Пленум по 171 УК РФ

4 декабря «АГ» опубликовала новость о внесенном Правительством РФ в Госдуму пакете законопроектов, направленных на предотвращение создания картелей, в том числе путем ужесточения уголовной ответственности (законопроект № 848392-7).

На мой взгляд, фундаментальной проблемой реализации уголовной ответственности за картели является установление степени общественной опасности деяния, которой была бы соразмерна уголовная ответственность. В связи с этим возникает вопрос о порядке определения дохода, извлечение которого образует материальный состав и обусловливает квалификацию деяния.

В предлагаемой редакции проекта изменений в УК РФ (законопроект № 848246-7) Федеральная антимонопольная служба России прямо предлагает считать доход без учета произведенных расходов. То есть если в результате сговора на торгах победитель (он же участник картеля) заключил и исполнил контракт, то вся полученная за поставленный товар (выполненные работы, оказанные услуги) денежная сумма будет считаться доходом для целей квалификации деяния как уголовного преступления – не будут учитываться ни прямые затраты поставщика (подрядчика, исполнителя) на изготовление или приобретение товара, материалов, его доставку, оплату труда работников, страхование, оплату кредитов и т.д., ни косвенные расходы.

То есть преступником может быть признан участник картеля (победитель торгов), который не снизил на аукционе цену на дополнительные 0,5% от начальной максимальной цены контракта (при том, что реально в силу объективных экономических причин предельное возможное снижение для него могло не превышать, например, 1 или 1,5%). Тем не менее такой поставщик поставил качественный товар, полностью и в срок исполнил обязательства по контракту, а его расходы и норма прибыли не превысили нормальный рыночный уровень при сравнимых обстоятельствах.

В чем предпосылки такого подхода ФАС России?

На самом деле преступлений в сфере экономической деятельности, обязательным признаком состава которых является извлечение дохода, всего 7: незаконное предпринимательство (ст. 171 УК РФ), незаконные организация и проведение азартных игр (ст. 171.2 ), незаконная банковская деятельность (ст.172), ограничение конкуренции (ст. 178), манипулирование рынком (ст. 185.3), воспрепятствование осуществлению или незаконное ограничение прав владельцев ценных бумаг (ст. 185.4), неправомерное использование инсайдерской информации (ст. 185.6).

Первые три статьи прямо указывают на незаконность той или иной деятельности, поэтому сложностей в отграничении законного дохода от незаконного в судебной практике нет – он априори незаконный, поскольку изначально незаконна деятельность, его приносящая.

Определение дохода для целей применения законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности за преступления в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, содержится в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2016 г. № 48 (п. 15). Под доходом для целей денежного возмещения признается общая сумма незаконного обогащения, полученная в результате совершения преступления (без вычета произведенных расходов), в денежной (наличные, безналичные и электронные денежные средства в рублях и (или) в иностранной валюте) и (или) натуральной форме (движимое и недвижимое имущество, имущественные права, документарные и бездокументарные ценные бумаги и др.).

Однако эта дефиниция дана исключительно для целей денежного возмещения в рамках реализации программы освобождения от уголовной ответственности в связи с возмещением ущерба (ст. 76.1 УК РФ). В Постановлении Пленума ВС РФ от 18 ноября 2004 г. № 23 «О судебной практике по делам о незаконном предпринимательстве» (далее – Постановление Пленума ВС № 23) использована несколько иная конструкция определения, которая в силу специального предмета не может быть вольно распространена на иной состав преступления (п. 12): под доходом в ст. 171 УК РФ следует понимать выручку от реализации товаров (работ, услуг) за период осуществления незаконной предпринимательской деятельности без вычета произведенных лицом расходов, связанных с осуществлением такой деятельности.

Территориальные УФАС, руководствуясь Методическими рекомендациями об организации взаимодействия ФАС России с заинтересованными правоохранительными органами по выявлению, раскрытию и расследованию преступлений, связанных с ограничением конкуренции (ст. 178 Уголовного кодекса Российской Федерации), утвержденными Приказом ФАС России от 8 августа 2019 г. № 1073/19, отождествляют картель с заведомо незаконной деятельностью: «Антиконкурентная деятельность картеля, направленная против добросовестной конкуренции, запрещена законодательством РФ и является, по своей сути, видом незаконной предпринимательской деятельности. При этом под доходом следует понимать выручку от реализации товаров (работ, услуг) в рамках антиконкурентного соглашения за период его существования без вычета произведенных лицом расходов». В соответствии с п. 13 Постановления Пленума ВС № 23 при исчислении размера дохода, полученного организованной группой лиц, следует исходить из общей суммы дохода, извлеченного всеми ее участниками» (решение Коми УФАС России от 23 мая 2019 г. № 02-01/3838 по делу № А18-10/18).

Единственный случай дифференцированного подхода к исчислению незаконного дохода – это состав ст. 185.3 УК РФ, где доход определяется не в «чистом» виде, а как излишне полученный. В п. 2 примечаний к статье прямо указано: «Излишним доходом в настоящей статье признается доход, определяемый как разница между доходом, который был получен в результате незаконных действий, и доходом, который сформировался бы без учета незаконных действий, предусмотренных настоящей статьей».

Таким образом, вопрос о том, что такое доход для целей квалификации ограничения конкуренции по ст. 178 УК РФ, не имеет однозначного ответа. Однако ФАС России предлагает следовать подходу, применяемому в делах о незаконном предпринимательстве, закрепив его в норме уголовного закона. Это, на мой взгляд, приведет к катастрофическому снижению стандарта доказывания уголовных картелей. Так, фактически будет устранено основание для проведения судебной экспертизы до установления дохода на этапе возбуждения дела (ведь не нужно специальных знаний, чтобы установить, сколько поставщик (подрядчик, исполнитель) получил денег за контракт). При этом чтобы воспользоваться программой освобождения от уголовной ответственности, лицу необходимо возвратить незаконно полученный доход или иным образом возместить причиненный им вред.

Можно только представить, какой будет «цена свободы». Представляется, что такие условия несоизмеримы даже с условиями освобождения от ответственности для преступлений в сфере уклонения от уплаты налогов. Почему для картелей нельзя использовать конструкцию «излишне полученного дохода» по аналогии со ст. 185.3 УК РФ, разработчик не объясняет. Хотя она, на мой взгляд, наиболее полно соответствовала бы целям правового регулирования и уголовной политики в сфере защиты конкуренции.

Помимо прочего, механизма «синхронизации» программы освобождения от ответственности в деле об административном правонарушении и в уголовном деле сейчас, по сути, не существует. Первый «сдающийся» участник картеля (хозяйствующий субъект) рискует тем, что руководитель другого участника картеля «добежит» до следователя раньше, чем он получит освобождение в деле об административном правонарушении.

Представляется, что программа освобождения от уголовной ответственности за картели в условиях предлагаемых законодательных изменений существенно не повлияет на ситуацию с раскрываемостью и пресечением картелей по причине возникающих у предпринимателей существенных правовых рисков.

В целях обеспечения правильного применения законодательства об уголовной ответственности за преступления в сфере экономической деятельности, предусмотренные статьями 171, 174 и 1741 УК РФ, и в связи с возникшими в судебной практике вопросами Пленум Верховного Суда Российской Федерации постановляет дать судам следующие разъяснения:

1. В соответствии с частью 1 статьи 34 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности.

При решении вопроса о наличии в действиях лица признаков состава преступления, предусмотренного статьей 171 УК РФ, судам следует выяснять, соответствуют ли эти действия указанным в пункте 1 статьи 2 ГК РФ признакам предпринимательской деятельности, направленной на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг, которая осуществляется самостоятельно на свой риск лицом, зарегистрированным в установленном законом порядке в качестве индивидуального предпринимателя.

В соответствии со статьей 23 ГК РФ гражданин вправе заниматься предпринимательской деятельностью без образования юридического лица с момента государственной регистрации в качестве индивидуального предпринимателя, а глава крестьянского (фермерского) хозяйства — с момента государственной регистрации крестьянского (фермерского) хозяйства. Юридическое лицо подлежит государственной регистрации (статьи 49 и 51 ГК РФ).

Судам следует иметь в виду, что отсутствует состав указанного преступления в тех случаях, когда лицо, зарегистрированное в качестве индивидуального предпринимателя, осуществляет не запрещенную законом предпринимательскую деятельность, имея специальное разрешение (лицензию) на осуществление конкретного вида деятельности, если для этого требуется получение лицензии, и соблюдает лицензионные требования и условия.

2. В тех случаях, когда не зарегистрированное в качестве индивидуального предпринимателя лицо приобрело для личных нужд жилое помещение или иное недвижимое имущество либо получило его по наследству или по договору дарения, но в связи с отсутствием необходимости в использовании этого имущества временно сдало его в аренду или внаем и в результате такой гражданско-правовой сделки получило доход (в том числе в крупном или особо крупном размере), содеянное им не влечет уголовной ответственности за незаконное предпринимательство. Если указанное лицо уклоняется от уплаты налогов или сборов с полученного дохода, в его действиях при наличии к тому оснований содержатся признаки состава преступления, предусмотренного статьей 198 УК РФ.

3. Осуществление предпринимательской деятельности без регистрации будет иметь место лишь в тех случаях, когда в едином государственном реестре для юридических лиц и едином государственном реестре для индивидуальных предпринимателей отсутствует запись о создании такого юридического лица или приобретении физическим лицом статуса индивидуального предпринимателя либо содержится запись о ликвидации юридического лица или прекращении деятельности физического лица в качестве индивидуального предпринимателя.

Под осуществлением предпринимательской деятельности с нарушением правил регистрации следует понимать ведение такой деятельности субъектом предпринимательства, которому заведомо было известно, что при регистрации были допущены нарушения, дающие основания для признания регистрации недействительной (например, не были представлены в полном объеме документы, а также данные или иные сведения, необходимые для регистрации, либо она была произведена вопреки имеющимся запретам).

Под представлением в орган, осуществляющий государственную регистрацию юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, документов, содержащих заведомо ложные сведения, следует понимать представление документов, содержащих такую заведомо ложную либо искаженную информацию, которая повлекла за собой необоснованную регистрацию субъекта предпринимательской деятельности.

4. При решении вопроса о наличии в действиях лица признаков осуществления предпринимательской деятельности без специального разрешения (лицензии) в случаях, когда такое разрешение обязательно, судам следует исходить из того, что отдельные виды деятельности, перечень которых определяется федеральным законом, могут осуществляться только на основании специального разрешения (лицензии). Право осуществлять деятельность, на занятие которой необходимо получение специального разрешения (лицензии), возникает с момента получения разрешения (лицензии) или в указанный в нем срок и прекращается по истечении срока его действия (если не предусмотрено иное), а также в случаях приостановления или аннулирования разрешения (лицензии) (пункт 3 статьи 49 ГК РФ).

В соответствии со статьей 2 Федерального закона «О лицензировании отдельных видов деятельности» под осуществлением предпринимательской деятельности с нарушением лицензионных требований и условий следует понимать занятие определенным видом предпринимательской деятельности на основании специального разрешения (лицензии) лицом, не выполняющим лицензионные требования и условия, выполнение которых лицензиатом обязательно при осуществлении лицензируемого вида деятельности.

5. Действия лица, занимающегося частной медицинской практикой или частной фармацевтической деятельностью без соответствующего специального разрешения (лицензии), если они повлекли по неосторожности причинение вреда здоровью или смерть человека, надлежит квалифицировать по соответствующей части статьи 235 УК РФ.

В том случае, когда осуществление частной медицинской практики или частной фармацевтической деятельности без соответствующего специального разрешения (лицензии) не повлекло последствий, указанных в статье 235 УК РФ, но при этом был причинен крупный ущерб гражданам, организациям или государству либо извлечен доход в крупном размере или в особо крупном размере, действия лица следует квалифицировать по соответствующей части статьи 171 УК РФ.

6. Если юридическое лицо, имеющее специальную правоспособность для осуществления лишь определенных видов деятельности (например, банковской, страховой, аудиторской), занимается также иными видами деятельности, которыми оно в соответствии с учредительными документами и имеющейся лицензией заниматься не вправе, то такие действия, сопряженные с неправомерным осуществлением иных видов деятельности, должны рассматриваться как незаконная предпринимательская деятельность без регистрации либо незаконная предпринимательская деятельность без специального разрешения (лицензии) в случаях, когда такое разрешение обязательно.

7. Согласно статье 2 Федерального закона «О лицензировании отдельных видов деятельности» лицензирующими органами являются федеральные органы исполнительной власти, органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации.

Лицензирующими органами могут также выступать органы местного самоуправления, например в случаях выдачи лицензии на право ведения образовательной деятельности, розничной продажи алкогольной продукции (пункт 7 статьи 33 Федерального закона «Об образовании», статья 18 Федерального закона «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта и алкогольной продукции»).

8. Судам следует иметь в виду, что в тех случаях, когда субъект Российской Федерации принял нормативный правовой акт по вопросам, вытекающим из отношений, связанных с лицензированием отдельных видов деятельности, в нарушение своей компетенции либо с нарушением федерального закона или когда такое правовое регулирование относится к совместному ведению Российской Федерации и субъектов Российской Федерации (статья 76 Конституции Российской Федерации), применяется федеральный закон.

9. Если федеральным законом разрешено заниматься предпринимательской деятельностью только при наличии специального разрешения (лицензии), но порядок и условия не были установлены, а лицо стало осуществлять такую деятельность в отсутствие специального разрешения (лицензии), то действия этого лица, сопряженные с извлечением дохода в крупном или особо крупном размере либо с причинением крупного ущерба гражданам, организациям или государству, следует квалифицировать как осуществление незаконной предпринимательской деятельности без специального разрешения (лицензии).

10. По смыслу закона субъектом преступления, предусмотренного статьей 171 УК РФ, может быть как лицо, имеющее статус индивидуального предпринимателя, так и лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность без государственной регистрации в качестве индивидуального предпринимателя.

При осуществлении организацией (независимо от формы собственности) незаконной предпринимательской деятельности ответственности по статье 171 УК РФ подлежит лицо, на которое в силу его служебного положения постоянно, временно или по специальному полномочию были непосредственно возложены обязанности по руководству организацией (например, руководитель исполнительного органа юридического лица либо иное лицо, имеющее право без доверенности действовать от имени этого юридического лица), а также лицо, фактически выполняющее обязанности или функции руководителя организации.

11. Если лицо (за исключением руководителя организации или лица, на которое постоянно, временно или по специальному полномочию непосредственно возложены обязанности по руководству организацией) находится в трудовых отношениях с организацией или индивидуальным предпринимателем, которые осуществляют свою деятельность без регистрации, с нарушением правил регистрации, без специального разрешения (лицензии) либо с нарушением лицензионных требований и условий или с предоставлением заведомо подложных документов, то выполнение этим лицом обязанностей, вытекающих из трудового договора, не содержит состава преступления, предусмотренного статьей 171 УК РФ.

12. Под доходом в статье 171 УК РФ следует понимать выручку от реализации товаров (работ, услуг) за период осуществления незаконной предпринимательской деятельности без вычета произведенных лицом расходов, связанных с осуществлением незаконной предпринимательской деятельности.

13. При исчислении размера дохода, полученного организованной группой лиц, судам следует исходить из общей суммы дохода, извлеченного всеми ее участниками.

В том случае, когда незаконная предпринимательская деятельность, осуществленная организованной группой лиц, была сопряжена с извлечением дохода в особо крупном размере, действия этих лиц подлежат квалификации по пунктам «а» и «б» части 2 статьи 171 УК РФ с приведением в описательно-мотивировочной части приговора мотивов принятого решения.

14. Если при занятии незаконной предпринимательской деятельностью лицо незаконно использует чужой товарный знак, знак обслуживания, наименование места происхождения товара или сходные с ними обозначения для однородных товаров и при наличии иных признаков преступления, предусмотренного статьей 180 УК РФ, содеянное им надлежит квалифицировать по совокупности преступлений, предусмотренных статьями 171 и 180 УК РФ.

15. Если в процессе незаконной предпринимательской деятельности осуществляются производство, приобретение, хранение, перевозка в целях сбыта или сбыт немаркированных товаров и продукции, подлежащих обязательной маркировке марками акцизного сбора, специальными марками или знаками соответствия, защищенными от подделок, совершенные в крупном или особо крупном размере, действия лица надлежит квалифицировать по совокупности преступлений, предусмотренных статьями 171 и 1711 УК РФ.

В тех случаях, когда незаконная предпринимательская деятельность была связана с производством, хранением или перевозкой в целях сбыта либо сбытом товаров и продукции, выполнением работ или оказанием услуг, не отвечающими требованиям безопасности жизни или здоровья потребителей, содеянное образует совокупность преступлений, предусмотренных соответствующими частями статьи 171 и статьи 238 УК РФ.

Если незаконная предпринимательская деятельность сопряжена с несанкционированными изготовлением, сбытом или использованием, а равно подделкой государственного пробирного клейма, действия лица надлежит квалифицировать по совокупности преступлений: по статье 171 УК РФ, а также по статье 181 УК РФ как совершенные из корыстной или иной личной заинтересованности.

16. Действия лица, признанного виновным в занятии незаконной предпринимательской деятельностью и не уплачивающего налоги и (или) сборы с доходов, полученных в результате такой деятельности, полностью охватываются составом преступления, предусмотренного статьей 171 УК РФ. При этом имущество, деньги и иные ценности, полученные в результате совершения этого преступления, в соответствии с пунктами 2 и 21 части 1 статьи 81 УПК РФ признаются вещественными доказательствами и в силу пункта 4 части 3 статьи 81 УПК РФ подлежат обращению в доход государства с приведением в приговоре обоснования принятого решения.

17. Если федеральным законодательством из перечня видов деятельности, осуществление которых разрешено только на основании специального разрешения (лицензии), исключен соответствующий вид деятельности, в действиях лица, которое занималось таким видом предпринимательской деятельности, отсутствует состав преступления, предусмотренный статьей 171 УК РФ.

18. В тех случаях, когда лицо, имея целью извлечение дохода, занимается незаконной деятельностью, ответственность за которую предусмотрена иными статьями Уголовного кодекса Российской Федерации (например, незаконным изготовлением огнестрельного оружия, боеприпасов, сбытом наркотических средств, психотропных веществ и их аналогов), содеянное им дополнительной квалификации по статье 171 УК РФ не требует.

19. Судам следует иметь в виду, что под финансовыми операциями и другими сделками, указанными в статьях 174 и 1741 УК РФ, следует понимать действия с денежными средствами, ценными бумагами и иным имуществом (независимо от формы и способов их осуществления, например, договор займа или кредита, банковский вклад, обращение с деньгами и управление ими в задействованном хозяйственном проекте), направленные на установление, изменение или прекращение связанных с ними гражданских прав или обязанностей. К сделкам с имуществом или денежными средствами может относиться, например, дарение или наследование.

При этом по смыслу закона ответственность по статье 174 УК РФ или по статье 1741 УК РФ наступает и в тех случаях, когда виновным лицом совершена лишь одна финансовая операция или одна сделка с приобретенными преступным путем денежными средствами или имуществом.

20. Для решения вопроса о наличии состава преступления, предусмотренного статьей 174 УК РФ, необходимо установить, что лицо совершило указанные финансовые операции и другие сделки с денежными средствами или иным имуществом в целях придания правомерного вида владению, пользованию и распоряжению указанными денежными средствами или иным имуществом.

При решении вопроса о наличии в действиях лица признаков состава преступления, предусмотренного статьей 174 УК РФ, судам следует выяснять, имеются ли в деле доказательства, свидетельствующие о том, что лицу, совершившему финансовые операции и другие сделки, было достоверно известно, что денежные средства или иное имущество приобретены другими лицами преступным путем.

21. При постановлении обвинительного приговора по статье 174 УК РФ или по статье 1741 УК РФ судом должен быть установлен факт получения лицом денежных средств или иного имущества, заведомо добытых преступным путем либо в результате совершения преступления.

22. В тех случаях, когда лицо приобрело денежные средства или иное имущество в результате совершения преступления и использовало эти денежные средства или иное имущество для совершения финансовых операций и других сделок, содеянное этим лицом подлежит квалификации по совокупности преступлений (например, как получение взятки, кража, мошенничество и как легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества).

23. Под лицами, использующими свое служебное положение (пункт «б» части 3 статьи 174 и пункт «б» части 3 статьи 1741 У К РФ), следует понимать должностных лиц, служащих, а также лиц, осуществляющих управленческие функции в коммерческих и иных организациях.

24. Использование нотариусом своих служебных полномочий для удостоверения сделки, заведомо для него направленной на легализацию (отмывание) денежных средств или иного имущества, квалифицируется как пособничество по части 5 статьи 33 УК РФ и соответственно по статье 174 или статье 1741 УК РФ и при наличии к тому оснований — по статье 202 УК РФ.

25. Сбыт имущества, которое было получено в результате совершения преступления (например, хищения) иными лицами, не образует состава легализации (отмывания) денежных средств или иного имущества (статья 174 УК РФ), если такому имуществу не придается видимость правомерно приобретенного. В зависимости от конкретных обстоятельств дела указанные действия могут содержать признаки состава преступления, предусматривающего ответственность за хищение (в форме пособничества) либо состава преступления, предусмотренного статьей 175 УК РФ.

26. Если лицом был заключен договор купли-продажи в целях легализации имущества, полученного им в результате преступления, и покупатель, осознавая указанное обстоятельство, приобрел это имущество для придания правомерного вида владению, пользованию или распоряжению им, то действия покупателя надлежит квалифицировать по соответствующей части статьи 174 УК РФ, а действия продавца — по соответствующей части статьи 1741 УК РФ.

27. Если при рассмотрении уголовного дела по обвинению лица в совершении преступления, предусмотренного статьей 174 или статьей 1741 УК РФ, будет установлено, что имущество, деньги и иные ценности получены в результате преступных действий либо нажиты преступным путем, они в соответствии с пунктами 2 и 21 части 1 статьи 81 УПК РФ признаются вещественными доказательствами и на основании пункта 4 части 3 указанной статьи подлежат возвращению законному владельцу либо обращению в доход государства с приведением в приговоре обоснования принятого решения.

Председатель Верховного Суда
Российской Федерации
В. Лебедев

Секретарь Пленума,
судья Верховного Суда
Российской Федерации
В. Демидов

СТ 171 УПК РФ

1. При наличии достаточных доказательств, дающих основания для обвинения лица в совершении преступления, следователь выносит постановление о привлечении данного лица в качестве обвиняемого.

2. В постановлении должны быть указаны:

1) дата и место его составления;

2) кем составлено постановление;

3) фамилия, имя и отчество лица, привлекаемого в качестве обвиняемого, число, месяц, год и место его рождения;

4) описание преступления с указанием времени, места его совершения, а также иных обстоятельств, подлежащих доказыванию в соответствии с пунктами 1-4 части первой статьи 73 настоящего Кодекса;

5) пункт, часть, статья Уголовного кодекса Российской Федерации, предусматривающие ответственность за данное преступление;

6) решение о привлечении лица в качестве обвиняемого по расследуемому уголовному делу.

3. При обвинении лица в совершении нескольких преступлений, предусмотренных разными пунктами, частями, статьями Уголовного кодекса Российской Федерации, в постановлении о привлечении его в качестве обвиняемого должно быть указано, какие деяния вменяются ему по каждой из этих норм уголовного закона.

4. При привлечении по одному уголовному делу в качестве обвиняемых нескольких лиц постановление о привлечении в качестве обвиняемого выносится в отношении каждого из них.

Комментарий к Статье 171 Уголовно-процессуального кодекса

1. Привлечение к уголовной ответственности возможно только при доказанности виновности лица в совершении преступления и соблюдении положений о презумпции невиновности. Принимая решение о вынесении постановления о привлечении в качестве обвиняемого, следователь должен быть убежден в том, что событие преступления имело место; данное преступление виновно совершено конкретным лицом и его совершение другими лицами исключается; преступлением причинен вред; отсутствуют обстоятельства, исключающие уголовную ответственность. То есть следователь обязан установить по отношению к каждому предполагаемому обвиняемому и совершенному им преступлению обстоятельства, входящие в предмет доказывания по делу.

2. Обвинение должно основываться на доказательствах. Непроцессуальные средства не могут использоваться в обвинении. Доказательства должны отвечать требованиям относимости, допустимости, достоверности и достаточности. Они не могут быть противоречивыми, допускающими иной вывод, отличный от решения о привлечении в качестве обвиняемого; доказательств должно быть достаточное количество, которое по своему содержанию также исключает другое решение.

3. При принятии решения о привлечении в качестве обвиняемого у следователя должна быть внутренняя убежденность в виновности лица в совершении преступления. Она формируется на основании имеющихся в деле доказательств, соответствующих требованиям закона. Вывод следователя о виновности нельзя отождествлять с признанием лица виновным от имени государства, что находится в компетенции суда. Уголовно-процессуальное действие по привлечению в качестве обвиняемого не влечет за собой возможности применения уголовно-правовых мер воздействия, так как это также находится в исключительной компетенции суда.

4. Предъявлением обвинения расследование по делу не заканчивается. Поэтому обстоятельства преступления, доказательственная база могут изменяться. Закон допускает при необходимости, предопределяемой наличием соответствующих доказательств, изменять предъявленное обвинение (при дальнейшем расследовании возможно установление новых эпизодов преступной деятельности, соучастников, факты совершения новых преступлений, могут устанавливаться доказательства, указывающие на частичную невиновность обвиняемого, и т.п.). На момент привлечения в качестве обвиняемого некоторые параметры обвинения, обстоятельства преступления могут быть точно не установлены (обстоятельства, отягчающие и смягчающие наказание, конкретный размер ущерба и др.). Поскольку они не влияют на вывод о виновности или невиновности лица в совершении преступления, они могут устанавливаться и после привлечения в качестве обвиняемого.

5. Законом не установлен какой-нибудь формальный срок, период времени, в течение которого должно быть выполнено действие по привлечению в качестве обвиняемого. В то же время неосновательное затягивание с привлечением в качестве обвиняемого, как и необоснованная поспешность, с другой стороны, может привести к привлечению в качестве обвиняемого непричастного к преступлению лица.

6. Момент привлечения в качестве обвиняемого определяется самим следователем. Привлечение в качестве обвиняемого — не только право, но и обязанность следователя при наличии к тому достаточных оснований. Следователь самостоятелен в принятии решения о привлечении в качестве обвиняемого. При его несогласии с указаниями руководителя следственного органа по вопросам привлечения к уголовной ответственности он вправе поступать в соответствии с нормами ч. 3 ст. 38 УПК.

7. О привлечении в качестве обвиняемого следователь выносит постановление, требования к которому изложены в ч. 2 ст. 171 УПК. В нем должны быть указаны:

во вводной части — место и дата его составления; кем составлено постановление с приведением наименования органа предварительного следствия или дознания, классного чина или звания, фамилии, инициалов следователя; номер уголовного дела, фамилия, имя и отчество лица, привлекаемого в качестве обвиняемого;

в резолютивной части — решение о привлечении лица в качестве обвиняемого по расследуемому уголовному делу с изложением фамилии, имени, отчества обвиняемого, даты и места его рождения, пункта, части, статьи УК РФ, предусматривающих ответственность за преступление, а также обязанности следователя объявить данное постановление; подпись следователя;

в удостоверяющей части (в том числе с учетом внесения соответствующих записей при предъявлении обвинения) — время (с точностью до минут) и дата объявления постановления; способ ознакомления обвиняемого с содержанием постановления; факт разъяснения следователем сущности предъявленного обвинения; права обвиняемого, указанные в ст. 47 УПК РФ; подписи обвиняемого и защитника под перечнем прав обвиняемого; запись о лице, объявившем постановление, разъяснившем права и вручившем обвиняемому и его защитнику копию постановления; подпись следователя, предъявившего обвинение; отметка о направлении копии постановления прокурору с удостоверяющей подписью об этом следователя.

8. При обвинении лица в совершении нескольких преступлений, предусмотренных различными пунктами, частями, статьями УК РФ, выносится одно постановление о привлечении лица в качестве обвиняемого и в нем должно быть указано, какие деяния вменяются в вину по каждой из этих норм уголовного закона.

9. Если уголовное дело расследуется в отношении нескольких лиц, то следователь обязан в отношении каждого обвиняемого вынести постановление о привлечении в качестве обвиняемого, в котором указываются все эпизоды его преступной деятельности, все преступления, в совершении которых обвиняется гражданин.

10. Уголовно-процессуальным законодательством РФ в отличие от УПК РСФСР не предусмотрена обязанность следователя выносить мотивированное постановление о привлечении в качестве обвиняемого. Отсутствует и прямое указание на необходимость приведения в постановлении доказательств. Следовательно, доказательства виновности лица в совершении преступления в постановлении не приводятся, однако постановление должно содержать изложение установленных на основании доказательств обстоятельств совершенного преступления, из которых и следует вывод о виновности лица в совершении преступления.

11. С вынесением (со дня вынесения) постановления о привлечении в качестве обвиняемого лицо становится обвиняемым, и одновременно данный акт свидетельствует о факте привлечения к уголовной ответственности.

12. Возбуждение уголовного дела по одной статье УК РФ не препятствует следователю предъявить обвинение по другой уголовно-правовой норме или по их совокупности.

В этой заметке хочется поднять три проблемы, связанные с незаконным предпринимательством, – бланкетность, определение «крупного размера» и декриминализация.

1. Бланкетность

Диспозиция ст.171 – бланкетная. УК содержит общий запрет, а конкретные правила поведения формулируются в специальном законодательстве.

Существует множество классификаций бланкетных норм. Мне по вкусу пришлась одна: разделение бланкетности на явную и неявную. В первом случае в УК есть прямое указание на специальное законодательство (ст. ст. 143, 264), а во втором – нет (ст.171). Использование неявной бланкетности создает трудности для правоприменителя, поскольку юристу уголовно-
правового профиля зачастую непросто оценить массу противоречивых и сложных для понимания специальных норм. Конечно, речь идет о законодательстве о лицензировании (законодательство о регистрации в целом понятно и прозрачно).

Рамочный федеральный закон о лицензировании устанавливает перечень лицензируемых видов деятельности, а конкретный механизм лицензирования в той или иной области не совсем понятен из-за большой совокупности подзаконных актов.

Известны примеры уголовных дел, где следователи вынуждены были обращаться к помощи экспертов, чтобы дать оценку не только деятельности предпринимателей, но и необходимости ее лицензировать. Иными словами, эксперты фактически помогали правоохранителям в квалификации. В этом случае сложно пенять на следователей, поскольку разобраться в специальном законодательстве становится все более проблематично.

Итог – предприниматели могут и не заметить, как они преступили уголовный закон, поскольку большое количество подзаконных актов создает правовую неопределенность. Нормально ли это?

Я считаю, что практика делегированного нормотворчества противоречит такому принципу уголовного права как законность (ст.3 УК РФ). Нормы уголовного права – продукт деятельности Федерального Собрания и Президента. В то же время в уголовно-правовое пространство попадают не только нормы, акторами которых являются вышеуказанные субъекты, но и широкий пласт актов органов исполнительной власти. При изменении содержания подзаконных норм неизменно расширяется или сужается круг уголовно наказуемых деяний.

Эта позиция отражена в Определении Конституционного Суда РФ от 10 июля 2003 г. № 270-О, согласно которому «декриминализация тех или иных деяний может осуществляться не только путем внесения соответствующих изменений в уголовное законодательство, но и путем отмены нормативных предписаний иной отраслевой принадлежности, к которым отсылали бланкетные нормы уголовного закона…».
Несколько позже Конституционный Суд в Постановлении от 16 июля 2015 г. № 22-П сформулировал еще одну правовую позицию: «Требования определенности правовых норм и их согласованности в общей системе правового регулирования, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, приобретают особую значимость применительно к уголовному законодательству, являющемуся по своей природе крайним
(исключительным) средством, с помощью которого государство реагирует на факты противоправного поведения в целях охраны общественных отношений, если она не может быть обеспечена должным образом только с помощью правовых норм иной отраслевой принадлежности: в силу этого любое преступление, а равно наказание за его совершение должны быть четко определены в законе, причем таким образом, чтобы исходя
непосредственно из текста соответствующей нормы — в случае необходимости с помощью толкования, данного ей судами, — каждый мог предвидеть уголовно-правовые последствия своих действий (бездействия)».

Таким образом, в случае неопределенности бланкетных норм и скрывающихся под ним норм специального законодательства нарушается не только принцип законности, но и принцип вины. Незаконное предпринимательство совершается только умышленно. Известно, что
интеллектуальная сторона умысла предполагает, что лицо должно осознавать общественную опасность своих действий и предвидеть возможность или неизбежность общественно опасных последствий. Как реализовать императивы ст. ст. 5 и 25 УК РФ?

Есть мнение, что бланкетность следует ограничить нормами федеральных законов. В таком случае принципы уголовного права заработают правильно. С этим мнением следует согласиться.

2. Крупный размер
Что говорит Верховный Суд РФ о доходе (ст.171 УК РФ)?
Согласно п.12 Постановления Пленума ВС РФ от 18.11.2004 №23 «О судебной практике по делам о незаконном предпринимательстве» под доходом в статье 171 УК РФ следует понимать выручку от реализации товаров (работ, услуг) за период осуществления незаконной
предпринимательской деятельности без вычета произведенных лицом расходов, связанных с осуществлением незаконной предпринимательской деятельности.
Данное правило говорит о том, что виновному будет инкриминироваться все «заработанное», без вычета уплаченных с этих сумм налогов, заработной платы, оплаты коммунальных услуг и т.д.

Думается, что правовую позицию ВС нельзя понимать буквально. Тут
необходим дифференцированный подход. Применительно к работам или услугам в целом можно поставить знак «равно» между выручкой и выгодой. В то же время при сделках с товарами нужно учитывать, что предпринимателем изначально этот товар где-то закупался, а значит, вменять следует только сумму торговой наценки.

Как соотносятся понятия «доход» и «выручка»?
Доход — экономическая выгода в денежной или натуральной форме, учитываемая в случае возможности ее оценки и в той мере, в которой такую выгоду можно оценить, и определяемая в соответствии с главами «Налог на доходы физических лиц» и «Налог на прибыль организаций» (ст.41 НК РФ). Доходом от реализации признается выручка от реализации товаров как собственного производства, так и ранее приобретенных. При этом выручка от
реализации определяется исходя из всех поступлений, связанных с расчетами за реализованные товары, выраженных в денежной и (или) натуральной формах (ст.249 НК РФ).

И в завершении приведем нормы ст.268 НК РФ: при реализации товаров налогоплательщик вправе уменьшить доходы на стоимость реализованных товаров. Если цена приобретения имущества с учетом расходов на реализацию превышает выручку, разница между этими
величинами признается убытком.
Итог — при исчислении «размера дохода» не следует учитывать «убытки».

3. Декриминализация
Пытались многие. Верховный Суд РФ, Министерство экономического развития РФ, а также депутаты Государственной Думы РФ предлагали различные способы облегчения уголовно-правового закона в части ст.171 УК РФ. Не получилось. Однако пора сделать решительный шаг.
У незаконного предпринимательства два альтернативных конструктивных признака:
• причинение крупного ущерба гражданам, организациям или государства;
• извлечение дохода в крупном размере.
Крупный ущерб – оценочное понятие. ВС о нем умалчивает. В отдельных комментариях информации тоже не много, но она есть. Так, в комментарии к УК РФ Г.А. Есакова в качестве примера приводится «неуплата налогов». В этом плане с признаком крупный размер проблем возникает меньше – есть нормативно установленные размеры.
Я искренне уверен, что ст.171 УК РФ давно себя изжила, требуется ее исключение из уголовного законодательства. Ведь задача уголовного права – охранять общество самым карательным образом, а значит, за самые опасные деяния.
В чем повышенная общественная опасность незаконного предпринимательства в крупном и особо крупном размерах? Ответ – деньги уводятся в тень. Но ведь существует целый ряд составов, которые позволяют это предотвратить. Это и незаконная банковская деятельность (ст.172), и неуплата налогов (ст.199). Получается, что вся криминальная деятельность предпринимателей все равно будет находиться под уголовным колпаком специальных норм, охраняющих нашу экономику.
При этом в КоАП содержится облегченная административно-деликтная версия незаконного предпринимательства (ст.14.1), которая может выступить аналогом уголовно-правового запрета (хотя с учетом размеров санкций ставится под сомнение карательная легкость административно-правового воздействия).
Итог – необходима декриминализация.

Субъект преступления — вменяемое физическое лицо, достигшее возраста 16 лет. То обстоятельство, что гражданская дееспособность возникает в полном объеме с 18 лет, не исключает уголовной ответственности за незаконное предпринимательство несовершеннолетних. При этом нельзя придавать принципиальное значение тому обстоятельству, что возможна эмансипация несовершеннолетнего. Несовершеннолетний, не достигший возраста 18 лет, незаконным предпринимательством может заниматься и без эмансипации.

Если с индивидуальным предпринимательством определение субъекта преступления не вызывает вопросов – таковым является непосредственно предприниматель (лицо осуществляющее индивидуальную деятельность, направленную на систематическое извлечение прибыли), то определение субъекта в организациях – вопрос весьма проблематичный, как в теории уголовного права, так и на практике.

Пленум ВС РФ в своем Постановлении №23 разъяснил, что при осуществлении организацией (независимо от формы собственности) незаконной предпринимательской деятельности ответственности по ст.171 УК РФ подлежит лицо, на которое в силу его служебного положения постоянно, временно или по специальному полномочию были непосредственно возложены обязанности по руководству организацией (например, руководитель исполнительного органа юридического лица либо иное лицо, имеющее право без доверенности действовать от имени этого юридического лица), а также лицо, фактически выполняющее обязанности или функции руководителя организации (п.10 Постановления).

Если лицо (за исключением руководителя организации или лица, на которое постоянно, временно или по специальному полномочию непосредственно возложены обязанности по руководству организацией) находится в трудовых отношениях с организацией или индивидуальным предпринимателем, которые осуществляют свою деятельность без регистрации, с нарушением правил регистрации, без специального разрешения (лицензии) либо с нарушением лицензионных требований и условий или с предоставлением заведомо подложных документов, то выполнение этим лицом обязанностей, вытекающих из трудового договора, не содержит состава преступления, предусмотренного статьей 171 УК РФ (п.11 постановления Пленума ВС РФ №23).

Нельзя согласиться с той точкой зрения, что ответственность за осуществление предпринимательской деятельности организацией без лицензии или с нарушением условий лицензирования несет только руководитель этой организации. Решение об осуществлении такой деятельности может быть принято и иными лицами, напр., руководителем структурного подразделения организации, о чем руководитель организации может и не знать.

В юридической литературе высказана точка зрения о том, что некоторые работники, выполняющие в организации управленческие функции, могут как исполнители нести ответственность за осуществление организацией предпринимательской деятельности без лицензии или с нарушением условий лицензирования. Дело в том, что деятельность организации невозможна иначе чем посредством деятельности ее работников, в т.ч. ее руководителей, их заместителей, руководителей структурных подразделений и др.

Исходя из сказанного, отдельные исследователи говорят о специальном признаке субъекта – это лицо, на котором, в том числе, лежит обязанность пройти регистрацию, получить лицензию, соблюдать условия лицензирования.

В настоящее время, подчеркнем еще раз, специальным субъектом «от организации», является лицо, на которое в силу его служебного положения постоянно, временно или по специальному полномочию были непосредственно возложены обязанности по руководству организацией.

Неточность легальных формулировок, а также несогласованность положений УК РФ с гражданским законодательством порождает и иные вопросы. Так, не один из исследователей не ставит вопрос о том, может ли субъект рассматриваемого преступления быть коллективным (коллегиальным)? Поясним, к примеру, действующее, акционерное законодательство допускает создание во главе общества коллегиального исполнительного органа, при этом во главе такого органа действует председатель. Возникает логичный вопрос: является в случае наличия состава преступления субъектом председатель или же весь коллегиальный орган? Или члены коллегиального органа являются соучастниками?

Представляется, что ответ на данный вопрос должен быть дан в зависимости от компетенции членов коллегиального органа. И если предположить, что решение, которое де факто, было направлено на нарушение закона было принято совместно – ответственность должны нести все члены коллегиального органа. Впрочем и здесь есть место для дискуссии: должны ли нести ответственность те лица, которые не принимали участия в принятия решения? На наш взгляд, ответы на данные вопросы должен дать Пленум ВС РФ.

Также не просто решить вопрос с пособничеством в незаконном предпринимательстве. Представляется, что деятельность работников незаконного предпринимателя (даже и осознающих незаконность действий их работодателя) может рассматриваться в качестве пособничества в незаконном предпринимательстве лишь в том случае, если направлена на осуществление именно незаконного предпринимательства, а не предпринимательской деятельности как таковой. Пособничество в незаконном предпринимательстве — это содействие не осуществлению предпринимательской деятельности, а сокрытию ее от государственного контроля.

Говоря об ответственности «группы работников» или всего юридического лица за незаконное предпринимательство, отдельные исследователи делают революционные предложения. Так, А.Лубешко отмечает: с учетом складывающейся следственно-судебной практики целесообразно установить уголовную ответственность за незаконное предпринимательство для юридических лиц. Возложение вины, например, за нарушение лицензионных требований на одного человека, который, согласно своим обязанностям, обязан был за этим следить и контролировать, не совсем справедливо, в таком случае, скорее всего, нужно вести речь не о незаконном предпринимательстве, а о других составах (например, ст. 293 УК РФ — халатность, ст. 266 УК РФ — недоброкачественный ремонт транспортных средств и выпуск их в эксплуатацию с техническими неисправностями, ст. 268 УК РФ — нарушение правил, обеспечивающих безопасную работу транспорта, ст. 269 УК РФ — нарушение правил безопасности при строительстве, эксплуатации или ремонте магистральных трубопроводов и др.). Если возлагать вину на собственника предприятия, то и здесь возникает вопрос, заключающийся в том, что собственник далеко не всегда сам лично может решать и решает вопросы, связанные с регистрацией предпринимательской деятельности, соблюдением лицензионных требований.

Таким образом, для А.Лубешко решение возникшей проблемы при незаконном предпринимательстве видится в установлении уголовной ответственности юридических лиц. Данной позиции придерживаются и другие ученые-юристы.

Нельзя не согласиться в благих намерениях автора, между тем, не согласимся с общим направлением высказанного предложения. Необходимо ввести не уголовную ответственность юридических лиц за рассматриваемое преступление, а дополнительную административную ответственность, что полностью бы отвечало принципам действующего уголовного и административного законодательства РФ.

Рациональным представляется предложение этого же автора о закреплении сложившегося в практике положения об установлении уголовной ответственности за незаконное предпринимательство не с 16, а с 18 лет в силу того, что до 18 лет лица не могут полностью осознавать общественной опасности незаконного предпринимательства из-за недостаточности знаний и жизненного опыта.

И здесь необходимо обратить внимание на следующие обстоятельства. В случае если несовершеннолетний неэмансипированный гражданин в возрасте от 16 до 18 лет пожелает заняться предпринимательской деятельность, то прежде чем обратиться в уполномоченный государственный орган с заявлением о государственной регистрации в качестве предпринимателя, он должен получить согласие законных представителей на занятие предпринимательской деятельностью. Такое согласие предполагает возникновение гражданских правоотношений между несовершеннолетним и его законными представителями. В случае же незаконной предпринимательской деятельности такого лица, по общему правилу, не возникает согласия родителей на осуществление несовершеннолетним предпринимательской деятельности.

Таким образом, представляется необходимым внести в ст. 20 УК РФ ч. 2-1, в которой предусмотреть, что лица, достигшие ко времени совершения преступления восемнадцатилетнего возраста подлежат уголовной ответственности за незаконное предпринимательство (ст. 171 УК РФ). До 18-летнего возраста на виновных в таком деянии должна возлагаться административно-правовая ответственность согласно ст. 14.1 КоАП РФ.

Перейдем к рассмотрению субъективной стороны преступления предусмотренного ст.171 УК РФ.

В теории уголовного права преобладает точка зрения, что субъективная сторона незаконного предпринимательства характеризуется виной в форме умысла (прямого или косвенного).

Однако нельзя не учитывать, что при незаконном предпринимательстве отношение к последствиям в виде «крупного ущерба» может быть и неосторожным.

Согласимся с И.А. Клепицким, считающим, что в указанном случае деяние и в целом в силу прямого указания закона (ст. 25 и 26 УК РФ) следует признать неосторожным. Не исключается при таких обстоятельствах и косвенный умысел. Более того, прямой умысел по отношению к вредным последствиям не характерен для предпринимательства, целью которого является систематическое получение прибыли.

Понимание вины при незаконном предпринимательстве в виде исключительно умысла привело к тому, что в практике незаконное предпринимательство, причинившее крупный ущерб, почти не встречается (за исключением вменения в качестве крупного ущерба убытков, понесенных государством в результате уклонения от уплаты налогов незаконным предпринимателем, получившим одновременно и доход в крупном размере). Те вредные последствия, которые с прямым умыслом причиняются лицом даже и в связи с незаконным осуществлением предпринимательской деятельности, связаны причинной связью, как правило, не с предпринимательством как таковым, а с конкретными деяниями, прямо направленными на причинение ущерба, которые квалифицируются по нормам, предусматривающим ответственность за мошенничество, обман потребителей (напр., при сбыте фальсифицированных товаров), уклонение от уплаты налогов и др. Установление предметного содержания вины при незаконном предпринимательстве усложняется в связи с тем, что деяние (предпринимательство) предполагает целенаправленную деятельность (цель систематического получения прибыли), при этом цель деятельности не тождественна последствиям в виде крупного ущерба, и ее достижение не влечет с неизбежностью наступления этих последствий, т.е. речь идет об «искусственном материальном составе».

Для незаконного предпринимательства, сопряженного с извлечением крупного дохода, напротив, характерен прямой умысел. По отношению к размеру дохода прямой умысел нередко не конкретизирован. Незаконный предприниматель иногда не знает, какой доход получит от своей деятельности, рассчитывая заработать «хоть что-то» и чем больше, тем лучше, что исключает ответственность за покушение на незаконное предпринимательство, сопряженное с извлечением дохода в крупном размере. В противном случае любого незаконного предпринимателя можно было бы привлечь за покушение на это преступление. Вместе с тем если умысел конкретизирован в отношении размера дохода, то не исключено и покушение, напр., предприниматель делает оферту совершить сделку, совершение которой с неизбежностью доставит ему доход в крупном размере.

Клепицкий И.А. Система хозяйственных преступлений – М.: Статут. – 2005. – с. 139.

Лубешко В.Н Диссертация. Незаконное предпринимательство как вид преступного посягательства против установленного порядка экономической деятельности (уголовно-правовой и криминологический аспекты). — Ростов-на-Дону. 2004.

См. например: Кравец Ю.П. Об уголовной ответственности юридических лиц за преступления в сфере предпринимательской деятельности // Журнал российского права. – 2004. — №6; Волженкин Б.В. Уголовная ответственность юридических лиц. — СПб. — 1998 и др.

Пятков Д.В. Формирование правосубъектности предпринимателя // Журнал российского права. – 2006. — №1.

Лубешко В.Н Диссертация. Незаконное предпринимательство как вид преступного посягательства против установленного порядка экономической деятельности (уголовно-правовой и криминологический аспекты). — Ростов-на-Дону. 2004.

Клепицкий И.А. Система хозяйственных преступлений – М.: Статут. – 2005. – с. 141.

Записи созданы 8132

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Похожие записи

Начните вводить, то что вы ищите выше и нажмите кнопку Enter для поиска. Нажмите кнопку ESC для отмены.

Вернуться наверх