Ольфакторная экспертиза

Применение лабораторных собак-детекторов в анализе запаховых объектов по установлению их видовой, половой или другой групповой, а также индивидуальной принадлежности осуществляется в рамках реализации двух основных стереотипов рабочего поведения, вырабатываемых у собак специальной дрессировкой.

В первом случае собакам непосредственно предъявляется подлежащий поиску запаховый образец. В этом стереотипе перед каждым пуском на поиск в оперативную память собак-детекторов закладывается информация об искомом запахе; собаки на старте нюхают задаваемый образец, запоминают его, а затем ищут этот запаховые следы среди множества объектов, расставленных в сравнительном (селективном, выборочном) ряду. Этот стереотип обычно применяется для установления наличия или отсутствия в собранной запаховой пробе личного (индивидуального) запаховых следов конкретного человека.

Во втором рабочем стереотипе информация о подлежащем поиску запахе закладывается в долгосрочную память собак-детекторов узконаправленной дрессировкой. Выявление групповых запаховых характеристик в следах человека (вид, пол, примерный возраст и т. д.) осуществляется с применением именно этого рабочего стереотипа.

Исследование запаховых следов проводят в лабораторном помещении в оптимальных для собак-детекторов условиях (температура 25 °C, влажность воздуха 60–80 %), при максимальном устранении посторонних раздражителей. В сравнительном ряду анализируемые (обычно один-два запаховых объекта) и вспомогательные запаховые объекты размещают на полу, по кругу, вписанному в периметр лабораторного помещения. Банки с запаховыми объектами целесообразно накрывать жестяными штативами-колпаками, имеющими форму усеченных конусов с открытым верхом, срезанных на уровне верхнего края используемых банок. Такие штативы позволяют придать дополнительную устойчивость банкам и скрыть имеющиеся на них пояснительные надписи (шифровка объектов для исключения неумышленных подсказок собакам-детекторам со стороны управляющего ими специалиста).

Вспомогательными объектами в исследованиях служат не затверженные собаками запаховые пробы, полученные с контактных следов человека, оставленных на модельных предметах, или, в соответствии с задачами исследования, обладающие иными запаховыми характеристиками.

Находясь внутри круга и управляя собакой посредством поводка и команд, дрессировщик побуждает собаку идти впереди себя и последовательно обнюхивать расставленные объекты. Для исключения неумышленных подсказок собаке от дрессировщика место, от которого начинается проводка биодетектора, и направление движения определяются вторым участвующим в исследовании специалистом. Каждый объект ряда собака обнюхивает в течение долей секунды, со свойственными каждому животному индивидуальными манерами, без пропусков и задержек, в обусловленном дрессировщиком режиме. Обнаружив в каком-либо из объектов запаховые следы знакомого человека, собака выделяет его выработанной в дрессировке сигнальной позой, делая свой выбор на основании имеющегося в памяти запахового образа. Необходимое функциональное поведение собак-детекторов поддерживают положительным подкреплением (похвалой «Хорошо!» и мясной подкормкой-лакомством).

На начальной стадии выработки этого стереотипа у собаки инициируют ориентировочную реакцию на модельную пробу, отличающуюся от прочих объектов сравнительного ряда запаховой характеристикой, на которую наставляется (настраивается) собака-детектор. Например, пробу женского запаховых следов для контраста размещают в сравнительном ряду вспомогательных объектов, характеризующихся мужскими запахами. При этом как сигнал выделения принимают безусловную ориентировочную реакцию собаки на объект, обладающий данным признаком (в примере это самопроизвольная ее задержка у объекта с женскими запаховыми следами), т. е. вначале с помощью инициируемого проявления ориентировочной реакции (интереса животных) определяют значимость для собак-детекторов любого определяемого запахового признака.

Задача дрессировщика в дальнейшем сводится к закреплению ориентировочной реакции собаки на отмеченный ею запаховый признак. Для этого, применяя оперантный метод обучения, первоначально инициированные сигналы животных преобразуют в условные (стереотипные).

Возможность усиления ориентировочной реакции собаки до уровня визуальных сигналов, как правило, уменьшается с возрастом животного и стажем практического его использования.

Методику подготовки и применения собак-детекторов для выявления диагностических признаков субъекта по его запаховым следам отрабатывали на штатном поголовье из 23 лабораторных собак Экспертно-криминалистического центра МВД России. В практической работе с собаками используется универсальный прием выработки у собак-детекторов стереотипа обнаружения различных криминалистически значимых, но изначально нейтральных для собак ольфакторных (обонятельных) сигналов. Этому помогает свойство собаки образовывать ассоциативные связи (обучаемость), а также возможность управления этим процессом с помощью набора (ряда) специально подобранных запаховых проб.

Общая схема подготовки собак, специализированных на выявлении определенного запахового признака, строится с таким расчетом, чтобы с самого начала объект с необходимой запаховой характеристикой вызывал у собаки как можно более сильную ориентировочную реакцию под суммарным, индуктивным воздействием нескольких контролируемых раздражителей, сосредоточенных в едином комплексном источнике. Искусственно созданные и контролируемые раздражители, дополнительно ориентирующие собаку на выделение нужного объекта, постепенно, по мере натренированности биодетектора, один за другим исключаются, уступая место лишь одному стимулу — запаховому признаку, на который наставляется собака. На этот признак целенаправленно переносят реакцию, вызывавшуюся комплексом раздражителей.

В роли указанных дополнительных раздражителей могут быть рекомендованы, например, следующие:

— индивидуальные запаховые следы одного и того же человека, используемый в нескольких занятиях в качестве искомого объекта;

— несменяемость одних и тех же вспомогательных запаховых следов селективного ряда;

— неизменяемость места в сравнительном ряду для объекта, к которому привлекается внимание дрессируемой собаки;

— осведомленность дрессировщика о местонахождении искомого объекта среди вспомогательных, что создает возможность подавать собаке непосредственные команды и идеомоторные сигналы наведения на наставляемые объекты.

Кроме установления в объектах (и в собранных с них запаховых пробах) ряда диагностических признаков личности, таких, как пол, принадлежность к определенной возрастной группе и некоторые болезни (например, шизофрения), применение собак в рассматриваемых стереотипах позволяет выявить и важные особенности исследуемых запаховых следов человека. Установлением запаховых следов человека как биологического вида оценивается общая пригодность запаховых следов к исследованию. Запаховые следы могут тестироваться и на наличие в них привлекающих собак запаховых помех. Предметы-носители запаховых следов и собранные с них пробы могут быть оценены также с позиции наличия на них запаховых следов одного или нескольких лиц.

Важно помнить, что перед выявлением любого признака исследуемого запахового следа последний должен быть проверен на наличие или отсутствие запаховых помех. Диагностические признаки в исследуемой пробе можно установить только при отсутствии спонтанно привлекающих собак запаховых следов-помех. Проведение такой проверки помогает избегать ошибочного толкования значения сигналов применяемых собак.

Ниже приведены частные методики установления диагностических признаков человека по его запаховым следам и некоторых качественных особенностей этих следов. Каждую из этих методик целесообразно использовать как составную часть общего исследования запаховых следов человека.

Примечания:

Запаховые вещества — вещества, способные воздействовать на обонятельный анализатор животного или человека и оцениваться мозгом как качественная характеристика данного объекта.

Диагностические признаки человека по запаху — характерные групповые особенности человека, выявляемые в его запаховых следах: пол, возрастная группа, наличие определенного хронического заболевания.

Оперантное обучение — обучение, при котором дрессировщиком подкрепляются спонтанные или инициируемые им действия животного.

Индивидуальный запах человека — генотипически обусловленное свойство специфических веществ его пота, крови, воспринимаемое биодетектором (собакой) как неповторимая особенность конкретного индивида.

Запаховая помеха — компонент запаховой пробы, отвлекающий внимание собак-детекторов (ориентировочная реакция) или препятствующий восприятию и узнаванию ими исследуемого запаховых следов.

Особенности запаховых следов человека — запаховые составляющие, характеризующие конкретные запаховые следы: наличие или отсутствие видового запаховых следов человека, запаховых помех, состояния стрессированности субъекта в момент оставления им следов, наложения запаховых следов других лиц, высокая или низкая концентрация веществ, образующих запаховые следы, и т. д.

Поделиться:

Уважаемые коллеги, друзья. ☺

Те, с кем я уже успел поссориться, и те, которым пока ещё повезло меньше. ☺

Ни к кому не обращаюсь персонально, дабы никого не обидеть ненароком.

К вашей посильной помощи вопиёт неразумный собрат ваш. ☺

Итак, суть дела…

Изучите, пожалуйста, материал по ссылке: «Ольфакторный метод – ценнейшая российская разработка», прежде чем продолжать чтение.

Изучили?

Спасибо.

В таком случае я изложу своё мнение, а потом вы поделитесь своим.

Моё мнение просто: это чушь собачья, безграмотнейший и нелепый бред.

Аргументирую…

Вообще говоря, узнал я об этой «ценнейшей разработке» благодаря своей безграничной глупости, которая поощряет моё чудовищное любопытство…

Говоря проще, я увидел сюжет на российском телеканале «Т-24», который вообще-то посвящён разным мужским штучкам – новейшим российским пулемётам, ракетам, авианосцам, и тому, что новый украинский танк создан, оказывается, из помойных контейнеров, и по этой причине «вряд ли оправдает надежды своих печально известных заказчиков»…

И вот на этом-то замечательном канале я увидел фильм про рядовых российских следователей и наших выдающихся учёных, которые, сплотившись в едином порыве, создали безотказное средство выявления преступников, остававшихся прежде неуловимыми вследствие несовершенства криминалистических методик…

Однако, пока кто-то из вас по невоздержанности сам не совершил противоправных действий против вашего покорного слуги, перейду к сути.

Представьте ситуацию: в некоем городе некий мерзавец убивает молодых женщин.

Вот буквально режет их ножом.

Но ушлый, сволочь, работает в перчатках, никаких следов не оставляет…

Рядовые (но очень опытные) следователи буквально плакали от беспомощности и досады…

И тут, откуда ни возьмись, появился ольфакторный метод. Замечательные российские учёные взяли ножик, которым подлый маньяк зарезал накануне очередную несчастную жертву, счистили с него кровь девушки, в которую, натурально, «впитался запах убийцы», положили в специальный прибор, в котором под воздействием очень низких температур запах мерзавца перешел на специальную байковую тряпочку (это было сразу понятно по появлению на тряпочке характерной кристаллизации), после чего дело уже было за малым – взять у всех подозреваемых анализ крови (так как всем известно, что именно из крови надёжнее всего извлекается «индивидуальный человеческий запах», такой же уникальный, как отпечаток пальца, или рисунок радужной оболочки глаза), и сравнить с запахом убийцы…

Правда, на этом этапе приходится обращаться к собачьему обонянию, которое во много тысяч раз точнее человечьего, но российскими кинологами всё это прекрасно отработано, и даёт замечательные результаты…

Итак, какие мне в этом во всём видятся ляпы.

Прежде всего, откуда уважаемым учёным известно, что «запах, впитавшийся в кровь жертвы, засохшую на орудии убийства», — это именно запах убийцы?

В воздухе постоянно присутствует бездна частиц самых разнообразных веществ, — это и запах отдалённого химического производства, и кофе, пролитого кем-то из термоса, и цветущей сирени, и свежей травы, и пробежавшего мимо бегуна, и возвращающегося после смены грузчика, и, извиняюсь, экскрементов, не слишком аккуратно зарытых местным котиком…

Я готов допустить, что собачий нос в состоянии различить все эти сотни и тысячи запахов, но как ему отличить запах убийцы от запаха человека, просто пробежавшего мимо, незадолго до, или вскоре после убийства, запыхавшегося, и издающего гораздо более сильный запах, чем хладнокровный убийца?

Потом, раз запах вернее всего ощущается в крови человека, то самый сильный запах, который будет присутствовать в крови жертвы, — это запах самой жертвы… И для того, чтобы выделить запах убийцы, нужно что-то сделать с запахом жертвы – который будет сильнее на много – много порядков…

И наконец, а откуда мы знаем, что запах каждого человека – уникален, и не меняется со временем? В конце — концов, этот метод невообразим сегодня без участия собак, которые не сообщают исследователям никакой информации, отдельной от примитивного выбора «да — нет», не могут подтвердить ни уникальности запахов, ни их неизменности.

В результате, вся эта «уникальная разработка» представляется мне вариантом нелепого заблуждения, результатом которого в своё время стало массовое выкалывание глаз жертвам убийств: в первой половине прошлого века в определённых кругах было очень распространено мнение, будто бы в глазу убитого человека навсегда запечатлевается образ его убийцы, по которому преступника легко можно опознать…

Правда, «по отражению в глазах», насколько мне известно, никого не осудили, тогда как результаты деятельности знатоков ольфакторного метода «уже давно и успешно используются органами предварительного расследования, особенно при расследовании тяжких и особо тяжких преступлений”.

В апреле 2016 года в Сургуте недалеко от железной дороги нашли рюкзак с полуразложившимися человеческими останками. Вызванные на место полицейские в нескольких десятках метров обнаружили еще и сумку, в ней тоже были части тела. Как выяснилось, они принадлежали местному жителю, мужчине средних лет, пропавшему бесследно еще зимой. По итогам расследования подозрение пало на хорошую знакомую убитого: она была родом из Башкирии, но некоторое время работала в Сургуте. Мужчина и женщина жили вместе и вместе встретили новый 2016 год. Но в процессе празднования поссорились, и в порыве гнева, усугубленного алкоголем, 52-летняя женщина ударила своего любовника ножом в живот, рана оказалась смертельной. Осознав, что произошло, убийца расчленила труп, упаковала в свой рюкзак и найденную в квартире сумку, выбросила останки на пустыре недалеко от железнодорожного полотна и уехала.

Среди доказательств, которые удалось собрать следователям, — результаты одорологической (или, как точнее называют ее специалисты, ольфакторной) экспертизы. На рюкзаке и ноже, найденном в квартире, обнаружились запаховые следы человека. Когда с помощью специально обученных собак их сравнили с запахом подозреваемой, следователи предъявили ей обвинение. В середине февраля 2017 года дело передали в суд.

Месяцем ранее, в январе 2017 года, в Иркутском областном суде начался процесс по делу 48-летнего Валерия Михалева и его 21-летнего племянника Руслана Сабирова. Их обвиняют жестоком убийстве 33-летней Алены Черниговой и ее семилетней дочери. В ноябре 2015 года дом Черниговых ограбили, украли 60 тысяч рублей, а мать и старшую дочку зарезали: на теле женщины судмедэксперты насчитали 50 ранений, на теле девочки — десять. В доме находился еще один ребенок, двухмесячная девочка, но ее преступники не тронули. Убитую жену и дочь обнаружил вернувшийся вечером домой муж-предприниматель. Его высокий по меркам поселка Усть-Ордынский доход и стал мотивом для разбойного нападения на дом, уверены следователи. Убийство изначально не планировалось, но преступники решили избавиться от свидетельниц, которые могли бы их опознать, и воспользовались для этого кухонными ножами.

Раскрытие убийства шло непросто, подозреваемых задержали только через полгода. Сабиров к этому времени успел уйти в армию и служил в Комсомольске-на-Амуре, а Михалев уехал в Качугский район и устроился работать на заготовке леса.

В ходе следствия Михалев признался в нападении, показал на месте, как он убивал Алену Чернигову, но уверял, что ребенка зарезал не он, а его племянник. К моменту передачи дела в суд Михалев отказался от признательных показаний и сейчас, как и Сабиров, заявляет о полной своей непричастности к нападению на семью предпринимателя.

Подпись

Воздух с места преступления

Среди ключевых доказательств виновности дяди и племянника из Усть-Ордынского — одорологическая экспертиза, говорят следователи. После задержания оба подозреваемых сдали кровь на анализ, и сравнив образцы с обнаруженными на ножах пахучими следами, эксперт пришел к выводу, что одно орудие убийства держал в руках Михалев, другое — Сабиров. Исследование проводили в Хакасии, в ольфакторной лаборатории экспертно-криминалистического центра МВД.

Такая экспертиза проводится уже более 30 лет, но по-прежнему считается редкой. С 1995 года по 2002 было выполнено всего 1,5 тысячи исследований, сейчас проводят от полутора до двух тысяч исследований в год.

Одорология как направление в криминалистике начала развиваться сравнительно недавно — в середине 1960-х годов. В СССР его распространение тесно связано с именем криминалиста Абрама Винберга, который в 1965 году ввел понятие «криминалистическая одорология» и предложил способ консервации запахов, который сводился к тому, чтобы собирать в банку или шприц и герметично хранить воздух с места преступления. После задержания подозреваемого его предлагалось дать понюхать собаке, а затем предоставить ей для обнюхивания несколько проб воздуха, в том числе взятую с места преступления. Если собака узнает запах — это доказывает, что человек находился на месте преступления, когда оно было совершено.

Метод одорологической экспертизы примерно так до сих пор описан в некоторых учебниках по криминалистике: например, в книге «Криминалистика: Учебник» авторства Евгения Ищенко и Анатолия Топоркова предлагается «получать пробы запаха методом абсорбции»: «Для этого с запахового следа шприцем отсасывают пахучие вещества». Еще один описанный в этом учебнике метод — провести ватным или марлевым тампоном «по поверхности запахоносителя» и поместить его в герметичную стеклянную колбу.

Между тем и сам Винберг в своих более поздних работах, и современные специалисты по изучению запаховых следов человека (например, Василий Старовойтов, Татьяна Моисеева, Тамара Шамонова, Клим Сулимов и другие) признают: собирать запах на ватный тампон или ловить его в воздухе — бессмысленно. Найти человека по его пахучим следам действительно можно, но для этого их важно правильно зафиксировать.

Иллюстрация: Мария Толстова / Медиазона

Одорология или ольфакторика

Именно из-за того, что слово «одорология» прочно ассоциируется с тем самым воздухом из пробирки, сами эксперты-криминалисты, изучающие пахучие следы, предпочитают называть область своих научных интересов ольфакторикой, а экспертизу — ольфакторной. Принципиальное отличие в том, что запах — это субъективное ощущение, а пахучий след — это порция молекул, которая остается на поверхностях после продолжительного контакта с ними человека или его выделений. Согласно современным представлениям, «индивидуализирующие конкретного человека пахучие компоненты» представлены в организме в виде свободных жирных кислот-метаболитов, но механизмы «кодирования» информации пока не изучены.

Ольфакторную информацию можно получить из следов потожировых выделений, а также крови человека. Моча, кал, выдыхаемый воздух, слюна или сперма не являются достоверными источниками такой информации.

Эффективно исследовать пахучие следы и установить, кому они принадлежат, можно только с помощью специально обученных собак, в ольфакторных лабораториях их называют собаками-детекторами. Инструментально, с помощью физико-химических методов, можно определить только групповые признаки ольфакторных следов (например, установить, что запах принадлежит человеку, а не другому биологическому виду; определить пол человека). При этом для получения сведений о пахучем следе с помощью прибора, а не собаки нужно гораздо большее количество пахучего вещества и более высокая его концентрация.

Что хранит запах

Воздух в комнате, где произошло преступление, хранит индивидуальный запах ушедшего оттуда человека всего несколько минут — так что если для поиска «по горячим следам» он и может помочь, то для экспертизы совершенно бесполезен. Идеальным источником ольфакторной информации может стать оброненная преступником личная вещь (носовой платок, записная книжка, расческа, перчатка или другой предмет одежды). Эти предметы могут хранить индивидуальный запах своего хозяина несколько месяцев и иногда даже лет.

Также долго пахучие следы человека хранятся в засохшем пятне чужой крови: то есть если на месте преступления есть следы крови убитого, в них может «запечататься» ольфакторная информация об убийце. Нужно либо предоставить на экспертизу окровавленный предмет (нож, одежду или другую небольшую вещь, на которой оказалось пятно), либо взять образец целиком (оторвать кусок обоев, аккуратно соскрести запекшуюся каплю крови и так далее). Если кровь оказалась на непористой поверхности (стекло, металл, полированное дерево) — можно сделать смыв.

На предметах, которые человек просто потрогал (отодвинул стул, переставил чемодан с места на место), пахучие следы не сохраняются, а вот на тех, которые он подержал некоторое время — вполне могут. На окурке или орудии преступления (рукоятке ножа, веревке) запаховый след продержится до нескольких часов, а если человек контактировал с вещью дольше получаса (например, нес пистолет в кармане или сидел на сиденье автомобиля), запах может храниться до трех суток.

Оставленные на месте преступления или вблизи него следы ног, если они четко отпечатались в траве, на земле или даже на снегу сохранят запах в течение суток — даже если человек был обут. Правда, обувь должна быть ношеной: если ботинки или кроссовки куплены за день-два до преступления, они еще не успели пропитаться индивидуальным запахом настолько, чтобы ольфакторный след сохранился.

Главная ценность пахучего следа для криминалистов в том, что преступник не может избавиться от своего запаха, что бы он ни делал, и не может уничтожить оставленные следы. Посыпать следы перцем, поливать керосином, сильно пахнущими духами или лекарствами — все эти способы не работают, отделить от этих запахов биологический запах человека не составляет труда.

Чаще всего избавиться от запаха помогает неграмотность следователей или экспертов. Среди распространенных ошибок — упаковка образцов с пахучим следом в полиэтиленовый пакет (даже через десять слоев запах легко улетучивается), неправильный сбор (забор воздуха, прикосновение ватным тампоном и тому подобное) и упаковка сразу нескольких запаховых следов в одну тару (запахи разных людей смешиваются и становятся не отличимы друг от друга, либо запах появляется на тех образцах, где его не было).

Еще одно часто нарушаемое правило ольфакторной экспертизы: собирать пахучие следы на месте преступления и брать образец на анализ у подозреваемого (изымать его вещи, получать пробирку с кровью в медицинской лаборатории и т.п.) должны разные люди. Иначе собака, сравнивая образцы запаха, может среагировать на запах — но не подозреваемого, а криминалиста.

Иллюстрация: Мария Толстова / Медиазона

Как хранят запах

Если предмет нельзя герметично упаковать целиком, то с него можно взять образец запаха прямо на месте происшествия. Для этого понадобится хлопчатобумажная или марлевая салфетка, пинцет и фольга. Над предметом, который, предположительно, содержит пахучий след, можно немного побрызгать водой из пульверизатора, чтобы увеличить влажность и улучшить условия для сбора образца. Дальше, работая в резиновых перчатках, криминалист помещает салфетку на след (например, на отпечаток ноги), сверху кладет слой фольги, все это прижимает грузом и оставляет на все время осмотра места происшествия (минимум — на час). Затем салфетку поднимают пинцетом, кладут в стеклянную колбу и закрывают металлической крышкой, либо упаковывают в несколько слоев фольги, плотно закручивая по краям. Образец получен.

Если предмет с запахом удалось правильно изъять и привести в ольфакторную лабораторию целиком, там его помещают в специальный резервуар, из которого откачивают воздух. Снизу — водяная баня, на которой предмет нагревают, сверху — жидкий азот, с помощью которого происходит охлаждение. Конденсат оседает на помещенных вверху резервуара салфетках — и образец запаха получен. Его помещают в герметичную банку с крышкой и могут хранить, пока не будет обнаружен подозреваемый.

Такие банки в экспертно-криминалистических центрах МВД хранятся годами. Впрочем, говорить о некоем «банке» образцов не приходится (ввести ольфакторные данные в компьютер и хранить в цифровом виде невозможно), поэтому как только образец использован для экспертизы, он возвращается следователю для хранения при уголовном деле, а после окончания следствия и суда — уничтожается.

Детектор виляет хвостом

Для проведения ольфакторной экспертизы у подозреваемого нужно взять кровь или образец пота. Если он отказывается от сотрудничества, следователь может изъять его ношеную одежду или обувь, но в этом случае, даже если все собаки-детекторы обнаружат пахучие следы, их совпадение будет признано «вероятным» — категоричных выводов в заключении эксперта быть не может.

По своим обонятельным способностям на роль биологических детекторов запаха подходят крысы, хомяки и свиньи, но на практике используются только собаки. Чтобы подготовить будущего участника экспертного исследования, требуется от полугода до восьми месяцев. Как правило, используются небольшие и спокойные, даже флегматичные по характеру собаки (чтобы не отвлекались во время эксперимента), породы — в основном охотничьи: таксы, шелти, спаниели, ягдтерьеры, фокстерьеры.

Важное условие проведения экспертизы — участие в ней как минимум двоих специалистов. Один из них вообще не взаимодействует с животным. Он расставляет в пустой комнате десять одинаковых банок с запаховыми следами человека на одинаковых салфетках. Нельзя, чтобы запах был только в одной банке, — иначе собака может среагировать на сам факт наличия биологического следа, а не выделить его из ряда других. Нельзя, чтобы в банках лежали разные предметы, — собака может среагировать не на запах, а на форму или другие характеристики. Обязательно используется эталонная проба (то есть копия того пахучего образца, который дают понюхать собаке) и, конечно, сам обнаруженный на месте преступления пахучий след.

Использовать эталонную пробу ученые стали после того, как поняли: если собака совсем ничего не находит — ни один запах не совпадает — она начинает искать «похожую», чтобы угодить кинологу и получить лакомство.

Расставив пробы, эксперт выходит из комнаты, и только после этого в нее входит другой специалист с собакой на поводке. Собаке перед входом дают понюхать салфетку с образцом запаха подозреваемого. Важно, чтобы кинолог, как и собака-детектор, не знал, где находится нужный запаховый след — иначе возможен эффект умного Ганса: человек невольно подскажет животному своим поведением, где нужно искать.

Обнюхивая банки одну за другой, собака садится или ложится около той, в которой обнаруживает искомый запах. То есть если пахучие следы совпадают, собака-детектор должна присесть дважды. Если собака не распознала даже эталонную пробу, это фиксируется в протоколе исследования. Если села один раз — только около контрольного образца — значит, запах подозреваемого не обнаружен.

По существующим правилам в исследовании должны участвовать не менее трех собак-детекторов, причем каждую проводят вдоль ряда из пахучих проб не менее двух раз (между попытками собаку выводят из комнаты, а банки меняет местами первый эксперт). Если все три собаки дают «категорически положительную» реакцию, то вероятность ошибки — 1,2 х 10-8, утверждает один из авторов книги «Запах и ольфакторные следы человека» и преподаватель МГЮА им. Кутафина Василий Старовойтов. Если используются четыре собаки вероятность ошибки уменьшается до 2 х 10-11 — и соответствует уровню надежности ДНК-анализа.

Иллюстрация: Мария Толстова / Медиазона

«Собаки решают судьбы людей»

Критики ольфакторного метода подвергают сомнению его достоверность прежде всего из-за использования живых детекторов — собак. Один из аргументов состоит в том, что раз собака определяет, есть ли среди проб запах, идентичный образцу, — она и выступает экспертом. То есть «собаки на вполне официальном уровне решают судьбы людей», возмущался после принятого по делу его доверителя решения в 2010 году адвокат из Ставропольского края Нвер Гаспарян. Обвиняемого в разбое суд признал виновным на основании данных ольфакторной экспертизы: она установила, что запаховый след на шапке-маске, найденной на месте преступления, и запах подзащитного Гаспаряна (у него взяли кровь на анализ) совпадают.

«В соответствии с требованиями УПК РФ экспертиза назначается, когда требуются специальные познания в какой-то области. Однако в данной ситуации у эксперта никаких специальных познаний быть не может, получается, что «специальные познания» имеются только у собак, от поведения которых и зависят результаты экспертизы», — утверждал адвокат.

Позиция сторонников ольфакторного метода состоит в том, что собака — никакой не эксперт, а инструмент, подобно хроматографу или микроскопу. Эксперт в заключении учитывает не только сам факт реакции собаки на пробу, но и то, как эта проба была получена, где хранилась, какой использовался образец (однозначно ли можно утверждать, что он принадлежит подозреваемому), как вела себя собака, как действовал сопровождающий ее кинолог и так далее.

«Основная причина возможных ошибок в данном виде экспертизы кроется как раз в умении создать условия, при которых происходит восприятие пахнущих объектов биодетекторами, в правильной постановке экспериментов и интерпретации результатов», — пишет Василий Старовойтов в статье «Ошибки в судебной экспертизе следов пахнущих веществ пота и крови человека». Он указывает, например, что для сбора ольфакторных следов на месте происшествия часто привлекают криминалиста или вовсе кинолога, у которых нет ни нужных навыков, ни инструментов. Обычное для таких криминалистов дело — завернуть два разных вещдока с возможными пахучими следами в один полиэтиленовый пакет. Сначала запахи с обоих предметов смешиваются, а затем выветриваются, и биологических следов человека не остается ни на одном.

Еще одна проблема — высокий авторитет кинологов, которым они «давят» на новичков-экспертов в области ольфакторных исследований, указывая, как правильно проводить эксперимент и как интерпретировать результаты. При этом по правилам экспертизы кинолог не должен даже подписывать заключение, это является процессуальным нарушением, его роль — только следить за адекватным поведением собаки.

Подпись

Монополия МВД

О давлении следователей на экспертов авторы книг об ольфакторной экспертизе прямо не говорят — лишь напоминают, что специалист должен быть объективным и не подстраиваться под версию обвинения. Негосударственных ольфакторных лабораторий в России не существует: такие экспертизы проводит Экспертно-криминалистический центр МВД России и его девять региональных подразделений. Результаты использования ольфакторных экспертиз в качестве доказательств высоко оценивает председатель Следственного комитета Александр Бастрыкин. В 2011 году в указании Следственного комитета «О совершенствовании организации использования запаховых следов человека при расследовании преступлений» он отметил, что «их выводы ни разу не признавались судебными инстанциями недопустимыми доказательствами».

Одно из «громких» уголовных дел, ключевым доказательством по которому была ольфакторная экспертиза, — дело об убийстве и изнасиловании в 2011 году в Лесозаводске Приморского края семилетней девочки. Запаховый след сохранился на окровавленных вещах убитого ребенка. В 2013 году обвиняемого приговорили к пожизненному заключению.

Другой случай, когда ольфакторная экспертиза сыграла решающую роль в обнаружении подозреваемого, — расследование совершенного в октябре 2010 года убийства на трамвайной остановке в Москве. Тело женщины с ножом в спине около семи утра обнаружили прохожие на Коптевской улице. Убитой оказалась 35-летняя медсестра Филатовской больницы Лилия Черкасова, а главной подозреваемой — ее 15-летняя дочь. Она «заказала» мать двум своим близким знакомым, причем один согласился «из-за любви», а другой — за 10 тысяч рублей. Кто из двоих подростков нанес смертельный удар, установили с помощью экспертизы запахового следа на ноже.

Считать ольфакторную экспертизу чисто советским или российским изобретением неправильно. Ее действительно активно применяют в России, Белоруссии, Казахастане и Украине, но не меньшее распространение метод получил в Венгрии, Чехии, Польше, Германии, Голландии, ЮАР. В феврале 2016 года журнал PLOS ONE опубликовал исследование нейробиологов Лионского университета, которые основывались на материале криминалистических лабораторий полиции Франции и пришли к выводу, что в 80-90% случаев собаки-детекторы верно распознают индивидуальный запах человека. Однако ученые видят слабую сторону экспертизы в ее живом инструментарии — пока не существует единого стандарта подготовки собак для проведения подобных исследований.

ОЛЬФАКТОРИКА (лат. olfactus — обоняние) -криминалистическая.

Отрасль криминалистической техники, изучающая свойства и характеристики следов пахнущих веществ, воспринимаемых посредством обоняния (ольфакторных следов), средства и методы их обнаружения, фиксации, изъятия и исследования в целях криминалистической диагностики и идентификации по следам, обнаруженным на месте происшествия.

По источникам объектов пахнущие вещества подразделяются: на выделяемые живыми организмами и иные вещества естественного (запахи цветов, гниения, пищи, нефти и тому подобное) и искусственного (запахи пластмасс, горюче-смазочных материалов и тому подобное) происхождения. Ольфакторика исследует только пахнущие следы человека. Пахнущие вещества, характеризующие тело особи, по их роли в исследовании пахнущих следов условно могут быть разделены: на вещества, определяющие биологический вид, пол, возраст, состояние здоровья и другое. групповые особенности субъекта; вещества, отражающие его индивидуальные особенности; компоненты, присутствующие в силу различных случайных внешних и внутренних факторов.

Пахнущие вещества пота и крови человека — важный источник личностной информации при любых условиях, независимо от воли и желаний индивида. Индивидуальный (личный) запах — это генетически обусловленное свойство пахнущих веществ пота, крови субъекта, воспринимаемое собаками-детекторами в качестве его специфической, неповторимой характеристики. Причём личный запах человека не определяется сопутствующими жизни человека компонентами, отражающими его быт, занятия, привычки, предметы окружающей обстановки. Присутствие таких добавок в полученных от субъекта запаховых образцах лишь учитывается при проведении исследования. В качестве источников индивидуальных ольфакторных следов человека используются выводимые из организма, индивидуальные для каждого, пахнущие продукты обмена веществ — метаболиты, представляющие собой сложный многокомпонентный набор веществ, среди которых находятся используемые в ольфакторном распознавании свободные жирные кислоты. Ольфакторные следы собирают в лабораторных условиях с различных представляемых на экспертизу предметов (одежда, обувь, головные уборы, орудия, оружие и так далее) испарением пахнущих веществ со следоносителей в условиях вакуума в специальных сборниках. В качестве образцов для сравнительного исследования используются малые количества жидкой и высушенной крови, отбираемые в медицинском учреждении, из которых также испарением пахнущих веществ в условиях вакуума получают ольфакторные сравнительные образцы.

Судебная экспертиза ольфакторных следов, относящаяся к классу судебно-биологических экспертиз, производится в стационарных условиях путём сопоставления ольфакторных проб с изъятых на месте происшествия следоносителей и представленных для сравнения ольфакторных сравнительных образцов, полученных от проверяемых по расследуемому делу лиц. Для этого используются специально подготовленные лабораторные собаки-детекторы и наборы внешне однообразных пахнущих объектов, позволяющие по реакциям биодетекторов выявить в исследуемых пробах пахнущих веществ тот или иной признак (индивидуализирующий запах, запах биологич. вида и так далее). Собака-детектор должна продемонстрировать устойчивую реакцию узнавания личного запаха индивида на исследуемом объекте по заданному ольфакторному образцу при проведении нескольких экспериментов. Полученные результаты в обязательном порядке должны быть воспроизведены другими собаками-детекторами. Видимым проявлением узнавания искомого стимула собакой-детектором служит принятие определённой позы — посадка или укладка — у выбранного объекта при индифферентном отношении к другим объектам сравнительного ряда. Судебная экспертиза пахнущих следов позволяет установить: имеются ли на представленных предметах (или в изъятых пробах) ольфакторные следы человека; оставлены они одним человеком или несколькими лицами; лицом какого пола оставлены ольфакторные следы; происходят ли ольфакторные следы, имеющиеся на представленных предметах (фрагментах одного предмета), от конкретного лица; на какой из представленных вещей имеются ольфакторные следы проверяемого лица; имеется ли индивидуальный запах данного лица в изъятых следах крови, на волосах; кем из нескольких лиц (обвиняемыми, подозреваемыми, потерпевшими, свидетелями, посторонними лицами) оставлены ольфакторные следы.

1 марта 2019 года свой 100-летний юбилей отметила Экспертно-криминалистическая служба МВД России. В настоящее время в ЭКЦ работает порядка 17 тыс. высококвалифицированных специалистов многочисленных экспертных специальностей, ежегодно выполняющих свыше 2 млн различных экспертиз и исследований.

Мы выражаем огромную благодарность за их ежедневный труд и поздравляем со 100-летием службы, открывая раздел «Криминалистика; судебно-экспертная деятельность; оперативно-розыскная деятельность» статьей П.Б. Панфилова — начальника отдела экспертиз запаховых следов человека Управления медико-биологических экспертиз и учетов ФГКУ «ЭКЦ МВД России» кандидата юридических наук, подготовленную совместно с Ю.С. Фироновой и З.Ю. Панфиловой.

УДК: 343.9

DOI: 10.24411/2312-3184-2019-10010

Панфилов Павел Борисович

начальник отдела экспертиз запаховых следов человека Управления медико-биологических экспертиз и учетов ФГКУ «ЭКЦ МВД России» кандидат юридических наук E-mail: pavelpanfiloff@yandex.ru Панфилова Зинаида Юрьевна старший научный сотрудник НИУ ФГКУ «ЭКЦ МВД России» кандидат биологических наук, член Ассоциации судебно-медицинских экспертов E-mail: zina_panfilova@mail.ru Фиронова Юлия Сергеевна эксперт отдела экспертиз запаховых следов человека Управления медико-биологических экспертиз и учетов ФГКУ «ЭКЦ МВД России член Ассоциации судебно-медицинских экспертов E-mail: fironovayulia@gmail.com

Panfilov Pavel Borisovich

НОВЫЕ ВОЗМОЖНОСТИ ОЛЬФАКТОРНОГО ЭКСПЕРТНОГО МЕТОДА В ИССЛЕДОВАНИИ ОБЪЕКТОВ БИОЛОГИЧЕСКОГО ПРОИСХОЖДЕНИЯ: ИНИЦИАТИВНЫЕ НАУЧНЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ И РЕЗУЛЬТАТЫ ИХ ПРИМЕНЕНИЯ В ЭКСПЕРТНОЙ ПРАКТИКЕ

Введение: в статье рассматриваются специфические особенности изучения форменных элементов крови — источника ольфакторной индивидуальности человека, а также самой культуральной среды, в которую помещались лимфоциты на наличие пахучих компонентов, определяющих личный запах человека.

Материалы и методы: методологическую основу исследования составили диалектический метод и общие положения теории познания, логики, системный подход к рассматриваемым проблемам, положения криминалистики и общей теории судебной экспертизы, а также таких естественных наук, как биология, физиология высшей нервной деятельности, психология, зоопсихология, этология, физика, химия и некоторых других.

Результаты исследования: в статье рассмотрен метод химической экстракции индивидуализирующих человека запаховых следов, позволяющий выделять указанные вещества в максимально очищенном виде, пригодном как для дальнейшего диагностического анализа инструментальным методом тонкослойной хроматографии, так и для идентификационного исследования биосенсорным ольфакторным методом, что на порядки понижает пороги обнаружения ольфак-торного сигнала и позволяет извлекать качественные запаховые следы с ранее заведомо непригодных материалов и объектов.

Выводы и заключения: разработанный метод впервые в экспертной практике доказал свою результативность в отношении использования ногтевых пластин и подногтевого содержимого потерпевших для эффективного извлечения запаховых следов преступников. Необходимо также отметить, что указанные объекты ранее многократно исследовались методом ДНК-анализа (клеточное вещество пытались извлечь с помощью лизирующего буфера), не давшего данных для выявления на них генетических профилей, установленных в ольфак-торном исследовании лиц, совершивших указанное преступление.

Ключевые слова: экспертиза запаховых следов человека, ольфакторный метод, идентификация личности, липиды, индивидуальный запах, пробоподго-товка, расследование преступлений.

Потребность усиления борьбы с преступностью неизбежно направляет сотрудников правоохранительных органов на формирование новых криминалистических средств и методов раскрытия и расследования преступных деяний. Поиск современных форм собирания и исследования источников доказательств необходим для успешного расследования и судебного рассмотрения уголовных дел.

В настоящее время с мест происшествий все чаще изымаются невидимые микроследы, в том числе следы объектов биологического происхождения (волосы, пот, кровь и др.). Установление лица, оставившего биологические объекты на месте происшествия, занимает центральное место в криминалистической идентификации и в методике расследования преступлений. Ольфакторный ме-

тод, основанный на использовании обоняния и рефлексии живых организмов для детекции пахучих веществ, уже доказал перспективность своего применения в оперативно-розыскной деятельности и при расследовании особо опасных преступлений. Данный метод лежит в основе судебной экспертизы запаховых следов человека.

Судебная экспертиза запаховых следов человека назначается чаще всего по уголовным делам, связанным с тяжкими преступлениями, сопряженными с опасностью для жизни и здоровья человека (убийства, разбойные нападения, бандитизм, изнасилования).

Вопросы процессуального использования результатов ольфакторных исследований запаховых следов человека разрабатывались основателями криминалистической одорологии, а также в ходе дискуссий на страницах печатных изданий сторонников и противников данного направления: В.В. Безруковым, P.C. Белкиным, А.И. Винбергом, М.В. Салтевским, М.С. Строговичем, В.И. Шикано-вым, A.M. Лариным и другими авторами .

Методологической основой исследования выступил диалектический метод и общие положения теории познания, логики, а также системный подход к рассматриваемым проблемам, положения криминалистики и общей теории судебной экспертизы.

Источник «личного запаха», рассматриваемый ранее как стабильные вещества липидной природы , оставался неопределенным. По этой причине на базе ольфакторной экспертной лаборатории ЭКЦ МВД России были проведены эксперименты по изучению форменных элементов крови — источника ольфак-торной индивидуальности человека, а также самой культуральной среды, в которую помещались лимфоциты на наличие пахучих компонентов, определяющих личный запах человека.

На основе полученных данных во второй серии экспериментов был разработан метод получения индивидуализирующих субъекта пахучих образцов из его пота, крови и иного клеточного материала путем химической экстракции специфических липидных фракций, содержащихся в указанных средах человека.

1. Изучение форменных элементов крови: материалы и методы

Для исследования было отобрано шесть доноров, у которых из вены были получены образцы крови в количестве 5 мл без добавления антикоагулянтов, после чего указанные образцы перемешивали с изотоническим раствором и пропускали полученную смесь через лейкофильтр, центрифугировали в пробирках типа «Эппендорф». Осажденные эритроциты отбирались и промывались от плазмы крови несколько раз физраствором. Контроль за целостностью клеток осуществляли наблюдением под микроскопом. Далее эритроциты помещали в условия вакуума, после чего снова контролировали их целостность до полного исчезновения. Как только целых клеток не оставалось, содержимое на предметных стеклах помещали в прибор для осуществления сбора запаховых проб известным в экспертной практике криогенно-вакуумным способом, принцип которого заключался в испарении пахучих веществ в условиях повышенной температуры (подогревание нижней части сборника со следоносителем на кипящей водяной бане) и остаточного давления 0,2-0,4 кгс/см2 с последующей конденсацией испаряемых компонентов на охлаждаемой жидким азотом поверхности приемной камеры устройства («холодном пальце»).

Для выделения лимфоцитов применяли стандартную методику с использованием фиколл-урографина, полученные и отмытые клетки помещали в куль-туральную среду ЯРМ1 1640 с ИЕРЕ8 с разведенным в ней глутаматом. После чего пробирки помещали в термостат с температурой 36,6о С. При этом для эксперимента было создано две группы лимфоцитов в культуральной среде, в первой они активно делились и насыщали раст-вор (что контролировали при помощи камеры Горяева), а во второй — находились в стабильном состоянии, не меняя численного состава. Контроль за процессами жизнедеятельности в исходных средах осуществляли каждые 3 часа. Далее, отделив лимфоциты при помощи лейкофильтра, культуральную среду выливали на стерильный хлопковый сорбент, сами же клетки промывали физраствором несколько раз, полученные фильтры просушивали, после чего раздельно собрали запаховые пробы с фильтров (с осажденными там лимфоцитами), а также с культуральной среды крио-генно вакуумным-способом.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

С пробами с эритроцитов, лимфоцитов и культуральной среды проводили диагностические и идентификационные ольфакторные исследования, по результатам которых во всех пробах выявлены запаховые следы доноров.

Таким образом,

— клеточное содержимое эритроцитов и лимфоцитов является источником пахучих веществ, отвечающих за индивидуальный (личный) запах человека;

— индивидуализирующие субъекта пахучие вещества остаются в процессе жизнедеятельности и сигнализации лимфоцитов независимо от того, происходит ли их деление или нет.

2. Выделение липидных фракций крови и пота человека, отвечающих за индивидуальность его личного запаха методом химической экстракции: материалы и методды.

Экспериментальные объекты со следами пота и крови субъектов (в том числе в смесях), спиртовые смывы с доноров и образцы крови (всего проведен анализ 100 проб пота и крови от 50 доноров) раздельно помещали в чистые стеклянные банки и заливали 95%-ным этанолом температурой 4°С и выдерживали в течение часа. Полученные спиртовые экстракты выливали на дезодорированный сорбент (салфетки из хлопковой ткани) и просушивали от этанола при температуре 18^20°С. Затем пахучие вещества с полученных спиртовых экстрактов на ткани переносили криогенно-вакуумным способом на холодный «палец» устройства, что обеспечивало очистку грубого липидного экстракта от нелетучих компонентов. Полученный конденсат смывали 4,2 мл метанола и перемешивали в течение 5 минут, затем добавляли такое же количество хлороформа и продолжали перемешивание в течение 15 минут. Готовую смесь центрифугировали 15 минут при комнатной температуре и 500g, к полученному раствору добавляли 6 мл смеси хлороформ-метанол (2:1) и перемешивали в течение 20 минут. Центрифугировали в тех же условиях, затем полученный экстракт отбирали и добавили в него /4 объема дистиллированной воды (6,5 мл), тщательно перемешивали в течение 10 минут до получения однородного раствора белого цвета, затем центрифугировали (500g) в течение 10 минут. Нижний хлороформный слой отбирали шприцем и разливали в стеклянные пробирки для анализа приборными методами и ТСХ, а для исследования при помощи биосенсорного ольфакторного метода (с использованием обонятельного анализатора биодетекторов) выливали на дезодорированный сорбент, после чего высушивали от хло-

роформа. Полученный сорбент с липидным комплексом использовали для сбора запаховых проб криогенно-вакуумным способом.

Для анализа полученных проб использовали ТСХ и хроматомасспект-рометрию для оценки примесей и дальнейшей оценки липидных фракций. Для контроля использовали эталоны сфингомиелина (Sigma, США).

Во всех полученных пробах имелись запаховые следы человека. При помощи хроматомасспектрометрии в них установлено присутствие незначительного количества примесей одинакового состава (следовые количества примесей, присутствующих в используемых растворителях и воспринятые растворителями с поверхностей полимерных пробирок и шприцов). Для объектов, частично подвергшихся высокотемпературному воздействию, получены данные о следовом количестве продуктов пиролиза (38 %) или их об их полном отсутствии (62 %).

Липидный состав полученных проб не имеет качественных отличий, несмотря на использование значительного количества источников препарируемых объектов исследования (объекты со следами пота и крови, экспериментальные образцы пота, крови и спермы).

В результате исследования установлено, что во всех пробах отсутствуют жирные кислоты, триглицериды, холестерин, сквалены.

Для аналитической ТСХ использовались пластины Merck (ФРГ). Первое элюирование проводили в стандартной системе для обнаружения всех классов липидов хлороформ:метанол:вода (65:25:4).

На всех пластинах, что составило 100 % от общего числа, в парах йода проявилось два пятна со значением Rf 0,9 и 1, и лишь в 9 % случаев — третье пятно со значением Rf = 0,04, что соответствует выявляемому сфингомиелину.

При проведении последовательной реакции для идентификации липидов было установлено, что это полярные липиды, имеющие в своем составе группу -NH2, холин и фосфор.

Для более полного разделения фракций применили вторую систему элюи-рования для сфинголипидов — толуол:метанол (7:3), что соответствует полученным ранее данным. В 90 % получено три фракции, в 5 % — четыре, в 2 % — пять, и в 3 % — две фракции. Значения Rf = 0,57 и 0,7, что соответствует значениям це-рамидов и церамидфосфатов, это подтвердили и качественные реакции с использованием нингидрина и реагента Васьковского. Также получены значения Rf = 0,04, что характерно для сфингомиелина и получило подтверждение качественными реакциями в сравнении с эталоном (нингидрин, реагенты Васьковского и Драгендорфа).

Таким образом,

— за индивидуальный запах человека отвечают полярные липиды, относящиеся к классу сфинголипидов, а именно церамиды;

— впервые в мировой практике инструментальным методом определен диагностический признак наличия запаховых следов человека как биологического вида;

— разработанный метод химической экстракции позволяет эффективно очищать запаховые пробы и значительно расширяет возможности использования ольфакторного экспертного метода по отношению к объектам биологического происхождения.

Выявление церамидов как класса веществ, ответственных за индивидуальность личного запаха человека, а также разработанный метод их химической экстракции позволили существенно повысить чувствительность ольфакторного метода, а также расширить возможности его использования в исследовании объектов биологического происхождения.

Так, очистка получаемых проб от посторонних пахучих включений, представляющих собой «сенсорный шум» для обонятельной системы биодетекторов, на порядки понижает пороги обнаружения и идентификации исходного ольфакторного сигнала на уровне биологической системы при сохранении должного уровня достоверности его обнаружения. Кроме того, указанный метод пробоподготовки позволяет извлекать индивидуализирующие субъекта пахучие вещества не только в «свободном» виде и из смеси кровяных и потожировых следов десятков лиц, но и из отдельной клетки, где указанные пахучие вещества, как показывает практика, сохраняются в неизменном виде значительно дольше, что позволяет эффективно решать экспертные задачи идентификации личности по запаховым следам человека по преступлениям прошлых лет на порядок результативнее ДНК-анализа с использованием тех же объектов исследования.

Новый метод пробоподготовки позволяет уже на стадии получения запаховых проб избавляться от всевозможных неустранимых пахучих помех, а также извлекать качественные запаховые следы с ранее заведомо непригодных материалов (например, спермы, любого клеточного материала, подногтевого содержимого и т.п.) и объектов, в том числе загрязненных едкими и резкими пахучими включениями, а также частично подвергшихся процессам биологической деградации. В рамках работы над данной темой также впервые в мировой практике удалось выявить устойчивый признак хроматографического распределения ли-пидов из состава исследуемых биологических сред человека (метод тонкослойной хроматографии), четко коррелирующий с наличием на объектах исследования запаховых следов человека как биологического вида, ранее выявляемый исключительно ольфакторным методом с использованием собак-детекторов.

Выявление же церамидов как источника индивидуального запаха человека позволяет в перспективе ольфакторным экспертным лабораториям решить вопрос об их компактном долгосрочном хранении при низких температурах в среде антиоксидантов (например, в растворе токоферола).

Применение химической экстракции в рамках частной экспертной методики пробоподготовки оказалось особенно эффективным при производстве оль-факторных экспертиз по уголовным делам прошлых лет, где смесь потожировых следов преступника (источника его индивидуального запаха) со следами крови потерпевшего на тех или иных объектах частично подверглась биологической деградации, либо имеющиеся в исходном минимальном количестве (предельным для восприятия обонятельной системой биодетекторов) запаховые следы преступника (преступников) были смешаны с посторонними пахучими включениями — продуктами ГСМ и пиролиза, препятствующими восприятию ольфакторного сигнала на стадии его обнаружения.

Устранение данных негативных факторов способствовало получению доказательственной информации при производстве в 2019 г. следующих ольфак-торных судебных экспертиз по резонансным уголовным делам прошлых лет.

1. По факту изнасилования и убийства 16 декабря 1989 г. на берегу одной из рек, протекающих через мегаполис, 11-летней потерпевшей. В профильный ЭКЦ МВД России были представлены ее шарф со следами крови, который является предполагаемым орудием убийства, а также другие предметы одежды малолетней потерпевшей, на которых обнаружены следы ее крови. В ходе предварительного следствия по уголовному делу проводился ряд биологических и генетических экспертиз, не давших данных для раскрытия и расследования указанного преступления. По результатам произведенной в ЭКЦ МВД России комплексной судебно-биологической экспертизы на представленных к исследованию шарфе, школьном платье, мастерке, колготках и шубе малолетней потерпевшей выявлены запаховые следы человека, происходящие от проверяемого лица. Результаты проведенного в ЭКЦ МВД России в рамках комплексной судебно-биологической экспертизы ДНК-исследования не дали данных к установлению ДНК-профиля указанного лица на представленных объектах исследования.

В рассматриваемом случае следы биологического материала, ранее выявленных на предметах одежды крови потерпевшей и следовом количестве спермы преступника (установлено наличие свойственного сперме простатического специфического антигена) с течением прошедшего с момента совершения преступления времени (более 29 лет) подверглись частичной деградации, что не дало результатов в их исследовании методом ДНК-анализа. Кроме того, ольфакторный анализ указанных объектов исследования, произведенный с использованием стандартного криогенно-вакуумного способа получения запаховых проб, был результативным только в отношении одного из пяти объектов исследования -мастерки потерпевшей, когда в отношении других четырех объектов были получены данные об их непригодности к идентификационному ольфакторному исследованию (отсутствие запаховых следов человека как биологического вида). При извлечении запаховых следов с указанных вещей малолетней потерпевшей разработанным нами методом химической экстракции были получены данные о наличии в пробах запаховых следов человека как биологического вида, а последующее идентификационное ольфакторное исследование установило их происхождение от конкретного лица, проверяемого на причастность к совершению указанного резонансного преступления.

2. По факту совершения умышленного убийства с особой жестокостью семьи из шести человек, в том числе двух малолетних детей, трупы которых обнаружены летом 2005 г. в одной из деревень, прилегающей к столице области, на ольфакторное исследование в ЭКЦ МВД России были представлены вещи и нижнее белье потерпевших со следами крови, находившиеся на трупах потерпевших в момент причинения им смерти. В результате произведенной ольфак-торной экспертизы на вещах пяти из шести потерпевших, в том числе двух малолетних детей, были установлены запаховые следы трех из пяти подозреваемых на причастность к данному преступлению лиц.

Вещи потерпевших поступили на исследование со следами плесени и характерного аммиачного запаха, сопровождающего процессы гниения органического материала. Следы крови на одежде потерпевших в некоторых случаях отличались нехарактерным цветовым спектром (от черного — до голубого и желтого), частично были покрыты плесневыми образованиями. Указанная совокупность внешних признаков и исходящего от объектов характерного запаха указы; ВЕСТНИК ВОСТОЧНО-СИБИРСКОГО ИНСТИТУТА МВД РОССИИ =

вала на бесперспективность их ольфакторного исследования с использованием стандартного криогенно-вакуумного способа пробоподготовки, давая объективные основания экспертам в отказе производства экспертизы с использованием большинства из представленных объектов. В указанных обстоятельствах было принято решение о необходимости получения запаховых проб методом химической экстракции, что при проведении дальнейших диагностических и идентификационных исследований дало следствию уникальные данные для раскрытия и расследования указанного резонансного преступления.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

3. По факту похищения, попытки изнасилования и убийства 18-летней девушки с последующим частичным сожжением тела потерпевшей в целях сокрытия следов преступления, совершенного в одной из областей Российской Федерации летом 2014 г., в профильный отдел ЭКЦ МВД России было представлено более 40 объектов исследования, по которым ранее был проведен комплекс судебных экспертиз, а также сравнительные образцы крови шести лиц, проверяемых на причастность к совершению указанного преступления. В ходе проведенного ольфакторного исследования на частично обгоревшем фрагменте удавки с шеи трупа потерпевшей выявлены запаховые следы человека, происходящие от одного из шести проверяемых лиц, а на срезанных с частично обгоревшей руки потерпевшей ногтевых пластинах выявлены запаховые следы, происходящие от двух из шести проверяемых лиц.

В данном случае попытка преступников уничтожить изобличающие их следы преступления путем частичного сожжения тела потерпевшей сделала фактически бесперспективным исследование объектов, частично подвергшихся процессам горения с привнесением на них существенного количества термически измененного подкожно-жирового вещества трупа потерпевшей. Поэтому решение использовать разработанный нами метод химической экстракции в отношении частично обгоревших объектов стал единственно верным для раскрытия и расследования указанного резонансного преступления прошлых лет. Кроме того, разработанный метод впервые в экспертной практике доказал свою результативность в отношении использования ногтевых пластин и подногтевого содержимого потерпевшей для эффективного извлечения запаховых следов преступников. Необходимо также отметить, что указанные объекты, ранее многократно исследовались методом ДНК-анализа (клеточное вещество пытались извлечь с помощью лизирующего буфера), не давшего данных для выявления на них генетических профилей установленных в ольфакторном исследовании лиц, совершивших указанное преступление.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЕ ССЫЛКИ

2. Белкин P.C. Криминалистика: проблемы, тенденции, перспективы. От теории к практике. — М.: Юрид. лит., 1988. — 304 с.

4. Моисеева Т.Ф. Комплексное исследование потожировых следов человека. — М.: Городец-издат, 2000. — 222 с.

5. Салтевский М.В. Использование запаховых следов для раскрытия и расследования преступлений. — Киев: Высшая школа МВД СССР, 1982. — 52 с.

6. Строгович М.С. О псевдодоказательствах // Проблемы судебной этики / под ред. М. С. Строговича. — М.: Наука, 1974. — С. 145-152.

BIBLIOGRAPHIC REFERENCE

2. Belkin P.C. Criminalistics: problems, trends, prospects. From the theory to practice. — M.: Yurid. litas, 1988. — 304 p.

4. Moiseyeva T.F. Complex research potozhirovykh of traces of the person. — M.: Gorodets-izdat, 2000. — 222 p.

Записи созданы 8132

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Похожие записи

Начните вводить, то что вы ищите выше и нажмите кнопку Enter для поиска. Нажмите кнопку ESC для отмены.

Вернуться наверх