Лицензия эксперта

Информация об изменениях:

Федеральным законом от 28 июня 2009 г. N 124-ФЗ в статью 16 настоящего Федерального закона внесены изменения

См. текст статьи в предыдущей редакции

Статья 16. Обязанности эксперта

ГАРАНТ:

См. комментарии к статье 16 настоящего Федерального закона

Эксперт обязан:

принять к производству порученную ему руководителем соответствующего государственного судебно-экспертного учреждения судебную экспертизу;

провести полное исследование представленных ему объектов и материалов дела, дать обоснованное и объективное заключение по поставленным перед ним вопросам;

составить мотивированное письменное сообщение о невозможности дать заключение и направить данное сообщение в орган или лицу, которые назначили судебную экспертизу, если поставленные вопросы выходят за пределы специальных знаний эксперта, объекты исследований и материалы дела непригодны или недостаточны для проведения исследований и дачи заключения и эксперту отказано в их дополнении, современный уровень развития науки не позволяет ответить на поставленные вопросы;

не разглашать сведения, которые стали ему известны в связи с производством судебной экспертизы, в том числе сведения, которые могут ограничить конституционные права граждан, а также сведения, составляющие государственную, коммерческую или иную охраняемую законом тайну;

обеспечить сохранность представленных объектов исследований и материалов дела.

Эксперт также исполняет обязанности, предусмотренные соответствующим процессуальным законодательством.

Эксперт не вправе:

принимать поручения о производстве судебной экспертизы непосредственно от каких-либо органов или лиц, за исключением руководителя государственного судебно-экспертного учреждения;

осуществлять судебно-экспертную деятельность в качестве негосударственного эксперта;

вступать в личные контакты с участниками процесса, если это ставит под сомнение его незаинтересованность в исходе дела;

самостоятельно собирать материалы для производства судебной экспертизы;

сообщать кому-либо о результатах судебной экспертизы, за исключением органа или лица, ее назначивших;

уничтожать объекты исследований либо существенно изменять их свойства без разрешения органа или лица, назначивших судебную экспертизу.

Эксперт или государственное судебно-экспертное учреждение не вправе отказаться от производства порученной им судебной экспертизы в установленный судом срок, мотивируя это отказом стороны, на которую судом возложена обязанность по оплате расходов, связанных с производством судебной экспертизы, осуществить оплату назначенной экспертизы до ее проведения.

Лицензирование и сертификация экспертной деятельности

Федеральный закон «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» (N 73-ФЗ от 31 мая 2001 года), статья 41 — «В соответствии с нормами процессуального законодательства Российской Федерации судебная экспертиза может производиться вне государственных судебно-экспертных учреждений лицами, обладающими специальными знаниями в области науки, техники, искусства или ремесла, но не являющимися государственными судебными экспертами. На судебно-экспертную деятельность лиц, указанных в части первой настоящей статьи, распространяется действие статей 2, 4, 6 — 8, 16 и 17, части второй статьи 18, статей 24 и 25 настоящего Федерального закона».

В соответствии с действующим законодательством, проведение экспертизы может быть поручено судебно-экспертному учреждению, конкретному эксперту или нескольким экспертам (ст. 79 ГПК РФ, ст. 199 УПК РФ), причем судебная экспертиза производится как государственными судебными экспертами, так и иными экспертами из числа лиц, обладающих специальными знаниями (ст. 195 УПК РФ). «К иным экспертам из числа лиц, обладающих специальными знаниями, относятся эксперты негосударственных судебно-экспертных учреждений, а также лица, не работающие в судебно-экспертных учреждениях.

В соответствии с законодательными актами, деятельность негосударственных экспертных организаций может осуществляться без получения соответствующей лицензии, а оказываемые ими услуги не подлежат сертификации. В соответствии с Федеральным Законом от 08.01.01 № 128 – ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности», экспертная деятельность не подлежит лицензированию.

В соответствии с ФЗ от 31.05.2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» — «экспертная деятельность не лицензируется».

Нормативно-правовыми актами РФ о сертификации работ и услуг (в частности, Законом РФ от 07.02.92 № 2300-1 «О защите прав потребителей», Законом РФ от 10.06.93 № 5151-1 «О сертификации продукции и услуг», Постановлением Правительства РФ от 13.08.97 № 1013 «Об утверждении Перечня товаров, подлежащих обязательной сертификации», Постановлением Госстандарта России от 28.02.98 № 5 «О номенклатуре продукции и услуг (работ), подлежащих обязательной сертификации» и другими) в отношении услуг экспертных учреждений обязательная сертификация не установлена.

Требование о представлении экспертом сведений о своем членстве в СРО не предусмотрено законом. Судебная экспертиза осуществляется только по нормам процессуальных кодексов. Что касается компетенции эксперта, то она должна устанавливаться по существу, а не по формальным основаниям.

Все процессуальные кодексы указывают только одно основание (требование) для назначения лица судебным экспертом — наличие специальных знаний (ст. 57 УПК РФ, ст. 85 ГПК РФ, ст. 55 АПК РФ).

Процессуальные кодексы требуют, чтобы в своем заключении судебный эксперт сообщил о своем образовании, специальности, стаже работы, о наличии ученой степени и (или) ученого звания (ст. 204 УПК РФ, ст. 86 АПК РФ).

Выводы:

Экспертиза может проводиться как в государственном судебно-экспертном учреждении, так и в негосударственной экспертной организации, кроме того к экспертизе могут привлекаться лица, обладающие специальными знаниями.

Лицензирование видов деятельности в Российской Федерации осуществляется в порядке, установленном Федеральным Законом от 08.01.01 № 128 – ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности» (далее – Закон), за исключением видов деятельности, поименованных в п.2 ст.1 Закона.

На основании перечня лицензируемых видов деятельности, установленного ст.17 Закона, следует, что экспертная деятельность не подлежит лицензированию.

Исключение составляет: экспертиза специализированной промышленной безопасности, судебно-медицинская экспертиза, баллистическая экспертиза и экспертиза боеприпасов, а также экспертиза по объектам военного значения — необходима лицензия ФСБ РФ.

Нормативно-правовыми актами РФ о сертификации работ и услуг, в частности, Законом РФ от 07.02.92 № 2300-1 «О защите прав потребителей», Законом РФ от 10.06.93 № 5151-1 «О сертификации продукции и услуг», Постановлением Правительства РФ от 13.08.97 № 1013 «Об утверждении Перечня товаров, подлежащих обязательной сертификации», Постановлением Госстандарта России от 28.02.98 № 5 «О номенклатуре продукции и услуг (работ), подлежащих обязательной сертификации» и другими, в отношение услуг экспертных учреждений обязательная сертификация не установлена.

Таким образом, в соответствии с законодательными актами, деятельность негосударственных экспертных организаций может осуществляться без получения соответствующей лицензии, а оказываемые ими услуги не подлежат сертификации.

Эксперт — это лицо, обладающее специальными познаниями в науке, технике, искусстве или ремесле.

Экспертами могут быть сотрудники экспертного учреждения, занимающие штатную должность, работники других учреждений (предприятий и организаций), привлеченные для производства экспертизы (внешние эксперты), или иные имеющие соответствующее образование лица, не заинтересованные в исходе дела.

В УПК РФ закреплена возможность проведения экспертных исследований в негосударственном судебно-экспертном учреждении (п. 60 ст. 5 УПК РФ), а также содержится императивное предписание об обязательном разъяснении руководителем такого учреждения соответствующему эксперту его прав и ответственности (ч. 2 ст. 199 УПК РФ). В свою очередь, ч. 2 ст. 41 Закона о судебно-экспертной деятельности распространяет некоторые положения данного закона на деятельность негосударственных судебно-экспертных учреждений. Из этого следует, что судебно-медицинская экспертиза может производиться вне ГСЭУ лицами, обладающими специальными медицинскими знаниями, но не являющимися государственными судебно-медицинскими экспертами.

Впервые определение негосударственного судебно-экспертного учреждения дано в п. 2 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2010 № 28 «О судебной экспертизе по уголовным делам»: «Под негосударственными судебно-экспертными учреждениями следует понимать некоммерческие организации (некоммерческие партнерства, частные учреждения или автономные некоммерческие организации), созданные в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации и Федеральным законом «О некоммерческих организациях”, осуществляющие судебно-экспертную деятельность в соответствии с принятыми ими уставами».

Негосударственные судебно-экспертные учреждения не образуют единой системы, не имеют научно-методических и координационных центров, не связаны с ГСЭУ. Несмотря на то что процессуальный и федеральный законы уравнивают статус негосударственных и ГСЭУ, какая-либо регламентация их деятельности, как на законодательном, так и ведомственном уровне, полностью отсутствует, как и не существует каких-либо установленных требований к работающим в них экспертам.

Иные (негосударственные) судебно-экспертные учреждения – это учреждения (организации), осуществляющие производство экспертиз в основном по заказам юридических и физических лиц на договорной основе. В настоящее время деятельность таких организаций законодательно не регламентирована. Поскольку следователь вправе привлечь в качестве эксперта любое лицо, обладающее необходимыми специальными знаниями, то он может поручить производство судебной экспертизы негосударственному судебно-экспертному учреждению и (или) эксперту (экспертам) такого учреждения (организации) или неэкспертных учреждений (организаций), включая частных экспертов. В последние годы практика обращения следователей и судов в негосударственные судебно-экспертные учреждения и к негосударственным судебно-медицинским экспертам возросла. Нередко к ним обращаются участники процесса (в основном для оспаривания результатов экспертизы, проведенной в ГСЭУ).

Полученные ими документы именуются заключениями специалистов. Следователь, а затем суд вправе приобщить такое заключение к делу, если сочтут его имеющим значение, и тогда оно будет выступать в качестве иного документа и в смысле ст. 84 УПК РФ может использоваться для оценки заключения судебной экспертизы или назначения повторной экспертизы.

Основанием поручения производства судебно-медицинской экспертизы в негосударственном судебно-экспертном учреждении или негосударственным судебно-медицинским экспертом чаще всего является наличие сомнения у подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего, сторон и других участников процесса в беспристрастности и объективности государственных судебно-медицинских экспертов ГСЭУ.

Основным видом деятельности негосударственных судебно-экспертных учреждений является судебно-экспертная деятельность, о чем говорится в учредительных документах учреждения. В этом и состоит главное отличие негосударственного судебно-экспертного учреждения от неэкспертного учреждения (организации).

Согласно ст. 17 Федерального закона от 08.09.2001 № 128-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности» на осуществление юридическим лицом или индивидуальным предпринимателем судебно-экспертной деятельности лицензии не требуется. Однако для осуществления производства разных родов (видов) судебно-медицинских экспертиз, за исключением экспертиз но материалам уголовных и гражданских дел, требуется лицензия на осуществление медицинской деятельности.

Негосударственные судебно-экспертные учреждения, в штате которых есть судебно-медицинские эксперты, производят судебно-медицинские экспертизы и экспертные исследования преимущественно но материалам гражданских и уголовных дел, делам об административных правонарушениях. И лишь отдельные из них имеют необходимое лабораторное оборудование для производства высокотехнологичных видов экспертиз, например установление кровного родства в случаях спорного отцовства и др. На долю негосударственных экспертных учреждений приходится незначительное число судебно-медицинских экспертиз.

Как правило, сроки производства судебно-медицинских экспертиз в этих учреждениях гораздо меньше, чем в ГСЭУ, поскольку загруженность экспертов значительно ниже и очереди практически отсутствуют. При большом поступлении материалов на экспертизу дополнительно могут привлекаться судебно-медицинские эксперты из числа лиц, не состоящих в штате негосударственного судебно-экспертного учреждения.

Лицо, не являющееся штатным работником негосударственного судебно-экспертного учреждения, приобретает процессуальный статус эксперта при условии поименования его в постановлении (определении) о назначении судебно-медицинской экспертизы и исключительно при наличии согласования его кандидатуры с лицом (органом), назначившим судебную экспертизу.

При поручении производства судебно-медицинской экспертизы лицу, не являющемуся государственным судебно- медицинским экспертом, в постановлении (определении) о назначении экспертизы указываются фамилия, имя, отчество эксперта, сведения о его образовании, специальности, стаже работы и занимаемой должности.

В случае производства судебно-медицинской экспертизы в негосударственном судебно-экспертном учреждении лицом, ее назначающим, выясняются сведения, касающиеся профессиональных данных судебно-медицинского эксперта, в постановлении (определении) о назначении экспертизы указывается наименование негосударственного судебно-экспертного учреждения, а также фамилия, имя, отчество эксперта. Указанные в постановлении (определении) о назначении экспертизы персональные данные судебно-медицинского эксперта могут стать основанием для его отвода при условии выявления заинтересованности, служебной и иной зависимости, а также некомпетентности эксперта.

Процессуальное законодательство предусматривает возможность поручения производства судебно-медицинской экспертизы как судебно-экспертному учреждению, так и конкретному эксперту или экспертам. При этом назначение и производство судебно-медицинской экспертизы юридическому лицу, не имеющему статуса экспертного учреждения, процессуальным законодательством не предусмотрено, а потому недопустимо.

Из этого следует, что лицо, являющееся работником такого неэкспертного учреждения (организации) и производившее судебно-медицинскую экспертизу, но не указанное поименно в постановлении (определении) о ее назначении, процессуальными правами, предусмотренными ст. 57 УПК РФ, не обладает. Следовательно, такое заключение эксперта будет оценено как полученное с нарушением процессуального закона и признано недопустимым доказательством (ст. 75 УПК РФ).

Понятие негосударственного судебно-экспертного учреждения принципиально отличается от статуса коммерческих организаций, основной целью деятельности которых является извлечение прибыли и распределение ее между участниками обществ. В контексте процессуального и федерального законодательства понятие негосударственного судебно-экспертного учреждения может толковаться исключительно как некоммерческая организация, созданная целевым путем для обеспечения исполнения полномочий судов, судей, органов дознания, лиц, производящих дознание, следователей посредством организации и производства судебных экспертиз. Под такое определение попадают как собственно учреждения (государственные и частные), так и иные организации, не носящие коммерческий характер, но созданные специально для содействия в обеспечении потребностей судопроизводства за счет применения специальных знаний (общественные организации, автономные некоммерческие организации, некоммерческие партнерства и т.д.).

В качестве примера негосударственного судебно-экспертного учреждения можно привести «Некоммерческое партнерство судебно-медицинских экспертов», созданное РЦСМЭ и другими ГСЭУ Москвы и Санкт-Петербурга. Высококвалифицированные судебно-медицинские эксперты из числа профессоров и научных сотрудников, преподавателей кафедр судебной медицины выполняют сложные судебно-медицинские экспертизы и экспертные исследования по постановлениям и определениям следственных и судебных органов, а также по обращениям юридических и физических лиц, но запросам адвокатов.

Несмотря на то что в Законе о судебно-экспертной деятельности ничего не говорится о правах и обязанностях руководителя негосударственного судебно-экспертного учреждения, па него могут быть распространены многие права и обязанности руководителя ГСЭУ. Руководитель негосударственного судебно-экспертного учреждения вправе требовать от лица (органа), назначившего экспертизу, возмещения расходов, связанных с производством судебной экспертизы.

Что касается ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения, то если эксперт был о ней предупрежден, он несет ее персонально, вне зависимости от того, является ли он работником негосударственного судебно-экспертного учреждения или частным экспертом.

Руководитель негосударственного судебно-экспертного учреждения согласно договору, заключаемому на производство судебной экспертизы, обычно несет имущественную ответственность за некачественное экспертное заключение. Подписывая сопроводительные документы, он знакомится с содержанием заключения эксперта и если считает выводы эксперта неверными или необоснованными, поступает так же, как и руководитель ГСЭУ.

Если судебно-медицинская экспертиза производилась в негосударственном судебно-экспертном учреждении, то подписи судебно-медицинских экспертов удостоверяются печатью этого учреждения.

Если судебно-медицинская экспертиза назначается лицу, работающему в неэкспертном учреждении, то разъяснение прав и обязанностей эксперту, предупреждение его об ответственности за дачу заведомо ложного заключения производит лицо (орган), назначившее судебную экспертизу.

Руководители неэкспертных учреждений, в том числе и государственных (например, ректор медицинского вуза), работникам которых поручена судебно-медицинская экспертиза, не обладают теми же правами, что и руководители ГСЭУ и негосударственных судебно-экспертных учреждений. В этом случае работники неэкспертных учреждений (например, преподаватели кафедр судебной медицины) действуют как частные эксперты от своего имени и не вправе выполнять судебно-медицинскую экспертизу на бланках с реквизитами юридического лица по основному месту своей работы.

Поручение и проведение судебно-медицинской экспертизы коммерческой организацией или государственным образовательным учреждением, не имеющими статуса судебно-экспертного учреждения, является нарушением процессуального законодательства, влекущим признание заключения эксперта недопустимым доказательством.

Предупреждение судебно-медицинского эксперта об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения оформляется подпиской, которая включается в текст заключения эксперта, оформляется и подписывается экспертом после окончания производства судебно-медицинской экспертизы. Таким образом, фактическая постановка подписи эксперта и дата, указанная в подписке, предупреждающей об уголовной ответственности, не соответствуют друг другу. Данное обстоятельство указывает на грубейшее нарушение ст. 195, 199 УПК РФ, лишающее заключение эксперта доказательственного значения.

Подписка о предупреждении эксперта об уголовной ответственности содержится в виде бланка в конце процессуальной формы постановления о назначении судебной экспертизы. Судебно-медицинский эксперт, производящий экспертизу вне экспертного учреждения, должен поставить свою подпись до начала экспертизы – в тот момент, когда ему следователь вручает постановление о назначении экспертизы.

Если следователь поручает производство судебно-медицинской экспертизы ГСЭУ или негосударственному судебноэкспертному учреждению, то он поручает его руководителю отобрать у судебно-медицинского эксперта подписку.

Если судебно-медицинской эксперт участвует в судебном заседании, в котором назначается судебно-медицинская экспертиза, подписка может быть оформлена путем внесения соответствующей записи в протокол судебного заседания, которая должна быть удостоверена подписью.

На практике подписка государственных или негосударственных судебно-медицинских экспертов приводится в самом заключении эксперта с указанием должностей, фамилий экспертов, данных о том, когда и кем поручено производство судебно-медицинской экспертизы, кем разъяснены их процессуальные права и кем предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, с указанием даты и подписи эксперта.

Передача судом своих функций по выбору негосударственного судебно-медицинского эксперта, проверке его компетенции, разъяснению ему процессуальных прав и ответственности на руководителя не экспертного учреждения (организации) недопустима.

В случае поручения производства экспертизы лицу, не работающему в судебно-экспертном учреждении, разъяснение прав и обязанностей, предусмотренных ст. 57 УПК РФ, является обязанностью и прерогативой суда, принявшего решение о назначении экспертизы.

Таким образом, судебно-медицинская экспертиза может быть произведена как в ГСЭУ, так и негосударственном судебно-экспертном учреждении, как государственными судебно-медицинскими экспертами, так и негосударственными из числа лиц, обладающих специальными медицинскими знаниями, в том числе частными экспертами.

3 апреля 2019 г. 00:00

Адвокатское сообщество не поддерживает предложение ввести экспертные подразделения в структуру СКР

Федеральная палата адвокатов РФ направила помощнику Президента РФ – начальнику Государственно-правового управления Президента РФ Ларисе Брычевой отзыв на проект федерального закона № 663034-7 «О внесении изменений в Федеральный закон «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» и Федеральный закон «О Следственном комитете Российской Федерации»» (далее – законопроект), внесенный в Государственную Думу ФС РФ Президентом РФ. Отзыв, содержащий правовую позицию ФПА РФ, направлен также председателю Государственной Думы Вячеславу Володину и председателю Комитета Государственной Думы по безопасности и противодействию коррупции Василию Пискареву.

В правовой позиции ФПА РФ по законопроекту высказывается опасение, что идея помещения экспертных подразделений в структуру СКР приведет к умалению основной гарантии – независимости экспертной деятельности.

В первую очередь, отмечается, что п. 2 ч. 2 ст. 70 УПК РФ, запрещающий эксперту, зависимому от сторон или их представителей, принимать участие в производстве по уголовному делу, корреспондирует положению Федерального закона от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», согласно которому при производстве судебной экспертизы эксперт независим, он не может находиться в какой-либо зависимости от органа или лица, назначивших судебную экспертизу, сторон и других лиц, заинтересованных в исходе дела (ч. 1 ст. 7). В связи с этим представляется, полагают в ФПА РФ, что законопроект повышает риски появления таких конкретных ситуаций, когда эксперт de jure будет зависим от руководителя подразделения СК РФ, а de facto – от следователя СК РФ, назначающего ему производство экспертизы. В этих случаях от его независимости ничего не остается.

При этом обращается внимание на ошибочное мнение, что Конституционный Суд РФ признал соответствующим Конституции РФ толкование норм УПК РФ и указанного Федерального закона, допускающее отсутствие зависимости у ведомственного эксперта, проводящего экспертизу по требованию этого ведомства. В реальности, как отмечается в правовой позиции ФПА РФ, КС РФ в ряде своих определений высказался лишь о невозможности решения вопроса о зависимости эксперта от органа, ведущего производство по делу, вне контекста конкретного правоприменительного случая.

«Конституционный Суд РФ подчеркнул, что наличие либо отсутствие зависимости конкретного лица, привлеченного в качестве эксперта при производстве по уголовному делу, от сторон или их представителей устанавливается органом или должностным лицом, ведущими производство по этому делу, на основе его фактических обстоятельств (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 23 октября 2014 г. № 2371-О), что требует установления и оценки фактических обстоятельств и не относится к полномочиям Конституционного Суда Российской Федерации, как они закреплены в ст. 125 Конституции РФ и ст. 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации”», – указывается в отзыве.

Далее говорится, что для стороны защиты гарантии независимости эксперта являются критически важными, поскольку возможности защиты по оспариванию заключения эксперта сильно ограничены.

«Адвокат в уголовном судопроизводстве не вправе представить следователю или суду альтернативное заключение эксперта, а может оперировать лишь такими видами доказательств, как заключение специалиста и его показания. Эти доказательства изначально имеют меньший потенциал, чем заключение эксперта», – считают в ФПА РФ. Это обусловлено тем, что специалист, в отличие от эксперта, не вправе проводить исследования, а значит, не может обосновывать свои суждения, излагаемые в заключении, согласно ч. 3 ст. 80 УПК РФ, ссылкой на такие исследования. Заключение специалиста не может заменить заключение эксперта. В случае выявления неустранимого пробела или иных дефектов в заключении эксперта, возникает основание назначения повторной или дополнительной экспертизы. В этой части, как подчеркивает Пленум Верховного Суда РФ, заключение специалиста ввиду особенностей своего содержания не может подменить данные экспертизы. Таким образом, использование стороной защиты заключений специалистов, чаще всего, направлено на инициирование производства новой экспертизы.

По указанным причинам, поясняют в ФПА РФ, представители адвокатуры не могут поддержать законопроект, в котором умаляются гарантии объективности экспертного исследования.

Кроме того, адвокатское сообщество не может поддержать законопроект, в котором умаляются гарантии объективности экспертного исследования. В отзыве ФПА РФ также указано, что для стороны защиты гарантии независимости эксперта являются критически важными, поскольку механизм отвода эксперта на практике не работает. Хотя право на заявление такого отвода есть как у обвиняемого (подозреваемого), так и защитника, но разрешает его следователь, что обессмысливает заявление такого отвода по основанию зависимости эксперта от следователя.

Адвокатское сообщество полагает, что «единственным правильным вектором развития судебно-экспертной деятельности является полное выведение всех экспертных учреждений из ведомственной подчиненности в автономное образование» и просит учесть мнение Федеральной палаты адвокатов РФ по данному законопроекту.

Поделиться Прямая ссылка на материал: Поделиться: Поделиться

Записи созданы 8132

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Похожие записи

Начните вводить, то что вы ищите выше и нажмите кнопку Enter для поиска. Нажмите кнопку ESC для отмены.

Вернуться наверх