Отдельные виды преступлений

ВЕСТН. МОСК. УН-ТА. СЕР. 11. ПРАВО. 2015. № 5

ПРОБЛЕМЫ КРИМИНАЛИСТИКИ

н. П. яблоков, доктор юридических наук, профессор кафедры криминалистики юридического факультета МГУ*

криминалистическая классификация преступлений в методике расследования и ее виды

Статья посвящена вопросу рассмотрения особенностей классификации преступлений по криминалистическим основаниям, дополняющим и совершенствующим уголовно-правовую классификацию преступлений.

Ключевые слова: классификация, преступления, криминалистические основания, группы и виды преступлений.

Keywords: classification, crimes, criminalistics reasons, groups and kinds of crimes.

Криминалистическая методика расследования преступлений занимает важное место не только в системе криминалистики как ее итоговый (конечный) продукт, характеризуемый уровнем решения стоящих перед ней служебных задач. Она является важным элементом системы процессуально-криминалистической деятельности, которую криминалистическая методика обеспечивает комплексом методических рекомендаций разного характера, позволяющих на должном профессиональном уровне решать задачи раскрытия, расследования и предупреждение преступлений.

На пути решения задачи поддержания методических рекомендаций по ведению расследования криминалистической методике расследования на должном уровне приходится решать ряд проблем (информационного, познавательного, организационного и другого характера). Одной из таких ее проблем, которой до середины 70-х гг. прошлого века не уделялось серьезного внимания в криминалистической литературе и решение которой позволило бы повысить методический уровень расследования, являлась необходимость обеспечения постоянного развития и совершенствования криминалистической классификации преступлений, дополняющей их уголовно-правовую

* nyablokov@mail.ru

классификацию и расширяющей пределы разработки более целенаправленных методов расследования преступлений, совершаемых в разных условиях, различными объектами, разными способами и др.

Соглашаясь с необходимостью решения этой проблемы для дальнейшего развития криминалистической теории и практики А. Н. Васильев, предлагая собственную систему такой классификации, справедливо отмечал: «Всякая классификация представляет собой упорядочение знаний о каком-либо предмете с тем, чтобы путем распределения его по различным основаниям на виды, подвиды и т.д. определить объем и уровень знаний об этом предмете и найти путь к более глубокому исследованию и познанию, а также к более эффективному использованию наших знаний о нем на практике»1.

Соответственно, научно продуманное на основе данных следственной практики в сочетании с уголовно-правовыми и иными факторами построение криминалистических классификаций преступлений, как справедливо отмечалось В. А. Образцовым, являлось важным и необходимым условием разработки эффективных методических рекомендаций по расследованию определенных категорий преступлений, в то же время способствующей совершенствованию криминалистической теории2.

Поэтому неслучайно вопросы криминалистической классификации преступлений начиная со второй половины 70-х гг. ХХ в. стали находиться в центре внимания криминалистов, занимающихся исследованием вопросов методики расследования. Особенно в работах А. Н. Васильева, Р. С. Белкина, И. Ф. Герасимова, В. Г. Танасевича, И. А. Возгрина, И. М. Лузгина, В. А. Образцова, Н. А. Селиванова и др.

В свою очередь В. А. Образцов, наоборот, считал, что в основе криминалистической классификации преступлений «должны лежать не уголовно-правовые, а криминалистические критерии»3. Однако позднее он смягчил свою позицию по этому вопросу, занявшись разработкой криминалистической теории криминалистической классификации преступлений. При этом он не только высказал мнение о том, что имеющиеся разработанные теоретические положения и выводы по данному вопросу в криминалистической литературе и на практике уже создали предпосылки для формирования новой криминалистической теории — теории криминалистической классификации преступлений, но и предпринял попытку разработать указанное

1 Васильев А. Н. Проблемы методики расследования отдельных видов преступлений. М., 1978. С. 30.

3 Образцов В. А. О криминалистической классификации преступлений М., 1980.

С. 10.

учение. Его предназначением он считал дать целостные системные знания о том, для чего и каким образом осуществляется криминалистическая классификация преступлений (при этом он уже высказал мнение о взаимосвязи криминалистической классификации с нормами уголовно-правовой классификации), в какой форме строятся данные классификации, как они могут использоваться в научной работе, следственной практике и учебно-методических целях4. Указанная теория интересна, заслуживает поддержки.

Поскольку в разработанном В. А. Образцовым варианте эта теория пока еще не дала цельного представления о свойственных ей закономерностях, характере и видах существенных связей исследуемой научной конструкции, характер знаний, которые должны составлять эту теорию, или носят общеизвестный характер (о способах, основаниях и формах частей криминалистики), или относятся к специфическим задачам отдельных частей криминалистики (о способах использования отмеченных знаний в научной работе, следственной практике и учебных целях). Но сама эта идея плодотворна и требует серьезного внимания, дальнейшего изучения и развития.

Поэтому жаль, что идея разработки криминалистической теории классификации преступлений как полноценной научной концепции, соответствующей всем требованиям самостоятельной криминалистической теории, в работах ее автора и других исследователей дальнейшего развития не получила. Правда, различные предложения (в том числе и автора данной работы)5, как должна быть построена криминалистическая классификация преступлений, стали вноситься практически всеми исследователями вопросов криминалистической методики расследования. При этом не утвердилось мнение о том, что для того чтобы методики расследования (групповые, видовые) были достаточно гибкими и приспособленными к успешному решению всех задач, вытекающих из возникающих следственных ситуаций разных видов преступлений, а также наиболее отвечающими потребностям криминалистической практики, они должны разрабатываться применительно к обеим указанным классификационным системам деления преступления. Конечно, уголовно-правовые данные, юридические признаки состава преступлений, вытекающие из формул закона, при этом объективно играют основную роль, являются исходным базисом криминалистической классификационной системы, ибо криминалистические основания деления в той или иной мере обязательно бывают связаны с уголовно-правовыми категория-

4 См.: Образцов В. А. Проблемы совершенствования научных основ методики расследования преступлений. С. 18—19.

ми, особенно при разработке методик расследования смежных преступлений, фактически образующих один его вид: например, разные составы убийства (ст. 105—108 УК РФ), причинение вреда здоровью (ст. 111—115 УК РФ). Представляется, что именно криминалистические основания классификации фактически призваны обеспечить ориентацию следователя в основных обстоятельствах расследуемого преступления, обеспечить собирание доказательств, достаточных для определения уголовно-правового вида расследуемого преступления и быстрейшего решения всех задач его раскрытия. В этой связи нельзя не согласиться с позицией Н. А. Васильева, считавшего, что «если в начале расследования уголовно-правовой вид преступления может быть неясен и поэтому приходится вести расследование в зависимости от криминалистически значимых исходных данных, то по мере выяснения вида преступления (в уголовно-правовом смысле) расследование должно идти, как правило, в соответствии с уголовно-правовым понятием преступления и его состава. Именно так должно идти, поскольку задачи расследования в том и заключаются, чтобы установить наличие или отсутствие того или иного состава преступления»6.

В то же время криминалистические основания в определенной мере развивают и совершенствуют уголовно-правовую классификацию преступлений в целом. Все это и обусловливает теснейшую взаимосвязь и взаимодополняемость уголовно-правовых и криминалистических классификационных систем. Криминалистически значимые исходные данные в определенной мере способствуют разработке эффективных методических рекомендаций, а в целом более успешному решению задачи быстрого и полного раскрытия преступления, и особенно на первом этапе расследования. Например, руководствуясь методикой расследования преступлений, совершенных в кредитно-финансовой сфере и сгруппированных по их общим криминалистическим основаниям (общности предмета преступного посягательства; способа, механизма и обстановки их совершения, а также типологических черт данных преступников) на самом ответственном этапе следствия (начало расследования) можно уверенно сориентироваться в первоначальных следственных ситуациях. И как результат, быстрее и правильнее определять основные направления следственного поиска, выбирать наиболее оптимальные средства и методы собирания доказательств, что, собственно, во много обеспечивает успех раскрытия преступления.

Особенностью групп и видов преступлений, выделенных по криминалистическим основаниям, является то, что они обычно не конкурируют с их уголовно-правовыми разновидностями. Однако иногда в

6 Васильев А. Н. Указ. соч. С. 32.

классификационных построениях по каким-то единым основаниям встраиваются выделения отдельных преступлений по иным основаниям. Например, в рамках уголовно-правовой классификации преступлений как основной выделяются классификационные признаки преступлений, базирующихся на данных не уголовно-правовой, а криминалистической характеристики, — по криминалистически значимым особенностям. Например, по особенностям субъектов, связывающих преступления по времени совершения, горячим следам, прошлых лет, особенностям личности потерпевших и др.7

В свою очередь и В. А. Образцов, разработчик криминалистической классификации преступлений, предложил такую их классификацию, которая является симбиозом криминалистической уголовно-правовой классификации преступлений. В частности, он представил ее в виде двух уровней. Объектом первого (высшего) уровня являлась вся совокупность общественно опасных деяний, отнесенных уголовным законом к числу преступлений, как наиболее общее основание этого уровня классификации. К объектам следующих уровней были отнесены: 1) группы криминалистически сходных видов преступлений и уголовно-правовые роды преступлений — как наиболее общее основание классификации. 2) уголовно-правовые виды преступлений; 3) уголовно-правовые подвиды преступлений; 4) группы преступлений, выделяемых на основе криминалистической классификации отдельных уголовно-правовых видов и подвидов преступлений8.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Давались в криминалистической литературе предложения о таких основаниях классификации методик расследований, которые трудно было отнести к уголовно-правовым и криминалистическим классификационным системам. Например, классификация преступлений по месту их совершения, в частности по локализации места совершения преступления, места, не имеющего определенных границ и не носящего однозначного характера9.

Представляется, такое основание классификации не позволяет четко определить вид типовой методики, рекомендации которой должны быть применимы при расследовании, ибо в таких местах могут быть совершены разные виды преступлений. Подобные основания более близки к особенностям конкретного преступления и требуют разработки не особого вида методики, а внесения корректив в типовую методику расследования, соответствующую виду совершенного на этом месте преступления.

7 Криминалистика // Под ред. Р.С.Белкина М., 1999. С. 682-683.

8 Образцов В.А. Проблемы совершенствования научных основ методик расследования преступлений. С. 20.

9 См.: Герасимов И.Ф. Некоторые проблемы раскрытия преступлений. Свердловск, 1975. С. 151-168.

В криминалистической литературе предлагались и иные весьма разнообразные классификации методик расследования преступлений10. В частности, по своему предназначению (общая методика, групповые методики, частные методики); по отношению к уголовному закону (типичные, особенные); по уровню конкретизации (одноступенчатые, многоступенчатые); по связи с научными знаниями (собственно криминалистические, комплексные); по авторской принадлежности (официальные, доктринальные); по форме (методическое письмо, практическое пособие, учебное пособие, учебник)11.

Эта классификация, как представляется, не имеет четкой методической направленности, она размыта, громоздка. Не совсем понятны основания деления по отношению к уголовному закону, по авторской принадлежности, да и по своей предназначенности. Практически все работающие методики расследования групп преступлений (одного или разных видов), преступлений одного вида являются частными, но с разным уровнем общности методических рекомендаций. При этом их общность ограничена определенными рамками, связанными не только уголовно-правовыми, но криминалистически значимыми особенностями преступлений разного вида, проявившихся не только в закономерностях и типичности свойств отдельных элементов их криминалистической характеристики, но и на уровне общности и характера их единоличных и групповых связей и взаимосвязей разных следственных ситуаций. При этом обязательно следует учитывать данные уголовно-правого и криминалистического характера. Именно они в своей взаимосвязи во многом и определяют уровень методических рекомендаций разного вида и уровня степени общности. Но эта информация всегда должна быть конкретной. Общая и частная информация для построения методик разного вида и уровня не может базироваться на данных, не связанных должным образом с процессом расследования преступления, на каких-то обезличенных признаках преступной деятельности и ситуационно обусловленной деятельности по ее расследованию.

Самый высокий уровень общности методических рекомендаций обычно ориентирован на методику расследования большой группы хотя и разнородных преступлений, но объединенных характером и сферой деятельности правонарушителей специфического вида групп; общностью отдельных черт, проявляющихся в способе и обстановке деяния; направленностью преступной деятельности, ее организованностью; наличием организованной группы; общностью типичных

10 См.: Возгрин И.А. Введение в криминалистику. СПб., 2002. С. 287-292.

черт в способе, механизме и обстановке совершения преступлений. Общее наблюдается в типичности отдельных следственных ситуаций. К числу таких методик можно, например, отнести основы методики расследования преступлений, связанных с ненадлежащим осуществлением профессиональных функций в сфере производства, или основы методики расследования преступлений, совершенных организованными преступными группами.

Более низкий уровень общности методических рекомендаций имеют методики расследования группы однородных преступлений. Это так называемые комплексные методики расследования — например, методики расследования пожаров и преступных нарушений правил противопожарной безопасности, правил техники безопасности при ведении горных, строительных или иных работ и на взрывоопасных объектах; грабежей и разбоев и др. Данные виды преступлений действительно имеют много общего с точки зрения и преступной направленности, и типичности проявления многих криминалистически значимых признаков в элементах их криминалистических характеристик. В таких методиках можно выделить систему типовых следственных ситуаций, систему эффективных следственных действий, тактических операций по взаимодействию с оперативно-розыскными и инспекционными органами и т.д.

Традиционный уровень степени общности методических рекомендаций имеет методики расследования преступлений отдельного вида. Это основные частные методики расследования отдельных видов и разновидностей преступлений.

Методики расследования конкретных преступлений базируются на типовых частных методических рекомендациях того вида преступления, к которому относится расследуемое преступление. Но в целом, с учетом его индивидуальных особенностей эта методика фактически рождается в процессе расследования преступления и является результатом творчества следователя, ведущего это расследование.

Требование тесной взаимосвязи уголовно-правовой и криминалистической классификации методик расследования преступлений, в то же время не нарушающих их самостоятельности, является важным принципом криминалистической методики расследования. В этой связи необходимо обосновывать большую методическую значимость криминалистической классификации преступления, дополняющую уголовно-правовую классификацию и способствующую более целенаправленной разработке методических рекомендаций по расследованию групп и всех отдельных видов преступлений. В частности, должным образом раскрывать основания криминалистической классификации преступлений и ее возможности в деле разработки методик расследования.

Криминалистические основания классификации преступлений должны быть соответственно значимыми и методически перспективными. Поскольку выявление и познание криминалистических черт преступлений осуществляется в результате собирания, систематизации и оценки различных следов этого деяния (материальных и идеальных), отмеченные основания классификации преступлений не могут не быть в определенной мере связанными со своеобразием комплексов указанных следов и с особенностями процесса сле-дообразования. Отдельные же следы преступления и их комплексы являются результатом взаимодействия структурных элементов криминалистической характеристики преступления между собой и с определенной внешней средой. В свою очередь данные криминалистической характеристики, составляющей стержень информационных основ следственных ситуаций, тесно взаимодействуют с другими элементами этих основ. Указанные процессы не могут не учитываться при определении оснований криминалистической классификации преступлений.

Преступления с криминалистически значимыми интересами могут классифицироваться по различным основаниям. Эти основания удачно определил А. А. Эксархопуло12: по его (и нашему) мнению, главными основаниями криминалистической классификации преступлений должны выступать отдельные элементы их криминалистической характеристики и виды следственных ситуаций, возникающих к моменту начала расследования.

Выбор конкретного основания классификации определяется научными и практическими задачами предстоящего группирования. Применительно к криминалистической характеристике преступлений в качестве отдельных оснований могут выступать практически все ее элементы, ибо они обладают различными разновидностями. Наиболее же предпочтительны в качестве оснований те элементы, группировка по которым обеспечивает наиболее целеустремленную деятельность следователя. В этом плане наибольший интерес представляют данные о способе и обстановке совершения преступления, включая и сферу особенностей преступного поведения, типологические и иные особенности личности преступника, его преступный «опыт», своеобразие и отдельные свойства личности потерпевшего и т.п.

Иногда в качестве самостоятельной подсистемы оснований, наряду с преступлением, его криминалистической характеристикой, выделяется не сама обстановка совершения преступления, а лишь ее отдельные признаки. Тем самым указанная обстановка как бы вычленяется из структуры криминалистической характеристики и класси-

12 Эксархопуло А.А. Криминалистика. СПб., 2010. С. 290.

фикационной системы (В. А. Образцов). То, что особенности данной обстановки являются одним из важных оснований криминалистической классификации преступлений, несомненно. Возражение вызывает ее выделение из структуры криминалистической характеристики преступлений. Представляется, что это ведет к разрушению криминалистической характеристики преступлений как криминалистической понятийной категории. В отмеченной характеристике информация об обстановке совершения преступления является стержневой, ибо она цементирует сведения о других ее элементах и выступает в качестве своеобразного систематизирующего начала в рамках криминалистической характеристики преступлений. И вообще охарактеризовать преступление, не раскрыв обстановку, в которой оно совершалось, невозможно.

На базе указанных выше оснований может быть осуществима криминалистическая классификация преступлений на разных уровнях (групповом, родовом, видовом и внутривидовом). В частности, для такого основания, как признаки способа совершения преступления, наиболее характерна классификация внутри уголовно-правового вида. Например, убийства по данным способа их совершения могут быть подразделены на ряд подвидов, а именно: 1) совершенные с применением оружия, различного рода предметов, не являющихся формально оружием, взрывчатых, иных химических и органических веществ; 2) совершенные путем применения особых профессиональных орудий или навыков какой-либо социально полезной профессии. В то же время возможно выделение большой группы разновидных преступлений, связанных с лишением жизни тем или иным способом при других неизвестных элементах их криминалистической характеристики. Отмеченные подвиды в свою очередь могут быть подвергнуты еще более дробной классификации. Например, по виду примененного оружия, предметов и веществ, по своеобразию способов лишения жизни и характера первичных данных и др.

Посягательства на различные виды государственной и частной собственности их совершения по способу могут быть классифицированы как по признакам, не связанным только с данным видом преступления, так и по внутривидовым особенностям (чаще всего). В первом случае, например, можно выделить группы преступлений, связанных с завладением денежными средствами, по способу действий преступника (нападение и т.д.) либо по конкретному способу нападения (сопряженное с причинением телесных повреждений или с убийством лиц, охранявших указанные ценности, и т.д.).

Хищения государственного и иного имущества (внутри данного вида преступлений) по способу их совершения могут быть разделены и на несколько подвидов различного уровня (по степени общности).

Так, сначала можно выделить группу способов хищений, общих для всех отраслей промышленного и сельскохозяйственного производства, например, способы хищения учтенного и неучтенного в документах имущества, способы хищений материальных ценностей и денежных средств. Затем классификацию более низкого уровня можно осуществить по типовым способам хищения учтенного и неучтенного имущества, материальных ценностей и денежных средств. Эту классификацию можно продолжить по видам отраслей сферы производства, в которых совершаются хищения, а также по видам способов сокрытия хищения и своеобразию применяемых инсценировок и т.п. Однако деление преступлений по криминалистическим признакам способа их совершения необходимо осуществлять до разумного предела, определяемого потребностями методики расследования.

Особенности обстановки места совершения преступлений являются также основанием для видовой и вневидовой классификации преступлений. Однако чаще всего указанный элемент криминалистической характеристики служит целям классификации внутри уголовно-правового вида преступлений. Классификация вневидового уровня обычно осуществляется по сфере преступного поведения и характеру используемой при этом различной техники. Например, по указанным основаниям можно выделить следующие группы преступлений, совершаемых: а) в сфере административно-управленческой деятельности; б) в области промышленности и сельскохозяйственного производства (хозяйственные преступления); в) в исправительно-трудовых учреждениях и др.; г) при использовании производственной техники, транспортных средств и иных источников повышенной опасности с нарушением правил техники безопасности.

На внутривидовом уровне классификация может осуществляться и по сфере преступного поведения, месту совершения, степени сохраняемости следов преступления, по тому, совершаются ли они при свидетелях или без них, по особенностям протекания преступления и т.д. В результате можно выделить, например, следующие подвиды преступлений:

а) убийство в отдаленных от жилья местах, исправительно-трудовых учреждениях, поездах и др.; б) убийства без свидетелей; в) убийства, совершаемые в драке; г) кражи личного имущества граждан в условиях крупного города, сельской местности; д) нападения на отделения сбербанка с целью хищения денежных средств в городах и сельской местности.

Действия преступников в составе хорошо организованной группы, количество преступников в группе, отнесение их к числу должностных лиц, особенности их личности (возраст и т.д.) могут быть основанием для классификации различных уровней как вне, так и

внутри уголовно-правового вида преступлений. В частности, по указанным признакам можно выделить следующие группы преступлений, совершаемых: 1) организованной преступной группой; 2) вменяемыми лицами, страдающими различного рода психическими недостатками; 3) несовершеннолетними правонарушителями и т.п.; 4) должностными лицами13. Каждая из указанных групп преступлений может быть подвергнута более дробному делению.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

По виду и отдельным свойствам потерпевших чаще всего осуществляется классификация внутри уголовно-правовых видов преступлений, например, убийства новорожденных и грудных детей, близких родственников, изнасилование несовершеннолетних и др.

Следственная практика показывает, что некоторые особенности криминалистических ситуаций, складывающихся к началу расследования и на первых его порах, позволяют выделить отдельные группы преступлений по криминалистическим признакам. В этой связи существенное значение для классификации преступлений могут иметь некоторые особенности первоначальных следственных ситуаций. По этому основанию можно классифицировать преступления как вне, так и внутри уголовно-правового вида. Так, с учетом особенностей ситуаций, складывающихся на первоначальном этапе расследования, обусловленных особенностями их характера, объемом криминалистически значимой информации в их следовой картине, степенью ее сохранности. позволяющих уже в рамках осмотра места происшествия получить информацию о субъекте преступления и возможном его нахождении и быстро начать действия по его розыску и задержанию, могут быть выделены следующие виды преступлений:

— требующие применения для их раскрытия специфических методов расследования по так называемым горячим следам преступления;

— не требующие применения указанных специфических методов в силу отсутствия в их следовой картине горячих следов содеянного, а требующие расследования с помощью соответствующих методов в зависимости от вида совершенного преступления. К ним относятся подавляющее большинство преступлений.

Это деление преступлений по указанным выше основаниям несколько выпадает из научных основ их криминалистической классификации. Но имеет важное практическое значение.

Рассмотренные в данной статье основы криминалистической классификации преступлений свидетельствуют о том, что ее применение открывает реальные перспективы для разработки новых видов

13 См., напр.: Дулов А.В. Основы расследования преступлений, совершенных должностными лицами. Минск, 1985.

методик расследования, наиболее отвечающих задачам быстрого, всестороннего и полного расследования и установления истины по уголовному виду.

список литературы

1. Васильев А. Н. Проблемы методики расследования отдельных видов преступления. М., 1978.

2. Образцов В. А. О криминалистической классификации преступлений. М., 1980.

3. Образцов В. А. Проблемы совершенствования научных основ расследования преступлений: Автореф. дис. … д-ра. юрид. наук. М., 1985.

4. Белкин Р. С. Курс криминалистики. Т. 3. М., 1997.

5. Белкин Р. С. Курс советской криминалистики. Т. 3. М., 1979.

6. Возгрин И. А. Введение в криминалистику. СПб., 2002.

7. Эксархопуло А. А. Криминалистика. СПб., 2011.

В криминологии понятия «преступление» и «преступность» различаются.

Отсюда следует, что должны различаться и понятия «вид преступлений» и «вид преступности». Но обычно в учебниках такое различие не проводится, и эти термины употребляют как синонимы; например, преступления, совершаемые женщинами, — это женская преступность. Но оценка состояния преступности, исходящая только из самих преступлений, является неполной.

В понятие «преступность» включаются не только преступления, но и лица, их совершившие, а также наступившие общественно опасные результаты. Это и дает критерий отличия вида преступности от вида преступлений. Но в некоторых случаях, например, при анализе статистических показателей преступности, эти понятия вполне могут употребляться как синонимы.

Классификация преступлений

Классификация преступлений может быть разной по характеру и целям и, как следствие, иметь различные основания (классификационные признаки). Уголовно-правовая классификация служит целям дифференциации и индивидуализации уголовной ответственности и наказания. Преступления классифицируются по степени тяжести, форме вины, объекту посягательства и т.д. Результатом уголовно-правовой классификации является выделение вида преступлений, т.е. группы однородных (относительно данного признака) преступлений.

Любой признак состава преступления может быть основанием уголовно-правовой классификации.

Криминологическая классификация преступлений предназначена для обеспечения предупредительной деятельности, и в связи с этим она должна отражать причины и условия преступлений. Как основание криминологической классификации берется признак, который позволяет выделить преступления, объединяемые не только некоторыми общими уголовно-правовыми признаками, но и сходством криминогенных факторов, их детерминирующих.

Результатом криминологической классификации является выделение вида преступности, т.е. группы криминологически однородных (имеющих сходные причины и условия) преступлений. Криминологической классификацией считается деление преступности на преступность взрослых и несовершеннолетних, первичную и рецидивную и т.д. Чем детальнее классификация, тем более конкретно отражает соответствующие причины и условия. Криминологическая классификация может не совпадать с уголовно-правовой.

Криминологическая характеристика вида преступности включает в себя: количественные и качественные показатели соответствующего вида преступности; сравнительные особенности преступлений; характеристику лиц, их совершающих. Криминологическая характеристика показывает, какие у данного вида преступности общие свойства и закономерности с преступностью в целом, а какие (и это имеет особое значение) специфичные. В конечном счете криминологическая характеристика нужна для того, чтобы определить, какие предупредительные меры наиболее эффективны именно в отношении данного вида преступности.

Классифицируя преступления по форме вины, можно выделить преступность по неосторожности (преступления, совершенные по неосторожности); по объекту — экономическую преступность (преступления в сфере экономики); по способу совершения — насильственную (преступления, совершенные путем насилия). Эти виды преступлений существуют в любом обществе. В совокупности они охватывают большинство всех совершаемых преступлений. Заметим, что эта классификация не криминологическая и проведена по разным основаниям.

Насильственная преступность

Насильственными являются преступления, совершенные путем физического насилия или угрозы такого насилия (психическое насилие).

Правда, некоторые авторы используют понятия «имущественное насилие», «интеллектуальное насилие», но такой подход не является общепризнанным. К насильственным преступлениям относятся убийство, причинение вреда здоровью, истязание, изнасилование и т.д. В насильственных преступлениях насилие выступает в качестве элемента мотивации, а не только способа достижения преступной цели (инструментальное насилие).

Основным объектом посягательства в насильственных преступлениях является личность. Иногда к насильственной преступности относят разбой, вымогательство и т.д. Но в этих преступлениях посягательство на личность является только средством достижения иной преступной цели (корыстной).

Хотя за последние годы число насильственных преступлений и выросло, в общей структуре преступности доля насильственных преступлений относительно невелика — 5—7%. В структуре самой насильственной преступности превалирует умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, но наиболее тяжким, естественно, является убийство. За последние 10 лет ежегодно регистрируется более 30 тыс. убийств. Коэффициент убийств в России один из самых высоких в мире. Динамика убийств характеризуется весьма неблагоприятными тенденциями: наблюдается рост предумышленных убийств; с использованием огнестрельного оружия и взрывчатых веществ; двух и более лиц. Убийства всегда считались низколатентными преступлениями, но в настоящее время, когда число пропавших без вести и число неопознанных трупов измеряется десятками тысяч, эта характеристика требует корректировки.

Особенностью насильственных преступлений является то, что они в большинстве совершаются в процессе межличностного неформального общения. Действия преступников не связаны обычно с их ролью в официальных организациях.

Отличительная черта насильственной преступности — ситуационный, импульсивный характер, часто с внезапно возникающим умыслом. Ситуационность этих преступлений проявляется и в орудиях преступления: чаще всего это предметы, случайно оказавшиеся на месте события. Ситуационный характер во многом объясняется и состоянием опьянения, в котором пребывает большинство преступников.

В отличие от экономических, для насильственных преступлений не характерно соучастие, за исключением изнасилования. Более 90% насильственных преступлений совершаются в непроизводственной сфере.

С криминологической точки зрения целесообразна классификация насильственных преступлений по областям непроизводственной сферы: преступления в сфере быта и преступления в сфере досуга.

В основе бытового преступления обычно лежит конфликт между преступником и потерпевшим, связанными между собой личностно-бытовыми отношениями (соседи) или общественно-бытовыми (покупатель, продавец). Особенностью бытовых преступлений является близкое знакомство преступника и потерпевшего: четыре из каждых пяти потерпевших принадлежат к числу родственников или знакомых преступника. В структуру бытовых преступлений в основном входят убийство, причинение вреда здоровью, истязание, побои.

Для досуговых преступлений, т.е. совершаемых во время развлекательного или бесцельного времяпрепровождения, характерно то, что они направлены против лиц, плохо знакомых преступнику или вообще посторонних. В структуру досуговых преступлений в основном входят изнасилование, причинение вреда здоровью, сопряженное с насилием хулиганство. По сравнению с бытовыми досуговые преступления в большей степени характеризуются соучастием, но, как правило, без образования устойчивых групп.

Объектом предупредительного воздействия в насильственных преступлениях являются личность, ее микросреда и условия быта и досуга.

Соответственно выделяются три общих направления профилак- тики: 1) воспитательное и правовое воздействие на личность; 2) оздоровление микросреды; 3) улучшение условий быта и досуга.

С насильственной преступностью наиболее тесно связаны пьянство и алкоголизм. Борьба с пьянством в разных формах положительно сказывается как на бытовой, так и на досуговой преступности.

В настоящее время, когда растет число насильственных преступлений с применением оружия, актуальным является вопрос об укреплении разрешительной системы, усилении контроля над реализацией и хранением охотничьего и спортивного оружия, повышении ответственности за незаконное изготовление, хранение и ношение огнестрельного оружия.

Бытовые конфликты имеют, как правило, длительный и открытый характер. Своевременное реагирование на административные правонарушения и другие проступки может предупредить перерастание конфликта в преступление. Большую роль в этом могут сыграть общественность по месту жительства, органы опеки и попечительства, участковые инспекторы.

Предупреждение досуговых преступлений связано с улучшением форм и методов досуга молодежи (занятия творчеством, спортом и т.д.), совершенствованием инфраструктуры досуга (парки, клубы, стадионы) и ее доступностью. Должны приниматься меры, затрудняющие использование мест привычного времяпрепровождения для преступных целей: освещение дворов и подъездов домов, контроль над подвалами, чердаками и т.д.

Экономическая преступность

Экономические преступления являются наиболее распространенными, они составляют 2/3 общего числа регистрируемых преступлений.

Классификационная группа преступлений в сфере экономики — экономическая преступность также криминологически неоднородна и может быть разбита на две подгруппы.

Первая подгруппа — это преступления против собственности (гл. 21 УК РФ). В нее входят деяния, которые характеризуются прямым незаконным завладением чужим имуществом, причем без использования преступником своего служебного положения, и не связанные с нарушением хозяйственных связей и отношений в сфере экономики. Эти деяния обычно называют общеуголовной корыстной преступностью (кража, грабеж, разбой, мошенничество). Вторая подгруппа — это преступления в сфере экономической деятельности (гл. 22 УК РФ, кроме ст. 175, 184, 190). Деяния этой подгруппы посягают на установленный порядок осуществления экономической деятельности и экономические права физических и юридических лиц со стороны субъектов, выполняющих определенные функции в системе экономических отношений.

Криминологическая характеристика экономической преступности в целом и ее сравнительный анализ объективно затруднены в силу ряда обстоятельств. Одни деяния, ранее относившиеся к экономическим преступлениям (частное предпринимательство, коммерческое посредничество), перестали быть преступлениями. Другие же ранее не рассматривались как преступления в сфере экономики (хищение личной собственности). В УК РФ введено много новых составов (лжепредпринимательство, фиктивное банкротство и т.д.), по которым еще нет достаточной судебной практики. Кроме того, экономические преступления, особенно в сфере экономической деятельности, характеризуются повышенной латентностью.

Но все же охарактеризовать в определенной мере особенности экономических преступлений можно. Эта возможность связана с тем, что основную долю в экономических преступлениях (свыше 90%) составляют преступления против собственности (кража, грабеж, разбой, мошенничество, вымогательство). А такой вид преступления, как кража, является самым распространенным: кражи составляют более 40% в общей структуре преступности. Особенности преступлений против собственности являются во многом определяющими для характеристики всего класса преступлений в сфере экономики.

В производственной сфере наиболее распространенной разновидностью преступлений против собственности являются мелкие хищения («несуны»). Это, пожалуй, самый высоколатентный вид правонарушений. Уголовно-правовые методы борьбы с ними малоэффективны, поскольку эти правонарушения не осуждаются обыденной моралью, и здесь весьма подвижна граница между дисциплинарными, административными и уголовно-правовыми мерами.

Но суммарный ущерб от мелких хищений превышает, по экспертным оценкам, материальный ущерб от всех других видов хищений, вместе взятых. Ранее считалось, что смена отношений собственности, переход от государственной, «ничейной» ее формы к частной изменит психологию и идеологию людей и их экономическое поведение, а тем самым окажет положительное воздействие на динамику данного вида хищений. Но этого не произошло, и этот криминологический факт показывает, что одна из главных целей реформы экономики — создание нового слоя собственников, «среднего класса», являющегося опорой социальной стабильности, — еще далеко не достигнута.

Большинство преступлений против собственности (кража, грабеж, разбой, вымогательство, мошенничество) обладает ярко выраженными особенностями. Это, во-первых, повышенный уровень рецидива; во-вторых, групповой характер значительной части преступлений с выраженной устойчивостью и организованностью пре- ступных групп; в-третьих, криминальная профессионализация многих преступников.

Специальные меры предупреждения этих преступлений включают в себя создание условий, затрудняющих хищение: установка технических средств сигнализации и охраны; защита документов от подделок; создание системы постоянного контроля: ревизии, проверки, инвентаризации; меры информационного характера, формирующие у населения убеждение в реальности и неотвратимости ответственности расхитителей: выездные заседания судов, публикации в прессе. Достаточно эффективным средством являются меры оперативно- розыскной профилактики, воздействие на сами асоциальные группы с целью их разложения или переориентации. Это достигается путем изоляции наиболее активных членов, компрометации лидера и т.д.

К общесоциальным стратегическим мерам предупреждения экономических преступлений относятся меры борьбы с безработицей и бедностью, уменьшение степени социально-экономического расслоения населения. По официальным данным, в России разрыв в доходах 10% самых бедных и самых богатых (так называемый децильный коэффициент) составляет 1:15,5 (по экспертным оценкам — 1:20), а с учетом укрываемых от налогообложения доходов — и того больше. В развитых странах децильный коэффициент 1:15 считается порогом социального взрыва.

К общим мерам можно отнести и создание адекватной законодательной базы, регулирующей рыночные экономические отношения, вопросы налогообложения и т.д. Промедление с принятием необходимых законов, противоречивость существующей правовой базы способствуют криминализации ключевых секторов отечественной экономики: банковской, внешнеэкономической, ресурсодобывающей.

Неосторожная преступность

К неосторожной преступности относятся преступления с достаточно разнородными объектами, совершающиеся в самых различных сферах деятельности и обусловливаемые самыми различными факторами: преступления против личности (причинение смерти по неосторожности), против общественной безопасности (нарушение правил безопасности на объектах атомной энергетики), против безопасности движения и эксплуатации транспорта (нарушение правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств). экологические (загрязнение вод).

С криминологической точки зрения в зависимости от характера причинно-следственных связей преступления, совершенные по неосторожности, можно разделить на две большие группы: 1) преступления, совершаемые в процессе межличностного взаимодействия; 2) преступления, совершаемые в процессе взаимодействия с техническими и природными системами.

Хотя в структуре всей преступности преступления по неосторожности составляют относительно небольшую долю (около 10%), следует учитывать, что большинство из них являются высоколатентными.

В структуре такой преступности доминируют преступления против безопасности движения и эксплуатации автотранспорта, которые составляют около 3/4 всей совокупности.

Данные преступления в наибольшей степени связаны с последствиями научно-технического прогресса и имеют тенденцию к росту: интенсифицируется воздействие на окружающую среду, увеличивается число и мощность источников повышенной опасности в экономике и быту. Все это повышает общественную опасность ошибочных решений при эксплуатации техники. В результате совершения преступлений по неосторожности растет опасность наступления тяжких последствий. Так, число смертей и причинений вреда здоровью от них превышает аналогичные показатели для умышленных преступлений против жизни и здоровья.

Как правило, социально-нравственная и профессиональная характеристика лиц, совершивших неосторожное преступление, является в целом положительной. Но для большинства из них характерна завышенная самооценка своих возможностей и способностей действовать в сложных ситуациях. Статистика расследований чрезвычайных происшествий (аварий и техногенных катастроф) свидетельствует о том, что наиболее слабым звеном во взаимодействии «человек — техническая система» является чаще всего именно человек.

В механизме неосторожного преступного поведения отсутствует первое звено — мотивация, формирование умысла. Но это не означает, что неосторожные преступления являются безмотивными. Их совершение связано с общей мотивацией деятельности. Это может быть корыстная мотивация (перегруз воздушного судна), карьеристская (выполнение распоряжения начальника), познавательная (проведение опасного эксперимента) и т.д. Трудно представить, чтобы специалист не мог предвидеть последствия своих действий, например, несоблюдения правил безопасности. В этих случаях, как правило, преступник соотносит степень риска своих действий (вероятность наступления опасных последствий) с планируемой выгодой: чем больше предполагаемая выгода, тем большая степень риска представляется допустимой.

Формированию легкомысленно-небрежного отношения неосторожных преступников к безопасности других лиц (и своей собственной) и сохранности имущества способствует сравнительно благо- получный исход предшествующих сходных нарушений. Как показывают результаты исследований, почти 3/5 из числа лиц, совершивших преступления по неосторожности, связанные с профессиональной деятельностью, ранее уже допускали подобные нарушения, но они не повлекли опасных последствий.

В предупреждении неосторожных преступлений основную нагрузку несут не уголовно-правовые меры, а мероприятия экономического, технического и организационного характера. К ним можно отнести: совершенствование техники и технологий с целью повышения их надежности; улучшение профессионального отбора и повышение квалификации персонала; совершенствование средств и правил техники безопасности и иных правил охраны труда.

Особое значение для профилактики преступлений, совершенных по неосторожности, имеют органы государственного и ведомственного контроля — пожарный надзор, рыбнадзор, санэпидемнадзор, гортехнадзор, природоохранные инспекции, ГИБДД и т.д. Не последнюю роль играет и правовоспитательная работа, проводимая среди всего населения: правовое воспитание, экологическое воспитание и т.д. Поскольку большинство указанных преступлений совершается в состоянии опьянения, профилактика пьянства и алкоголизма является важной составной частью предупреждения неосторожных преступлений.

В настоящее время особое значение приобрели экологические проблемы, поскольку антропогенное воздействие на окружающую среду превысило все допустимые пределы. Многие районы нашей страны являются зонами экологического бедствия. Совершение экологических преступлений обусловлено главным образом экономическими причинами: стремлением сэкономить на природоохранных мероприятиях, снизить себестоимость продукции и т.д. Очень часто виновные оправдывают их совершение экономической необходимостью, заботой о благе работников конкретной организации. Не всегда экологические преступления находят осуждение и в трудовых коллективах.

Свидетельством осознания государством приоритетности экологических проблем являются создание Межведомственной комиссии по экологической безопасности Совета безопасности РФ, принятие Федеральных законов «Об отходах производства и потребления», «Об экологической экспертизе», призванного предупредить возможность экологических правонарушений уже на стадии разработки хозяйственных проектов. В ноябре 1994 г. Россия ратифицировала Конвенцию о контроле за трансграничной перевозкой отходов и их удалением 1989 г.

В борьбе с экологической преступностью важная роль отводится и уголовно-правовым мерам. В Уголовном кодексе есть отдельная глава «Экологические преступления», включающая в себя 17 составов преступлений, многие из которых совершаются как умышленно, так и по неосторожности. Во многих субъектах Федерации, в том числе в Москве, в структуре МВД России созданы специализированные подразделения экологической милиции. В органах прокуратуры действуют межрайонные природоохранные прокуратуры.

Экологические преступления составляют в структуре преступности менее 1%, но они исключительно высоколатентны. Но даже выявленные преступники в большинстве отделываются «легким испугом». Если число зарегистрированных преступлений выражается в десятках тысяч, то число уголовных дел, доведенных до суда, — всего лишь в десятках и сотнях.

Наряду с государственными органами большой вклад в предупреждение экологических преступлений и мобилизацию общественного мнения вносят общественные экологические объединения, национальные и международные неправительственные организации.

Термин «аналогия» произошел от греческого слова, означающего сходство, подобие, соответствие. В связи с этим аналогия уголовного закона означает применение сходной, близкой по смыслу уголовно­правовой нормы к тем случаям, которые ею прямо не предусмотрены.

В теории права различают два вида аналогии — аналогия закона и аналогия права.

Под аналогией закона понимается применение к неурегулированному конкретной нормой права общественному отношению нормы, регламентирующей сходные по своему характеру отношения. Под аналогией права понимают применение к неурегулированному в конкретной норме спорному отношению при отсутствии нормы, регулирующей сходные отношения, общих начал и смысла законодательства.

Аналогия как институт уголовного права известна еще со времен рабовладения. Но широкое распространение она получила в средние века. Так, например, такой документ средневековья как Каролина (XVI в.) при отсутствии уголовной ответственности за какое-либо общественно опасное деяние предоставлял судам право применять дух и смысл закона для наказания виновных лиц, получив при этом поддержку высшего суда или высшей королевской власти .

Прообраз аналогии закона можно наблюдать и в уголовном законодательстве России XVI–XVIII вв. В частности, в Судебнике Иоанна IV (1550 г.) в одной из статей содержалось следующее указание: «… а которому будет жалобнику, без Государьского ведома, управы учинити немочно: ино челобитье его сказати царю Государю … А которые будут новые дела в сем судебнике неписаны, и как те дела со Государева указу и со всех бояр приговору варшатца, и те дела в сем судебнике приписывати» (цит. по: ).

А еще раньше Судебник 1497 г. предусматривал такую категорию преступного деяния как «лихое дело». В ст. 8 Судебника давался только примерный перечень того, что включало в себя это деяние: «Адове-дуть на кого татбу, или разбой, или душегубство, или ябедничество, или иное какое лихое дело, и будет ведомой лихой, и боярину того велети казнити смертною казнью», то есть боярин сам определял какое деяние будет признаваться лихим.

Как показывают приведенные примеры, в истории человечества с ранних этапов существует аналогия, причем она была закреплена в законах, которые обязывали правоприменителей квалифицировать сходные деяния как одно преступление. Понятие преступления напрямую связано с явлением аналогии уголовного закона, так как от того насколько четко и полно будет сформулировано понятие преступления зависит возможность или невозможность проявление аналогии.

Основы уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик 1958 года и принятый в их развитие УК РСФСР 1960 года, по сути, положили конец аналогии в российском уголовном праве.

Данные законы сформулировали новое понятие преступления: «Преступлением признается предусмотренное уголовным законом общественно опасное деяние (действие или бездействие), посягающее на общественный строй СССР, его политическую и экономическую системы, социалистическую собственность, личность, политические, трудовые, имущественные и другие права и свободы граждан, а равно иное, посягающее на социалистический правопорядок, общественно опасное деяние, предусмотренное уголовным законом» (ст. 7 Основ уголовного законодательства 1958 г.). Именно фраза «предусмотренное уголовным законом» стала указывать на то, что аналогия в уголовном праве недопустима.

Обратимся к действующему уголовному законодательству РФ. В УК РФ 1996 г. в соответствии с ч. 1 ст. 14 «преступлением признается виновно совершенное общественно опасное деяние, запрещенное настоящим Кодексом под угрозой наказания», то есть и современная дефиниция преступления также исключает возможность аналогии. Но в отличие от предыдущих уголовных законов УК РФ 1996 года прямо закрепил положение, согласно которому «применение уголовного закона по аналогии не допускается» (ч. 2 ст. 3 УК РФ).

Таким образом, в настоящее время при существовании прямого запрета применения уголовного закона по аналогии, возможности усмотрения суда при разрешении уголовных дел весьма ограничены. Усмотрение может иметь место, во-первых, при альтернативных санкциях, во-вторых, при относительно определенных санкциях, и, в-третьих, в тех случаях, когда законодатель при изложении уголовно-правовых норм использует оценочные понятия .

Но на сегодняшний день все равно встречаются случаи применения сходных по своим признакам норм уголовно закона к деяниям, которые не являются преступлением согласно УК РФ.

Ярким примером аналогии права, на наш взгляд, является уголовное дело женской панк — группы «Пусси Райот». Двое участниц Pussy Riot были осуждены к реальным срокам лишения свободы за известный панк-молебен, который был совершен ими в Храме Христа Спасителя. Их поступок был квалифицирован по ст. 213 УК РФ «Хулиганство», ч.1 которой устанавливает:

  1. Хулиганство, то естьгрубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, совершенное:

…б) по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы,..

Понятно, что не любое действие, названное нарушением общественного порядка, может квалифицироваться по указанной статье, а именно то действие, которое совершено по мотивам религиозной ненависти или вражды.

Еще раз повторим: по мотивам религиозной ненависти или вражды, а основным словами Pussy Riot, как мы знаем, стали слова «Богородица Дева, Путина прогони», а не слова ненависти по религиозным мотивам. Слова «срань господня» явно оскорбляют, но не вызывают ненависти или вражды к христианству. На наш взгляд, суд неверно квалифицировал их поступок, более того к ним была еще применена такая мера пресечения как заключение под стражу. Мера, которая согласно букве закона, может применяться в исключительных случаях, если имеются основания полагать, что подозреваемый в совершении преступления, находясь на свободе, к примеру, сможет влиять на ход следствия или попытается скрыться от следствия.

Конечно, совершать такие поступки нельзя, а нарушителей следует привлекать к ответственности. Но их совершенно точно, на наш взгляд, нельзя квалифицировать по ст. 213 УК РФ. Квалификация данного поступка, по нашему мнению, должна быть осуществлена по одной из статей КоАП РФ, а именно по ст. 5.26 «Нарушение законодательства о свободе совести, свободе вероисповедания и о религиозных объединениях», часть 2 которой устанавливает: «Оскорбление религиозных чувств граждан либо осквернение почитаемых ими предметов, знаков и эмблем мировоззренческой символики…». По мнению авторов, ни о какой уголовной ответственности, а тем более реальном сроке наказания речи быть не может. Однако суд решил иначе и назначил мамам двоих малолетних детей (4 и 5 лет) лишение свободы.

Ряд авторов также указывают на имеющие место случаи применения уголовного закона по аналогии . Так, например, попытки применения аналогии уголовного закона неоднократно предпринимались сотрудниками правоохранительных органов до внесения в УК РФ 1996 г. Федеральным законом от 20 июля 2011 г. № 250-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» ст. 171.2 «Незаконная организация азартных игр». Необходимость введения данной статьи была вызвана сложившейся на тот момент в обществе и не урегулированной на законодательном уровне ситуацией. С 1 июля 2009 г. Федеральным законом от 29 декабря 2006 г. № 244-ФЗ «О государственном регулировании деятельности по организации и проведению азартных игр и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» был введен запрет на деятельность игорных заведений вне игорных зон. Этим же ФЗ предусматривалась выдача разрешений на проведение азартных игр в игорных зонах и лицензий на организацию и проведение азартных игр в игорных зонах, и лицензий на организацию и проведение азартных игр в букмекерских конторах и тотализаторах вне игорных зон. Федеральным законом от 7 апреля 2010 г. № 60-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» в ст. 171 «Незаконное предпринимательство» УК РФ была проведена частичная декриминализация деяний, связанная с исключением из диспозиции ст. 171 деяний, связанных с осуществлением предпринимательской деятельности без специального разрешения и с нарушением лицензионных требований и условий. Вопрос об организации азартных игр с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, сети Интернет и других средств связи законодательно урегулирован не был.

После указанных изменений органами МВД стали возбуждаться уголовные дела по фактам незаконной организации азартных игр по ст. 171 (Незаконное предпринимательство) УК РФ, которые прекращались судами за отсутствием состава преступления на основании ч. 2 ст.3 УК РФ – запрет аналогии уголовного закона. Такая позиция судов поддерживалась только учеными , а обществом такие решения судов воспринимались как незаконные и способствующие повсеместному процветанию индустрии азартных игр.

Законодательно не определенной указанная ситуация оставалась до внесения в УК РФ в 2011 году ст. 171.2 (Незаконная организация азартных игр), предусматривающей уголовную ответственность за незаконную организацию и проведение азартных игр с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в т.ч. сети Интернет, средств связи, а также подвижной связи.

Можно привести еще один случай, когда была попытка применить уголовный закон по аналогии. Верховный Суд РФ по одному из дел указал следующее: В. осужден за уничтожение похищенных им паспорта и военного билета по ч. 1 ст. 325 УК РФ и ч. 2 ст. 325 УК РФ. Президиум Верховного Суда РФ, рассмотрев дело по протесту прокурора, отменил приговор в части осуждения В. по ч. 1 ст. 325 УК РФ и дело производством прекратил за отсутствием состава преступления. Частью 1 ст. 325 УК РФ предусмотрена ответственность за похищение, уничтожение, повреждение или сокрытие официальных документов, штампов или печатей, совершенные из корыстной или иной личной заинтересованности. Ответственность же за похищение важных личных документов, в том числе паспорта, законодателем выделена в ч. 2 ст. 325 УК РФ и с диспозицией ч. 1 ст. 325 УК РФ не связана. Таким образом, специальная ответственность за уничтожение, повреждение или сокрытие похищенного паспорта и военного билета законом не предусмотрена, и квалификация содеянного по ч. 1 ст. 325 УК РФ явилась применением уголовного закона по аналогии.

Таким образом, мнение о беспробельности уголовного закона, а, следовательно, отсутствии практического применения аналогии уголовного закона является ошибочным.

По поводу решения обозначенной проблемы среди ученых существуют разные мнения. Так, например, ряд ученых, среди которых М.И. Бажанов, Ю.В. Баулин, М.А. Кауфман, В.П. Коняхин, Л.Л. Кругликов, В. В. Лазарев, считают, что суд должен быть наделен правомочиями преодолевать пробел с помощью аналогии уголовного закона. Они предлагают изменить формулировку ч. 2 ст. 3 УК РФ следующим образом: «Применение уголовного закона по аналогии допускается в исключительном случае – когда совершенное лицом общественно опасное деяние признается настоящим кодексом преступным, но не урегулированы отдельные вопросы, необходимые для решения дела по существу. Во всех такого рода случаях недопустимо ущемление прав и законных интересов личности, прямое противоречие закону» .

Мы не разделяем данную точку зрения, так как, предоставив судам право рассматривать спорные вопросы согласно своим убеждениям, основываясь на нормы, в которых описано сходное по своему существу деяние, но не оно, наша правовая система придет к появлению судебных прецедентов, что характерно для англо-саксонской системы права, а это будет противоречить запрету, содержащемуся в ч.2 ст. 22 (Nullum crimen sine lege) Римского статута Международного уголовного суда, принятого в Риме 17 июля 1998 г. дипломатической конференцией полномочных представителей по учреждению Международного уголовного суда под эгидой ООН, установившему: «Определение преступления должно быть точно истолковано и не должно применяться по аналогии. В случае двусмысленности определение толкуется в пользу лица, которое находится под следствием, в отношении которого ведется судебное разбирательство или которое признано виновным» . Россией указанный статут подписан, но пока не ратифицирован.

В уголовном праве (ч. 2 ст. 3 УК) запрещена не аналогия как таковая, а применение уголовного закона по аналогии. «Применение уголовного закона по аналогии, — отмечает Г. Цепляева, — является нарушением принципа законности и влечет отмену неправосудного решения . Ничего нового применение закона, имеющегося вместо закона отсутствующего, к праву не добавляет. Аналогия закона в уголовном праве ведет не к устранению пробелов в праве, а к извращению духа закона при сохранности его буквы. Ее можно определить как применение закона в ситуации дефицита законодательных норм. Применение закона, имеющегося в случаях, им не предусмотренных, не приводит к ликвидации дефицита нормативного регулирования. Новая норма вследствие этого не возникает.

Итак, перечислим последствия, к которым приводит применение уголовного закона по аналогии:

Во – первых, нарушаются основные принципы на которых строится все уголовное законодательство — принципы законности, справедливости, а также принцип презумпции невиновности, предусмотренный УПК РФ.

Во-вторых, рассматривать аналогию как средство восполнения пробелов в законодательстве тоже не предоставляется возможным, так как новой нормы вследствие этого процесса не возникает.

В-третьих, применение аналогии закона и аналогии права ведет к возможности отмене вынесенного приговора, так как такие решения не соответствуют международным нормам и УК РФ, а соответственно являются незаконными.

На наш взгляд, допустить явление аналогии на законодательном уровне -это сделать шаг назад всей системе российского уголовного права. При появлении подобных прецедентов, все сомнения относить в пользу виновного. В случае отсутствия нормы лицо не может подлежать уголовной ответственности. А для устранения пробелов, обнаружившихся в законе, в том числе в уголовном, создать, например, соответствующую федеральную службу, обязанность которой будет своевременно реагировать на подобные проявления, разрабатывать новые нормы, в том числе и уголовно-правовые, которые бы регулировали вновь возникшие отношения, и вносить законодателю предложения по изменению нормативной базы. Быстрое реагирование и профессиональный подход позволит исключить применение аналогии закона или права. Таким образом, на наш взгляд, можно будет избавиться от неблагоприятных последствий применения аналогии. Применить уголовную норму по аналогии — это значит поступить вопреки закону, т.е. совершить преступление. Допускать такие случаи со стороны государственных органов недопустимо.

Список литературы:

  1. Минникес И.А. Применение уголовного закона по аналогии (история вопроса)/ https://www.ex-jure.ru/law/news.php?newsid=674
  2. Российское законодательство X-XX веков. Т. 1. Законодательство Древней Руси. М., 1984.
  3. Сабитов Т. Р. Применение уголовного закона по аналогии: история и современность//Вестник НГУ. Серия Право. 2006. Том 2, выпуск 1. С. 142-148.
  4. Тюнин В.И., Радошнова Н.В. Аналогия уголовного закона как инструмент криминализации деяний//Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России. 2013. № 2. С.83-86.
  5. Цепляева Г.И. Аналогия Общей части УК РФ, или как определить пределы сокращения наказания на основании ч. 2 ст. 10 УК РФ // https://www.lawmix.ru/comm/1478

Записи созданы 8132

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Похожие записи

Начните вводить, то что вы ищите выше и нажмите кнопку Enter для поиска. Нажмите кнопку ESC для отмены.

Вернуться наверх