рассмотрения дел о признании сделок недействительными», сделка может быть признана судом недействительной на основании статьи 233 ГК Украины, если она совершено лицом под влиянием тяжелого для нее обстоятельства и на крайне невыгодных условиях, чем другая сторона сделки воспользовалась. Тяжелыми обстоятельствами могут быть тяжелая болезнь лица, членов его семьи или родственников, смерть кормильца, угроза потерять жилье или угроза банкротства и другие обстоятельства, для устранения или уменьшения которых необходимо заключить такую ​​сделку. Лицо (физическое или юридическое) должно совершать такую ​​сделку добровольно, без наличия насилия, обмана или ошибки. Лицо, которое оспаривает сделку, должно доказать, что при отсутствии тяжелого обстоятельства сделка не было бы совершено вообще или совершено не в таких условиях. Сделки, совершаемые лицом под влиянием тяжелого для него обстоятельства и на крайне невыгодных условиях, характеризуются тем, что лицо их совершает добровольно, осознает свои действия, но вынуждено это сделать через тяжелые обстоятельства.

Исковая давность для обжалования договора дарения

Исковая давность для обжалования договора дарения и признании его недействительным составляет 3 года. Однако, для каждой отдельной основания обжалования установлена индивидуальная исковой давности.

о признании недействительным договора дарения — три года;

о расторжении договора дарения — один год;

о признании недействительным договора дарения, совершенного под влиянием насилия или обмана — пять лет.

о применении последствий ничтожного договора дарения — десять лет.

Рассмотрим некоторые примеры судебной практики по признанию договоров дарения недействительными.

ВС признал недействительным договор дарения имущества, в отношении которого осуществляется судебное разбирательство.

Суть дела: решением суда было признано право собственности истца на часть квартиры, которая принадлежала ответчице. С ней был проведен соответствующий расчет. Однако ответчик подарила эту часть квартиры другому лицу до вступления в законную силу решения суда. Истец просил признать этот договор недействительным.

Местный суд отказал в удовлетворении иска. Он указал, что поскольку на момент заключения договора дарения решение суда не вступило в законную силу, то даритель отчуждала имущество, принадлежавшее ему на праве собственности.

Однако апелляционный суд удовлетворил исковые требования. Он указал, что в соответствии с ч. 5 ст. 203 Гражданского кодекса, сделка должна быть направлена ​​на реальное наступление правовых последствий, обусловленных ею. Заключение договора, не направленное на наступление таких последствий, является основанием для признания его недействительным.

Коллегия судей Гражданского суда ВС согласилась с апелляционным решением.

Верховный Суд указал, что одаряемый и даритель были осведомлены о существовании решения суда, поэтому могли предусмотреть негативные последствия для себя в случае вступления этого решения в законную силу.

В своем решении ВС также сослался на судебной практике Европейского суда по правам человека. Он указал, что ст. 1 Протокола к Конвенции о защите прав человека и основных свобод подлежит применению для защиты правомерных ожиданий в отношении определенного положения вещей (в будущем), поскольку их можно считать составной частью имущества.

Соответствующее постановление по делу № 646/3972/16-ц ВС принял 28.02.2019г.

ВС оставил договор дарения в силе, поскольку не доказано надлежащими и допустимыми доказательствами факт мнимости сделки и недействительности договора дарения.

Суть дела: Истец хотел признать договор дарения недействительным, так как считает договор дарения мнимой сделкой, поскольку заплатил деньги за недвижимость, и считал это фактически договором купли-продажи.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении исковых требований, исходил из того, что истцом не доказан надлежащими и допустимыми доказательствами факт мнимости сделки и недействительности договора дарения.

Апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции, поскольку они соответствуют установленным обстоятельствам дела и нормам материального и процессуального права.

Верховный Суд оспариваемые судебные решения судов первой и апелляционной инстанций оставил без изменений, поскольку основания для их отмены отсутствовали.

В своем решении ВС указал, что истцом не доказан надлежащими и допустимыми доказательствами факт мнимости сделки и недействительности договора дарения. Ссылка кассационной жалобы на не учет судом расписки о передаче ответчику в день заключения договора дарения спорной квартиры денежных средств в размере 5 000,00 долларов США коллегия судей не принимает во внимание, поскольку из содержания данной расписки усматривается, что составлена ​​она истцом единолично и не содержит данных, которые свидетельствовали бы о получении указанных средств ответчиком именно в тех целях, которые указаны в тексте расписки. Доводы кассационной жалобы по оценке спорной квартиры в договоре дарения в размере 500 000 грн не является обоснованным, поскольку надлежащих и допустимых доказательств в подтверждение наличия долга ответчика уплатить денежные средства за подаренную квартиру судам не предоставлены. Сама по себе оценка квартиры сторонами договора не дает оснований для удовлетворения иска.

Соответствующее постановление по делу № 310/7967/18 ВС принял 26.12.2019г.

Договор дарения не может быть признан недействительным в части одного одаряемого.

Суть дела: истец заключил договор дарения, по которому его жене и двум детям в равных долях был передан дом. После этого женщина развелась и обратилась в суд для выделения своей доли с намерением продать. Истец просил суд признать договор недействительным в отношении его бывшей жены. Требования мотивированы тем, что он был заключен в результате ошибки, поскольку даритель надеялся на то, что ответчица будет проживать с их детьми в подаренном дома.

Местный и апелляционный суды удовлетворили иск. Решения были мотивированы тем, что истец, заключая спорный договор, допустил ошибку относительно обстоятельств, которые имеют существенное значение (ст. 229 ГК).

Однако коллегия судей Гражданского суда ВС не согласилась с таким выводом и отменила эти решения.

Верховный суд указал, что законодательством не предусмотрено признание договора дарения, совершенного под влиянием заблуждения, недействительным в части одного одаренного. А ошибка относительно мотивов сделки не имеет существенного значения, кроме случаев, установленных законом.

Кроме того, Суд отметил, что обстоятельства, на которые ссылался истец, не является основанием для признания недействительным договора, поскольку они возникли после его заключения.

Соответствующее постановление по делу №641 / 1102/17 ВС принял 24.10.2018.

Не стоит забывать, что недействительность договора дарения устанавливается судом, при наличии достаточной базы доказательств. Для благоприятного исхода рассмотрения дела в суде о признании договора дарения необходимо тщательно проанализировать все обстоятельства дела и учитывать индивидуальность каждой ситуации.

Адвокаты «Юридической компании – Легал» имеют опыт признания договоров дарения недействительными, сделают все необходимое, что бы получить для Вас желаемый результат рассмотрения подобных дел в судах всех инстанций.

За квалифицированной помощью обращайтесь:

«Юридическая компания – Легал»

адрес: г. Одесса, Адмиральский проспект, 25, оф. 9

время работы: с 9.00 до 17.00.

Записи созданы 8132

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Похожие записи

Начните вводить, то что вы ищите выше и нажмите кнопку Enter для поиска. Нажмите кнопку ESC для отмены.

Вернуться наверх