Квалификация соучастия в преступлении

Квалификация преступления

Термин квалификация происходит от латинского qualificatio – что означает определение качества, оценку чего-либо. В уголовном праве под квалификацией преступлений понимается установление и юридическое закрепление точного соответствия между признаками совершенного деяния и признаками состава преступления, предусмотренного уголовно-правовой нормой. Иными словами, квалификацияозначает выбор такой уголовно-правовой нормы, которая в полной мере охватывает общественно опасное деяние, совершенное конкретным лицом.

Квалификация преступления – это юридическое установление соответствия фактических обстоятельств (признаков) общественно опасного деяния признакам состава преступления, предусмотренного уголовно-правовой нормой. Она представляет собой познавательный логический процесс или результат, включающий установление и анализ фактических обстоятельств содеянного, уяснение смысла признаков соответствующего состава преступления, определение соответствия между фактическими обстоятельствами реального деяния и признаками состава преступления.

Квалификация преступления означает не только логический процесс; она представляет собой и правовую оценку общественно опасного деяния, итог оценочно-познавательной мыслительной деятельности правоприменителя. Как правовая оценка содеянного квалификация преступления должна содержать точное указание на статьи, части, пункты статей как Общей, так и Особенной частей УК РФ.

Процесс квалификации начинается с установления конкретных фактических обстоятельств совершенного деяния и происходит в следующей последовательности:

1. Определяются обстоятельства, характеризующие объект и объективную сторону преступления.

2. Определяются данные, относящиеся к субъекту преступления и субъективной стороне.

3. Осуществляется поиск нужной уголовно-правовой нормы, содержащей состав преступления. Констатация соответствия между фактическими обстоятельствами совершенного общественно опасного деяния и признаками состава преступления, предусмотренного уголовным законом, означает, что квалификация преступления осуществлена.

Процесс квалификации преступления осуществляется дознавателем, следователем, прокурором, судьей на всех стадиях уголовного процесса соответственно: при возбуждении уголовного дела, составлении обвинительного заключения (акта), предании суду и т. д.

Неофициальной (научной) является квалификация преступления, осуществляемая учеными, студентами, любыми лицами в частном порядке.

Для правильной квалификации необходимо соблюдать условия или предпосылки квалификации преступления, к которым относятся:

– установление фактических обстоятельств совершенного деяния и их тщательный анализ;

– выявление всех уголовно-правовых норм, могущих иметь отношение к содеянному;

– сравнение фактических обстоятельств совершенного деяния с признаками составов преступлений, выделенных для сопоставления;

– отграничение близких, смежных составов, выбор конкурирующих составов;

– осуществление уголовно-правовой оценки общественно опасного деяния путем указания всех пунктов, частей, статей как Общей, так и Особенной частей УК РФ.

В квалификации состав преступления выполняет роль модели, с которой сравниваются все существенные фактические обстоятельства совершенного деяния. В этом плане состав преступления является единственной юридической основой квалификации преступления (ст. 8 УК РФ).

Состав преступления – это совокупность объективных и субъективных признаков, характеризующих общественно опасное деяние как преступление.

Признаки – общественная опасность, противоправность, виновность и наказуемость определяют преступление (ст. 14 УК РФ). Особенность каждого преступления позволяет установить состав преступления как определенную совокупность признаков.

Квалификация преступления зависит и от правильного применения признаков субъективной стороны состава преступления: вины в форме умысла и неосторожности, мотива, цели совершения преступления.

Обоснованно квалифицировать общественно опасное деяние можно только с учетом признаков состава о субъекте преступления: физического лица, вменяемости или ограниченной вменяемости (психического расстройства, не исключающего вменяемости), достижения установленного в уголовном законе возраста, с которого наступает уголовная ответственность лица; признака специального субъекта.

В уголовном праве под признаком состава преступления понимается свойство (черта), являющееся типичным, существенным, необходимым и достаточным и которое позволяет совместно с другими признаками определить суть, характер и степень общественной опасности преступления.

В статьях Особенной части УК РФ, как правило, указываются специфичные признаки состава, позволяющие определить сущность, характер и степень общественной опасности определенного преступления. Это обычно признаки объекта, объективной стороны, специального субъекта преступления.

В статьях Особенной части УК РФ указываются и признаки субъективной стороны преступления в форме умысла, неосторожности, а также мотив и цель. Так, если общественная опасность деяния определяется в зависимости от наличия или отсутствия конкретных целей и мотивов совершения преступления, то в составе, соответственно, имеются эти цели и мотивы.

С квалификацией преступления связаны следующие вопросы:

1) привлечение лица к уголовной ответственности;

2) дифференциация уголовной ответственности и индивидуализации наказания в виде применения мер:

– уголовно-процессуального принуждения;

– освобождения от уголовной ответственности;

– назначения наказания;

– освобождения от наказания или от его отбывания;

– погашения и снятия судимости и др.

При квалификации преступлений необходимо учитывать:

1. Виды и состав (простой или сложный) преступлений (значение имеют классификации составов преступлений по степени общественной опасности, по конструкции объективной стороны преступления, по способу описания, по степени обобщения, а также по совпадению и отличию признаков).

2. Степень общественной опасности (учитываются составы: основные, квалифицированные – с отягчающими и со смягчающими обстоятельствами).

3. Конструкцию объективной стороны преступления в виде составов: материальных, формальных и усеченных.

4. Наличие в уголовном законе общих и специальных составов преступлений, применение норм которых решается в соответствии с правилами конкуренции уголовно-правовых норм.

5. Конкуренция видов уголовно-правовых норм:

1) общей и специальной норм;

2) части и целого;

3) общей и специальной норм, а также нормы-части и нормы-целого;

4) общей (специальной, нормы-части или нормы-целого) и исключительной норм.

Конкурирующие и смежные нормы о преступлении – близкие явления, но несовпадающие. В конкурирующей норме о преступлении (специальной норме или норме-целом) имеются все признаки второй нормы (общей нормы или нормы-части) и дополнительный признак, отсутствующий во второй.

Смежными являются уголовно-правовые нормы, которые имеют совпадающие признаки и один либо несколько несовпадающих признаков, не находящихся в отношении конкуренции.

Для квалификации имеет значение специфика смежных норм: являются они нейтральными или взаимоисключающими. Например, смежные нормы о краже и грабеже относятся к взаимоисключающим, поскольку характеризуются несовместимыми способами: применение одного из этих способов автоматически исключает возможность одновременного использования другого.

Несовместимость признаков смежных норм о преступлениях означает, что в общественно опасном деянии имеются признаки только одной смежной нормы о преступлении, по которой и квалифицируется содеянное, и нет совокупности преступлений. К смежным нормам о преступлениях с несовместимыми признаками можно отнести мошенничество (ст. 159 УК РФ) и лжепредпринимательство (ст. 173 УК РФ).

В отличие от смежных норм, при конкуренции уголовно-правовых норм одновременно признаками двух или более конкурирующих составов охватывается одно общественно опасное деяние. Из конкурирующих применяется один приоритетный состав, полнее охватывающий совершенное деяние. Если из смежных норм о преступлениях лишь одна норма соответствует обстоятельствам совершенного деяния, то конкурирующие нормы, наоборот, охватывают все деяние, но с разной степенью полноты.

При квалификации преступлений важно правильно применять правила конкуренции уголовно-правовых норм.

Делается это по двум основным правилам:

1. Квалифицировать содеянное при конкуренции общей и специальной норм следует по специальной норме (ч. 3 ст. 17 УК РФ).

2. Квалификация общественно опасного деяния при конкуренции нормы-части и нормы-целого осуществляется по норме-целому.

Квалификация преступления имеет важное социально-нравственное, уголовно-правовое, а также криминологическое и социологическое значение.

Квалификация преступления, являясь видом и этапом правоприменительной деятельности, позволяет:

— отграничивать преступления от непреступных правонарушений;

— обеспечивает назначение справедливого наказания и применение иных мер уголовно-правового характера;

— влияет на освобождение от уголовной ответственности, на применение условного осуждения, условно-досрочного освобождения от отбывания наказания, освобождение от наказания в связи с изменением обстановки, амнистией;

— является основанием для правильного применения уголовно-процессуальных и уголовно-исполнительных норм и т. д.

Правильная квалификация влияет на решение криминологических и социологических вопросов.

Важнейшая основа квалификации преступлений – уголовный закон, который содержит исчерпывающий перечень деяний, именуемых преступлениями. Уголовный закон должен быть вступившим в силу и не отмененным на момент совершения анализируемого деяния. Применение по аналогии не допускается (ст. 3 УК РФ). Изменять и дополнять уголовный закон вправе лишь высший орган государственной власти. Такими правами не наделены судебные органы. Пробел в законе может быть устранен только законодательным путем.

Но применение уголовного закона допускает также и толкование, т. е. уяснение и разъяснение его содержания и смысла. В целях единообразного применения уголовного закона существенное значение имеют руководящие разъяснения Пленума Верховного Суда РФ о правильной квалификации преступлений определенного вида.

Согласно действующего законодательства такие разъяснения по вопросам применения законодательства, возникающие при рассмотрении судебных дел, обязательны для судов, других органов и должностных лиц, применяющих закон, по которому дано разъяснение. Квалификация предполагает вывод о том, какая норма должна применяться в конкретном случае. При квалификации преступлений сопоставляются деяние и признаки состава преступления, зафиксированные законодателем в диспозиции.

Структура состава любого преступления представлена традиционно совокупностью 4-х обязательных элементов:

1) объект преступления;

2) объективная сторона;

3) субъективная сторона;

4) субъект преступления.

Для квалификации имеют значение и определенные признаки, присущие каждому элементу, которые делятся на обязательные и факультативные.

Так, для объективной стороны обязательными признаками являются деяние, вредные последствия и причинная связь между ними, факультативными признаками будут – время, место, способ совершения преступления. Субъективная сторона характеризуется наличием таких признаков, как вина, мотив и цель совершения преступления. Специфическими признаками обладают объект преступления , который следует отличать от предмета преступного посягательства, и субъект преступного посягательства.

Квалификация но объекту посягательства.

Объект преступления является основным элементом состава преступления. Любое совершение общественно опасного деяния, предусмотренного уголовным законом, предполагает нарушение чьих-то охраняемых интересов. Для правильного применения закона необходимо определить общий, родовой и непосредственный объекты преступления.

Понятие общего объекта необходимо для правильного восприятия общего предмета регулирования уголовного права.

Родовой объект – более узкая сфера общественных отношений, охраняемых уголовным законом от преступлений, представленных в УК РФ однородными группами составов преступлений. УК РФ поделен на разделы и главы, а критерием такой классификации выбран родовой объект (жизнь и здоровье, права и свободы, собственность и т. д.).

Нередко общественно опасное деяние причиняет вред либо угрожает причинением вреда сразу нескольким непосредственным объектам. В связи с этим в теории уголовного права выделяют дополнительный непосредственный объект. Например, разбой (ст. 162 УК РФ) посягает одновременно на собственника и на его жизнь и здоровье. Дополнительный объект всегда указывается в диспозиции статьи Особенной части УК наряду с основным.

Называют также и факультативный непосредственный объект, который проявляется, как правило, в рамках квалифицированного состава преступления. Объект преступления является лишь одним из элементов состава преступления, поэтому его установление при анализе криминального поведения нельзя рассматривать изолированно от других элементов и признаков, это только начало квалификации, главная цель которой – установление истины.

Квалификация по объективной стороне преступления – это установление тождество между внешней стороной общественно опасного деяния. Решающее значение в данном процессе имеет характеристика общественно опасного уголовно-противоправного деяния, которое причиняет вред охраняемым интересам либо угрожает причинением такого вреда.

Само деяние (действие или бездействие) содержит в себе существенную информацию для лица, осуществляющего квалификацию. В большинстве случаев общественно опасное деяние совершается путем действия, но возможно и преступное бездействие. Если действие – это внешний акт активного поведения человека, к которым относят не только телодвижения, но и словесную, письменную форму, то бездействие представляет собой пассивную форму поведения, т. е. невыполнение определенных действий (например, ст. 293 УК РФ – халатность должностного лица).

Вредные последствия, которые наступают в результате совершения преступного деяния, также являются важнейшим признаком объективной стороны. Они выступают как бы связующим звеном между объектом посягательства и объективной стороной и отражаются в диспозиции статьи Особенной части УК, что позволяет определить данный состав преступления как материальный. Это оказывает существенное влияние на квалификацию преступления: отсутствие вредных последствий при их законодательном закреплении исключает квалификацию деяния как оконченное преступление, а в ряде случаев вообще исключает преступность деяния.

Принята следующая классификация вредных последствий: материальные и нематериальные. К материальным последствиям относят имущественный вред и физический, причиняемый личности. К нематериальным последствиям относят: вред, причиняемый интересам личности (моральный, политический, в области конституционных, трудовых и иных прав и свобод), вред, причиняемый в сфере деятельности государственных, негосударственных и общественных организаций (например, ст. 290 УК РФ – получение взятки и т. д.). В некоторых случаях закон предусматривает причинение дополнительных вредных последствий.

Важным условием правильной квалификации преступления является установление причинной связи.

Должностное лицо, которое осуществляет квалификацию преступления, должно помнить ряд условий, которые дают возможность четко установить наличие причиной связи:

а) преступное поведение полностью соответствует характеру действия (бездействия), указанного в уголовном законе;

б) оно предшествует результату во времени;

в) оно является необходимым условием и заключает в себе реальную возможность его наступления;

г) оно закономерно, то есть с внутренней необходимостью, без вмешательства посторонних для данного развития событий сил, вызывает наступление преступного результата.

Квалификация по субъективной стороне преступления предполагает тщательное выяснение психического отношения лица к совершенному общественно опасному деянию, вредным последствиям и другим важнейшим аспектам своего криминального поведения. Психическое отношение в уголовном праве возможно лишь в форме умысла или неосторожности. Кроме того, важные составляющие субъективной стороны – мотив и цель, которые в зависимости от обстоятельств могут быть и обязательными, и факультативными признаками.

Для квалификации имеет значение деление умысла на прямой и косвенный. При этом следует иметь в виду, что преступление с формальным составом может быть совершено только с прямым умыслом. Интеллектуальный момент прямого умысла в данном случае характеризуется тем, что лицо сознает общественно опасный характер своего деяния, а волевой момент заключается в том, что лицо желает совершить это запрещенное законом деяние. Речь идет о таких преступлениях как клевета, оскорбление, дача взятки и получение взятки (ст. 129, 130, 290 и 291 УК РФ) и о ряде других.

Преступления с материальным составом требуют более тщательного анализа умысла. Некоторые из них могут быть совершены как с прямым, так и с косвенным умыслом, что в конечном итоге не имеет большого значения для квалификации.

При квалификации преступления, совершенного по неосторожности, важно отграничить его от невиновного причинения вреда (ст. 28 УК РФ).

Квалификация по субъекту преступления. Основными признаками субъекта преступления являются, физическое лицо, вменяемость, достижение установленного законом возраста. Эти признаки являются обязательными для всех преступлений и необходимыми для обоснованной квалификации. Если вред причинен действиями животных, малолетних или невменяемых, то состав преступления отсутствует.

Но когда вред причинен животными, малолетними или невменяемыми, которых использовал конкретный субъект, отвечающий всем признакам субъекта преступления, то он и признается исполнителем преступления, более точно его действия расцениваются как посредственное причинение вреда.

Признание лица невменяемым предполагает отсутствие состава преступления, но не самого общественно опасного деяния. В соответствии с ч. 1 ст. 20 УК РФ уголовной ответственности подлежат лица, которым до совершения преступления исполнилось 16 лет. Ч. 2 ст. 20 УК РФ содержит исчерпывающий перечень преступлений, ответственность за которые наступает с 14 лет.

В ряде составов преступлений законодатель выделяет специального субъекте преступления. В теории уголовного права существуют различные классификации признаков специального субъекта, но для квалификации наиболее значимы следующие: пол, возраст, профессия, должность.

Квалификация неоконченного преступления. По уголовному законодательству РФ, наказуема и предварительная преступная деятельность, которая не была завершена по причинам, не зависящим от воли виновного. Речь идет о приготовлении и покушении. При квалификации приготовления необходимо учитывать ряд обстоятельств. Например, приготовление не предполагает выполнения объективной стороны конкретного состава преступления.

Оно возможно лишь в следующих формах:

— приискание, изготовление или приспособление средств или орудий совершения преступления;

— приискание соучастников и сговор на совершение преступления; иное создание условий для совершения преступления.

Важно выделить субъективный критерий неоконченного преступления, а именно – вина в форме прямого умысла и, как правило, определенные цель и мотив преступного поведения.

Квалификация преступлений, совершенных в соучастии.

При оценке данных преступлений следует учитывать такие важные положения:

– является ли совершенное общественно опасное деяние преступлением и, к какому виду преступлений относится;

– является ли групповое, совместно совершенное преступление соучастием, отвечающим требованиям ст. 32 УК РФ;

– в какой форме совершено соучастие (ст. 35 УК РФ);

– какую роль выполнил каждый из соучастников (ст. 33 УК РФ).

Квалификация преступления при соучастии в первую очередь зависит от того, какое преступление совершено исполнителем. Если все соучастники выполняют объективную сторону преступления, то они признаются соисполнителями и несут ответственность по статье Особенной части УК РФ совершенное преступление без ссылки на ст. 33 УК РФ.

При квалификации преступлений, совершенных в соучастии с распределением ролей, действия организатора, подстрекателя и пособника квалифицируются по статье, предусматривающей наказание за совершенное преступление, со ссылкой на ст. 33 УК РФ, за исключением случаев, когда указанные лица одновременно являлись соисполнителями преступления (ст. 34 УК РФ).

Квалификация при множественности преступлений, т. е. совершение лицом двух и более преступлений, предполагает специфические правила. При данной квалификации важно разграничить множественность преступлений и некоторые единичные преступления, имеющие сложную структуру (речь идет о продолжаемых, длящихся и составных преступлениях).

Продолжаемыми преступлениями судебная практика признает общественно опасные деяния, складывающиеся из ряда юридически тождественных действий, охватываемых единым умыслом виновного. Примером продолжаемого преступления является хищение станка, агрегата по частям, в несколько приемов. Длящимся признается такое преступление, которое приобретает характер процесса и длится по времени непрерывно, фактически до момента пресечения. Таковыми следует признать побег из мест лишения свободы (ст. 313 УК РФ).

Составным преступлением признается деяние, состоящее из различных действий, образующих по воле законодателя единое преступление. Такие деяния (продолжаемые, длящиеся, составные) квалифицируются по статьям Особенной части как оконченное, единичное преступление.

При совокупности преступлений каждое совершенное преступление квалифицируется по соответствующей статье или части статьи УК РФ. Это более относится к реальной совокупности, когда лицом совершается несколько действий, предусмотренных различными статьями или частями статьи Особенной части УК РФ. При идеальной совокупности лицо одним действием выполняет несколько составов преступлений, предусмотренных различными статьями Особенной части УК РФ.

Квалификация преступлений при конкуренции уголовно-правовых норм.

Под конкуренцией уголовно-правовых норм в теории уголовного права понимают такие случаи, когда одно преступление одновременно охватывается различными статьями Особенной части УК РФ. При этом (в отличие от совокупности преступлений) применение нескольких конкурирующих норм недопустимо.

Для квалификации преступления при конкуренции используется лишь одна из конкурирующих уголовно-правовых норм, та, которая наиболее точно отражает социальную и правовую природу совершенного общественно опасного деяния. Для квалификации преступлений значение имеют конкуренция общей и специальной нормы и конкуренция специальных норм. Согласно ч. 3 ст. 17 УК РФ: «Если преступление предусмотрено общей и специальной нормами, совокупность преступлений отсутствует, то уголовная ответственность наступает по специальной норме».

Так, ответственность за клевету предусмотрена по ст. 129 У РФ (общая норма), но клевета в отношении судьи, присяжного заседателя, и т. д. квалифицируется по ст. 298 УК РФ (специальная норма). При конкуренции специальных уголовно-правовых норм приоритет должен отдаваться норме, предусматривающей более мягкую ответственность. Это чаще всего касается однородных преступлений с отягчающими и смягчающими обстоятельствами.

3. Пример квалификации преступления

Теперь есть смысл разобрать конкретный пример, чтобы увидеть в действии логику УК РФ.

Пример

Гражданка N обратилась в больницу X по поводу искусственного прерывания беременности (аборта) на 11-й неделе беременности. В результате оперативного вмешательства беременность была прервана, но произошла перфорация матки, что вызвало внутреннее кровотечение, не замеченное оперирующим врачом D, не проявившим необходимой внимательности и осторожности. Женщина ушла домой, а к вечеру у нее развилась сильная слабость, появились боли внизу живота, обильные выделения из половых органов, тошнота и рвота. «Скорая помощь» госпитализировала ее, но женщина скончалась в результате потери крови.

1. Объектом рассматриваемого преступления являются общественные отношения, обеспечивающие безопасность жизни человека, в данном случае – отношения между оперирующим врачом D больницы Х и гражданкой N, основанные на бланкетных диспозициях, содержащихся в законодательстве, нормативных актах, правилах и предписаниях об охране здоровья граждан.

2. Объективная сторона преступления выражается в том, что врач D, имея все необходимое (операционную, инструмент, ассистентов и иные необходимые условия), провел операцию некачественно, допустил грубую ошибку и не отследил возникшего кровотечения. Врач D обязан был в своей работе руководствоваться действующим законодательством об охране здоровья граждан, нормативными актами, правилами, знаниями о достижениях медицины, изложенных в специальной литературе по этому вопросу, и своей должностной инструкцией, что исключило бы ошибку.

3. Смерть потерпевшей находится в явной причинной связи с действиями врача, что подтвердилось актом патолого-анатомического вскрытия трупа: обескровливание органов.

4. Субъект преступления – специальный; им является лицо медицинской профессии, осуществляющее функции в соответствии с данной профессией, каковым в нашем случае и является врач D.

5. Для установления степени вины необходимо отделить одну форму вины от другой: умысел от неосторожности. Для этого изначально необходимо отделить действие по производству аборта от действия, приведшего к перфорации, поскольку преступление – это всегда конкретное, определенное опасное действие. Действия врача изначально были направлены на производство аборта, а не на перфорацию матки. Действие по производству аборта не является общественно опасным, если выполнено квалифицированно. Действие по перфорации является опасным – именно оно подлежит наказанию.

При определении умысла, несмотря на то что речь идет об осознании общественной опасности действий и врач должен сознавать эту опасность при производстве аборта, вред, сопровождающий деяние, не наказуем. Врач не сознавал того, что перфорировал матку. Таким образом, осознавания им опасности не было (противоположное доказать в данной ситуации почти невозможно), а значит, не было и умысла на преступление. Этого достаточно, чтобы снять вину за убийство по ст. 105, в частности и по п. г) ч. 2 этой статьи: «убийство: … женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности».

Тогда возникает необходимость в установлении вида неосторожности: легкомыслия или небрежности.

Поскольку при легкомыслии лицо сознает, что в результате его действий опасность возникнуть может, но надеется ее избежать или предотвратить, то речь всегда идет о неком преднамеренном действии, опасных последствий которого удастся избежать. Этого нельзя сказать о действии врача, который вовсе не собирался перфорировать матку. Тем более он не мог заранее надеяться на какое-либо предотвращение опасности, поскольку не собирался делать ничего опасного. Таким образом, и легкомысленной вины здесь нет.

Несмотря на то что врач не осознавал косвенных последствий аборта в виде перфорации, он тем не менее должен был предвидеть такую возможность, обладая специальными познаниями в той области медицины, которой обучался и в ней работал. К тому же перфорация матки – явление не единичное и описано в медицинской литературе довольно широко, в частности и по вопросу того, как ее не допустить. Тем более, работая хирургическим инструментом в теле человека, он должен был предполагать возможность повреждения стенок матки, с которыми соприкасался инструмент.

Таким образом, врач D при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был (в силу служебных обязанностей и знаний) и мог (был вменяем, ничто ему не мешало) предвидеть наступление последствий хирургического вмешательства в виде перфорации матки и избежать их.

Тогда невнимательное отношение к своему делу, непредусмотрительность по отношению к результатам своих действий дает нам субъективную сторону преступления, указывая на небрежность.

Поскольку речь идет также о причинении смерти «вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей», то состав преступления налицо и врач должен нести наказание по ч. 2 ст.109 УК РФ.

Статья 109. Причинение смерти по неосторожности

2. Причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей —

наказывается ограничением свободы на срок до трех лет либо лишением свободы на тот же срок с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового.

6. На этом бы все и закончилось, если бы врач заметил кровотечение, принял бы меры к спасению женщины, но она все равно умерла бы. Скажу по опыту: следователь точно остановился бы на этом.

Однако в данном случае врач не только перфорировал матку, но не заметил ни этого, ни возникшего кровотечения, т. е. не оказал медицинскую помощь. Это приводит к необходимости переосмыслить квалификацию и посмотреть на ч. 2 ст. 124 УК РФ:

Статья 124. Неоказание помощи больному

1. Неоказание помощи больному без уважительных причин лицом, обязанным ее оказывать в соответствии с законом или со специальным правилом, если это повлекло по неосторожности причинение средней тяжести вреда здоровью больного, – наказывается штрафом в размере до сорока тысяч рублей, или в размере заработной платы, или иного дохода осужденного за период до трех месяцев, либо исправительными работами на срок до одного года, либо арестом на срок от двух до четырех месяцев.

2. То же деяние, если оно повлекло по неосторожности смерть больного либо причинение тяжкого вреда его здоровью, – наказывается лишением свободы на срок до трех лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового.

С момента перфорации матки возникновения кровотечения гражданка N считается больной по этому поводу, и кровотечение является новым заболеванием, требующим немедленной медицинской помощи. Врач D должен был диагностировать это состояние, пронаблюдать женщину в течение хотя бы нескольких часов (до 24), но не сделал этого.

Состав преступления очевиден – бездействие, повлекшее за собой смерть (неоказание помощи больному).

Объект преступления прежний – безопасность жизни человека. Объективная сторона – та же, за исключением обычно предъявляемых требований уже не к производству абортов, а к диагностике и лечению кровотечений.

Субъективная сторона – та же.

Таким образом, мы имеем дело со своего рода двойным преступлением, которое в соответствии со ст. 17 УК РФ могло бы расцениваться как совокупность преступлений. Однако совокупность преступлений складывается либо из двух или более различных преступлений, совершенных двумя или более самостоятельными действиями (реальная совокупность), либо из двух или более преступлений, выполненных одним действием (идеальная совокупность).

Идеальную совокупность, а также реальную совокупность преступлений, объединенных единством намерения, следует отличать от сложных (или многосоставных) преступлений, когда законодателем сводятся в единый состав различные преступления, одно из которых служит этапом, методом, способом совершения всего преступления в целом. В таких случаях отдельная квалификация соответствующих преступлений не требуется, так как, конструируя сложный состав, законодатель отразил в размере соответствующего наказания повышенную опасность таких преступлений.

В нашем случае результат обоих преступлений оказался единым – смерть женщины.

А приведенный анализ необходим для того, чтобы понимать истинные причины смерти, включая возможность ее предотвращения.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

>1.5. КВАЛИФИКАЦИЯ ГРУППОВЫХ ПРЕСТУПЛЕНИЙ

Книга: Квалификация преступлений / Коржанський М.Л.

Групповым называется преступление, в совместном совершении которого непосредственно участвовали двое или более лиц.

Уголовное законодательство Украины предусматривает ответственность за различные виды групповых преступлений. Здесь мы рассмотрим только некоторые общие вопросы квалификации групповых преступлений. Подробнее квалификация групповых преступлений будет рассматриваться при анализе конкретных видов групповых преступлений — хищении, изнасиловании, спекуляции, взяточничества и всех остальных. Первым и самым распространенным групповым преступлением признается соучастие в совершении умышленного преступления (ст. 17 УК). Соучастием называется умышленное совместное совершение преступления двумя или более лицами (ч. 1 ст. 17 УК).

Другой разновидностью группового преступления является совершение преступления по предварительному сговору группой лиц (ч. 2 ст. 79, ч. 2 ст. 81, ч. 2 ст. 82, ч. 2 ст. 83, ч. 2 ст. 84, ч. 2 ст. 86, ч. 2 ст. 862, ч. Из ст. 123′, ч. 2 ст. 140, ч. 2 ст. 141, ч. 2 ст. 142, ч. 2 ст. 143, ч. 2 ст. 144, ч. 2 ст. 154, ч. 2 ст. 223 и ч. 2 ст. 2292 УК) или группой лиц (ч. Из ст. 117 и ч. 2 ст. 122 УК).

Предварительный сговор означает, что двое или более лиц заранее или накануне договорились о совместном совершении преступления. Эта договоренность может быть заключена за довольно длительное время — за несколько дней, недель или месяцев до совершения преступления. Она может быть достигнута и за несколько часов или минут до начала совершения преступления. Слова закона «по предварительному сговору группой лиц» указывают лишь на то, что этот признак имеет место в действиях лиц, которые до начала совершения преступления договорились о совместных действиях. Эту повышенную общественную опасность совершения преступления по предварительному сговору группой лиц отметил Пленум Верховного Суда Украины в постановлении «О судебной практике в делах о корыстных преступлениях против частной собственности» от 25 декабря 1992 г. (п. 25). В ней указано, что хищения надлежит квалифицировать как совершенное по предварительному сговору группой лиц тогда, когда в совершении соответствующего преступления принимали участие по договоренности как соисполнители два и более лица. Из этого разъяснения Пленума следует, что деяние может квалифицироваться как совершенное по предварительному сговору группой лиц, если:

1) в совершении преступления принимали участие несколько лиц (два или более лица), которые действовали как соисполнители преступления; в действиях двух лиц, один из которых был підмовником (или пособником), а второй — исполнителем, этого квалифицирующего признака преступления нет;

2) сговор о совершении преступления совместно, общими усилиями был составлен до начала совершения преступления. Если сговор о совместном совершении преступления возник уже в процессе совершения преступления, во время совершения деяния, то оно не может квалифицироваться как совершенное по предварительному сговору группой лиц, поскольку в этом случае не было предварительного сговора.

Главным содержанием этого квалифицирующего признака «совершение преступления по предварительному сговору группой лиц» есть сговор, то есть договоренность двух или более лиц совершить преступление совместно, общими объединенными усилиями. Общность совершения преступления включает общую осознанность каждого соисполнителя о том, что в совершении преступления участвуют несколько человек, что они действуют совместно, взаємопоєднано, помогают друг другу и каждый из них рассчитывает на такую взаимопомощь. Общность совершение преступления — это не только совершение подобных действий в одно и то же время, в одном и том же месте.

Автор комментария ст. 17 УК, на наш взгляд, безосновательно признает двух лиц соисполнителями кражи. Один из них «путевой обходчик увидел, что его напарник крадет из товарного вагона обувь, подошел к вагону и похитил из него 9 пар яловых сапог». В чем же соучастие таких действий? Соучастие есть только там и тогда, где и когда один соучастник способствует совершению преступления другому, а этот последний осознает и воспринимает такое содействие. Без этого условия действия отдельных лиц не имеют общности, поєднаності, а потому не могут квалифицироваться как соучастие, как совершение преступления совместными усилиями. Автор приводит этот случай как пример співвиконавства без предварительного сговора, но в этом примере нет не только предыдущего, но и любого сговора.

Общность совершения преступления — это главным образом осознанность сплоченности, единства всех участников преступления, понимание того, что преступление совершается группой (что придает силы, уверенности), и каждый соучастник, понимая общность совершения преступления, рассчитывает на поддержку, на взаимопомощь, на содействие со стороны других соучастников.

Некоторые преступления могут квалифицироваться как совершенные группой лиц и без их предварительного сговора о совершении этого преступления (ч. Из ст. 117 и ч. 2 ст. 122 УК). Как отметил Пленум Верховного Суда, для признания изнасилования совершенным группой лиц не требуется предварительного сговора между участниками преступления. То есть сговор о совершении таких преступлений может возникнуть и во время совершения посягательства.

Третьим видом группового преступления является совершение преступления организованной группой (п. 2 ст. 41, ч. Из ст. 8б2, ч. Из ст. 144, ч. Из ст. 154 и ч. Из ст. 1556 УК).

Некоторые преступления по своей юридической сути могут быть совершены лишь группой лиц: сговор о насильственную смену или свержение конституционного строя или захват государственной власти (ст. 56′ УК), бандитизм (ст. 69 УК), массовые беспорядки (ст. 71 УК), организация или активное участие в групповых действиях, нарушающих общественный порядок (ст. 1873 УК), создание не предусмотренных законодательством военизированных формирований или групп, а так же и участие в этих формированиях или группах (ст. 1876 УК).

Совершения некоторых преступлений группой лиц значительно повышает их общественную опасность, но закон не предусматривает ужесточение наказания за них в случае их совершения по предварительному сговору группой лиц или организованной группой. К таким преступлениям относятся: посягательство на жизнь государственного деятеля (ст. 58 УК) или на жизнь представителя иностранного государства (ст. 59 УК), умышленное убийство (статьи 93 и 94 УК), причинение тяжких телесных повреждений (ст. 101 УК), сопротивление представителю власти (ст. 188 УК), сопротивление работнику милиции, народному дружинникові или военнослужащему (ст. 188′ УК), угон или захват железнодорожного подвижного состава, воздушного, морского или речного судна (ст. 2172 УК), насильственное введение в организм другого лица наркотических средств или психотропных веществ (ст. 22915 УК) и др.

Для практики квалификации преступлений наибольшее значение имеют признаки преступлений, которые совершила по предварительному сговору группа лиц или организованная группа. Квалификация таких преступлений имеет существенные особенности, поскольку в некоторых случаях соучастие не образует группы. Так, совершение хищения чужого имущества (государственного, коллективного, индивидуального) в соучастии не всегда имеет такой признак как совершение его по предварительному сговору группой лиц и не всегда квалифицируется по ч. 2 статей 81, 82, 83, 84, 86, 862 и 140-144 УК.

Безосновательно, в частности, были осуждены за совершение хищения государственного имущества по предварительному сговору группой лиц: Г-ков — по ч. 2 ст. 81 УК, а М. — по ст. 19 и ч. 2 ст. 81 УК. Они были признаны виновными в том, что водитель автомашины М-ков на просьбу М. продал ему 400 л бензина во время перевозки бензина с нефтебазы до совхоза. Рассмотрев дело, президиум областного суда признала такую квалификацию действий М-кова и М. неправильной. Было установлено, что бензин похитил М-ков, а М. непосредственного участия в преступлении не принимал, он лишь подговорил М-кова совершить кражу и купил у него этот бензин. Как отметила президиум областного суда, под хищением, совершенным по предварительному сговору группой лиц, следует понимать такое, в котором участвовали двое или более лиц, которые заранее договорились об этом. Поскольку М. непосредственного участия в преступлении не принимал, его действия и М-кова не могут квалифицироваться как кража государственного имущества, совершенная по предварительному сговору группой лиц. На основании изложенного президиум областного суда изменила приговор и квалифицировала действия М-кова как кражу государственного имущества по ч. 1 ст. 81 УК, а М. — как підмову к совершению указанного преступления по ст. 19 и ч. 1 ст. 81 УК.

Пленум Верховного Суда Украины разъяснил судам, что кража, грабеж, разбой, мошенничество и вымогательство чужого имущества квалифицируются как совершенные по предварительному сговору группой лиц лишь тогда, когда в совершении соответствующего преступления принимали участие по договоренности как соисполнители два и более лица. Из этого определенно следует вывод — если другие соучастники похищения были підмовниками или пособниками, то нет оснований квалифицировать такое хищение как совершенное по предварительному сговору группой лиц.

Президиум Ивано-Франковского областного суда по делу Ч. отметила, что такой квалифицирующий признак хищения, как совершение его по предварительному сговору группой лиц, относится підмовникові по вину лишь тогда, когда она охватывалась его умыслом.

Так же и изнасилование квалифицируется как совершенное группой лиц по ч. Из ст. 117 УК только тогда, когда группа лиц действовала согласованно с целью совершения насильственного полового акта с потерпевшей. Если виновные лица действовали согласованно в отношении нескольких потерпевших, хотя каждый из них имел целью и изнасиловал одну потерпевшую, действия каждого квалифицируются как изнасилование, совершенное группой лиц.

Изнасилование также признается как совершенное группой лиц (ч. Из ст. 117 УК) лишь тогда, когда все соучастники были соисполнителями преступления. Співвиконавством признаются действия лица, которое не совершило и не имела намерения совершить половой акт, но непосредственно применила физическое насилие, угрозу или доказала потерпевшей до беспомощного состояния с целью изнасилования другим лицом. Действия такого лица признаются співвиконавством изнасилования, совершенного группой лиц, и квалифицируются по ч. Из ст. 117 УК. Действия участника группового изнасилования квалифицируются по ч. Из ст. 117 УК и в том случае, когда другие участники преступления за невменяемость, недостижение возраста, с которого наступает уголовная ответственность, или из других оснований, предусмотренных законом, не были привлечены к уголовной ответственности.

Это разъяснение Пленума Верховного Суда Украины имеет определенную ограниченность. Действия исполнителя преступления можно квалифицировать по ч. Из ст. 117 УК лишь при совокупности условий:

1) невменяемый или малолетний был участником преступления, принимал какое-то участие в его совершении, каким-то образом помогал исполнителю в его совершении, а не был лишь наблюдателем события;

2) малолетний, не достигший возраста уголовной ответственности, но имеет возраст 12-13 лет и может предоставить определенную физическую или психическую помощь исполнителю преступления. Способность предоставить исполнителю преступления существенную помощь в совершении изнасилования должна быть критерием для признания определенного лица участником преступления, а действия исполнителя должны квалифицироваться как изнасилование, совершенное группой лиц по ч. Из ст. 117 УК.

Действия лица, которая способствовала совершению группового изнасилования, но сама лично полового акта с потерпевшей не поступила и не применяла в отношении нее насилия во время ее изнасилования другими лицами, квалифицируются как пособ-ничество, то есть по ст. 19 и ч. Из ст. 117 УК.

Спекуляция квалифицируется по ч. 2 ст. 154 УК как совершенное по предварительному сговору группой лиц при условии, что все участники этого преступления были его соисполнителями. Как разъяснил Пленум Верховного Суда Украины, співвиконав-ство в спекуляции заключается в непосредственном участии двух или более лиц в скупке и перепродаже товаров с целью наживы, в том числе в случае распределения между ними ролей, когда скупка проводилось одним, а перепродажа — другим участником преступления.

Содействие спекулянтам в скупке и перепродаже товаров или иные действия (подыскание покупателей, предоставление транспорта) квалифицируется как соучастие в спекуляции по статьям 19 и 154 УК.

Получение взятки квалифицируется по признаку совершения преступления по предварительному сговору группой лиц (ч. 2 ст. 168 УК), если в совершении преступления как соисполнители участвовали два и более должностных лица, которые договорились о совместном получении взятки, как до, так и после поступления предложения о даче взятки, но до его получения. Пение-исполнителями считаются должностные лица, которые получают взятку за выполнение или невыполнение действий, которые каждый из них мог или должен был выполнить, используя должностные полномочия: Для квалификации получения взятки, как совершенного группой лиц по предварительному сговору, не имеет значения, как были распределены роли между соисполнителями, все они должны были выполнять или не выполнять оговоренные действия, осознавал тот, кто дал взятку, что в получении взятки участвуют несколько должностных лиц.

Наиболее опасными являются преступления, которые совершаются организованной группой. Пленум Верховного Суда Украины отметил, что организованной группой следует считать устойчивое объединение двух и более лиц, специально организовались для совместной преступной деятельности. На наличие данного квалифицирующего признака могут, в частности, указывать: разработанный (хотя бы в общих чертах) и одобренный участниками группы план преступной деятельности или совершения конкретного преступления, распределение ролей, наличие организатора (руководителя), прикрытие своей деятельности как своими силами, так и с помощью посторонних лиц (в том числе и путем дачи взяток должностным лицам), вербовка новых членов, наличие общих правил поведения и т.д. .

В этом определении понятия организованной группы Пленум Верховного Суда Украины назвал ее минимальные характерные признаки. Во-первых, вряд ли может быть организована преступная группа, состоящая из двух человек, да и вообще можно ли такое объединение назвать организацией. Во-вторых, не выделил Пленум такую обязательную риса организации, как ее структура — наличие определенных подразделений и организационные связи между ними, внедрение и соблюдение определенной дисциплины. Кстати, как свидетельствует опыт, организованные преступные группы характеризуются строгим соблюдением дисциплины, а ее нарушения жестоко караются. В-третьих, не обозначил Пленум и такого признака организованной преступной группы как цель ее создания. Любая организация начинается с цели своего создания (для совершения не преступлений вообще, а конкретных, определенных преступлений — контрабанды, угонов транспортных средств, вымогательство денег, ценностей (рэкет), совершение нападений и т.д). В-четвертых, не указал Пленум и на такой обязательный признак организованной преступной группы как наличие материальной базы (помещений, транспорта, связи, средств печати, охраны и т.д. Без какой-либо материальной базы никакая организация существовать не может.

Итак, организованная группа — это устойчивое объединение нескольких лиц, которые специально организовались для более-менее длительной преступной деятельности. Обобщив сказанное, можно выделить следующие признаки организованной преступной группы:

1) наличие устава — разработанного (хотя бы в общих чертах) и одобренного участниками группы план преступной деятельности и определенной цели деятельности группы;

2) создание организационной структуры — подразделения, их руководители, подчиненность, подотчетность и их конкретные задачи;

3) наличие организатора (руководителя);

4) конспирация — прикрытия своей деятельности, налаживания коррупционных связей с органами власти;

5) вербовка новых членов;

6) наличие общих правил поведения, иерархия отношений между участникам организации;

7) наличие материальной базы (помещений, транспорта, хранилищ, средств и т.д. .

Пленум Верховного Суда отметил, что организованная группа от группы лиц отличается главным образом степенью зорганізованості. Конечно, что организованная группа имеет высокую степень устойчивости, зорганізованості, чем случайная группа, совершившая преступление по предварительному сговору. Но степень зорганізованості организованной группы не должен влиять на квалификацию деяния, им совершенного. Деяние надлежит квалифицировать как совершенное организованной группой независимо от степени устойчивости, зорганізованості этой группы.

Другое решение могло привести к тому, что степень устойчивости, зорганізованості группы стал бы предметом доказывания, для чего нужно было бы учитывать количество членов организации, срок ее существования, деятельности, наличие в ней организационных структур, материальной базы и т.д.

Определение устойчивости, сплоченности, зорганізованості группы имеет значение лишь для отграничения организованной группы от других случаев совершения преступления по предварительному сговору группой лиц. В постановлении Пленума Верховного Суда «О судебной практике по делам о бандитизме» от 7 июля 1995 г. (п. 2) разъясняется, что группу следует считать устойчивой при условии, если она является стабильной и сплоченной, а лица, которые в нее входят, имеют единые намерения относительно совершения преступлений. От других преступлений, совершенных группой лиц, по предварительному сговору группой лиц или организованной группой, бандитизм отличается наиболее высокой степенью внутренней организации, устойчивости, сплоченности и вооруженности. Если организованная группа представляет собой банду, то деяния, совершенные ее членами, квалифицируются только по ст. 69 УК. Но если банда совершит преступление, за которое законом установлена более строгая ответственность, чем за бандитизм (например, умышленное убийство при отягчающих обстоятельствах — ст. 93 УК, посягательство на жизнь государственного деятеля — ст. 58 УК), то такие действия квалифицируются по совокупности преступлений бандитизма и того более тяжкого преступления, которое совершила банда.

См.: Постановления ..- С. 119.

См.: Кригер Г.А. Квалификация хищений социалистического иму-щества. — С. 216-217; Матьишвский. П.С. Преступления против собст-венности и смежные с ними преступления. — С. 126; Коржанський М.Й. Квалификация преступлений против личности и собственности. — С. 97.

См.: Научно-практический комментарий Уголовного кодекса Украины. — С. 61.

См.: постановление президиума Луганского областного суда от 12 сентября 1984 г. по делу М-кова и М. // Практика… — С. 24.

См.: п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Украины «О судебной практике в делах о корыстных преступлениях против частной собственности» от 25 декабря 1992 г. // Постановления… — С. 119.

См.: постановление президиума Ивано-Франковского областного суда от 25 декабря 1987 г. по делу Ч. // Практика… — С. 25-26.

См.: п. 13 постановления Пленума Верховного Суда Украины «О судебной практике по делам об изнасиловании и другие половые преступления» от 27 марта 1992 г. // Постановления… — С. 100.

См.: постановление президиума Черкасского областного суда от 3 апреля 1992 г. по делу А., который непосредственного участия в изнасиловании не принимал, а лишь помог другим осужденным обманом привести потерпевшую к месту изнасилования // Практика… — С. 28.

См.: п. 10 постановления Пленума Верховного Суда Украины «О практике применения судами законодательства об ответственности за спекуляцию» от 25 июня 1982 г. // Постановления… — С. 138-139.

См.: п. 17 постановления Пленума Верховного Суда Украины «О взяточничестве» от 7 октября 1994 г. // Там же. — С. 155.

См.: п. 26 постановления Пленума Верховного Суда Украины «О судебной практике в делах о корыстных преступлениях против частной собственности» от 25 декабря 1992 г. // Постановления… — С. 119-120.

См.: Коржанський М.Й. Уголовне право Украины. Часть общая. Курс лекций. — К., 1996. — С. 255.

См.: Юридический вестник Украины. — 1995. — № 10-11.

См.: п. 8 этого же постановления // Постановления…

Книга: Квалификация преступлений / Коржанський М.Л.

1. Квалификация преступлений / Коржанський М.Л.
2. 1.2. КВАЛИФИКАЦИЯ ПОВТОРНЫХ ПРЕСТУПЛЕНИЙ
3. 1.3. КВАЛИФИКАЦИЯ СОВОКУПНОСТИ ПРЕСТУПЛЕНИЙ
4. 1.4. КВАЛИФИКАЦИЯ ПРЕСТУПЛЕНИЙ ПРИ КОНКУРЕНЦИИ УГОЛОВНО-ПРАВОВЫХ НОРМ
5. 1.5. КВАЛИФИКАЦИЯ ГРУППОВЫХ ПРЕСТУПЛЕНИЙ
6. 1.6. КВАЛИФИКАЦИЯ ПРЕСТУПЛЕНИЙ ПРИ ОШИБКАХ ПРЕСТУПНИКА
7. 2.1. КВАЛИФИКАЦИЯ ПРЕСТУПЛЕНИЙ ПРОТИВ ЛИЧНОСТИ
8. 3.1. ОБЩИЕ ОСНОВЫ КВАЛИФИКАЦИИ ХИЩЕНИЙ
9. 3.2. КРАЖИ
10. 3.3. ГРАБЕЖ
11. 3.4. РАЗБОЙ
12. 3.5. ПРИСВОЕНИЯ, РАСТРАТЫ И ХИЩЕНИЯ ПУТЕМ ЗЛОУПОТРЕБЛЕНИЯ ДОЛЖНОСТНЫМ ПОЛОЖЕНИЕМ
13. 3.6. МОШЕННИЧЕСТВО
14. 3.7. ВИМАГАТЕЛЬСТВО ЧУЖОГО ИМУЩЕСТВА ИЛИ ДЕНЕГ
15. 4.1. ПРИЧИНЕНИЕ ИМУЩЕСТВЕННОГО УЩЕРБА
16. 4.2. ПРИСВОЕНИЕ НАЙДЕННОГО ИЛИ ТАКОГО. ЧТО СЛУЧАЙНО ОКАЗАЛОСЬ У ВИНОВНОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО ИЛИ КОЛЛЕКТИВНОГО ИМУЩЕСТВА
17. 4.3. УНИЧТОЖЕНИЕ ИЛИ ПОВРЕЖДЕНИЕ ЧУЖОГО ИМУЩЕСТВА
18. 4.4. НЕБРЕЖНОЕ ОТНОШЕНИЕ К ОХРАНЕ ГОСУДАРСТВЕННОГО ИЛИ КОЛЛЕКТИВНОГО ИМУЩЕСТВА
19. 5.1. ВЫПУСК НА ТОВАРНЫЙ РЫНОК ИЛИ ДРУГАЯ РЕАЛИЗАЦИЯ ПОТРЕБИТЕЛЯМ НЕДОБРОКАЧЕСТВЕННОЙ ПРОДУКЦИИ
20. 5.2. ЗАНЯТИЕ ЗАПРЕЩЕННЫМИ ВИДАМИ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСКОЙ ДІЯЛЬНОСТІl
21. 5.3. УКЛОНЕНИЕ ОТ УПЛАТЫ НАЛОГОВ
22. 5.4. НАРУШЕНИЕ ПОРЯДКА ЗАНЯТИЯ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬЮ
23. 5.5. ФИКТИВНОЕ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВО
24. 5.6. МОШЕННИЧЕСТВО 3 ФИНАНСОВЫМИ РЕСУРСАМИ
25. 5.7. ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСКОЕ ШПИОНАЖ
26. 5.8. РАЗГЛАШЕНИЕ КОММЕРЧЕСКОЙ ТАЙНЫ
27. 5.9. НАРУШЕНИЕ ПОРЯДКА ВЫПУСКА (ЭМИССИИ) И ОБРАЩЕНИЯ ЦЕННЫХ БУМАГ
28. 5.10. ИЗГОТОВЛЕНИЕ СПИРТНЫХ НАПИТКОВ И ТОРГОВЛЯ ИМИ
29. 5.11. СПЕКУЛЯЦИЯ
30. 5.12. ОБМАН ПОКУПАТЕЛЕЙ
31. 5.13. ОБМАН ЗАКАЗЧИКОВ
32. 5.14. ПОЛУЧЕНИЕ НЕЗАКОННОГО ВОЗНАГРАЖДЕНИЯ ОТ ГРАЖДАН ЗА ВЫПОЛНЕНИЕ РАБОТ, СВЯЗАННЫХ С ОБСЛУЖИВАНИЕМ НАСЕЛЕНИЯ 3
33. 5.15. ИСКУССТВЕННОЕ ПОВЫШЕНИЕ И ПОДДЕРЖАНИЕ ВЫСОКИХ ЦЕН НА ТОВАРЫ НАРОДНОГО ПОТРЕБЛЕНИЯ И УСЛУГИ НАСЕЛЕНИЮ
34. 5.16. НЕЗАКОННАЯ ТОРГОВАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ
35. 5.17. СГОВОР О ФИКСИРОВАНИИ ЦЕН
36. 5.18. СОКРЫТИЕ БАНКРОТСТВА
37. 5.19. ФИКТИВНОЕ БАНКРОТСТВО
38. 5.20. НЕЗАКОННАЯ ПОРУБКА ЛЕСА
39. 5.21. НЕЗАКОННАЯ ОХОТА
40. 5.22. НЕЗАКОННОЕ ЗАНЯТИЕ РЫБНЫМ, ЗВЕРИНЫМ ИЛИ ДРУГИМ ВОДНЫМ ДОБЫВАЮЩИМ ПРОМЫСЛОМ
41. 6.1. ОБЩИЕ ОСНОВЫ КВАЛИФИКАЦИИ ДОЛЖНОСТНЫХ ПРЕСТУПЛЕНИЙ
42. 6.2. ЗЛОУПОТРЕБЛЕНИЕ ВЛАСТЬЮ ИЛИ ДОЛЖНОСТНЫМ ПОЛОЖЕНИЕМ
43. 6.3. ПРЕВЫШЕНИЕ ВЛАСТИ ИЛИ ДОЛЖНОСТНЫХ ПОЛНОМОЧИЙ
44. 6.4. ХАЛАТНОСТЬ
45. 6.5. ПОЛУЧЕНИЕ ВЗЯТКИ
46. 6.6. ДАЧА ВЗЯТКИ
47. 6.7. ПОСРЕДНИЧЕСТВО ВО ВЗЯТОЧНИЧЕСТВЕ
48. 6.8. ПРОВОКАЦИЯ ВЗЯТКИ
49. 6.9. ДОЛЖНОСТНОЙ ПОДЛОГ
50. 7.1. ОБЩЕЕ ПОНЯТИЕ ХУЛИГАНСТВА
51. 7.2. ПРОСТОЕ ХУЛИГАНСТВО
52. 7.3. ЗЛОСТНОЕ ХУЛИГАНСТВО
53. 7.4. ОСОБО ЗЛОСТНОЕ ХУЛИГАНСТВО
54. 8.1. НАРУШЕНИЕ ПРАВИЛ БЕЗОПАСНОСТИ ДВИЖЕНИЯ И ЭКСПЛУАТАЦИИ ТРАНСПОРТА ЛИЦАМИ, КОТОРЫЕ УПРАВЛЯЮТ ТРАНСПОРТНЫМИ СРЕДСТВАМИ
55. 8.2. ВЫПУСК В ЭКСПЛУАТАЦИЮ ТЕХНИЧЕСКИ НЕИСПРАВНЫХ ТРАНСПОРТНЫХ СРЕДСТВ
56. 8.3. УГОН ТРАНСПОРТНЫХ СРЕДСТВ
57. 8.4. ДОПУСК К УПРАВЛЕНИЮ ТРАНСПОРТНЫМИ СРЕДСТВАМИ ВОДИТЕЛЕЙ. НАХОДЯЩИХСЯ В СОСТОЯНИИ ОПЬЯНЕНИЯ
58. 8.5. НАРУШЕНИЕ ПРАВИЛ, НОРМ И СТАНДАРТОВ, КАСАЮЩИХСЯ ОБЕСПЕЧЕНИЯ БЕЗОПАСНОСТИ ДОРОЖНОГО ДВИЖЕНИЯ
59. 8.6. НАРУШЕНИЕ ДЕЙСТВУЮЩИХ НА ТРАНСПОРТЕ ПРАВИЛ
60. 8.7. БИБЛИОГРАФИЯ

На предыдущую


Прослушка отменяется. Минюст предлагает прописать порядок обжалования секретных решений

Некоторые вопросы применения уголовного закона, в части квалификации деяний по признаку группой лиц, группой лиц по предварительному сговору и организованной группой

ГРУППА ЛИЦ ПО ПРЕДВАРИТЕЛЬНОМУ СГОВОРУ

В соответствии с ч. 2 ст.35 УК РФ, преступление признаётся совершённым группой лиц по предварительному сговору, если в его совершении участвовали два или более исполнителя, заранее договорившиеся о совместном совершении преступления. Соисполнительство без предварительного сговора (группа лиц, ч.1 ст. 35 УК РФ) является малораспространённой формой соучастия. Как правило, совершение преступления «группой лиц» не является квалифицирующим признаком состава преступления. Другое дело – «группа лиц по предварительному сговору».

Нельзя не заметить, что в определении «группа лиц по предварительному сговору» содержится два отдельных признака: совершение преступления «группой лиц» и совершение преступления по «предварительному сговору». Соответственно, для квалификации деяния как совершённого «группой лиц по предварительному сговору» недостаточно наличия лишь одного из этих признаков. Они должны присутствовать в идеальной совокупности. Только в этом случае подобную квалификацию следует признать правильной.

По смыслу уголовного закона — предварительный сговор – соглашение (в любой форме) между будущими соучастниками преступления, достигнутое ими в любое время (до совершения деяния), о месте, времени, способе совершения преступления. Поскольку предварительный сговор является обязательным признаком состава преступления (при данной квалификации деяния), то — его наличие или отсутствие входит в предмет доказывания (ст.73 ч.1 п.1 УПК РФ) и должно подтверждаться необходимой совокупностью допустимых (ст.75 УПК РФ) доказательств, на основе которых суд, следователь, прокурор устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу. Исчерпывающий перечень таких доказательств установлен ст. 74 УПК РФ (показания подозреваемого, обвиняемого, показания свидетелей, потерпевшего, письменные и вещественные доказательства и др.). Соответственно, простой констатации наличия согласованных действий соучастников, при отсутствии допустимых доказательств – недостаточно. Для примера можно предложить такую ситуацию:

ищущие «приключений» молодые люди А. и Л. заметили на улице прохожего, разговаривающего по сотовому телефону. В одной руке у прохожего был большой пакет, другой рукой он держал телефон, локтем этой же руки непрочно прижимая к телу сумку — «барсетку». А. подбежал к прохожему, ударил по сумке, отчего потерпевший её выронил, а Л., увидев это, поднял сумку с земли. Затем оба убежали вместе с похищенной сумкой. При допросах, в качестве подозреваемых и обвиняемых, оба воспользовались ст.51 Конституции РФ. Из показаний потерпевшего следует лишь то, что грабителей было двое, и они действовали сообща.

Доказательств наличия предварительного сговора между соучастниками, при подобных обстоятельствах, нет. Однако, такие деяния органы расследования непременно квалифицируют как совершенные «группой лиц по предварительному сговору» по п. «а» ч.2 ст.161 УК РФ. Мотивируется это, как правило, количеством участников и согласованностью их действий. По мнению автора, такая позиция ошибочна. Количество участников – объективный показатель, подтверждающий наличие признака «группы лиц» (т.е. количество соисполнителей). Согласованность действий, при отсутствии допустимых доказательств «предварительного сговора», подтверждает лишь совместное (а не каждым по отдельности) совершение деяния соучастниками (т.е. «группа лиц», ч.1 ст.35 УК РФ). Это является обстоятельством, отягчающим индивидуальную ответственность каждого за совершение преступления (ст.63 ч.1 п. «в» УК РФ), а посему, тоже входит в предмет доказывания (п.6 ч.1 ст.73 УПК РФ), но не образует состава преступления по признаку «группой лиц по предварительному сговору». Соответственно, квалифицировать действия каждого из соисполнителей (по вышеуказанному примеру), следует по ч.1 ст. 161 УК РФ.

На наличие предварительного сговора, кроме показаний обвиняемых (подозреваемых), свидетелей, могут указывать надлежащим образом оформленные доказательства (ст.74 УПК РФ) совместной подготовки к совершению преступления (подготовка оружия, маскировочных приспособлений, подготовка транспорта для перевозки похищенного и т.д.). Если же допустимых доказательств наличия предварительного сговора нет, а имеются лишь признаки «группы лиц», адвокат должен ставить вопрос об исключении признака «группой лиц по предварительному сговору» из обвинения и (при отсутствии других квалифицирующих признаков соответствующей части статьи) переквалификации обвинения на менее тяжкую часть соответствующей статьи.

Рассмотрим второй признак – совершение преступление «группой лиц». Группа лиц – форма соучастия в совершении преступления, когда оно совершается двумя и более исполнителями, т.е. подлежащими уголовной ответственности по предъявленному обвинению субъектами (вменяемыми, достигшими возраста уголовной ответственности, отвечающими другим необходимым признакам субъекта конкретного преступления ((группу лиц по должностным преступлениям, например, могут образовывать только два и более должностных лиц))), каждый из которых непосредственно исполняет объективную сторону состава преступления. Понимание этого особенно важно при группе из 2 человек. Если один из двух соучастников (два из трёх) не исполнял объективную сторону деяния, а способствовал совершению преступления иным способом (в форме пособничества, подстрекательства, организации), то признак «группа лиц» отсутствует. Соответственно, «предварительный сговор на совершение преступления» имеет юридическое значение (влияет на квалификацию деяния) только в случае наличия двух и более соисполнителей (а не любых соучастников). В соответствии с уголовным законом, не требуется дополнительной квалификации по ст.33 УК РФ всем членам устойчивой группы соучастников (а не только соисполнителей) лишь при совершении преступления организованной группой либо преступным сообществом (ч.ч.3,4 ст. 35 УК РФ), ибо все постоянные члены (данное правило не распространяется на лиц, не входящих в организованную группу, но способствовавших совершению преступления организованной группой) устойчивой организованной группы несут ответственность как исполнители независимо от фактического соучастия и ссылка на ст. 33 УК РФ для квалификации действий, например, организатора, который не исполнял объективную сторону состава преступления, не требуется. В соответствии же с ч.ч.1, 2 ст.35 УК РФ, преступление признаётся совершённым группой лиц или группой лиц по предварительному сговору, если в его совершении участвовали два или более соисполнителя.

Таким образом, проверяя правильность применения уголовного закона по признаку «группа лиц по предварительному сговору», адвокат должен обратить внимание на наличие в деянии именно соисполнительства, т.е. непосредственного участия всех соучастников в выполнении объективной стороны преступления, поскольку, как указано выше, само по себе наличие предварительного сговора между двумя соучастниками, один из которых не выполняет объективную сторону (не является исполнителем) не является основанием для квалификации деяния по признаку «группой лиц по предварительному сговору». В таком случае, даже при наличии предварительного сговора, тот соучастник, который непосредственно не участвовал в совершении преступления, отвечает за пособничество, подстрекательство либо организацию преступления, с применением соответствующей части ст.33 УК РФ, а исполнитель — без ссылки на ст.33 УК РФ, но оба по менее тяжкой части статьи УК РФ (при отсутствии других квалифицирующих признаков), не предусматривающей признак «группа лиц по предварительному сговору».

Простым примером такой ситуации является следующая:

А., договорился с С., что окажет ему помощь в сбыте краденного цветного металла без надлежащего оформления, т.к. его (А.) брат работает в пункте приема металла. На следующий день А. и С. приехали на принадлежавшем С. легковом автомобиле на территорию садового общества. А. остался в машине, а С. зашёл за огороженную территорию садового участка, принадлежащего потерпевшему, и путём свободного доступа похитил там ряд предметов из цветного металла на сумму 2400 рублей. После этого, А. и С. вместе с похищенным им имуществом прибыли к пункту приёма цветного металла, А. оформил сдачу-приём металла на несуществующее лицо, получил деньги, отдал С. половину причитавшихся тому денег за сданный металл, другую половину оставив себе.

Действия А. должны квалифицироваться по ч.5 ст.33 – ч. 1 ст.158 УК РФ как пособничество в совершении кражи, поскольку он оказал С. заранее обещанное содействие в сбыте похищенного имущества. Однако, он не оказывал помощь С. в непосредственном хищении (изъятии имущества). Действия С., как непосредственного исполнителя, должны квалифицироваться по ч. 1 ст.158 УК РФ.

В то же время, при определении наличия в действиях фигуранта признаков исполнительства либо иных форм соучастия, необходимо учитывать особенности объективной стороны конкретного вида преступления.

Так, в п. 10 Постановления Пленума ВС «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» от 27.12.2002 г. № 29 (в ред. Пост. Пленума ВС РФ от 06.02.2007 г.) указано следующее: «исходя из смысла ч.2 ст.35 УК РФ, уголовная ответственность за кражу, грабёж или разбой, совершённые группой лиц по предварительному сговору, наступает и в тех случаях, когда согласно предварительной договорённости между соучастниками, непосредственное изъятие имущества осуществляет один из них. Если другие соучастники в соответствии с распределением ролей совершили согласованные действия, направленные на оказание непосредственного содействия исполнителю в совершении преступления (например, лицо не проникало в жилище, но участвовало во взломе дверей, запоров, решёток, по заранее состоявшейся договорённости вывозило похищенное, подстраховывало других соучастников от возможного обнаружения совершения преступления и т.д.), содеянное ими считается соисполнительством и не требует дополнительной квалификации по ст. 33 УК РФ». Данное разъяснение Пленума основано на том, что по смыслу закона лица, совершившие групповую кражу по предварительному сговору (подразумевается чёткое распределение ролей между соучастниками), являются фактическими исполнителями, так как каждый из них участвует в совершении отдельных конкретных действий, непосредственно входящих в объективную сторону преступления, без которых было бы невозможно его совершить. Таким образом, для признания соучастника исполнителем необходимо два признака: совершение действий, входящих в объективную сторону и такая необходимость этих действий, что при их отсутствии совершение данного конкретного деяния невозможно.

Соответственно, при применении указанных положений Пленума, надо учитывать особенности объективной стороны того или иного деяния. Допустим, при совершении кражи (тайного хищения чужого имущества) из магазина, один преступник отвлекает продавца, а второй тем временем тайно похищает с прилавка товар. При этом второй совершенно очевидно выполняет объективную сторону (непосредственно «тайно похищает имущество»), первый же выполняет отдельные конкретные действия, входящие в объективную сторону (обеспечивает «тайность»), без которых второй не смог бы тайно похитить имущество. Также, если при совершении тайного хищения чужого имущества с проникновением в жилое помещение, один из участников по предварительной договорённости лишь взламывает дверь, а в квартиру не заходит и непосредственно не похищает имущество, он также исполняет необходимую часть объективной стороны, без которой её выполнение (проникновение в жилище для совершения хищения) было бы невозможно. Действия такого лица, учитывая разъяснения Пленума, являются исполнением преступления, соответственно, образуют группу лиц и не требуют дополнительной квалификации по ст.33 УК РФ.

Если же действия одного из соучастников не являются необходимыми, не обеспечивают исполнение объективной стороны (части объективной стороны) конкретного деяния (как в вышеописанном случае с хищением цветного металла, где А. не исполнял ни в какой части объективную сторону «тайного хищения чужого имущества путём свободного доступа», а лишь способствовал его совершению, оказав помощь в сбыте похищенного имущество по предварительной договоренности), то данные действия являются вспомогательными и не могут считаться исполнением преступления.

Вообще, на примере хищений квалификация соучастия с применением ст. 33 УК РФ, учитывая разъяснения Пленума по данной категории дел, при должной внимательности, не представляет большой сложности.

Несколько спорной выглядит возможность применения по аналогии данных разъяснений Пленума для других родов преступлений. С одной стороны, Пленум указывает на «смысл положений ч.2 ст.35 УК РФ», что говорит о широком толковании данных норм закона, а с другой – указывает на «уголовную ответственность за кражу, грабёж и разбой по предварительному сговору», т.е. указывается на специфику применения указанных положений закона именно к хищениям. В то же время, в постановлениях Пленума ВС по некоторым другим категориям преступлений, понятие совершения преступления группой лиц по предварительному сговору так подробно не расшифровывается. Однако, теория и судебная практика применения уголовного закона, в данной части, признаёт исполнителем преступления и тех лиц, которые хотя сами и не совершают деяний, описанных в Особенной части УК, но в момент совершения преступления оказывают непосредственную помощь исполнителям. Исходить стоит из определения объективной стороны того или иного преступления, предусмотренного соответствующей главой (статьёй) уголовного кодекса.

Так, в постановлении Пленума ВС РФ от 27.01.1999 года №1 «О судебной практике по делам об убийстве» указывается, что исполнителями убийства (объективная сторона – умышленное причинение смерти другому человеку) являются лица, непосредственно участвовавшие в лишении потерпевшего жизни и оказывавшие на него соответствующее физическое воздействие. Т.е. исполнителем признаётся и тот, кто содействовал лишению потерпевшего жизни путём применения к нему физического насилия (например, держал жертву за руки, когда другой соучастник наносил смертельные ранения). В тех же случаях, когда имеет место соучастие в убийстве с разделением ролей, организаторы преступления, подстрекатели и пособники, непосредственно не применявшие физического насилия к потерпевшему, но способствовавшие совершению убийства, несут ответственность по ст.33 УК РФ и соответствующей части (пункту) ст.105 УК РФ.

Так, в постановлении Пленума ВС РФ от 15.06.2004 года «О судебной практике по делам о преступлениях, предусмотренных ст.ст. 131, 132 УК РФ» указано: «изнасилование и насильственные действия сексуального характера следует признавать совершенными группой лиц (группой лиц по предварительному сговору, организованной группой) не только в тех случаях, когда несколькими лицами подвергается сексуальному насилию одно или несколько потерпевших лиц, но и тогда, когда виновные лица, действуя согласованно и применяя насилие или угрозу его применения в отношении нескольких лиц, затем совершают насильственный половой акт либо насильственные действия сексуального характера с каждым или хотя бы с одним из них.

Групповым изнасилованием или совершением насильственных действий сексуального характера должны признаваться не только действия лиц, непосредственно совершивших насильственный половой акт или насильственные действия сексуального характера, но и действия лиц, содействовавших им путем применения физического или психического насилия к потерпевшему лицу. При этом действия лиц, лично не совершавших насильственного полового акта или насильственных действий сексуального характера, но путем применения насилия содействовавших другим лицам в совершении преступления, следует квалифицировать как соисполнительство в групповом изнасиловании или совершении насильственных действий сексуального характера (часть 2 статьи 33 УК РФ)».

В то же время, к примеру, в постановлении Пленума ВС РФ №14 от 15.06.2006 года «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами…» не указано на особенности применения положений ч.2 ст.35 и ст.33 УК РФ по данной категории преступлений. Исключение – определение посредничества как соучастия в приобретении или сбыте наркотического средства в зависимости от того, в чьих интересах (приобретателя или продавца) действует посредник.

Между тем, совершение преступления группой лиц по предварительному сговору является квалифицирующим признаком по ряду составов преступлений, связанных с оборотом наркотических средств, сильнодействующих и ядовитых веществ. Например, п. «а» ч.2 ст.228-1 УК РФ предусматривает ответственность за незаконный сбыт наркотического средства группой лиц по предварительному сговору.

Следственная и судебная практика складывается таким образом, что все соучастники действий, заканчивающихся сбытом наркотического средства определённому лицу, признаются исполнителями и их действия (при отсутствии признаков организованной группы) квалифицируются как совершённые группой лиц по предварительному сговору. Наверняка, многим знакома такая ситуация:

З. незаконно приобрел наркотическое средство (марихуана) в большом количестве и стал хранить у себя дома. Об этом он сообщил своему знакомому П., сказав ему, что тот может приобретать у него, в случае необходимости, наркотическое средство по такой-то цене за определённое количество. П. стал периодически к нему обращаться и приобретать наркотики оговоренного веса в соответствующей расфасовке за определённую цену, как для себя, так и для последующего сбыта уже своим знакомым, склонным к употреблению наркотиков. П. говорил З., что покупает наркотики не только для себя, но и для перепродажи, но тот сказал, что его не интересует, для чего П. приобретает марихуану. При последующей продаже П. «накручивал» цену и сбывал наркотическое средство своему знакомому О., который действовал под контролем спец.служб. О том, что П. приобретал наркотическое средство у З., спец.службам стало известно только после задержания П. из его показаний, в которых он также указал на схему деяний: П., после обращения к нему О. с просьбой о приобретении «дозы», договаривался с З. о приобретении у него соответствующего количества по уже известной цене. З. подготавливал и передавал П. уже расфасованное средство нужного веса, получал от него деньги. П. делал соответствующую наценку и продавал О. наркотическое средство уже по большей цене. Обоим фигурантам предъявлено обвинение в покушении на сбыт наркотического средства О. по предварительному сговору группой лиц по 4 эпизодам неоконченного (т.к. О. действовал под контролем) сбыта, т.е. ст.30 ч.3 – ст.228-1 ч.2 п. «а» УК РФ по каждому из эпизодов. При этом, в постановлении о предъявлении обвинения указано на наличие распределения ролей между соучастниками, исполнении каждым конкретных оговоренных действий во исполнение общего преступного умысла по сбыту наркотического средства О.

По моему мнению, квалификация вышеприведённого деяния, как совершённого группой лиц по предварительному сговору, ошибочна.

Так, в п. 13 Постановления ВС РФ №14 дано определение сбыта наркотического средства: «под незаконным сбытом наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов следует понимать любые способы их возмездной либо безвозмездной передачи другим лицам (продажу, дарение, обмен, уплату долга, дачу взаймы и т.д.), а также иные способы реализации, например путем введения инъекций».

Т.е. очевидно, что исполнением объективной стороны данного деяния является именно незаконная передача наркотического средства, а не другие действия лиц по приобретению наркотического средства, его расфасовке и т.д.

Учитывая положения постановления Пленума ВС, который определяет объективную сторону «сбыта» как возмездную или безвозмездную передачу наркотического средства, З., возмездно передавая наркотическое средство П., полностью исполняет объективную сторону сбыта. В свою очередь, П., возмездно передавая наркотические средства третьему лицу, также исполняет все действия по сбыту. Налицо «цепочка» — последовательный сбыт наркотического средства и действия каждого должны (если речь не идёт о деянии в составе организованной группы) квалифицироваться отдельно друг от друга.

Однако, в силу специфики доказывания данного рода преступной деятельности (контролируемая закупка осуществляется в отношении последнего сбытчика, соответственно, факт передачи наркотического средства ему от предыдущего сбытчика не задокументирован, что затрудняет доказывание его вины в случае её не признания) следственная и судебная практика идёт по пути доказывания соучастия обоих «звеньев цепочки» по предварительному сговору в сбыте последнему приобретателю, действующему под контролем. Именно такая схема обвинения нашла широкое применение. Между тем, такая практика не соответствует, на мой взгляд, требованиям уголовного закона. Выше мною приведено понятие сбыта. При указанных обстоятельствах, первый сбытчик З. не исполняет объективную сторону преступления по отношению к третьему приобретателю («подконтрольному» О.), не передает ему наркотическое средство. Соответственно, он не может быть признан исполнителем сбыта наркотического средства от П. к «подконтрольному». Подразумевается, видимо, что З., действуя по предварительному сговору с П. (сейчас я не буду касаться доказанности сговора, направленности умысла и т.п.), передавая наркотическое средство П., исполняет часть объективной стороны сбыта последним наркотического средства «подконтрольному», т.е. оказывает ему непосредственную помощь в сбыте. Однако, учитывая специфику определения объективной стороны данного состава преступления, лицо, не принимавшее участия в непосредственной передаче наркотика приобретателю, не может быть признано исполнителем. Очевидно, что данная схема выглядит приемлемой при совершении таких же деяний организованной группой (при наличии признаков такой группы) или преступным сообществом, когда любой из соучастников – членов устойчивой преступной группы — признаётся исполнителем даже в том случае, если он и не исполняет объективную сторону деяния. Если же признаки организованной группы или преступного сообщества отсутствуют, то действия З. (при доказанности предварительного сговора на соучастие с распределением ролей, соответствующей направленности умысла) могли бы при подобной схеме обвинения квалифицироваться со ссылкой на ст.33 ч.3 УК РФ или ч.5 ст.33 — ст.30 ч.3 — ч.1 ст228-1 УК РФ, как организатора или пособника в совершении деяния П. по сбыту «подконтрольному лицу» в зависимости от установленных конкретных обстоятельств его соучастия в совершении деяния.

Как представляется автору, рассматриваемая схема обвинения была изначально задумана и предполагалась для квалификации преступления как совершённого организованной группой. Однако, по делам, где признаки организованной группы не находили своего подтверждения, правоприменители не нашли ничего лучшего, как не меняя схемы обвинения, повернуть его в сторону снижения общественной опасности, заменив по тексту словосочетание «организованная группа» на «группа лиц по предварительному сговору».

Здесь может возникнуть вопрос: так что же, учитывая узость объективной стороны данного состава преступления, является сбытом, совершенным группой лиц по предварительному сговору? По мнению автора, в соответствии со смыслом положений ч.2 ст. 35 УК РФ и с учётом специфики объективной стороны данного состава, под сбытом наркотического средства, совершённого группой лиц по предварительному сговору, надо понимать деяние, совершенное двумя и более соучастниками по предварительному сговору, когда оба физически принимают участие в непосредственной передаче наркотического средства, либо когда один из них непосредственно не передаёт наркотическое средство приобретателю, но, находясь на месте преступления в момент его совершения, оказывает непосредственную помощь другому соисполнителю в совершении сбыта (страхует передающего на случай возможного обнаружения совершения преступления, других возможных непредвиденных обстоятельств, выполняет определённые действия по обеспечению безопасности передающего и «товара» во время передачи и т.д.). Если же один из соучастников, согласно распределению ролей при предварительном сговоре, не находился на месте совершения деяния во время его совершения, но выполнял какие-то подготовительные или организационные действия до или после совершения деяния, то его действия (при отсутствии признаков организованной группы) надлежит квалифицировать в зависимости от конкретных обстоятельств как действия организатора или пособника со ссылкой на соответствующую часть ст.33 УК РФ.

Кстати, многие ошибочно полагают, что наличие организатора – признак присущий исключительно организованной группе или преступному сообществу. Между тем, уголовный закон не исключает наличия организатора и в группе лиц по предварительному сговору. Организатор, также как пособник или подстрекатель – не является исполнителем (если он не участвует непосредственно в совершении объективной стороны преступления) и его действия квалифицируются по ст. 33 ч 3 УК РФ и не образуют группу лиц. Между тем, на практике чрезвычайно редко применяется ссылка на ч.3 ст.33 УК РФ.

Уголовно-правовая характеристика соучастия несовершеннолетних в преступлениях

Исраилов Алид Билалович
магистрант направление подготовки 40.04.01. Юриспруденция
ФГБОУ ВО «Чеченский государственный университет»
E-mail: bela_007@bk.ru

Изучив особенности соучастия несовершеннолетних в преступлениях, непосредственно связанные с возрастом, автор обосновывает целесообразность признавать наличие группы даже в тех случаях, когда к уголовной ответственности может быть привлечён только один её участник, а остальные не являются субъектами преступления в силу своего возраста, поскольку, согласно проведенному эмпирическому исследованию, малолетние выступают в качестве равноправных ее участников, а возраст является, по сути, формальным юридическим основанием освобождения его от уголовной ответственности.

По результатам рассмотрения уголовно-правовых особенностей совершения преступлений в составе простой группы лиц обосновывается вывод о необходимости изменения подходов к применению требований ч.7 ст. 35 УК РФ к преступлениям данной категории, совершенным несовершеннолетними, поскольку, устанавливая повышенную ответственность за совершение преступления в соучастии независимо от возраста субъекта, законодатель не учитывает психолого-возрастные особенности личности несовершеннолетних соучастников, такие как склонность к объединению в группы и преимущественно групповой характер совместных действий.

Для правильной квалификации деяния подростков как совершенного группой лиц по предварительному сговору важным является вопрос, имел ли место сговор соучастников до начала выполнения объективной стороны преступления, поскольку несовершеннолетние в силу своих возрастных особенностей более подвержены импульсивному принятию решения на совершение преступления в зависимости от обстоятельств. Автор приходит к выводу, что при наличии предварительного сговора несовершеннолетних соучастников преступления степень согласованности их действий может быть различной, однако обязательным условием является наличие субъективной связи между ними. Простая осведомленность о решении совершить преступления в составе группы не является признаком предварительного сговора, который предполагает определенную предварительную детализацию совместного совершения преступления.

Основываясь на изучении различных точек зрения исследователей, а также результатов правоприменительной практики в части установления критериев понятия «устойчивость» для квалификации деяния как совершенного организованной преступной группой, предлагается исключить оценочные признаки из конструкции частей 2 и 3 части статьи 35 УК РФ и руководствоваться лишь формальными признаками. Для преступления, совершенного группой лиц по предварительному сговору, таким формальным признаком является критерий «заранее договорившиеся о совместном совершении преступления», для организованной преступной группы — «заранее объединившиеся под руководством организатора для совершения нескольких преступлений». Данные изменения позволят добиться однозначности трактовки критериев разграничения форм соучастия и исключить субъективный фактор при их оценке.

Характеризуя несовершеннолетнего исполнителя преступления, автор сосредоточил внимание на проблеме совершения преступлений путем использования других лиц, не подлежащих уголовной ответственности в силу возраста (опосредованное исполнение). В частности, обосновывается нецелесообразность предлагаемого рядом исследователей (И.Ю. Гонтарь, Л.Р. Токшина, Е.Г Быкова) исключения опосредованного исполнителя из состава ч. 2 ст. 33 УК РФ, так как создание отдельного института ответственности за опосредованное исполнение вызывает сомнения с точки зрения соответствия принципу персональной ответственности и морально-этической допустимости определять человека как орудие преступления.

Литература:

  1. Аносов А.В. Особенности индивидуального предупреждения соучастия несовершеннолетних в преступлениях // Труды Академии управления МВД России. — 2014. — № 4 (32). — С. 36-40.
  2. Бидова Б.Б. Обеспечение криминологической безопасности России //Наука и образование: хозяйство и экономика; предпринимательство; право и управление. 2014.№ 2 (45). С. 51-55.
  3. Аносов А.В. Особенности преступлений, совершенных несовершеннолетними в соучастии // Уголовная политика России на современном этапе: состояние, тенденции и перспективы: сборник статей всероссийской научно-практической конференции. — М.: Академия управления МВД России, 2015. — С. 56-61.

Записи созданы 4415

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Похожие записи

Начните вводить, то что вы ищите выше и нажмите кнопку Enter для поиска. Нажмите кнопку ESC для отмены.

Вернуться наверх