Помещичьих земель

Военно-полевые суды. Чрезвычайные военно-судебные органы. Учреждены по «Положению Совета министров от 19.8.1906 о военно-полевых судах» для ускорения судопроизводства по делам о военных и гражданских лицах, обвиняемых в разбое, убийствах, грабеже, нападениях на военных, полицейских и должностных лиц и в других тяжких преступлениях, в тех случаях, когда за очевидностью преступления нет необходимости в дополнительном расследовании. Военно-полевые суды вводились как чрезвычайная мера в борьбе с революционными выступлениями и террористическими актами в целях внутренней политической стабилизации в стране. Законопроект о военно-полевых судах был разработан по указанию императора Николая II главным военным прокурором В.П.Павловым, при участии И.Г.Щегловитова. Непосредственным поводом для принятия законопроекта в порядке междумского законодательства в соответствии с 87 ст. Основных законов послужило покушение на Председателя Совета министров П.А.Столыпина 12.8.1906, в котором пострадали его дочь и сын, а также погибли 27 и были ранены 32 человека. Военно-полевые суды вводились в местностях, объявленных на военном положении или положении чрезвычайной охраны. За 1906-07 были введены в 82 губерниях из 87, переведенных на военное положение или положение чрезвычайной охраны. Ускоренный порядок судопроизводства в военно-полевых судах определялся «Положением о военно-полевых судах» от 20.8.1906. Суд состоял из председателя и 4 членов суда, назначаемых из строевых офицеров начальником гарнизона (командиром порта) по приказу генерал-губернатора или главнокомандующего. Никакого предварительного следствия не проводилось, сам приговор основывался на материалах охранного отделения или жандармского управления. Судебное заседание проводилось без участия в нем прокурора, защитника или свидетелей защиты при закрытых дверях. Обвинительный акт заменялся приказом о предании суду. По личному распоряжению Николая II в положение был вписан пункт, по которому приговор должен был выноситься не позже чем через 48 час., сразу же получать законную силу и в течение 24 часов приводиться в исполнение по распоряжению начальника гарнизона. Осужденные имели право подавать прошение о помиловании, однако 7.12.1906 военное министерство отдало распоряжение «оставлять эти просьбы без движения». За восемь месяцев своего существования военно-полевые суды вынесли 1102 смертных приговора, однако казнено было 683 человека.
Правительство не вносило закон о военно-полевых судах на рассмотрение 2-й Государственной Думы, понимая, что он не будет утвержден левым большинством Думы и послужит поводом для критики внутриполитического правительственного курса. Кроме того, сам Столыпин рассматривал введение военно-полевых судов как исключительную меру, не допустимую в качестве постоянного фактора в борьбе с революцией. Тем не менее, кадетская фракция 9.3.1907 г. внесла законопроект «Об отмене высочайше утвержденного 19 августа 1906 г. положения Совета Министров об учреждении военно-полевых судов», используя обсуждение этого вопроса в целях укрепления собственных политических позиций и сглаживания наметившихся противоречий с левым крылом Думы. Депутат В.А.Маклаков, выступая в Думе 12.3.1907 г. от имени фракции кадетов по внесенному законопроекту, подчеркнул, что военно-полевые суды бьют по самой идее государства, по идее права и закона, разрушают основы общежития и грозят поставить озверелое стадо на место цивилизованного общества, однако признал за правительством право бороться с революцией строгими репрессивными мерами, но в рамках закона, принятого в правовом государстве. Столыпин, выступая в Думе 13.3.1907 по вопросу о муждумском законодательстве, осуществленном в порядке 87 ст. Основных законов (включая и указ о введении военно-полевых судов), подтвердил, что правительство не будет вносить закон о военно-полевых судах на рассмотрение Думы и приостановит его применение до 20 апреля, то есть до окончания срока его действия. Премьер назвал военно-полевые суды жестокой мерой «необходимой обороны», и заявил, что государство обязано, находясь в опасности, принимать исключительные законы, «чтобы оградить себя от распада». Подобные меры, подчеркнул он, могут носить только временный характер, так как их длительное применение может «отразиться на самом народе, нравы которого должны воспитываться законом».
Закон 19.8.1906 о военно-полевых судах автоматически потерял силу 20.4.1907. Рассмотрение дел о тягчайших преступлениях передавалось в военно-окружные суды, в которых соблюдались процессуальные нормы производства. Военно-окружные суды с 1907 по1909 вынесли 4232 смертных приговора, из которых были приведены в исполнение 1824. После 1909 число казненных по приговорам военно-окружных сократилось в 1910 до 129, в 1911 до 58 человек. В отношении военных лиц продолжало действовать Положение, по которому военно-полевые суды учреждались в чрезвычайных случаях по преступлениям особой важности; право предания военно-полевому суду предоставлялось главнокомандующим и командующим армиями, военными округами или уполномоченным ими лицам; военно-полевые суды продолжали действовать во время 1-й мировой войны. После Февральской революции Временное правительство дважды (13.3. и 13.6.1917) объявляло о ликвидации военно-полевых судов, а затем 12.7.1917 восстановило смертную казнь и учредило аналогичные военно-полевым судам «Ускоренные военно-революционные суды».
Источники: Государственная Дума: Созыв 2-й. Стенографические отчеты. СПб., 1907. Т.1; Столыпин П.А. Нам нужна Великая Россия. Полное собрание речей в Государственной думе и Государственном совете. 1906-1911., М., 1991.
Лит.:
Фалеев Н.И., Шесть месяцев военно-полевой юстиции.//Былое, 1907, №2(14); Полянский Н.Н., Царские суды в борьбе с революцией 1905-1907, М., 1958; История политических репрессий и сопротивления несвободе в СССР, М.,2000; Пожигайло П.А., Шелохаев В.В., Петр Аркадьевич Столыпин: Интеллект и воля, М., 2005.

«Земли помещиков остаются за ними. Дома поселян с огородами оных признаются
их собственностью со всеми земледельческими орудиями и скотом, им принадлежащими».
(Из Конституции Муравьева).

Одной из целей ВСЕХ тайных, как преддекабристских, так и декабристских обществ была отмена крепостного права.
Проект Конституции Н.М.Муравьева о земельном вопросе.
Крепостное право отменялось, однако владения помещиков сохранялись.
Освобождённые крестьяне получали небольшие наделы до 2 десятин (около 2 гектаров) пахотной земли на двор (в XIX веке для прокорма крестьянской семьи требовалось 4 десятины). Для сравнения: Павел I планировал наделить государственных крестьян землёй по норме 15 десятин на двор.
«Русская правда» (Пестель).
«Русская правда» предполагала полную отмену крепостного права.
Вместе с тем решение вопроса о земле было компромиссным. Пестель определил, что половина пахотной земли должна выполнять социальную функцию предотвращения бедности, для чего она должна находиться в общинной собственности. А вторую половину земельного фонда планировалось оставить в собственности помещиков. Помещичья земля предназначалась для сдачи в аренду фермерам — «капиталистам земледельческого класса», которые должны были организовать на ней крупные товарные хозяйства с широким привлечением наёмного труда.
В целом распределение земли между общиной и помещиками по «Русской Правде» примерно соответствовало сложившимся в то время пропорциям. Так, накануне крестьянской реформы 1861 года по шести типичным крепостническим губерниям (Казанской, Воронежской, Саратовской, Псковской, Новгородской и Сибирской) в фактическом распоряжении крестьян находилось 43,3 % общей площади земельных угодий. Таким образом, за помещиками должна была сохраниться подавляющая часть занимаемой ими земли. Сам Пестель думал по этому поводу следующее:

Ещё хуже — отдать землю крестьянам. Здесь речь идёт о капитале и просвещении, а крестьяне не имеют ни того, ни другого.

Несмотря на указанные ограничения, проект Пестеля был для того времени чрезвычайно радикальным. Накануне реформы 1861 г. крестьянская запашка, как известно, занимала лишь одну треть обрабатываемых земель — две трети земли были под барской запашкой. Пестель же отдавал крестьянам половину всей обрабатываемой в государстве земли, то есть значительно увеличивал крестьянское землепользование по сравнению с тем количеством земли, которым крестьяне могли пользоваться при крепостном праве. Крестьянская реформа 1861 г., как известно, ещё отрезала от крестьянского землевладения одну пятую крестьянских земель (знаменитые «отрезки») и выселила крестьян «на песочки» (земельные наделы, выделявшиеся крестьянским семьям). Ничего подобного в проекте Пестеля не было. Таким образом, аграрный проект Пестеля выдвигал требование дать крестьянам значительно больше земли, чем дала спустя три десятилетия правительственная реформа. Отсюда следует, что аграрный проект Пестеля гораздо шире, чем реформа 1861 г., открывал дверь именно буржуазному развитию страны.
«Манифест к русскому народу» С. П. Трубецкого.
Восстание на Сенатской площади проходило под третьим программным документом, который был составлен прямо накануне. Цель восстания состояла в том, чтобы Сенат утвердил этот документ, названный «Манифестом к русскому народу».
Согласно манифесту, Сенат должен был объявить ряд свобод (в том числе отменить крепостное право, при этом вопрос о наделении крестьян землёй не ставился).

Члены «Союза спасения» и «Союза благоденствия» даже приносили клятвенное обещание, что, когда им придется владеть крестьянами, они тотчас же отпустят их на волю.
ОДНАКО, НИКТО ИЗ ДЕКАБРИСТОВ ЭТОГО НЕ СДЕЛАЛ.
И не думайте, что этого нельзя было сделать: еще в 1803 году Александром I был издан «Указ о вольных хлебопашцах», по которому помещики получили право освобождать крепостных крестьян поодиночке и селениями с обязательным наделением землей.
И не думайте, что у декабристов (или их близких родственников) не было крепостных, а жили они «на одну зарплату».
Почитайте краткий список членов тайных обществ — создателей и руководителей.
В 1814 году была создана первая тайная организация – «Орден русских рыцарей».
Ее основатель – М.Орлов, участник наполеоновской войны, предполагал отменить крепостное право.

ОРЛОВ Михаил Федорович (25.3.1788 — 19.3.1842). Генерал-майор. Внебрачный сын гр. Федора Григорьевича Орлова, узаконен вместе с другими братьями после смерти отца. За ним имение Милятино Масальского уезда Калужской губернии, в котором 1300 душ и хрустальный завод.

В 1816 году создано первое декабристское общество «Союз спасения».
Основная цель — введение конституции и уничтожение крепостного права.

В январе 1818 был образован «Союз благоденствия».
Целью «Союза благоденствия» провозглашалось нравственное (христианское) воспитание и просвещение народа, помощь правительству в благих начинаниях и смягчение участи крепостных. Скрытая цель была известна лишь членам Коренной управы; она заключалась в установлении конституционного правления и ликвидации крепостничества.

МУРАВЬЕВ Александр Николаевич (10.10.1792 — 18.12.1863). Отставной полковник Гвардии генерального штаба. За женой в Волоколамском уезде Московской губернии в с. Ботове с деревнями 600 душ, приобретенных в долг после свадьбы и заложенных в Опекунском совете, в 1826 имели около 100 тысяч долга.
МУРАВЬЕВ-АПОСТОЛ Матвей Иванович (18.4.1793 — 21.2.1886). Отставной подполковник.
МУРАВЬЕВ-АПОСТОЛ Сергей Иванович (23.10.1795 — 13.7.1826). Подполковник Черниговского пехотного полка.
Отец — Иван Матвеевич Муравьев-Апостол. За ним 3478 душ.
ЯКУШКИН Иван Дмитриевич (28.12.1793 — 11.8.1857). Отставной капитан. За ним в Вяземском уезде Смоленской губернии до 200 душ.
ЛУНИН Михаил Сергеевич (29.12.1787 — 3.12.1845). Подполковник л.-гв. Гродненского гусарского полка. За ним в с. Сергиевском (Инжавино тож) и Никитском Кирсановского уездов Тамбовской губернии, с. Аннино Вольского уезда Саратовской губернии всего 929 душ.

В марте 1821 года по инициативе П. И. Пестеля Тульчинская управа «Союза благоденствия» восстановила тайное общество под названием «Южное общество».

ЮШНЕВСКИЙ 1-й Алексей Петрович (12.3.1786 — 10.1.1844). Генерал-интендант 2 армии. Отец, Петр Христофорович Юшневский, в 1811 купил в Подольской губернии большое имение Хрустовую (более 540 душ) и в Киевской губернии в Чигиринском повете деревню Тишатовку (180 душ). После его смерти (до 1826) все имения перешли к сыновьям: Алексею, Семену и Владимиру.
БЕСТУЖЕВ-РЮМИН Михаил Павлович (23.5.1801 — 13.7.1826). Подпоручик Полтавского пехтного полка. За родителями 641 душа в Нижегородской и Московской губерниях, а также миткалевая фабрика в с. Ново-Никольское Звенигородского уезда Московской губернии.
ДАВЫДОВ Василий Львович (28.3.1793 — 25.10.1855). Отставной полковник. С 1819 постоянно жил в с Каменке Чигиринскхого уезде Киевской губернии, владел 2926 душами, «обремененными долгами».
ВОЛКОНСКИЙ Сергей Григорьевич, кн. (8.12.1788 — 28.11.1865). Генерал-майор, командир 1-й бригады 19-й пехотной дивизии 2-й армии. За ним 1046 душ в Нижегородской губернии и 545 душ в Ярославской губернии, в 1826 на них было до 280 тыс. руб. долга, кроме того владел 10 тыс. десятин земли в Таврической губернии и хутором под Одессой.

«Северное общество» образовалось в Петербурге в 1822 году.

МУРАВЬЕВ Никита Михайлович (9.9.1795 — 28.4.1843). Капитан Гвардейского генерального штаба. Мать, баронесса Екатерина Федоровна Колокольцова, имела каменный дом в Петербурге, «состояния богатого», за ней в Ямбургском уезде 75 душ.
ОБОЛЕНСКИЙ 1-й Евгений Петрович, кн. (6.10.1796 — 26.2.1865). Поручик л.-гв. Финляндского полка, старший адъютант дежурства пехоты гвардейского корпуса. За отцом, тульским губернатором князем Петром Николаевичем Оболенским, в разных губерниях 1348 душ, на которых 338800 рублей долга.
РЫЛЕЕВ Кондратий Федорович (18.9.1795 — 13.7.1826). Отставной подпоручик. Правитель дел канцелярии Российско-Американской компании. Поэт. Мать — Анастасия Матвеевна, в 1800 приобрела с. Батово Петербургской губернии, где и поселилась с сыном (после ее смерти в 1824 году имение перешло к К.Ф. Рылееву, в 1826 в нем 48 душ).
БЕСТУЖЕВ (литературный псевдоним Марлинский) Александр Александрович (23.10.1797 — 7.6.1837). Штабс-капитан лейб-гвардии Драгунского полка. Мать — Прасковья Михайловна. После смерти мужа, А.Ф. Бестужева, ей досталось с. Сольцы Новоладожского уезда Новгородской губернии (в 1826 в нем 34 души), получала пенсию в 2 тыс. руб.
ПУЩИН Иван Иванович (4.5.1798 — 3.4.1859). Коллежский асессор, судья Московского надворного суда. За отцом, Иваном Петровичем Пущиным, в Осташковском уезде Тверской губернии 20 душ, в Бобруйском уезде Минской губернии 357 душ и дом в Петербурге.

Поэтому иначе, как «либеральной болтовней», все рассуждения декабристов об освобождении крестьян назвать не могу.
«Первоначальным намерением общества было освобождение крестьян, способом достижения сего — убедить дворянство сему содействовать и от всего сословия нижайше об оном просить Императора».
(Из показаний декабриста П.И.Пестеля)

ПЕСТЕЛЬ Павел Иванович (24.6.1793 — 13.7.1826). Полковник, командир Вятского пехотного полка. Отец — Иван Борисович Пестель, с 1806 сибирский генерал-губернатор, тайный советник, мать — Елизавета Ивановна Крок; за ней в Красинском уезде Смоленской губернии в с. Васильеве «с деревнями» 149 душ.

«Необходимо объяснить помещикам, что рано или поздно крестьяне будут свободны, что намного полезнее для помещиков самим освободить их, потому что тогда они могут диктовать выгодные для себя условия, что если помещики будут противиться и не согласятся добровольно на освобождение, то крестьяне смогут вырвать у них свободу, и тогда Отчизна может оказаться на краю пропасти».
(Из записок декабриста С.П.Трубецкого)

ТРУБЕЦКОЙ Сергей Петрович, кн. (29.8.1790 — 22.11.1860), полковник, дежурный штаб-офицер 4 пехотного корпуса. За ним вместе с братьями в 1806 числилось в Нижегородской губернии 803 души. Отец — действительный статский советник, нижегородский губернский предводитель дворянства кн. Петр Сергеевич Трубецкой.

«Прибавлю, что в данном случае, как и во многих других, я был очень опечален и поражен полным отсутствием среди добрых предначертаний, предложенных в статьях устава общества, главного на мой взгляд вопроса: освобождения крестьян”.
(Из книги декабриста Н.И.Тургенева «Россия и русские»)

ТУРГЕНЕВ Николай Иванович (12.10.1789 — 29.10.1871). Действительный статский советник. В 1826 за ним числилось около 700 душ в Симбирской губернии. Отец — Иван Петрович Тургенев, директор Московского университета.

В 1818 году декабрист Тургенев «облагодетельствовал» своих крепостных, заменив барщину на оброк, чем возложил на них заботу о продаже урожая. И хотя просили крестьяне вернуть им барщину, либерал Тургенев этого сделать не мог, так как уже «растрезвонил» об этом в столичных салонах.
В 1819 г. санкт-петербургский генерал-губернатор Милорадович пожелал иметь записку о крепостном праве, чтобы представить её государю, и Тургенев составил её. В ней он указывает на то, что правительство должно взять на себя инициативу относительно ограничения крепостного права и устранить обременение крестьян чрезмерной барщиной, продажу людей поодиночке и жестокое с ними обращение; им следует предоставить также право жаловаться на помещиков. Кроме указанных мер, Тургенев предложил сделать некоторые изменения в законе 1803 г. о «свободных хлебопашцах» и, между прочим, разрешить помещикам удерживать за собой право собственности на землю при заключении с крестьянами добровольных условий, то есть освобождать целые вотчины без земли, а крестьянам предоставить право перехода. Осуществление её подорвало бы влияние закона 1803 года, который препятствовал обезземелению вотчин при их освобождении.
Находясь с 1824 года в заграничном отпуске, Тургенев продал родовое симбирское имение, а с ним и крепостных, получив за него весьма значительную сумму; точный размер её неизвестен, но в 1835 г. оно было запродано другому лицу за 412000 руб. ассигн.
Имение перешло в руки двоюродного брата, который дал честное слово «любить и жаловать крестьян»; но тем не менее это была всё-таки продажа крестьян, против которой в эпоху Александра I оба брата всегда возмущались. В объяснение (но не в оправдание) этого факта следует, впрочем, упомянуть, что по смерти Александра Тургенева. брат его, как государственный преступник, не мог бы унаследовать имения и остался бы с семьей без всяких средств.
Точно также поступил и «разбуженный декабристами» А.И. ГЕРЦЕН, внебрачный сын богатого помещика. «Непреодолимая ненависть ко всякому рабству и ко всякому произволу», вызванная детскими впечатлениями от быта крепостных, отнюдь не помешала ему по получении наследства немедленно их продать и уехать в Европу «делать революцию».
Об имениях очень достойных людей, помещиков братьев-декабристов Фонвизиных я уже написал, но хочу на этой страничке повториться.
Михаил Александрович Фонвизин, один из авторов устава Союза благоденствия, в котором, в частности, ставилось целью «стараться об уничтожении крепостного рабства», и в ссылке постоянно обращался к этому вопросу, составляя подробные записки и рассматривая различные варианты и аспекты освобождения крестьян.
Но далее теорий дело не шло. Зато: «В Тобольске, при обилии рыбы и разнородной дичи, стол у них был всегда прекрасный. Сухие же продукты, как то: миндаль, чернослив, грецкие орехи, кофе, горчица, конфеты, масло прованское и т.п., присылались им пудами прямо из Москвы, так что недостатка ни в чем они не имели. Сначала они нанимали квартиры, а потом купили собственный деревянный дом с садом. Так как Наталья Дмитриевна была большая любительница цветов, то разбила и украсила свой сад превосходными цветами, выписывая семена из Риги, от известного в то время садовода Варгина, завела оранжерею и теплицу». (Из воспоминаний М.Д.Францевой)
С крестьянами, принадлежащими царской фамилии (нет владельцев, нет и крепостных) или Церкви («первый нож – на бояр, на вельмож, второй нож – на попов, на святош” — песня, сочиненная Рылеевым), все было ясно.
С дворянами-помещиками декабристы планировали работать убеждением. Но нет ни одного примера, чтобы у них это удалось — даже с самыми близкими родственниками не справились. Полагаю, что и не пытались.
Близкий друг декабристов, Александр Сергеевич ГРИБОЕДОВ, разделявший их убеждения и обличавший крепостное право (Герцен, например, называл Чацкого, главного героя «Горе от ума», «декабристом») не смог или не захотел убедить свою мать-помещицу быть хотя бы более человечной с ее крепостными.

В костромских имениях, купленных матерью Грибоедова, с 1817-го почти до конца 1820 года бунтовали крестьяне. Волнения мужиков были настолько серьезны, что даже потребовалось вмешательство на высшем уровне. Из воспоминаний Якушкина, часто бывавшего в Смоленской губернии, и общавшегося со многими родственниками и свойственниками Грибоедовых, известно, что событие получило широкую огласку. «В Костромской губернии — писал он, — в имении Грибоедовой, матери сочинителя «Горе от ума», крестьяне, выведенные из терпения жестокостью управляющего и поборами выше сил их, вышли из повиновения. По именному повелению к ним была приставлена военная экзекуция и представлено было костромскому дворянству определить количество оброка в Костромской губернии, который был бы не отяготителен для крестьян. Костромское дворянство, как и всякое другое, не будучи врагом самому себе, донесло, что в их губернии семьдесят рублей с души можно полагать оброком самым умеренным. На их донесение не было ни от кого возражений, тогда как всем было известно, что в Костромской губернии ни одно имение не платило такого большого оброка». Грибоедов в этой ситуации ведет себя по меньшей мере странно. Никто из современников не упоминает, что Александр Сергеевич возражал матери, пожелавшей «намолотить ржи на обухе». Причина «индифферентности» поведения Грибоедова не в его лживости или бездушии, она заключается в тех отношениях между сыном и матерью, что обусловлены уже самим появлением Александра Сергеевича на свет. Как ни горько было любящему сыну видеть, что матушка затеяла предприятие неправедное, спорить с ней он считал для себя невозможным.

Все декабристы, по-видимому, рассуждали так же.
Известны лишь два примера ПОПЫТОК дать своим крепостным волю.
Завещание Дмитрия ЛУНИНА, одного из наиболее мужественных и последовательных участников события 14 декабря, изумило даже видавших виды царских чиновников: оно оставляло крестьян после его смерти не только без земли, но и без имущества; более того, «освобожденные» были обязаны «доставлять наследнику доходы». Министерство юстиции не утвердило завещание, начертав резолюцию: «Невозможно дозволить уничтожение крепостного права с оставлением крестьян на землях помещика и со всегдашней обязанностью доставлять ему доходы».
Проект декабриста Ивана ЯКУШКИНА отвергли сами крестьяне. Когда он предложил мужикам покончить с крепостным злом, те задали барину вопрос: «Ты скажи толком, батюшка, земля, которой мы сейчас владеем (а крепостные традиционно считали помещика лишь государевым управляющим на своих землях), она будет наша или как?» Тот ответил, что земля останется за помещиком, но они вольны будут ее арендовать. Иными словами, прежний хозяин получил в руки такой метод принуждения, как страх голода у безземельных селян, и при этом освобождался по отношению к ним от всякой ответственности. Мужики быстро смекнули смысл реформы. Их ответ был короток и мудр: «Ну, батюшка, оставайся все по-старому: мы – ваши, а земля – наша».
Не смог, при всем желании, никого добавить к этому списку академик А.Н.Пыпин в статье «Очерки общественного движение при Александре I» («Вестник Европы» № 12 за 1870 год). Пришлось ограничиться общими словами: «Мысль об освобождении крестьян, без сомнения, под особенным влиянием Н. Тургенева, стала одной из господствующих в тайном обществе, члены которого стали делать и практические попытки освобождения в своих имениях. Опыты были не всегда удачны (напр., Якушкина, который рассказывает о них в своих Записках), отчасти и от самой новости предмета; но по крайней мере важность вопроса была глубоко почувствована, и сближение с крестьянами, внимание к их интересу указали и настоящий, единственный способ решения вопроса — освобождение с землей.», а также явной ложью о том, что «Н.И.Тургенев освободил своих крестьян.»
Пыталась, уже по возвращении из Сибири, освободить своих крестяьн и сердобольная Наталья Дмитриевна ФОНВИЗИНА-ПУЩИНА. Причина, скорее всего, заключалась в опасениях, что после ее смерти законный наследник имений крепостник С.П.Фонвизин (ее родной дядя по матери) будет притеснять крестьян.
Пыталась, но — неудачно. С просьбой она обращалась к министру государственных имуществ М.Н.Муравьеву (брату декабриста А.Н.Муравьева), бывшему декабристу, члену Союза спасения, одному из авторов устава Союза благоденствия.

Из письма И.И.Пущина Е.И.Якушкину (Марьино, 25 сентября 1857 г.):
Жена ездила в Москву для свидания с вашим дядюшкой-министром и между прочим подала ему записку об этом деле, противном, по-моему, правилам народной нравственности. В записке она коротко и ясно изложила, в чем вся штука, сказала, что костромская Палата государственных имуществ два раза отказывает … принять эти бедные души в число казенных крестьян. Он на это ответил, чтоб она опять просила Палату и если Палата откажет, то чтоб ему написала жалобу. Она говорит, что это больше промедление времени, а что его запрос может заставить сейчас кончить дело. Министр решительно объявил, что не может иметь инисиативы. Теперь опять пойдет в долгий ящик. Я решительно не понимаю и вижу в этом ответе, что он гусиной тропой идет. Вот целая история …

Со времен своей революционной молодости граф Муравьев сильно изменился, стал ярым противником освобождения крестьян и на своем министерском посту умело противодействовал готовящейся крестьянской реформе.

Супонина Е.А.

Современная гуманитарная академия, Оренбургский филиал

460858, г. Оренбург, пр-т. Автоматики, д. 8, тел.: (3532) 656237, 632902, 89033623794

ПОЗЕМЕЛЬНОЕ УСТРОЙСТВО ПОМЕЩИЧЬИХ КРЕСТЬЯН С 1861 ГОДА ПО НАЧАЛО ХХ в. В ОРЕНБУРГСКОЙ ГУБЕРНИИ

В статье описывается поземельное устройство помещичьих крестьян после отмены крепостного права: размеры и качество выделенной земли, процентное соотношение выделяемых наделов по уездам, а также соотношение земельных наделов в Оренбургской губернии и по России. Статья изложена частями, в зависимости от категории землевладения: частновладельческие, личные и надельные. Также прослеживается динамика развития помещичьего землевладения в период капитализма.

Ключевые слова: поземельное устройство, Оренбургская губерния, категории землевладения.

После падения крепостного права в России быстрыми темпами стал развиваться капитализм. Росла крупная машинная индустрия, строились железные дороги. Сельское хозяйство все более принимало торговый характер. Капитализм развивался не только вглубь, но и вширь, распространяясь и на окраины страны .

Одновременно с развитием капитализма происходило расхищение земельных угодий. Скупщики перепродавали земли местным и пришлым крестьянам в 10-25 раз дороже покупных цен. В это же время шло интенсивное заселение края крестьянами-переселенцами из густонаселенных губерний. За период с 1861 до середины 90-х годов в Уфимскую и Оренбургскую губернии переселилось 316,2 тыс. крестьян . Незначительная часть из них получила казенные земли, а другие устраивались на купленных и арендованных частновладельческих, башкирских и удельных землях.

Все вышеперечисленные факты: развитие капиталистических отношений, расхищение земель, наплыв переселенцев — оказали существенное влияние на землевладение в крае.

Из таблицы 1 видно, что в Оренбургской губернии 8,4% земли находилось в частной собственности, 33,4 — в надельном владении крестьян, 31,4 — в пользовании казачьих общин и 26,8% — во владении казны, удела и казачьего войска. Частновладельческие земли были сосредоточены главным образом в Оренбургском, Верхнеуральском и Орском, крестьянские надельные земли — в Челябинском, Орском, Орен-

бургском уездах. Земли казачьих общин и казачьего войска преобладали в Троицком и Верхнеуральском уездах. Удельный же вес казенных и удельных земель был незначителен почти во всех уездах губернии. Рассмотрим отдельные категории землевладения.

Частновладельческие земли

В пореформенный период в связи с расхищением башкирских земель резко выросла частная земельная собственность. Только за 1877-1905 гг. в Оренбургской губернии частновладельческие земли увеличились с 1 284 532 до 2 038 652 дес. .

Наибольший рост частновладельческих земель был в Оренбургском и Верхнеуральском уездах, где крестьяне потеряли особенно много земли, а в остальных уездах количество их увеличилось в несколько меньших размерах.

Частная собственность на землю существовала в двух видах — собственность обществ и товариществ и личная собственность.

В 1877 г. частная земельная собственность обществ и товариществ была незначительной -3,1 тыс. дес. В дальнейшем она резко выросла за счет помещичьих и башкирских земель и достигла к 1905 г. 906,7 тыс. дес. . По Европейской России частная земельная собственность обществ и товариществ составляла в 1905 г. 14,5%, а в Оренбургской — 44,3% всех частновладельческих земель. Большой удельный вес собственности обществ и товариществ в частном землевладении Оренбургской губернии объяснялся вовлечением в торговый оборот огромной массы расхищенных земель, а также наплывом в край переселенцев. Здесь было много и заводских земель. Крестьянским обществам и товариществам принадлежало 47,8% (433,5 тыс. дес.), обществам и товариществам

Таблица 1

Уезды1 Всей земли, дес. В том числе

Частновладельческой Крестьянской надельной Казны, удела, и разл. Учреждения

дес. % дес. % дес. %

Верхнеуральский 4210884 434210 10,3 813633 1272327 19,3 30,2 6332 1384382 0,2 40,0

Орский 3174581 361419 11,4 1373504 593809 43,3 18,7 57190 788659 1,8 24,8

Оренбургский 2953325 460514 15,6 1193578 1077395 40,4 36,5 162292 59546 5,5 2,0

Челябинский 2734548 25940 0,9 1683212 728547 61,6 26,6 183439 113410 6,2 4,7

Троицкий 2276869 2449 0,1 70225 1148853 3,1 50,4 168392 886950 7,4 38,9

Итого… 15350207 1284532 8,4 5134152 4820931 33,4 31,4 577645 3532947 3,8 23,0

1 Во второй строке показаны земли казачьих общин и казачьи войсковые запасные земли .

Таблица 2

Уезды Площадь частной земельной собственности обществ и товариществ, дес. Площадь личной частной земельной собственности, дес.

1877 г. 1905 г. 1877 г. 1905 г.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Оренбургский 1910 227765 460514 601902

Верхнеуральский 340259 434210 130132

Орский 287953 361419 152193

Троицкий 21618 2449 144238

Челябинский 1287 29171 25940 103421

Итого 3197 906766 1284532 1131886

Товарищества, обосновавшиеся на купленных землях, состояли главным образом из переселенцев, а товарищества, не поселившиеся на купленных землях, — из местных крестьян, которые прикупили землю дополнительно к своим наделам и продолжали жить в прежних деревнях. В первых из них на один крестьянский двор приходилось в среднем по 19 дес., а во вторых — 9,7 дес. купленной земли. Это немного. Но товарищество товариществу рознь. Среди них были малоземельные, в которых на двор приходилось в среднем по 10-15 и менее десятин, были и многоземельные, имевшие по 30-40 и даже 100 и более десятин на семейство. Ясно, что на 10-15 дес. крестьяне не могли вести исправное хозяйство. У многих из них земли не хватало и на содержание семьи. В то же время в многоземельных товариществах земли было значительно больше того, что могли обработать крестьяне собственными силами, где налицо было капиталистическое землевладение. К этой же категории относилась основная масса земель, купленных товариществами дополнительно к наделам.

Итак, в подавляющей массе крестьянских обществ и товариществ лично-подворная форма землевладения сочеталась с элементами об-

щинной формы землевладения. Последние проявлялись в чересполосице земель отдельных покупателей, переделах угодий (сенокоса, иногда и пашни), а также в круговой поруке в отношении уплаты покупного долга. Общинные элементы хотя и не изменяли буржуазный характер товарищеского землевладения, но тем не менее стесняли свободу крестьян распоряжаться своими участками и препятствовали улучшению культуры земледелия.

Личная собственность

В 70-е годы XIX в. личная собственность была почти единственной формой частного землевладения в крае, хотя в дальнейшем удельный вес личной собственности в частном землевладении стал уменьшаться, что показывает таблица №2 .

Таким образом, за период с 1887 по 1905 год частная земельная собственность обществ и товариществ выросла в крае в 35 раз. В то же время личная земельная собственность уменьшилась по Оренбургской губернии в 1,13 раза. Хотя в Оренбургском, Троицком и Челябинском уездах наблюдалось некоторое увеличение личного частного землевладения, это не покрывало сокращение его в других уездах. Уменьшение личной земельной собственности шло главным образом за счет помещичьих земель, которые переходили к крестьянским и торгово-промышленным товариществам.

Таблица 3.

Сословия владельцев Принадлежало земли Изменения в сторону увеличения (+) или уменьшения (-)

1877 г. 1905 г.

дес. % дес. % дес. во ск. раз

Дворяне 100034481 77,8 557913 49,3 — 442435 — 1,79

Купцы 246537 19,2 222848 19,8 — 23689 — 1,11

Мещане 3741 0,3 63859 5,6 +60118 + 17,07

Крестьяне 24739 2,0 264372 23,4 + 239633 + 10,70

Прочие 9167 0,7 22849 1,9 +13727 + 2,49

Итого 1284532 100 1131886 100 — 152646 — 1,13

1 В «Очерках по истории Башкирской АССР» (т. 1, ч. 2. Уфа, 1959, с. 180) указано, что в 1877 г. дворянские земли составляли по Оренбургской губернии 861,4 тыс. дес. В это число не вошли земли казачьих офицеров. В «Статистике землевладения 1905 г.» включены эти земли в помещичье землевладение.

Распределение личной частной земельной собственности по сословиям показано в таблице №3 . Из приведенных данных видно, что основными земельными собственниками были дворяне (русские, башкирские и татарские). В их руках находилось в 1877 г. 77,8% всех частновладельческих земель.

Необходимо указать, что после отмены крепостного права многие дворяне, нуждаясь в деньгах для перестройки хозяйства, а также не сумев приспособиться к новым условиям ведения его, стали продавать земли частями и целыми имениями. В центральных и поволжских губерниях это привело к заметному сокращению помещичьего землевладения уже в первые десятилетия после крестьянской реформы. В Оренбургской губернии этого не случилось. Движение крестьянского землевладения можно проследить по следующим данным: 1859 г. -890,0 тыс.дес3., 1877 г. — 1000,3 тыс.дес., 1887 г. -994, 2 тыс.дес., 1905 г. — 557,9 тыс. дес., ибо здесь вообще дворянское землевладение было небольшим по своему удельному весу.

Итак, из приведенных выше данных можно сделать вывод, что до 80-х годов помещичье землевладение в губернии хотя и было небольшим, но существовало. Это объясняется тем, что дворяне, с одной стороны, продавали свои земли, а с другой — в значительно больших размерах скупали башкирские угодья. С начала 80-х годов дворянское землевладение стало уменьшаться. В этом сказалось как прекращение «свободной» продажи башкирских земель и раздачи льготных участков, так и усиление продажи помещичьих земель. Если раньше помещики отчуждали землю главным образом от нужды, то теперь они стали массами выбрасывать

на рынок угодья, скупленные у башкир по спекулятивным ценам. Часть этих земель попадала в руки тех дворян, которые перестроили свое хозяйство на капиталистический лад, а остальные переходили к лицам других сословий. Поэтому неудивительно, что к 1905 г. по сравнению с 1877 г., помещичье землевладение сократилось по Оренбургской губернии в 1,79 раза (за тот же период по Европейской России дворянское землевладение сократилось в 1,4 раза). Важно отметить, что помещичье землевладение в Оренбуржье вообще было сравнительно слабо развито. При сопоставлении данных 1905 и 1859 гг. оказывается, что в начале ХХ в. помещичьих земель было еще меньше, чем в середине XIX в. Следовательно, большее уменьшение дворянского землевладения вызвалось не только отчуждением скупленных башкирских угодий, а было общим направлением пореформенного развития деревни.

Наряду с сокращением помещичьего землевладения шел быстрый рост купеческого, мещанского и частного крестьянского землевладения. Иначе говоря, сословное землевладение сменялось бессословным, т. е. буржуазным. За период с 1877 по 1905 год купеческое землевладение увеличилось по Европейской России в 1,3 раза, в Оренбургской губернии — в 1,11 раза. Особенно быстро росло мещанское (основная часть мещан-земледельцев состояла из бывших крепостных крестьян, которые при «освобождении» перешли в мещанское сословие) и частное крестьянское землевладение. За период 1877-1905 гг. мещанское землевладение выросло по России в 1,85 раза, в Оренбургской губернии — в 17,07 раза; частное крестьянское землевладение увеличилось по России в 2,21 раза,

3 Без наделов, отведенных крестьянам по Положению 19 февраля 1861 г.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

в Оренбургской — в 10,7 раза. Таким образом, в Оренбургском крае рост мещанского и крестьянского личного частного землевладения происходил значительно быстрее, чем в среднем по России, что объясняется массовым поступлением в продажу башкирских и помещичьих земель, сравнительной дешевизной их, а также притоком в край переселенцев.

Итак, пореформенное развитие частной поземельной собственности в Оренбургской губернии шло по линии перехода от феодальной к буржуазной частной собственности на землю. Капиталистические отношения, проникая в сельское хозяйство, все больше и больше втягивали землю в торговый оборот.

Однако власть средневекового помещичьего землевладения была все еще сильна .

В 1877 г. средний размер частновладельческих имений в Оренбургской губернии составлял 1376 дес . Следовательно, за 1877-1905 гг. средний размер частных владений уменьшился по Оренбургской губернии в 2,02 раза. Это был результат перехода частновладельческих земель в руки мелких собственников, состоявших главным образом из крестьян и мещан.

Но тем не менее роль мелкой собственности в частном землевладении была еще незначительной, особенно явно это прослеживается в Оренбургской губернии. В 1905 г. в губернии трем четвертям всех землевладельцев, 1234 из 1658, при-надлежало301,6 тыс. дес., т. е. всего 26,6% частновладельческой земли. В то же время имелись крупные латифундии: 9 собственников владели 332,8 тыс. дес., или по 37 тыс. дес. каждый.

Если выделить владения свыше 500 дес., то оказывается, что в Оренбургской губернии на 424 владельца приходилось 830,3 тыс. дес., т. е. в среднем около 2 тыс. дес. на владение. Иначе говоря, крупным землевладельцам принадлежало 73% всего частного землевладения.

Мелкие владения были преимущественно крестьянскими, а крупные латифундии — дворянскими. Из 424 владений дворянам принадлежало 148 с общей площадью 462,8 тыс. дес., или 52% всего количества земли, находившейся под латифундиями . Остальными латифундиями владели главным образом купцы, которые занимали второе после дворян место в частном личном землевладении.

Таким образом, несмотря на значительный рост буржуазной земельной собственности в пореформенный период, феодальное землевладение занимало еще прочную позицию. Даже к началу XX в. Громадное количество земель, и притом лучших по качеству, оставалось в руках привилегированного дворянского сословия, вчерашних крепостников-помещиков.

Надельные земли

В Оренбургской губернии на 99 489 крестьянских дворов приходилось 5134,1 тыс. дес. надельных земель, или в среднем по 52 дес. на двор. Следовательно, средняя земельная обеспеченность крестьян была довольно высокой. Но за средними данными скрывалась, однако, огромная масса малоземельных крестьян, что подтверждают нижеперечисленные данные.

В густонаселенных северо-западных районах крестьяне имели значительно меньше земли, чем в малонаселенных восточных и южных районах. Вместе с тем существовали большие различия в земельной обеспеченности крестьян отдельных разрядов. Так, в Оренбургской губернии бывшие владельческие крестьяне имели в среднем по 7,6 дес. на двор, бывшие удельные — по 18,1 дес., бывшие государственные -по 32,7 дес., башкиры- вотчинники и припущен-ники — по 91,1 дес. Говоря о припущенниках, необходимо указать, что фактическая земельная обеспеченность их была намного ниже приведенных показателей. В общую графу с вотчинниками они вошли лишь потому, что их земли не были еще отмежеваны от башкирских и статистика рассматривала их совместно с вотчинными землями. Кроме перечисленных разрядов крестьян в Оренбургской губернии жили 55 957 семей казаков, на долю которых приходилось 4820,9 тыс. дес. земли, или в среднем по 86 дес. на хозяйство .

Итак, наиболее обеспеченными землей были башкиры-вотчинники горно-лесных и юго-восточных степных районов, где в рассматриваемый период они занимались преимущественно скотоводством и лесными промыслами; вслед за ними шли оренбургские казаки -привилегированное военное сословие, затем башкиры-вотчинники северо-западных уездов и бывшие государственные крестьяне. Наименьшие наделы были у бывших владельческих крестьян: помещичьих и горнозаводских. Обратимся к данным уездов. В Верхнеуральском, Орс-

ком и Троицком уездах, где проживали только горнозаводские крестьяне, на один двор бывших владельческих крестьян приходилось в среднем лишь по 0,8 дес. В Оренбургском и Челябинском уездах жили бывшие помещичьи крестьяне и имели в среднем по 11 дес. на двор. Приведенные данные говорят о том, что в крае меньше всех были наделены землей бывшие горнозаводские крестьяне, которые подверглись особенно чудовищному грабежу при освобождении от крепостной зависимости. Бывшие помещичьи крестьяне имели несколько меньше земли, но для ведения исправного хозяйства ее не хватало. Почти в аналогичном положении находились бывшие удельные крестьяне .

Разряды крестьян отличались друг от друга не только по количеству земли, но и по условиям выкупа, размерам платежей и т. д. Все эти различия между крестьянами были живыми остатками крепостничества, которые в рассматриваемый период встречались повсеместно и тормозили развитие крестьянского хозяйства. Необходимо также указать, что при освобождении от крепостной зависимости крестьяне получили земли, несравненно худшие по качеству, чем земли помещичьи, они лишились необходимых для ведения хозяйства водопоев, выгонов и т. д. Помещичьи земли клином врезались в крестьянские, и крестьяне вынуждены были арендовать их у помещиков на кабальных условиях.

Земельная обеспеченность крестьянского населения значительно снизилась в последней четверти XIX в. в связи с расхищением башкирских земель, крестьянской колонизацией и естественным приростом населения. За период с 1877 по 1905 г. среднее количество земли, приходившееся на один крестьянский надельный двор (за исключением казаков), уменьшилось в Оренбургской губернии с 52 до 32 дес. По величине крестьянских наделов Оренбургская губерния уступала лишь Олонецкой, Лифляндс-кой, Эстляндской и Курляндской губерниям . В губернии почти половина крестьянских надельных земель была занята лесами и горами. Если учесть это, а также занятие крестьян лесными промыслами и частично скотоводством в горно-лесных и юго-восточных степных волостях, то оказывается, что земельная обеспеченность крестьян в крае была немногим лучше, чем по России в целом.

В основном у всех разрядов крестьян землевладение значительно уменьшилось. Особенно резкое уменьшение имело место среди башкир-вотчинников, которые в этот период потеряли более 1,5 млн. дес. угодий. За 1877-1905 гг. среднее количество земли, приходившееся на один двор вотчинников и припущенников, уменьшилось по Оренбургской губернии с 91 до 44 дес., причем значительная часть земель оставалась во владении башкир лишь юридически, а фактически давно перешла в руки к золотопромышленникам, лесопромышленникам, горнозаводчикам и зажиточным крестьянам.

Посмотрим распределение надельных земель между отдельными группами крестьянских дворов, объединив близкие по характеру разряды: бывшие владельческие, государственные и удельные крестьяне.

В материалах обследования 1877 г. группы крестьян, имевших свыше 15 дес., земли не распределены по разрядам, поэтому приходится обратиться к статистике 1905 г. Одна четвертая дворов бывших владельческих, государственных и удельных крестьян (23 123 из 94 128) имела всего лишь 108,7 тыс. дес., или 5,5% всей надельной земли, что составляло по 4,7 дес. на двор. О прокормлении семьи на таком клочке нечего было и думать. В то же время в руках 33 553 богатых землей хозяйств (35,6%) было сосредоточено 1 018 372 дес., или более половины надельных земель. На каждый двор этих крестьян приходилось в среднем по 30,3 дес., т. е. в 6 раз больше, чем в первой группе .

В приведенных таблицах крестьянские наделы в крае сгруппированы по средним данным сельских общин. Следует сказать, что в крае подавляющая масса надельных земель находилась в общинном владении крестьян. По данным «Статистики землевладения 1905 г.», в Оренбургской губернии подворного землевладения вообще не было. Посмотрим распределение земли между членами общины.

Существовавшая до реформы 1861 года у помещичьих крестьян разверстка по тяглам сменилась после реформы, за немногим исключением, разверсткой по ревизским душам, какая и ранее практиковалась у государственных крестьян. Но с развитием капитализма и усилением разницы в хозяйственной состоятельности крестьян усилилась и разность заинтересованности в основаниях разверстки. Появляются новые типы разверстки: по наличным душам, по едокам, по работникам или по иным признакам хозяйственной состоятельности.

Где земля представляла собой большую хозяйственную ценность и прибавки ее требовали домохозяева с увеличившимся составом семьи, там, в случае благоприятного для них соотношения борющихся внутри общины сил, возникала практика разверстания по наличным душам. В других случаях возникал смешанный способ разверстки, при котором хозяйственно сильные дворы имели больше земли, чем полагалось по ревизскому счету. Лишнюю землю давали многосемейным, другим -в расчете на исправность в платеже повинностей .

Из смешанного способа возник диктуемый развитием капитализма в деревне совсем иной способ разверстки — по «хозяйственной силе», главным образом по числу работников в семье. И все же даже к началу 90-х годов наиболее распространенной оставалась разверстка по ревизским душам . Что опять-таки можно объяснить в известной мере стремлением формирующейся деревенской буржуазии к удержанию данного количества земли в форме, близкой к подворному владению.

По Положениям 1861 г. сельским общинам предоставлена была свобода в назначении сроков общих переделов земли или производстве частных переделов (так называемые свалки и навалки, т. е. скидки и накидки душ), которые крестьяне практиковали в периоды между общими переделами .

Дело в корне изменилось с изданием закона от 8 июня 1893 г., которым переделы крестьянской земли были вверены «особому попечению» земских начальников. Они получали право самолично определять «целесообразность» передела, а уездные съезды — право утверждать или запрещать переделы. Сельский сход ограничивался в праве назначения времени переде-

лов, так как закон установил 12-летний минимальный срок.

Установление минимального 12-летнего срока действия передела наносило ущерб земледелию в районах преобладания переложного хозяйства, где многолетней практикой крестьян была определена необходимость переделов через 3-6 лет.

Одним из тягостных противоречий русского земледелия было то, что крестьянское землепользование было лоскутным, раздробленным на кусочки и дольки, далеким от требований рационального хозяйства и вместе с тем не могло не быть таким без коренной ломки всех поземельных отношений.

Крайняя нужда в земле заставляла крестьян дробить поля так, чтобы сумма долей, выделенных на участках разного плодородия, оказалась по суммарной производительности земли равноценной. Даже у землемеров и агрономов вызвало удивление то, с какой точностью крестьяне оценивали качество земли и размеряли поля и луга .

Аналогичная ситуация была и в Оренбургском крае. Общинники получали землю не в одном месте, а чересполосно. Вначале каждое поле разбивалось на участки, смотря по качеству земли; затем участки делились между ревизскими или наличными, либо рабочими душами. Чересполосица затрудняла улучшения культуры земледелия. Но тем не менее, общинники не отказывались от нее, видя в ней единственное средство, предоставляющее крестьянам равнокачественные наделы. «Крестьяне, — писал в 1894 г. председатель Челябинского уездного съезда, -вообще стремятся к уравнительному пользованию землей, вследствие этого в надел крестьянину дают несколько полос, которые находятся в разных местах и при этом один от другого в довольно значительном расстоянии…» .

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Таким образом, помещичье землевладение в крае (относительно данных по России) было развито сравнительно слабо плюс то, что процесс перехода к капитализму сопровождался еще различного рода трудностями. Главным противоречием был тот факт, что на одном полюсе землевладения в Оренбургской губернии находились 130,5 тыс. (83,7%) малоземельных крестьянских дворов, имевших 2746,8 млн. дес. земли, а на другом — 25,5 тыс. (16,3%) помещичьих семей, владевших 3456,9 млн. дес. Малоземелье

крестьян стало основным тормозом на пути к успешному развитию капитализма, поскольку помещики вели свое хозяйство полукрепост-ническими методами и не были заинтересова-

ны в модернизации. Однако к началу XX в. сложившиеся предпосылки перехода к капитализму неуклонно требовали реформирования сельского хозяйства.

Список использованной литературы:

1. Анфимов А.М. Крестьянское хозяйство Европейской России 1881-1904 гг. М., 1980.

2. Бржеский Н. Крестьянская земельная община по новым данным // Русское экономическое обозрение, 1893, №4.

3. Будаев Д. И. Смоленская деревня в конце XIX — начале XX в. Смоленск, 1972.

4. ГАОО, ф. 13, оп. 1, д. 532, л. 26.

5. ГАОО, ф. 19, оп. 1, д. 1, л. 1.

6. ГАОО, ф. 15, оп. 1, д. 43/1, лл. 14-15.

7. Главнейшие данные поземельной статистики по обследованию 1877 г., вып. 28. СПб., 1895.

8. Главнейшие данные поземельной статистики по обследованию 1877 г., вып. 45. СПб., 1895.

9. Сборник статистических сведений по Уфимской губернии, т. 7, ч. 1, Уфа, 1901г. / Обзор Оренбургской губернии за 1894 год.

10. Сборник статистических сведений по Уфимской губернии, т. 2. Самара, 1899.

11. Статистика землевладения 1905 г., вып 36, СПб., 1906.

12. Статистика землевладения 1905 г., вып. 45. СПб., 1907.

13. Статистика поземельной собственности и населенных мест Европейской России, вып. 6. СПб., 1884.

15. Усманов Х.Ф. Развитие капитализма в сельском хозяйстве Башкирии в пореформенный период. М., 1981.

Suponina E.A.

LAND ARRANGEMENT OF LANDLORD’S PEASANTS FROM 1861 TO THE BEGINNING OF THE XX CENTURY IN ORENBURG PROVINCE

Записи созданы 8132

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Похожие записи

Начните вводить, то что вы ищите выше и нажмите кнопку Enter для поиска. Нажмите кнопку ESC для отмены.

Вернуться наверх