Право на неприкосновенность жилища

Новая редакция Ст. 3 ЖК РФ

1. Жилище неприкосновенно.

2. Никто не вправе проникать в жилище без согласия проживающих в нем на законных основаниях граждан иначе как в предусмотренных настоящим Кодексом целях и в предусмотренных другим федеральным законом случаях и в порядке или на основании судебного решения.

3. Проникновение в жилище без согласия проживающих в нем на законных основаниях граждан допускается в случаях и в порядке, которые предусмотрены федеральным законом, только в целях спасения жизни граждан и (или) их имущества, обеспечения их личной безопасности или общественной безопасности при аварийных ситуациях, стихийных бедствиях, катастрофах, массовых беспорядках либо иных обстоятельствах чрезвычайного характера, а также в целях задержания лиц, подозреваемых в совершении преступлений, пресечения совершаемых преступлений или установления обстоятельств совершенного преступления либо произошедшего несчастного случая.

4. Никто не может быть выселен из жилища или ограничен в праве пользования жилищем, в том числе в праве получения коммунальных услуг, иначе как по основаниям и в порядке, которые предусмотрены настоящим Кодексом, другими федеральными законами.

Комментарий к Статье 3 ЖК РФ

Под жилищем в контексте ст. 3 Кодекса следует понимать не только место жительства, т.е. место, где гражданин постоянно или преимущественно проживает (жилой дом, квартира, комната в квартире), но и место пребывания (гостиница, санаторий, дом отдыха и т.п.).

Согласно примечанию к ст. 139 УК РФ под жилищем в указанной статье, а также в других статьях УК РФ понимаются индивидуальный жилой дом с входящими в него жилыми и нежилыми помещениями, жилое помещение независимо от формы собственности, входящее в жилищный фонд и пригодное для постоянного или временного проживания, а равно иное помещение или строение, не входящие в жилищный фонд, но предназначенные для временного проживания.

4. Принцип недопустимости произвольного лишения жилища, установленный в ч. 4 ст. 3 Жилищного кодекса России, предполагает, что никто не может быть выселен из жилого помещения или ограничен в праве пользования им (в том числе в праве получения коммунальных услуг) иначе как по основаниям и в порядке, предусмотренным Кодексом и иными федеральными законами.

Следует обратить внимание на то, что принцип недопустимости произвольного лишения жилища действует только в отношении граждан, владеющих жилищем на законных основаниях. Поэтому например, гражданин, самоуправно (т.е. самовольно, без законных оснований) вселившийся в жилое помещение, выселяется из данного помещения на основании решения суда без предоставления другого жилого помещения. Кроме того, с учетом конкретных обстоятельств дела и мотивов совершения деяния такой гражданин может быть привлечен к уголовной ответственности за самоуправство (ст. 330 УК РФ), если правомерность его действий оспаривается лицом, право которого нарушено, и если такими действиями был причинен существенный вред. Квалифицирующим признаком в данном случае является совершение самоуправства с применением насилия или с угрозой его применения.

Другой комментарий к Ст. 3 Жилищного кодекса Российской Федерации

1. Комментируемая статья развивает принцип неприкосновенности жилища и недопустимости его произвольного лишения — один из основных конституционных принципов.

«Никто не вправе проникать в жилище без согласия проживающих в нем на законных основаниях граждан…», — гласит ч. 2 ст. 3. Она же устанавливает изъятие из этого правила: «…иначе как в предусмотренных настоящим Кодексом целях и в предусмотренных другим федеральным законом случаях и в порядке или на основании судебного решения» (см. п. 2 комментария к рассматриваемой статье 3 ЖК РФ).

Эта норма основана на ст. 25 Конституции РФ о возможности ограничения неприкосновенности жилища в случаях, прямо установленных законом. Так, Федеральным конституционным законом от 30.05.2001 N 3-ФКЗ «О чрезвычайном положении» предусмотрено ограничение неприкосновенности жилища в условиях чрезвычайного положения.

Требование о недопустимости посягательств на неприкосновенность жилища человека содержится и в нормах международного права — в ст. 17 Международного пакта о гражданских и политических правах (16.12.66), в ст. 12 Всеобщей декларации прав человека (10.12.48).

2. Часть 3 комментируемой статьи устанавливает цели, ради которых принцип неприкосновенности жилища может быть нарушен.

Причем цели эти перечислены исчерпывающим образом:

1) спасение жизни граждан и их имущества;

2) обеспечение их личной или общественной безопасности при аварийных ситуациях, стихийных бедствиях, катастрофах, массовых беспорядках, иных обстоятельствах чрезвычайного характера;

3) задержание лиц, подозреваемых в совершении преступления, пресечение совершаемых преступлений или установление обстоятельств преступления либо несчастного случая.

<2> СЗ РФ. 1995. N 15. Ст. 1269.

<3> СЗ РФ. 1995. N 33. Ст. 3349.

4. Под произвольным лишением граждан жилья исходя из смысла ч. 4 комментируемой статьи понимается выселение (ограничение в праве пользования) по иным основаниям, нежели предусмотрены ЖК РФ, другими федеральными законами, либо не в установленном этими законами порядке. Иначе говоря, выселение из жилого помещения или ограничение в праве пользования жильем допускается только в случаях и в порядке, предусмотренных законом. Так, случаи выселения предусмотрены нормами разд. III Жилищного кодекса РФ. Выселение производится в связи со сносом дома по предусмотренным основаниям, в связи с капитальным ремонтом дома, когда жилое помещение не может быть сохранено, и проч. (ст. 85). Выселяемым в этих случаях предоставляется другое благоустроенное жилое помещение в соответствии со ст. 89 ЖК РФ.

Расторжение договора социального найма и выселение допустимы в случаях виновного поведения нанимателя и членов его семьи (см. комментарий к ст. 83).

1. Полиция защищает право каждого на неприкосновенность жилища.

2. Сотрудники полиции не вправе входить в жилые помещения помимо воли проживающих в них граждан иначе как в случаях и порядке, установленных федеральными конституционными законами, настоящим Федеральным законом и другими федеральными законами.

3. Проникновение сотрудников полиции в жилые помещения, в иные помещения и на земельные участки, принадлежащие гражданам, в помещения, на земельные участки и территории, занимаемые организациями (за исключением помещений, земельных участков и территорий дипломатических представительств и консульских учреждений иностранных государств, представительств международных организаций), допускается в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, а также:

1) для спасения жизни граждан и (или) их имущества, обеспечения безопасности граждан или общественной безопасности при массовых беспорядках и чрезвычайных ситуациях;

2) для задержания лиц, подозреваемых в совершении преступления;

3) для пресечения преступления;

4) для установления обстоятельств несчастного случая.

4. При проникновении в жилые помещения, в иные помещения и на земельные участки, принадлежащие гражданам, в помещения, на земельные участки и территории, занимаемые организациями, в случаях, предусмотренных частью 3 настоящей статьи, сотрудник полиции вправе при необходимости произвести взлом (разрушение) запирающих устройств, элементов и конструкций, препятствующих проникновению в указанные помещения и на указанные земельные участки и территории, и осмотр находящихся там объектов и транспортных средств.

5. Сотрудник полиции, осуществляющий вхождение (проникновение) в жилое помещение, обязан:

1) перед тем как войти в жилое помещение, уведомить находящихся там граждан об основаниях вхождения, за исключением случаев, если промедление создает непосредственную угрозу жизни и здоровью граждан и сотрудников полиции или может повлечь иные тяжкие последствия;

2) при проникновении в жилое помещение помимо воли находящихся там граждан использовать безопасные способы и средства, с уважением относиться к чести, достоинству, жизни и здоровью граждан, не допускать без необходимости причинения ущерба их имуществу;

3) не разглашать ставшие известными ему в связи с вхождением (проникновением) в жилое помещение факты частной жизни находящихся там граждан;

4) сообщить непосредственному начальнику и в течение 24 часов представить рапорт о факте вхождения (проникновения) в жилое помещение.

6. О каждом случае проникновения сотрудника полиции в жилое помещение в возможно короткий срок, но не позднее 24 часов с момента проникновения информируются собственник этого помещения и (или) проживающие там граждане, если такое проникновение было осуществлено в их отсутствие.

7. О каждом случае вхождения сотрудника полиции в жилое помещение помимо воли находящихся там граждан письменно уведомляется прокурор в течение 24 часов.

8. Полиция принимает меры по недопущению доступа посторонних лиц в жилые помещения, в иные помещения и на земельные участки, принадлежащие гражданам, в помещения, на земельные участки и территории, занимаемые организациями, и по охране находящегося там имущества, если проникновение сопровождалось действиями, предусмотренными частью 4 настоящей статьи.

Право на неприкосновенность жилища и недопустимость его произвольного лишения является конституционным правом (ст. ст. 25, 40 Конституции Российской Федерации) и принципом жилищного права (ст. 1 ЖК РФ).

Согласно ст. 25 Конституции Российской Федерации никто не вправе проникать в жилище против воли проживающих в нем лиц иначе как в случаях, установленных федеральным законом, или на основании судебного решения.

Проникновение в жилище означает открытое или тайное вторжение в него лиц, которые по закону не вправе находиться в нем помимо воли проживающих лиц. При этом вторжение может выражаться как в физическом нахождении постороннего в жилище, так и в прослушивании разговоров проживающих в помещении лиц, наблюдении за ними и т.д. Нарушение неприкосновенности жилища может повлечь гражданско-правовую, административную или уголовную ответственность для нарушителя.

Уголовный кодекс Российской Федерации предусматривает в ст. 139 ответственность за нарушение такого конституционного права, как неприкосновенность жилища.

Согласно ст. 5 Федерального закона от 12 августа 1995 г. № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» органы (должностные лица), осуществляющие оперативно-розыскную деятельность, при проведении оперативно-розыскных мероприятий должны обеспечивать соблюдение прав человека и гражданина на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, неприкосновенность жилища и тайну корреспонденции.

Законодательством предусмотрены основания и порядок ограничения принципа неприкосновенности жилища, которые установлены конкретными правовыми актами.

Так, в соответствии с п. 3 ст. 15 Федерального закона от 7 февраля 2011 г. № 3-ФЗ «О полиции» проникновение сотрудников полиции в жилые помещения, в иные помещения и на земельные участки, принадлежащие гражданам, в помещения, на земельные участки и территории, занимаемые организациями (за исключением помещений, земельных участков и территорий дипломатических представительств и консульских учреждений иностранных государств, представительств международных организаций), допускается в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, а также:

1) спасения жизни граждан и (или) их имущества, обеспечения безопасности граждан или общественной безопасности при массовых беспорядках и чрезвычайных ситуациях;

2) задержания лиц, подозреваемых в совершении преступления;

3) пресечения преступления;

4) установления обстоятельств несчастного случая.

При проникновении в жилые помещения, в иные помещения и на земельные участки, принадлежащие гражданам, в помещения, на земельные участки и территории, занимаемые организациями, в случаях, предусмотренных частью 3 настоящей статьи, сотрудник полиции вправе при необходимости произвести взлом (разрушение) запирающих устройств, элементов и конструкций, препятствующих проникновению в указанные помещения и на указанные земельные участки и территории, и осмотр находящихся там объектов и транспортных средств.

В статье 3 ЖК РФ содержится исчерпывающий перечень случаев, когда допускается проникновение в жилище без согласия проживающих в нем на законных основаниях граждан. В частности, проникновение в жилище без согласия проживающих в нем на законных основаниях граждан допускается в случаях и в порядке, которые предусмотрены федеральным законом, только в целях спасения жизни граждан и (или) их имущества, обеспечения их личной безопасности или общественной безопасности при аварийных ситуациях, стихийных бедствиях (пожар, утечка газа и т.п.), катастрофах, массовых беспорядках либо иных обстоятельствах чрезвычайного характера, а также в целях задержания лиц, подозреваемых в совершении преступлений, пресечения совершаемых преступлений или установления обстоятельств совершенного преступления либо произошедшего несчастного случая.

Старший прокурор отдела по обеспечению участия прокуроров в гражданском и арбитражном процессе З.А. Медведева

Матвеев М.С., Чиняева В.А.

К ВОПРОСУ ОБ ОПРЕДЕЛЕНИИ ПОНЯТИЯ «ЖИЛИЩЕ» В УГОЛОВНОМ ПРАВЕ

Курский государственный университет

Ключевые слова: жилище, нарушение неприкосновенности жилища, толкование уголовного закона.

Аннотация: В статье рассмотрены вопросы, касающиеся определения понятия «жилище» в уголовном праве, проанализированы проблемы правоприменительной практики, возникающие при квалификации нарушения неприкосновенности жилища, и предложены пути их решения.

Keywords: housing, the violation of privacy of the home, the interpretation of criminal law.

Право на неприкосновенность жилища относится к числу основных прав человека, провозглашенных в международных правовых актах как универсального, так и регионального характера. В соответствии со статьей 12 Всеобщей декларации прав человека «Никто не может подвергаться произвольному вмешательству в его личную и семейную жизнь, произвольным посягательствам на неприкосновенность его жилища, тайну его корреспонденции или на его честь и репутацию. Каждый человек имеет право на защиту закона от такого вмешательства или таких посягательств.

Неприкосновенность жилища провозглашается так же Международным пактом о гражданских и политических правах (ст. 17), Конвенцией СНГ о правах и основных свободах человека (ст. 9). В соответствии со ст. 25 Конституции Российской Федерации «Жилище неприкосновенно. Никто не вправе проникать в жилище против воли проживающих в нем лиц иначе как в случаях, установленных федеральным законом, или на основании судебного решения».

Эффективная реализация прав человека напрямую зависит от степени их гарантированности. К числу гарантий неприкосновенности жилища относится в частности уголовно-правовая защита данного права. Так, Уголовный кодекс Российской Федерации (далее — УК РФ) статьёй 139 устанавливает ответственность за незаконное

проникновение в жилище, совершенное против воли проживающего в нем лица. Помимо этого, нарушение неприкосновенности жилища выступает квалифицирующим признаком некоторых преступлений (например, ст. 158 «Кража»).

Следует отметить высокую распространенность преступлений против собственности, совершенных с незаконным проникновением в жилище, помещение или хранилище: в 2015 году — это каждая четвёртая кража (25,1%), каждый двадцать второй грабеж (4,6%), и каждое тринадцатое разбойное нападение (7,9%).

Для правильной квалификации преступлений, в объективную сторону состава которых входит незаконное проникновение в жилище, необходимо четко понимать, что такое «жилище», и, соответственно, какие помещения являются жилищем, а какие нет.

Понятие «жилище» применительно к составу хищения личного имущества граждан было разъяснено в Постановлении Пленума Верховного Суда СССР от 5 сентября 1986 г. № 11 «О судебной практике по делам о преступлениях против личной собственности»: жилище — это помещение, предназначенное для постоянного или временного проживания людей (индивидуальный дом, квартира, комната в гостинице, дача, садовый домик и т.п.), а также те его составные части, которые используются для отдыха, хранения имущества либо удовлетворения иных потребностей человека (балконы, застекленные веранды, кладовые и т.п.). Не могут признаваться жилищем помещения, не предназначенные и не приспособленные для постоянного или временного проживания (например, обособленные от жилых построек погреба, амбары, гаражи и другие хозяйственные помещения).

В 2001 году в УК РФ появилась дефиниция жилища. В соответствии с примечанием к ст. 139 «Под жилищем в настоящей статье, а также в других статьях настоящего Кодекса понимаются индивидуальный жилой дом с входящими в него жилыми и нежилыми помещениями, жилое помещение независимо от формы собственности, входящее в жилищный фонд и пригодное для постоянного или временного проживания, а равно иное помещение или строение, не входящие в жилищный фонд, но предназначенные для временного проживания». Однако данная формулировка не является совершенной и вызывает неоднозначное толкование, как в теории уголовного права, так и в правоприменительной практике. Рассмотрим подробнее данный вопрос, для чего разделим приведенное понятие на две части:

1. Индивидуальный жилой дом с входящими в него жилыми и нежилыми помещениями, жилое помещение независимо от формы

собственности, входящее в жилищный фонд и пригодное для постоянного или временного проживания.

2. Иное помещение или строение, не входящие в жилищный фонд, но предназначенные для временного проживания.

С толкованием первой части не возникает трудностей, она проста и понятна, если мы обратимся к жилищному законодательству. Что касается второй — то она вызывает существование различных подходов к её толкованию по объему: имеют место и расширительное, и ограничительное толкование. Что значит «предназначенные для временного проживания помещения или строения»? Можно ли признать жилищем дачный дом, купе пассажирского поезда дальнего следования, туристическую палатку и т.п.?

А.В. Бриллиантов, О.А. Вагин, Е.В. Донец считают, что «к жилищу не относятся надворные постройки, погреба, амбары, гаражи и другие помещения, отделенные от жилых построек и не используемые для проживания людей. К жилищу, даже временному, не могут быть отнесены купе поезда, каюта теплохода, поскольку поезд и теплоход являются транспортными средствами». А.С. Абаньшин и В.Ю. Туранин отмечают, что примечание к ст. 139 УК РФ охватывает практически весь круг объектов, предназначенных для постоянного или временного проживания, в том числе купе поезда дальнего следования. По мнению А.В. Шеслера, вопрос об отнесении помещения к жилищу должен решаться на основании двух критериев:

1) помещение должно быть предназначено в основном для постоянного или временного проживания людей;

2) оно может обеспечить неприкосновенность частной жизни. Такой же точки зрения придерживается Н.Ю. Акинина. Исходя из последней приведенной точки зрения, к жилищу в уголовно-правовом смысле нельзя отнести, например, общую больничную палату, так как постоянное или временное проживание не является её основным предназначением, а открытость палаты не сможет обеспечить неприкосновенность частной жизни.

Европейский Суд по правам человека расширительно толкует понятие «жилище» в своих решениях: к нему относятся и служебные помещения, если в них занимаются не только профессиональными, но и непрофессиональными делами.

В правоприменительной практике встречаются различные подходы к толкованию понятия «жилище» при квалификации преступлений. Так, приговором Тихорецкого городского суда от 25 февраля 2015 года Иминов А.С. был осужден за грабеж, совершенный с незаконным проникновением в жилище. В данном деле суд признал жилищем

турный железнодорожный вагон поезда. Железнодорожный районный суд г. Красноярска осудил гражданина Н. за кражу, совершенную с незаконным проникновением в жилище, при следующих обстоятельствах. Гражданин Н. во время стоянки поезда, когда пассажиры выходили на станции, проникал в купе и совершал хищения крупных денежных сумм. Осужденный посчитал лишним вменение ему квалифицирующего признака «с незаконным проникновением в жилище» и обратился с жалобой в прокуратуру. Однако состоявшееся судебное решение Прокуратура Красноярского края признала законным и обоснованным, а правовую квалификацию -правильной, так как купе пассажирского поезда является помещением, не входящим в жилищный фонд, но предназначенным для временного проживания и в соответствии с примечанием к ст. 139 УК РФ должно быть отнесено к жилищу. Следует отметить, что тот же суд квалифицировал аналогичную ситуацию по-другому. Как кража, совершенная с незаконным проникновением в помещение было квалифицировано хищение из купе проводников пассажирского поезда.

Таким образом, практика по делам о нарушении неприкосновенности жилища отличается противоречивостью. Отсутствие единообразного подхода к толкованию понятия жилища, которое обусловлено неудачной законодательной формулировкой, данной в примечании к ст. 139 УК РФ, негативно сказывается на правопримнении. Данная проблема требует решения. Проанализировав точки зрения различных ученых и правоприменителей по исследуемой проблеме, приходим к следующим выводам.

Основным объектом рассматриваемого преступления являются общественные отношения, охраняющие конституционное право человека на неприкосновенность жилища, которое является составляющим права на неприкосновенность частной жизни. В своем жилище человек занимается своими личными делами, которые составляют его частную жизнь, и он вправе самостоятельно решать, подвергать её огласке или нет. Человек сам определяет сферу своей личной жизни и только он сможет дать ответ на вопрос о том, была ли она нарушена. Временное нахождение человека вне своего дома, например в общей больничной палате, в гостиничном номере, рассчитанном на проживание нескольких лиц, в купе пассажирского поезда и т.д. не может лишать его возможности заниматься своими личными делами, которые входят в сферу его частной жизни (вести дневник, хранить личные фотографии, вещи и т.д.).

Каждый человек вправе сам выбирать, реализовывать ему свои

права или нет, в том числе право на неприкосновенность своей частной жизни. Но только лишь такой критерий как осознание потерпевшим помещения своим жилищем позволит необоснованно чрезмерно широко толковать данное понятие и относить к жилищу практически любые объекты. Представляется, что определяющим должен являться еще следующий признак: помещение или строение должно обеспечивать неприкосновенность частной жизни (здесь мы соглашаемся с вышеприведенной точкой зрения А.В. Шеслера). Так, проживающее в помещении или строении лицо должно иметь возможность ограничить в него доступ других лиц без своего согласия (например, закрыть на замок).

Итак, помимо признаков жилища, указанных в его законодательном определении, на квалификацию преступлений должен влиять еще один основополагающий признак: возможность помещения или строения обеспечивать неприкосновенность частной жизни. Уголовное законодательство Российской Федерации состоит из УК РФ, являющегося единственным источником уголовного права. Поэтому для обеспечения единообразного толкования понятия жилища в правоприменительной практике необходимо внести изменения в примечание к ст. 139 и изложить его в следующей редакции: индивидуальный жилой дом с входящими в него жилыми и нежилыми помещениями, жилое помещение независимо от формы собственности, входящее в жилищный фонд и пригодное для постоянного или временного проживания, а равно иное помещение или строение, не входящие в жилищный фонд, но предназначенные для временного проживания и способные обеспечить неприкосновенность частной жизни проживающего в нем лица.

Список литературы

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

1. Акинина Н.Ю. Уголовно-правовая характеристика нарушения неприкосновенности жилища. Ханты-Мансийск: Югорский государственный университет. 2011. С. 66 — 72.

3. Килкэли У., Чефранова Е.А. Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод. Статья 8. Право на уважение частной и семейной жизни, жилища и корреспонденции. Прецеденты и комментарии. М., 2001. С. 10.

4. Туранин В.Ю., Абаньшин А.С. Право человека на жилище и

проблема определения ключевого понятия // Семейное и жилищное право. 2010. № 5. С. 47 — 48.

6. Шеслер А.В. Общие квалифицирующие признаки хищения // Законность. 2014. № 2. С. 33 — 38.

Нечаев А.Д.

РАСПРОСТРАНЕННОСТЬ КАК КРИТЕРИЙ ОБЩЕСТВЕННОЙ ОПАСНОСТИ: ДИСКУРС ДЕЙНДЖЕРИЗАЦИИ ДЕЯНИЯ

Южный федеральный университет

Ключевые слова: криминализация, дейнджеризация, вредоносность, распространненность, прецедентность.

Аннотация: В статье представлены результаты исследования дейнджеризации деяния как первого этапа криминализации. Автор обосновывает необходимость учета в процессе признания деяния общественно опасным не только его вредоносности, но и распространенности.

Keywords: criminalization, dangerization, harmfulness, diffusion, precedent.

Криминализация как процесс представляет собой совокупность двух этапов: дейнджеризация деяния (процесс и результат признания деяния общественно опасным) и адекватизация запрета (процесс и результат признания уголовно-правового запрета адекватным существующей системе общественных отношений).

Выработка кумулятивной модели дейнджеризации деяния требует обозначения исследовательских границ, связанных с тем, какие критерии определяют общественную опасность деяния. На сегодняшний день в доктрине уголовного права общепризнано, что общественная опасность деяния определяется его вредоносностью, однако это лишь конвенциональное решение.

Представляется, что назрела необходимость переосмысления данного доктринального подхода. По нашему мнению, наряду с

П.В. Никонов

доцент кафедры уголовно-правовых дисциплин Иркутского юридического института (филиала)

Академии Генеральной прокуратуры РФ, канд. юрид. наук, доцент

А. Хертуева

студентка 4 курса Юридического института ИГУ

Обзор судебной практики по уголовным делам о кражах с незаконным проникновением в жилище, помещение либо иное хранилище

Несмотря на формальную определенность уголовно-правовых норм, устанавливающих ответственность за кражу с незаконным проникновением в жилище, помещение либо иное хранилище, как в доктрине уголовного права, так и в правоприменительной практике высказываются различные точки зрения относительно оценки юридически значимых признаков рассматриваемого состава преступления и оценки сложных вопросов квалификации по данной категории уголовных дел.

Анализ диспозиции п. «б» ч. 2 и п. «а» ч. 3 ст. 158 Уголовного Кодекса РФ позволяет сделать вывод, что рассматриваемые уголовно-правовые нормы содержат четыре правовые категории, понимание которых имеет важное значение для правильного применения уголовного закона: 1) жилище; 2) помещение; 3) хранилище; 4) проникновение в них. В этой связи с целью исключения ошибок в правоприменительной практике, весьма важно раскрыть содержание перечисленных выше признаков составов преступлений в той последовательности, в которой они были изложены выше.

Впервые данный квалифицированный вид имущественных посягательств был включен в Уголовный Кодекс РСФСР в 1982 г. в виде похищения личного имущества граждан «с проникновением в жилище», и хищений государственного или общественного имущества «с проникновением в помещение или иное хранилище».

Верховный Суд неоднократно обращался к толкованию анализируемых признаков, в том числе в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. № 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое», разъясняя, что «Под незаконным проникновением в жилище, помещение или иное хранилище следует понимать противоправное тайное или открытое в них вторжение с целью совершения кражи, грабежа или разбоя.

Проникновение в указанные строения или сооружения может быть осуществлено и тогда, когда виновный извлекает похищаемые предметы без вхождения в соответствующее помещение. При квалификации действий лица, совершившего кражу, грабеж или разбой по признаку «незаконное проникновение в жилище» судам следует руководствоваться примечанием к статье 139 Уголовного Кодекса РФ, в котором разъясняется понятие «жилище», и примечанием 3 к статье 158 Уголовного Кодекса РФ, где разъяснены понятия «помещение» и «хранилище» (п.18).

Решая вопрос о наличии в действиях лица, совершившего кражу, грабеж или разбой, признака незаконного проникновения в жилище, помещение или иное хранилище, судам необходимо выяснять, с какой целью виновный оказался в помещении (жилище, хранилище), а также когда возник умысел на завладение чужим имуществом. Если лицо находилось там правомерно, не имея преступного намерения, но затем совершило кражу, грабеж или разбой, в его действиях указанный признак отсутствует.

Этот квалифицирующий признак отсутствует также в случаях, когда лицо оказалось в жилище, помещении или ином хранилище с согласия потерпевшего или лиц, под охраной которых находилось имущество, в силу родственных отношений, знакомства либо находилось в торговом зале магазина, в офисе и других помещениях, открытых для посещения гражданами.

В случае признания лица виновным в совершении хищения чужого имущества путем незаконного проникновения в жилище дополнительной квалификации по статье 139 УК РФ не требуется, поскольку такое незаконное действие является квалифицирующим признаком кражи, грабежа или разбоя (п.19)

Если лицо, совершая кражу, грабеж или разбой, незаконно проникло в жилище, помещение либо иное хранилище путем взлома дверей, замков, решеток и т.п., содеянное им надлежит квалифицировать по соответствующим пунктам и частям 158 и 161или 162 УК РФ и дополнительной квалификации по статье 167 УК РФ не требуется, поскольку умышленное уничтожение указанного имущества потерпевшего в этих случаях явилось способом совершения хищения при отягчающих обстоятельствах.

Если в ходе совершения кражи, грабежа или разбоя было умышленно уничтожено или повреждено имущество потерпевшего, не являвшееся предметом хищения (например, мебель, бытовая техника и другие вещи), содеянное следует, при наличии к тому оснований, дополнительно квалифицировать по статье 167 УК РФ (п.20)».

Федеральным законом от 20 марта 2001 г. ст. 139 Уголовного Кодекса РФ, предусматривающая ответственность за нарушение неприкосновенности жилища, была дополнена примечанием, определяющим, что именно понимается под жилищем, причем не только в этой статье, но и в других статьях Уголовного Кодекса РФ. «Под жилищем в примечании к ст. 139 Уголовного Кодекса РФ понимаются индивидуальный жилой дом с входящими в него жилыми и нежилыми помещениями, жилое помещение независимо от формы собственности, входящее в жилищный фонд и пригодное для постоянного или временного проживания, а равно иное помещение или строение, не входящее в жилищный фонд, но предназначенное для временного проживания.» Именно на это определение как на основное указывает постановление Пленума Верховного Суда от 27 декабря 2002 г. № 29

Из определения жилища, данного в примечании к ст. 139 Уголовного Кодекса РФ, можно вывести признаки, которыми обладает жилище:

1) строение или сооружение, предназначенное для постоянного или временного проживания людей;

2) может иметь форму обособленного здания, строения, сооружения или представлять часть его;

3) может находиться в любой форме собственности;

4) в качестве его составной части признаются нежилые помещения при условии, что это жилище имеет вид индивидуального жилого дома и нежилые помещения входят в него.

Итак, жилищем считается индивидуальный жилой дом с входящими в него жилыми и нежилыми помещениями, то есть, с одной стороны, к жилищу можно отнести и те его составные части, которые, строго говоря, не предназначены для проживания, но используются для отдыха, хранения имущества либо удовлетворения иных потребностей человека (застекленные веранды, кладовые и т. д.). С другой же стороны, имея в виду, что недвижимость в жилищной сфере включает в себя не только земельные участки и прочно связанные с ними жилые дома с жилыми и нежилыми помещениями, но и приусадебные хозяйственные постройки, следует подчеркнуть, что в понятие жилища не может включаться прилегающая к дому территория, а также не предназначенные и не приспособленные для постоянного или временного проживания людей надворные постройки, погреба, амбары, скотные дворы, гаражи и другие хозяйственные помещения, обособленные от жилых построек и не используемые для проживания людей.

Так совершенно правильно судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда не усмотрела признаков жилища в подвальном помещении. Как установлено приговором суда, А. проник в подвал дома, откуда совершил кражу. Из протокола осмотра места происшествия видно, что вход в подвал дома осуществляется отдельно от входа в жилой дом. Подвал предназначен не для постоянного и временного проживания людей, а для хранения материальных ценностей, поэтому подвал дома следует считать помещением.

Думается, что Высшая Судебная Инстанция, принимая решение по существу уголовного дела, исходила из того, что подвальное помещение, которое находилось под жилым домом, хоть и было с ним конструктивно сопряжено, но не являлось его составной частью, на что указывала обособленность подвала, наличие у него самостоятельного входа. В этом смысле подвал не соответствует определению жилища как индивидуального жилого дома с входящими в него жилыми и нежилыми помещениями. Как это установлено материалами дела, подвал не входил в состав дома как его конструктивная часть.

Далее следует отметить, что жилищем признается любое жилое помещение независимо от формы собственности, входящее в жилищный фонд и пригодное для постоянного или временного проживания. Исходя из законодательного определения, анализируемая разновидность жилого помещения должна обладать одновременно двумя признаками: входить в жилищный фонд и быть пригодной для постоянного или временного проживания.

Жилищный фонд, в свою очередь, в соответствии со ст. 19 Жилищного Кодекса РФ – это совокупность всех жилых помещений, находящихся на территории РФ. Жилищный фонд подлежит государственному учету, в порядке, установленном уполномоченным Правительством РФ федеральным органом исполнительной власти.

Так, абсолютно обоснованно не подлежит вменению проникновение в жилище лицу, которое проникая в квартиру с целью совершения хищения, заведомо знало, что квартира сдана в наем организации для использования ею в качестве офиса или складского помещения с размещением в ней соответствующего оборудования, товаров или используемая самим владельцем в этом качестве.

«Помещения, признаваемые жилищем, могут находиться и на транспортных средствах, предназначенных, в том числе, и для временного проживания. Так, например, каюта туристического теплохода, совершающего морской или речной круиз, используемая для временного проживания экипажа корабля (его обслуживающего персонала) совершенно обоснованно в судебной практике признается жилищем, подобно тому, как жилищем признается и купе проводников поездов.

В то же время отдельное купе, каюта на транспортном средстве, которое не имеет другого предназначения кроме перевозки пассажиров и оборудовано спальными местами в целях повышения удобства и комфортабельности проезда в нем, не может рассматриваться как жилище для лиц, которые выступают одновременно пассажирами и потерпевшими от хищений.

В этой связи заслуживает особого внимания следующий случай.

К. путем взлома запорного устройства двери автомобиля, заведомо зная, что его сосед Б., поссорившись со своей супругой, вот уже несколько месяцев использует свой автомобиль TOYOTA LAND CRUISER как непосредственное место сна и отдыха, ночует в нем и соответственно хранит некие ценности в виде ноутбука и других мелких ценных вещей, проник в него и похитил данные ценности. Поскольку материалами уголовного дела было достоверно установлено, что К. заведомо знал о том, что Б. использует свой автомобиль не только как средство передвижения, но и как ночлег, и соответственно не боится оставлять в нем свое имущество в силу того, что автомобиль оснащен системой сигнализации, действия К. абсолютно обоснованно, были квалифицированы по п. «б» ч. 2 ст. 158 Уголовного Кодекса РФ.

Точно так же, должны признаваться жилищем и временные сооружения или помещения, используемые в качестве жилья на время проведения каких-либо работ (вагончики, сборные домики). В качестве временных жилищ должны рассматриваться только те, которые не имеют более другого предназначения, доступ в которые для виновного и всех других лиц, кроме проживающих, ограничен.

Вместе с тем, необходимо отличать жилище от места временного нахождения человека либо группы людей (не являющееся жилищем). Как ранее об этом было сказано, основным назначением жилища является проживание в нем. В тех случаях, когда человек фактически находится в определенном месте, в том числе в течение длительного периода времени, но нахождение в нем обусловлено не проживанием, а иной целью (например, прием пищи, выполнение трудовых обязанностей и т. п.), исключается наличие жилища. Между тем, когда помещение, строение, сооружение начинает фактически использоваться для проживания, несмотря на то, что ранее оно использовалось для других целей, оно будет признаваться жилищем, например, жилищем будет признаваться транспортное средство, водитель которого в дневное время эксплуатирует его для перевозки пассажиров, а в ночное время, не имея, собственного жилья, использует транспортное средство для проживания (готовит пищу, спит, отдыхает). При этом в иных целях, в ночное время, данное транспортное средство не используется, что исключает его иное назначение.

Данные обстоятельства необходимо принимать во внимание и использовать при отграничении понятий «жилище» и «помещение», когда в связи с осуществлением производственной либо иной служебной деятельностью субъект может продолжительное время находиться в определенном месте.

Хищение с проникновением в жилище посягает еще на один объект кроме собственности — на неприкосновенность жилища как неотъемлемое конструктивное право человека. Неприкосновенность жилища выступает здесь дополнительным объектом хищения, следует заметить в то же время, что неприкосновенность жилища охраняется специальной уголовно-правовой нормой, предусмотренной ст. 139 Уголовного Кодекса РФ. Возникает вполне естественный вопрос, нужна ли дополнительная квалификация хищения, совершенного с проникновением в жилище, по ст. 139 Уголовного Кодекса РФ? По всей видимости не нужна, поскольку одно преступление является конструктивной частью другого преступления, и законодатель в его санкции уже предусмотрел повышенную опасность этого сложного преступления. Вывод об этом подтверждается, в частности, соответствующими положениями Постановления Пленума Верховного Суда от 27 декабря 2002 г. № 29 (п. 19).

Помещением является строение, сооружение, предназначенное для размещения людей или материальных ценностей. Круг такого рода строений весьма широк и разнообразен, охватывая собой административные, производственные (цеха, мастерские), торговые (магазины, палатки), учебные либо предназначенные для коммунально-бытового, медицинского, культурного и иного обслуживания населения помещения, а также любые сооружения иного назначения как постоянного, так и временного характера, как стационарного, так и передвижного.

Характерным признаком помещения является то, что оно обычно используется для размещения как людей, выполняющих свои производственные, профессиональные обязанности, так и материальных ценностей, необходимых для выполнения работы расположенных в них организаций и учреждений.

Понятием «иное хранилище» охватываются устройства и места, которые не относятся к помещениям, но предназначены, приспособлены или специально оборудованы для постоянного или временного хранения материальных ценностей, и в этих целях снабжены какими-либо приспособлениями, препятствующими проникновению в них (запорные устройства, пломбы, ограды), либо обеспечены охраной (сторожа, сигнализирующие устройства, решетки, заборы), препятствующей доступу к товарно-материальным ценностям.

Под устройствами следует понимать предметы материального мира, специально предназначенные для хранения материальных ценностей. Указанным признакам отвечают прежде созданные человеком различные емкости, предназначенные для обеспечения сохранности имущества; сейфы и иные денежные ящики, контейнеры, багажные и грузовые вагоны, охраняемые железнодорожные платформы и полувагоны, прицепы, цистерны и т. д.

Весьма интересным является следующий случай из судебной практики.

Гражданин М., купив дорогой автомобиль, оборудовал его надежной системой спутниковой противоугонной сигнализации, а также по специальному заказу техники, переделав, бардачок автомобиля, сделали из него сейф с кодовым замком. А. Активно пользовался данным сейфом, предполагая, что более надежного места для хранения материальных ценностей нет. Б.,неоднократно наблюдал, как А. садится в автомобиль с различными пакетами и выходит без них, заподозрил наличие в автомобиле тайника. Ночью, убедившись, что хозяин автомобиля спит, с помощью компьютера взломал систему сигнализации, проник в автомобиль и обыскав его, понял, что ценности скорее всего находятся в бардачке, аккуратно взломал кодовый замок и похитил ценности. Содеянное ошибочно было квалифицировано как кража по п. 1 ст. 158 Уголовного Кодекса РФ, в последующем данный приговор в апелляционной инстанции был изменен на п. «а» ч. 3 ст. 158 Уголовного Кодекса РФ, поскольку было доказано намеренное приспособление автомобиля под хранение ценностей, несмотря на функциональную принадлежность автомобиля как средство передвижения.

Аналогично решается вопрос о хищениях, совершаемых с открытых платформ. Как известно не содержат признака проникновения, если платформы не охранялись. Вместе с тем, расположенные на платформе грузы могут иметь конструктивные емкости, используемые в качестве хранилищ.

Второй категорией объектов, могущих быть признанными иными хранилищами являются определенные места, в том числе и под открытым небом, т. е. участки территории или акватории, если они отвечают двум признакам: во-первых, специально отведены для постоянного или временного хранения материальных ценностей (загоны для скота, огороженные площадки и т. п.) и, во-вторых, оборудованы оградой, либо техническими средствами или обеспечены иной охраной с целью сбережения этого имущества (заборы, решетки, сигнализационные устройства)

Признак отведения той или иной площадки именно для целей хранения материальных ценностей, позволяет отличить хранилище от иных участков территории, хотя и охраняемых, но функционально предназначенных не для хранения, а для иного назначения, например, для выращивания какой-либо продукции (сады, огороды, бахчи, пруды для откорма рыбы, выпасы скота, заповедники), а признак нахождения под охраной – от площадок, хотя и используемых для складирования материалов, но не признаваемых хранилищем в силу их неогражденности или неохраняемости тем или иным образом.

В этом отношении судебная практика справедливо не рассматривает в качестве хранилища всю охраняемую территорию предприятия, полагая, что иным хранилищем в этом случае может быть лишь та часть, которая специально выделена для размещения, складирования и хранения ценностей и особо охраняема в этом качестве.

Так, А. и Г. с целью хищения проникли на территорию автозавода и стали перебрасывать через забор автодетали от автомашины «Волга». Районный суд квалифицируя эти действия как хищение с проникновением в хранилище, как и судебная коллегия Верховного Суда РФ, нашедшая такую квалификацию правильной, исходили из признания таковым всей территории завода. Основанием же для такого вывода послужило то обстоятельство, что указанная территория в целях охраны находящихся внутри нее материальных ценностей, во-первых, огорожена по всему периметру металлической сеткой и бетонным забором, снабженными охранной сигнализацией, а во-вторых, постоянно патрулируется подразделением военизированной охраны.

Президиум верховного Суда, рассмотрев данное дело в порядке протеста, указал в своем постановлении на то, что по смыслу закона основным критерием для признания иного хранилища таковым является отведение и оборудование участка исключительно для целей хранения. Иное назначение таких площадей не дает основания рассматривать подобные участки как хранилище. Следовательно, вся территория автозавода независимо от ее оборудования и охраны не может признаваться иным хранилищем.

Сложным является вопрос о том, относится ли к иному хранилищу сооружение, которое в основном предназначено для определенных целей, с хранением имущества не связанных, однако имманентно используется и для хранения. Речь идет ,например, о платежных терминалах, предназначенных для снятия наличных денег, оплаты различных услуг, в том числе услуг интернета, мобильной связи и т. д. Понятно, что они имея отмеченное выше предназначение, используются для временного хранения денежных средств. По смыслу закона (примечание 3 к ст. 158 Уголовного Кодекса РФ) хранение имущества должно быть основным предназначением иных сооружений, на что указывалось выше, в описанной же ситуации этого нет.

С другой стороны, выполнение основных функций терминалов невозможно без осуществления функций хранения денежных средств. Они, разумеется, не предназначены для постоянного их хранения, но обязательно предусматривают хранение временное. Без выполнения такой функции само функционирование терминала будет невозможным. Поэтому хранение денег следует признавать основной, хоть и вспомогательной функцией терминала, а сам терминал – иным хранилищем.

Так же решается проблема с хищениями из терминалов и на практике.

Так, приговором районного суда И. был осужден по п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ. Из материалов уголовного дела следует, что И. Взломал терминал приема платежей и похитил находящиеся в нем денежные средства. Поскольку платежные терминалы, из которых совершались кражи, предназначены для сбора и хранения денежных средств до момента их изъятия уполномоченным лицом.

На наш взгляд данное решение может быть сочтено верным, если имели место все признаки проникновения в хранилище. Кассовый аппарат, предназначенный для пробивания чеков и выполняющий фискальные функции, одновременно хранит деньги до их сдачи инкассатору. Поэтому такой аппарат так же, как и платежный терминал, может быть оценен как иное хранилище.

От иного хранилища необходимо отличать похожие на него предметы, используемые, однако, не с целью хранения имущества, а например, для его упаковки, переноски на небольшие расстояния и т. п.: сумки, даже с кодовыми замками, чемоданы, футляры и ящики. Проникновение внутрь таких предметов анализируемого признака хищения не образует; оно может быть квалифицировано по другому признаку ч. 2 ст. 158 Уголовного Кодекса РФ (хищение из сумки или другой ручной клади). Однако в каждом конкретном случае следует руководствоваться материалами уголовного дела.

Таким образом, только сочетание двух признаков: надлежащего функционального предназначения (для жилища-это проживание, для помещения — это размещение людей или материальных ценностей, для хранилища- это хранение материальных ценностей) и защищенности тем или иным образом ( для жилища-правовая защита его неприкосновенности, для хранилища-технические или иные средства защиты) может образовывать рассматриваемые понятия. Это обстоятельство имеет немаловажное значение и для уяснения понятия «проникновение». Ведь для вменения рассматриваемого квалифицирующего признака необходимо установить не только тот факт, что изъятие имущества совершено из жилища, помещения или иного хранилища, но и особый способ данного извлечения – посредством проникновения на указанные объекты, необходимость которого как раз и предопределена особой защищенностью этих объектов.

Проникновение коротко можно определить как противоправное вторжение в жилище, помещение либо иное хранилище с целью хищения имущества.

Во-первых, со стороны физической проникновение может осуществляться как непосредственно (в виде физического вхождения или протягивания внутрь руки), так и опосредованным образом, когда имущество извлекается без входа в соответствующее жилище, помещение или хранилище с использованием для его изъятия различных приспособлений (крючка, палки, магнита), дрессированных животных, а также добросовестно заблуждающегося малолетнего или невменяемого лица. На квалификацию способ изъятия ценностей никакого влияния не оказывает.

Во-вторых, со стороны юридической, проникновение всегда является незаконным, т. е. предполагающим отсутствие у виновного права на появление в соответствующем жилище, помещении или хранилище, в которых он оказывается вопреки запрету или, во всяком случае, без ведома и согласия управомоченных лиц, а также путем обмана владельца, работающих или находящихся там на законном основании лиц. Иными словами, проникновение является недозволенным, неразрешенным, поскольку доступ для виновного на данный объект может быть закрыт вообще или ограничен на определенное время, например, нерабочее или обеденное. Собственно, этим и объясняется повышенная общественная опасность такого рода хищений в отличие от хищений имущества, доступ к которому открыт для виновного, в силу чего ему не приходится преодолевать ни правовых, ни технических, ни каких-либо иных дополнительных барьеров для завладения имуществом.

Нахождение лица в помещении, ином хранилище или жилище на законном основании ( например, в связи с работой в данном помещении или добровольным согласием потерпевшего либо лица, под охраной которого находилось имущество) исключает рассматриваемый квалифицирующий признак. Так, хищение из помещения во время работы не может квалифицироваться как совершенное путем проникновения. Наличие у лица свободного доступа в жилое помещение в силу родственных отношений (как члена семьи) или договорных отношений (как временного жильца) также является основанием для исключения признака проникновения.

В частности, ошибочным было признано вменение проникновения в жилище при следующих обстоятельствах:

В., являясь, родной сестрой К., и временно проживая в ее квартире, похитила из шкафа денежные средства К, которые она откладывала на покупку новой квартиры.

В данном случае признак проникновения в жилище отсутствует, поскольку виновная проживала вместе с потерпевшей с ее дозволения и имела свободный доступ к ценностям, то есть отсутствует один из конструктивных признаков проникновения — противоправность.

Немаловажное значение для вменения проникновения в жилище, помещение или иное хранилище имеют также время вторжения. Приход виновного в торговый зал магазина или экспозиционный зал музея, куда во время работы указанных заведений открыт доступ для каждого, также не образует признака проникновения даже при наличии умысла на хищение.

Однако, в литературе существует иная точка зрения, согласно которой, напротив, если виновный вторгся в помещение какого-либо учреждения или организации в нерабочее время, когда доступ в них закрыт (например, в выходной или праздничный день) признак проникновения, несомненно, наличествует. Присутствует он и там, когда виновный оказывается в соответствующем помещении хотя бы и на законном основании, но остается там после его закрытия на обеденный или ночной перерыва с целью совершения хищения. Таким образом, проникновением можно считать и такой способ получения доступа к имуществу, когда виновный законно пересекает границы какого-либо из перечисленных объектов, но неправомерно там остается, прячется с намерением дождаться закрытия магазина, а затем совершить хищение. Несмотря, на то, что в одном случае лицо неправомерно проникает в помещение с целью хищения, в другом — неправомерно остается там с той же целью, принципиальное сходство указанным ситуациям придает то обстоятельство, что виновный имея умысел на хищение, находится в помещении, ином хранилище или жилище незаконно, вопреки правилам, определяющим режим их работы, вопреки воле лиц, отвечающих за сохранность находящегося в нем имущества, или вопреки воле хозяина.

В-третьих, по способу действия проникновение может осуществляться тайным или открытым способом (когда преступник вторгается на объект без согласия соответствующих лиц), либо обманным путем (когда получает такое «согласие» посредством введения в заблуждение, выдавая себя, например, за сантехника или электрика). При этом на квалификацию не влияет способ проникновения.

В-четвертых, проникновение может осуществляться как с преодолением препятствий (взлом дверей, люков, кузова вагона, машины и т. д.) или сопротивления людей, так и беспрепятственно, т. е. путем вхождения на оставленные без охраны объекты или незапертые в данный момент двери, ворота, люки, в том числе оставленные незакрытыми в результате ранее совершенного кем-то проникновения.

В-пятых, проникновение — это такое вторжение в жилище, помещение или иное хранилище, которое осуществляется с целью хищения, сформировавшимся до фактического вторжения, ибо законодатель связывает повышенную ответственность не с хищением из помещения, т. е. не с местом совершения, а с местом его особой защищенности и действиями виновного, направленными на преодоление этой защищенности. Следовательно, для вменения рассматриваемого признака необходимо доказать, что умысел на хищение возник у субъекта до момента проникновения в помещение или жилище. Если же умысел на завладение имуществом возник у лица уже в процессе пребывания в помещении, хранилище или жилище, в котором оно вначале находилось без намерения совершить хищение, но затем по возникшему во время нахождения в них умыслу завладело чужим имуществом, в его действиях рассматриваемый квалифицирующий признак отсутствует.

Таким образом, для формирования единообразной правоприменительной практики по рассматриваемой категории уголовных дел требуется правильной применение уголовного закона, основанное не только на текстуальном толковании уголовно-правовых норм, но и на понимании их правовой сущности, социальной обусловленности установления уголовно-правового запрета на их совершение как деяний, обладающих повышенной общественной опасностью.

Лопашенко Н. А. Посягательства на собственность, М., 2012. С. 332

О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое: Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. № 29 // Консультант Плюс : справочная правовая система.

Шаповалов Ю.Н. Развитие законодательного закрепления квалифицирующего признака хищений «Незаконное проникновение в жилище, помещение либо иное хранилище// Гарант :справочная правовая система.

Кассационное определение Верховного Суда РФ от 5 февраля 2008 г. № 69-007-9 // Гарант : справочная правовая система.

Лопашенко Н. А. Преступления в сфере экономики, М., 2006. С. 280

Архив Иркутского областного суда за 1999 г. Уголовное дело № 4-67

О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. № 29 // Консультант Плюс : справочная правовая система.

Тугликович М. А. Особенности квалификации тайного хищения чужого имущества, совершенного путем проникновения // Консультант Плюс : справочная правовая система

Лопашенко Н. А. Преступления в сфере экономики, М., 2006. С. 624.

Бюл. Верховного Суда РФ. 1999. № 2. С. 14-15.

Бюл. Верховного Суда РФ. 1993. № 1. С. 6-7.

Информационный бюллетень кассационной и надзорной практики судебной коллегии по уголовным делам Архангельского областного суда за IV квартал 2009 г. //URL:http://www/arhcourt.ru

Лопашенко Н. А. Преступления в сфере экономики, М., 2006. С. 628.

Записи созданы 8132

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Похожие записи

Начните вводить, то что вы ищите выше и нажмите кнопку Enter для поиска. Нажмите кнопку ESC для отмены.

Вернуться наверх