Причинно следственной связи

Гражданское право, предпринимательское право, семейное право…

10. О естественных монополиях : федер. закон от 17 авг. 1995 г. № 147-ФЗ // Собр. законодательства Рос. Федерации. -1995. — № 34. — Ст. 3426.

13. Послание Президента Владимира Путина Федеральному Собранию РФ // Рос. газ. — 2012. — 12 дек.

14. Смоленский, М. Б. Административное право : учеб. / М. Б. Смоленский. — Ростов н/Д. : Феникс, 2005. — 346 с.

15. Халфина, Р О. Общее учение о правоотношении / Р О. Халфина. — М. : Юрид. лит., 1974. — 340 с.

УДК 347.42 ПРИЧИННАЯ СВЯЗЬ КАК ЭЛЕМЕНТ

ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВОЙ КОНСТРУКЦИИ УБЫТКОВ Causation as an Element of Civil Structure of Damages

ЛИПЕНЬ Илья Михайлович — юрист-лицензиат (Минск, Республика Беларусь)

Lipen Iliya M. — Licensed Lawyer (Minsk, Republic of Belarus)

Аннотация. Статья посвящена проблеме причинной связи в гражданском праве. Анализируя близкие по содержанию положения гражданского законодательства Российской Федерации и Республики Беларусь, автор приходит к выводу, что причинная связь является условием договорной ответственности и элементом гражданско-правовой конструкции убытков одновременно. Несмотря на то что ни законодательство, ни правоприменительная практика в Белоруссии и России не требуют от исследователя жесткого обособления того или иного аспекта причинной связи, автор доказывает целесообразность выделения последнего (причинная связь как элемент гражданско-правовой конструкции убытков).

Ключевые слова: причинная связь в гражданском праве, убытки.

Causal nexus in the civil law, damages.

DOI: 10.19073/2306-1340-2016-1-29-32

В научных юридических кругах давно быту- есть один из труднейших вопросов права — уго-ет мнение, что «учение о сущности каузального ловного и гражданского» .

Вестник Омской юридической академии. 2016. № 1 (30)

Как высказывается немецкий правовед Рюме-лин, «большинство юристов охватывает тихий ужас, когда они в заголовке книги или статьи встречают проблему каузальности» .

Чтобы осветить проблему причинной связи в гражданском праве на серьезном теоретическом уровне, нам необходимо по меньшей мере посвятить этому значительное по объему и кругу затрагиваемых вопросов исследование. Понятно, что в рамках статьи мы не могли ставить перед собой столь масштабную задачу, поэтому все внимание уделили рассмотрению вопроса, который в цивилистической литературе обычно остается за кадром.

Речь будет идти о причинной связи как элементе гражданско-правовой конструкции убытков (по законодательствам Республики Беларусь и Российской Федерации).

Как известно, гражданские законодательства этих двух стран прямо указывают на необходимость наличия причинной связи между убытками и нарушением обязательства. Согласно п. 1 ст. 364 Гражданского кодекса Республики Беларусь (далее — ГК Беларуси) и п. 1 ст. 393 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее -ГК РФ) должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Отсюда можно сделать вывод, что причинная связь является обязательным условием договорной ответственности в форме возмещения убытков.

В то же время законодательства обеих стран традиционно формулируют самое понятие «убытки» как вызываемые неправомерным поведением отрицательные последствия в имущественной сфере потерпевшего.

Вот формула закона: «Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода)» (п. 2 ст. 14 ГК Беларуси; п. 2 ст. 15 ГК РФ). По смыслу этих статей неблагоприятные последствия в имущественной сфере потерпевшего, не находящиеся в причинной связи с неправомерным поведением, убытками в правовом понимании не являются.

Таким образом, чтобы имущественные потери, понимаемые как убытки в экономическом

смысле, можно было взыскать с контрагента, они должны реально существовать и как убытки в правовом смысле, т. е. должны быть вызваны неправомерным поведением. Отсюда следует, что убытки как условие договорной ответственности считаются доказанными, если судом установлено наличие следующих конструктивных элементов этого правового понятия:

— убытков в экономическом смысле;

— неправомерного поведения обязанного лица;

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

— причинной связи между неправомерным поведением обязанного лица и убытками в экономическом смысле, возникшими в имущественной сфере лица, чье право нарушено.

В приведенной триаде элементов правовой конструкции убытков причинная связь играет роль среднего (связующего) звена, при отсутствии которого остальные звенья цепи оказываются оторванными друг от друга, а потому и не имеющими доказательного значения для установления судом факта наличия убытков.

Необходимость доказывания причинной связи как элемента правовой конструкции убытков особенно остро проявляется на практике при взыскании упущенной выгоды. Это и понятно: факт наличия упущенной выгоды будет налицо лишь в одном случае: если истец сможет доказать, что он мог и должен был получить определенные доходы и только нарушение обязательств ответчиком стало единственной причиной, лишившей его возможности получить прибыль от реализации товаров (работ, услуг).

В сравнительно-правовом аспекте вызывает интерес законодательная дефиниция упущенной выгоды из Германского гражданского уложения (далее — ГГУ), которая не просто выделяет причинную связь в качестве конструктивного элемента данного вида убытков, но и несет на себе отпечаток одной достаточно известной теории причинной связи, пользующейся широким признанием в судебной практике Германии. «Неполученной считается выгода, которую с известной долей вероятности можно было бы ожидать в соответствии с обычным ходом вещей или сообразно с особыми обстоятельствами, в частности в связи со специально принятыми мерами и приготовлениями (§ 252 ГГУ)» .

Приведенная законодательная формулировка упущенной выгоды обращает на себя внимание упоминанием в ней такого термина, как «обычный ход вещей» — центрального понятия в теории адекватной причинной связи.

Гражданское право, предпринимательское право, семейное право…

Согласно положениям данной теории для вывода о наличии в каждом конкретном случае причинно-следственной связи имеют значение лишь типичные закономерности. Это означает, что «одно явление признается причиной другого, «адекватного” ему, если, будучи одним из необходимых условий возникновения этого другого, оно «повышает вероятность” его наступления и если такое соотношение является «типичным”» . Явление, которое не является типичным (повторяющимся), или, иначе говоря, адекватным, не образует причинную связь с наступившим результатом. При этом адекватным признается лишь такое явление, которое способно повлечь наступление определенного последствия вообще, а не только в данном случае. Иначе говоря, «выясняется не то, могло ли данное условие при данных конкретных обстоятельствах повлечь за собой определенный результат, а то, может ли вообще такое явление в соответствии с общим опытным знанием человечества вызвать подобного рода результат» .

Применительно к упущенной выгоде сказанное означает следующее.

В соответствии с § 252 ГГУ возмещению подлежит только такая упущенная выгода, которая находится в адекватной причинной связи с действием, вызвавшим ущерб. Другими словами, по немецкому законодательству потерпевшая сторона имеет право претендовать на возмещение только такой упущенной выгоды, возникновение которой обусловлено действием, которое всегда в обычных условиях ведет к наступлению такого рода убытков.

Но вернемся к реалиям правовой действительности рассматриваемых нами стран и подведем краткий итог нашим рассуждениям.

Причинная связь есть условие договорной ответственности и элемент гражданско-правовой конструкции убытков одновременно. Ни законодательство, ни правоприменительная практика в Беларусии и России не требуют жесткого обособления того или другого аспекта. Однако выделение причинной связи именно как элемента гражданско-правовой конструкции убытков имеет смысл и в практическом плане может обнаруживать себя в нескольких направлениях.

В первую очередь анализируемый аспект причинной связи может служить ориентиром судебной практике.

Не секрет, что при разрешении конкретных споров суды, рассматривая имущественные по-

тери истца в качестве убытков, нередко вообще не обременяют себя установлением причинной связи, ошибочно полагая, что данное условие ответственности считается автоматически доказанным, коль скоро истец доказал цепочку «нарушение обязательства — имущественные потери». Противоположная установка судов -на изначальное непризнание имущественных потерь истца в качестве убытков — позволяет по-другому оценивать ситуацию, когда вначале должник нарушает обязательство, а впоследствии кредитор несет некие безэквивалентные расходы (теряет некую имущественную выгоду). В этом случае у судов возникает ясное понимание того, что такая ситуация автоматически не ведет к возникновению убытков в смысле ст. 14 ГК Беларуси (ст. 15 ГК РФ) и в каждом конкретном случае необходимо выяснять наличие причинно-следственной связи между двумя указанными обстоятельствами.

Наконец, рассматриваемый аспект причинной связи может служить аргументом в пользу ревизии редакции п. 1 ст. 364 ГК Беларуси (п. 1 ст. 393 ГК РФ) в плане иной расстановки акцентов.

Как представляется, норма указанных статей должна давать установку не на необходимость установления причинной связи как таковой между убытками и нарушением должником обязательства (причинная связь по определению есть конструктивный элемент правового понятия «убытки»), а на определение границ последствий, на которые распространяется ответственность лица, допустившего нарушение обязательства. Речь идет о важном правиле регулирования возмещения убытков, нацеленном на ограничение возмещаемого ущерба тем объемом, который является предвидимым.

Не вдаваясь в подробное изложение сути данного правила (что требует отдельного рассмотрения этого вопроса), ограничимся констатацией того, что оно уже давно получило признание как в актах международного частного права, так и в законодательствах ряда экономически развитых стран. Мы полагаем, что норма, учитывающая высказанное нами замечание, могла бы иметь следующий вид:

«Должник обязан возместить кредитору причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства убытки, которые он предвидел или должен был разумно предвидеть в момент заключения договора».

Вестник Омской юридической академии. 2016. № 1 (30)

Итак, анализ соответствующих нормативно- вия договорной ответственности есть одновре-правовых баз Беларусии и России свидетель- менно установление самого факта существова-ствует: установление причинной связи как усло- ния убытков в имущественной сфере кредитора.

Библиографический список

3 . Церетели, Т. В. Причинная связь в уголовном праве / Т. В. Церетели. — М. : Госюриздат, 1963. — 382 с.

5 . Rumelin, M. Die Verwendung der Kausalbegriff im Straf- und Civilrecht / M. Rumelin. — Tubingen : Mohr, 1900. — 174 S.

УДК 347.22 СИСТЕМА ВЕЩНЫХ ПРАВ В ПРОЕКТЕ ИЗМЕНЕНИЙ

ГРАЖДАНСКОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ The System of Rights of Things in the Draft Amendments of the Civil Code of the Russian Federation

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

МАХИНЯ Евгений Александрович — преподаватель кафедры гражданского права Омской юридической академии (Омск)

Makhinya Evgeny A. — Lecturer of Civil Law Department, Omsk Law Academy (Omsk)

Аннотация. В статье анализируются виды вещных прав в проекте изменений Гражданского кодекса Российской Федерации. Автором обосновывается утверждение об отсутствии вещно-правовой природы у права приобретения чужой недвижимой вещи, права вещной выдачи и отрицательных сервитутов.

Ключевые слова: вещные права, владение, господство над вещью.

Rights in rem, ownership, dominion over the thing.

DOI: 10.19073/2306-1340-2016-1-32-37

Нынешнее правовое регулирование института вещных прав нельзя назвать абсолютно удовлетворяющим потребности участников гражданских правоотношений. Раздел II Гражданского

кодекса Российской Федерации является одним из самых противоречивых, он постоянно вызывает практические трудности при разрешении возникающих гражданско-правовых споров.

»Досудебное производство по уголовным делам о профессиональных преступлениях, совершенных медицинскими работниками»

УДК 61

DOI 10.24411/2587-4926-2018-10022

ПРИЧИННО-СЛЕДСТВЕННАЯ СВЯЗЬ МЕЖДУ ДЕЙСТВИЕМ (БЕЗДЕЙСТВИЕМ) И НЕБЛАГОПРИЯТНЫМ ИСХОДОМ

ЛЕОНИД АЛЕКСАНДРОВИЧ ШМАРОВ,

заместитель директора по судебно-экспертной работе, Российского центра судебно-медицинской экспертизы Минздрава России, кандидат медицинских наук E-mail: shmarov@rc-sme.ru

Аннотация. Кратко рассмотрена проблема установления причинно-следственной связи между действием (бездействием^ наступлением неблагоприятного исхода. Показаны существующие подходы к решению данного вопроса, а также кратко сообщено о существующих проблемах.

Ключевые слова: действие, бездействие, причинно-следственная связь, ненадлежащее оказание медицинской помощи.

Shmarov L.A. CAUSAL RELATIONSHIP BETWEEN THE ACTION (INACTION) AND THE UNFAVORABLE OUTCOME

Обязательным условием уголовной ответственности лица является наличие причинной связи между действием (бездействием) и наступившими вредными последствиями. Речь идет об установлении того, что наступившие общественно опасные последствия порождены данными действиями (бездействием) лица, а не действиями третьих лиц либо каких-либо деяние продуцировало предусмотренные законом общественно опасные последствия .

При этом в юридической литературе даже само словосочетание, характеризующее эту связь, звучит по-разному. В некоторых источниках, она характеризуется, как «причинно-следственная связь» , в других — как «причинная связь» без употребления слова «следственная» . Возможно, что не имеет большого значения, какое словосочетание при этом использовать, однако однообразие более подходит для современной юриспруденции, нежели вольное использование тех или иных выражений, пусть и близких по своему содержанию. Вообще, проблема установления причинно-следственной связи не решена и решена, видимо, в принципе быть не может в силу наличия очень большого количества подходов к ее пониманию и лишь возможно частное применение к конкретно поставленной задаче. Данное предположение соотносится с мнением Ф. Энгельса, который считал, что причина и следствие, суть представления, которые имеют значение, как

таковые, только в применении к данному отдельному случаю .

В силу того, что нет главного в причине и следствии, в силу того, что, для правоприменителя важны и причина, и следствие, то правильнее использовать словосочетание «причинно-следственная связь». Такое словосочетание подчеркивает очень важное свойство данной связи, важное в праве вообще, и в уголовном праве, в частности, а именно, что причина всегда предшествует следствию и следствие одно-однозначно связано с причиной.

В юридической литературе имеется огромное количество всевозможных подходов к определению причинно-следственной связи. Ниже приведены лишь некоторые из них, так как основательное изучение этой важнейшей категории требует отдельного фундаментального исследования, невозможного в раках настоящей статьи. При этом, во многих руководствах по юриспруденции вообще и уголовному и гражданскому праву в частности, не дается четкой дефиниции причинно-следственной связи, а лишь пространные умозаключения о ее природе и сложности ее установления.

Так, В.А. Белов считает, что причинная связь — философская категория, отражающая такие объективно существующие связи в природе и обществе, в которых одни явления выступают причиной, а другие — следствием этих причин. Выявление таких связей применительно к конкретным жизненным отно-

«Pre-trial proceedings in criminal cases on professional crimes committed by medical workers»

шениям, в том числе и к ответственности за причиненный вред, связано с серьезными трудностями . В юридической науке предложено множество теорий причинной связи. Известны теории равно ценных условий, необходимого условия, необходимой и случайной причинной связи, теория возможности и действительности и др. .

С точки зрения Б.М. Гонгало, для привлечения лица к ответственности обычно требуется установить причинную связь между противоправным поведением и неблагоприятными последствиями. Под причинной связью понимают объективно существующую связь между двумя явлениями, одно из которых причина, а другое — следствие. Необходимо различать обстоятельства, создающие абстрактную возможность наступления неблагоприятных имущественных последствий, и обстоятельства, порождающие реальную (конкретную) возможность умаления имущественной сферы кого-либо. Юридическое значение имеет конкретная причина, с необходимостью вызывающая следствие .

О.А. Цыганова, соавт., считают, что причинная связь — разновидность взаимосвязи явлений, при которой одно явление (причина) всегда предшествует другому и порождает его, а другое (следствие), всегда является результатом действия первого. Причинно-следственная связь между вредом здоровью и дефектом оказания медицинской помощи носит объективный характер и устанавливает зависимость наступления отрицательных последствий для жизни или здоровья пациента от действий медицинского персонала. При наступлении ответственности за неоказание или ненадлежащее оказание медицинской помощи судом исследуется причинная связь между вредом здоровью (жизни) гражданина и противоправным поведением причинителя вреда. В одних случаях связь очевидна и не вызывает проблем у правоприменителя, в других требует исследования экспертами. Обычно этот вопрос ставиться на разрешение судебно-медицинской экспертизы . О.А. Цыганова с соавт. используют одновременно понятие причинная связь и причинно-следственная связь, видимо предполагая некую иерархию между ними, т.е. причинная связь — всеобъемлюща, а причинно-следственная связь частна, применима для гражданского права, что вряд ли добавляет ясности в эту непростую логическую категорию.

Более оригинальные дефиниции причинно-следственной связи приведены в диссертационных работах, посвященных возмещению причиненного вреда жизни и здоровью.

Так, по мнению Е.А. Костиковой, причинно-следственная связь — это объективная конкретная взаимосвязь двух (или более) явлений, одно из которых (ненадлежащее оказание медицинской помощи) в силу объективных законов развития материального мира вызывает или объективно может вызвать другое явление (неблагоприятные последствия для пациента) . При всей очевидности такого определения, ничего нового или существенного к приведенным выше, не добавляет.

А.В. Тихомиров не раскрывая дефиниции понятия «причинно-следственная связь» сообщает нам о сложности ее установления в случае оказания медицинской помощи. Он считает, что для того правоприменителю необходимо иметь представление о «треугольнике вредоносности» при оказании медицинской помощи, что это позволяет ориентироваться в путях исключения вероятных причин наступления вреда: от составляющих медицинскую помощь врачебных действий, от прогрессирования самой патологии и от реакции организма на медицинское воздействие . Однако, следует заметить, что вряд ли правоприменитель, не обладающий специальными познания в области медицины, в состоянии самостоятельно разобраться в том, что оказало наибольший вред здоровью потерпевшего, и вряд ли этот «треугольник вредоносности» поможет ему установить наличие или отсутствие причинно-следственной связи.

Таким образом, исходя из всего многообразия дефиниций, можно констатировать, что причинно-следственная связь, это связь двух явлений, одно из которых является причиной, а другое — следствием данной причины.

Не вдаваясь в обсуждение существующих теорий причинно-следственных связей, упомянутых выше, можно сказать, что каждая из теорий в той или иной степени лишь «разрабатывает» один из индуктивных методов установления наличия причинно-следственной связи, которые достаточно подробно рассмотрены в логике. Это такие методы, как метод единственного сходства, единственного отличия, соединенный метод сходства и различия, метод сопутствующих изменений, метод остатков .

«Досудебное производство по уголовным делам о профессиональных преступлениях, совершенных медицинскими работниками»

При этом некоторые авторы справедливо указывают на смешение понятий при установлении причинно-следственных связей. Так, В.А. Тархов указывает, на смешивание противоправности с виновностью, при этом, причинная связь определяется по признакам противоправности, а противоправность подменяется виновностью .

Также в юридической литературе нет единого мнения, а кто же собственно должен устанавливать наличие или отсутствие причинно-следственной связи между, например, недостатками в оказании медицинской помощи, и неблагоприятным исходом (причинением вреда жизни и здоровью). Часть авторов считает, что это возможно в рамках проведения судебно-медицинской экспертизы , сами судебно-медицинские эксперты иногда считают, что, так как причинность категория немедицинская (логическая), то ее определение в их компетенцию не входит и является прерогативой правоприменителя и такой спор видимо, завершен никогда не будет, по крайней мере, до законодательного закрепления того, кто должен устанавливать наличие или отсутствие причинно-следственной связи в конкретной ситуации.

Нет единого подхода и в решении такой проблемы, как возможность установления наличия причинно-следственной связи между бездействием и исходом (в данном случае, причинением вреда жизни и здоровью). И проблема связана с тем, что как таковое, бездействие в материальном мире не существует, и в силу этого не может предшествовать следствию во времени, и, исходя из этого привести к чему бы то ни было также не может, а значит, бездействие исходя из такого подхода не может состоять в причинно-следственной связи с чем бы то ни было . Схожего мнения придерживался М.Д. Шаргородский, указавший, что при бездействии причинная связь отсутствует вообще. И вопрос, который нужно решать в этом случае — не о том, когда бездействие является причиной наступившего результата, а только о том, когда субъект отвечает за бездействие: когда преступник желал наступления преступного результата и сознательно бездействовал для того, чтобы результат наступил, то, хотя причинной связи нет, виновный отвечает и как за причинение, ибо он обязан был действовать . В данном примере автор собственно заменил понятие причинности на понятие вины, что не позволяет принять такую позицию.

Таким образом, существуют два диаметрально противоположных подхода, первый из которых, бездействие не причиняет последствия и второй, бездействие причиняет последствия , а также различные вариации промежуточных подходов с использованием условий, семантического подхода и т.д. При всем многообразии подходов к решению указанной проблемы, можно лишь констатировать возможность установления некой условно называемой «юридической» причинно-следственной связи между бездействием и вредом жизни и здоровью. И связь эту можно установить при соблюдении трех условий, описанных В.Н. Кудрявцевым, а именно: у субъекта существовала обязанность совершить определенные действия, существовала возможность как положительного, так и отрицательного исхода, совершение действия могло привести к положительному исходу . Но и с таким подходом встает вопрос, при какой вероятности наступления благоприятного исхода следует ставить наличие причинно-следственной связи, а при какой — нет. И вопрос этот очень актуален, так судья Европейского Суда по правам человека в своем совпадающем мнении указал, что правильное оказание медицинской помощи (в данном случае, ранее поступление в больницу) не является залогом сохранения жизни или развития иного благоприятного исхода, и благодаря подобному выводу данный документ приобретает особую ценность для приверженцев тоталитаризма: даже в тех ситуациях, когда вероятность сохранения жизни составляет порядка 20%, последователи тоталитарного режима не предпримут каких-либо мер по сохранению жизни, которая для них не имеет существенного значения .

Таким образом, даже очень краткий экскурс в проблематику причинно-следственных связей показал ее обширность и во многом нерешенность. В связи с чем возможно высказаться о следующем:

♦ целесообразно использовать термин «причинно-следственная связь», как наиболее отвечающий ее сути;

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

♦ недопустимо смешение причинной связи с противоправностью, а противоправности с виновностью;

♦ для установления причинно-следственной связи между действием и вредом жизни и здоровью необходимо использовать индуктивные методы логики;

♦ для установления условно «юридической» причинно-следственной связи между бездействием и

«Pre-trial proceedings in criminal cases on professional crimes committed by medical workers»

вредом жизни и здоровью необходимо соблюдение трех условий: у субъекта существовала обязанность совершить определенные действия, существовала возможность как положительного, так и отрицательного исхода, совершение действия могло привести к положительному исходу.

Литература

1. Постановление Европейского Суда по правам человека от 23 февраля 2016 г. по жалобе № 40378/06 Y.Y. против России // Бюллетень Европейского Суда по правам человека. Российское издание. 2016. № 11(173).

2. Акопов В.И. Врач и современное право: Медицинское право в вопросах и ответах. М., 2000.

3. Белов В.А. Гражданское право. Т. 2. Кн. 2. М.: Юрайт, 2016.

4. Белякова А.М. Имущественная ответственность за причинение вреда. М.: Юрид. лит., 1979.

5. Берилло М.С. Основания освобождения медицинской организации от ответственности за причинение вреда здоровью пациента: Дисс. … канд. юрид. наук. Новосибирск: ФГБОУ ВПО «Новосибирский государственный технический университет», 2014.

6. ВрублевскийВ.И. Бездействие и причинность // Правоведение. 1971. № 1.

7. Галь И.Г. Обстоятельство по оказанию медицинской услуги: Дисс. … канд. юрид. наук. М., 2014.

8. Гонгало Б.М. Гражданское право: Учебник. В 2 т. Т. 1. М.: Статут, 2016.

9. Грядовой Д.И. Логика: Учебник. М.: Юнити-Дана, 2013.

10. Иоффе О.С. Ответственность по советскому гражданскому праву. Л.: Изд-во Ленинградского ун-та, 1955.

12. Кудрявцев В.Н. Объективная сторона преступления. М.: Госюриздат, 1960.

13. Кудрявцев В.Н. Уголовное право России. Общая часть. М.: Юристъ, 2006.

14. Кузнецова Н.Ф., Тяжкова И.М. Курс уголовного права. В 5 т. Т. 1. Общая часть: Учение о преступлении. М.: Зерцало. 2002.

15. Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. В 39 т. Т. 20. М., 1961.

16. Матвеев Г.К. Теоретические вопросы причинности бездействия // Советское государство и право. 1962. № 10.

17. Новицкий И.Б., Лунц Л.А. Общее учение об обязательстве. М.: Госюриздат, 1950.

18. Тархов В.А. Гражданское право. Общая часть: Курс лекций. Чебоксары: Чувашское книжное издательство, 1997.

19. Тархов В.А. Ответственность по советскому гражданскому праву. Саратов: Изд-во Саратовского ун-та, 1973.

21. Цыганова О.А., Мартынов Е.А., ИвшинИ.В. Гражданско-правовая ответственность медицинских работников за причинение вреда здоровью пациентов при осуществлении профессиональной деятельности. Архангельск, 2010.

22. Шаргородский М.Д. Вопросы уголовного права в практике Верховного Суда СССР // Социалистическая законность. 1945. № 9.

​​​​​​​Причинно-следственная связь — связь между явлениями, при которой одно явление, называемое причиной, при наличии определенных условий порождает другое явление, называемое следствием.

Если собаке давали мясо одновременно с включением лампочки, то через несколько повторений выделение слюны у собаки начиналось не только на само мясо, но и на включение лампочки. Образовался условный рефлекс. Повторение совпадений двух раздражителей — причина, рефлекс — следствие.

Корреляция или причинно-следственная связь

​​​​​​​​​​​​​​Частая ошибка — в корреляции разглядеть причинно-следственную связь.

Наибольшая продолжительность жизни отмечается в регионах Шотландии с наименьшей плотностью населения и самым низким уровнем безработицы. В США продолжительность жизни коррелирует с уровнем дохода (жизнь бедняков и людей невысокого социоэкономического статуса чаще обрывается преждевременно). В современной Великобритании профессиональный статус коррелирует с продолжительностью жизни. Согласно результатам исследования, проводившегося в течение 10 лет с участием 17 350 государственных служащих Великобритании, количество смертей среди работников управленческого аппарата в 1,6 раза больше, а среди конторских служащих и рабочих — соответственно в 2,2 и 2,7 раза больше, чем среди управленцев высшего звена (Adler et al., 1993, 1994). Складывается впечатление, что в разное время и в разных географических точках между статусом и здоровьем существует вполне определенная взаимозависимость.

Приведенный выше пример взаимосвязи статуса и продолжительности жизни иллюстрирует наиболее распространенную как среди любителей, так и среди профессионалов ошибку мышления: когда два фактора «идут рука об руку», как статус и состояние здоровья, трудно не поддаться искушению и не сделать вывод о том, что один является причиной другого. Можно предположить, что статус каким-то образом защищает человека от того, что может причинить вред его здоровью. Или все совсем не так, и хорошее здоровье не следствие, а причина активности и успеха? Может быть, долгожители успевают накопить больше денег, и именно поэтому на их могилах стоят более дорогие надгробия? Корреляционное исследование позволяет нам сделать прогноз, но оно не может ответить на вопрос о том, вызовет ли изменение одного параметра (например, социального статуса) изменение другого параметра (например, состояния здоровья).

Факт: те дети, которых родители часто били, обычно хуже учатся и чаще демонстрируют асоциальное поведение. Значит ли, что одно следует из другого? Совершенно не очевидно. Скорее, и жестокие наказания детей, и плохая учеба вместе с асоциальным поведением — следствие того, что это дети росли в неблагополучных семьях.

Факт: дети с развитым чувством собственного достоинства обычно учатся лучше, чем дети с низким самоуважением. Значит ли это, что чувство собственного достоинства является причиной, а хорошая успеваемость — следствием? Нет, корреляция здесь еще ничего не говорит о том, что является причиной, а что — следствием. См.→

ПРИЧИНА И СЛЕДСТВИЕ – философские категории, выражающие одну из форм всеобщей связи явлений. Причина (лат. causa) обычно мыслится как явление, действие которого производит, определяет или вызывает другое явление; последнее называют следствием. Аристотель развил учение о четырех причинах как четырех основных способах объяснения сущности, которые при этом выступают и как основные принципы существования. Формулировка этих принципов подразумевает ответы на следующие вопросы о сущности: «что есть это?» (формальная причина); «из чего состоит?» (материальная причина); «как это произведено?» (действующая причина) и «для чего это?» (целевая причина). Причинность, по Аристотелю, немыслима без целесообразности. Всякая сущность является таковой в полной мере, когда представляет собой энтелехию, т.е. содержит в себе цель своего бытия и выступает как осмысленная завершенность. Рассмотрение действующей причины без учета целевой абсурдно, т.к. всякое действие производится не само по себе, а ради определенного результата. Действие подчинено цели и производно от нее. Объяснение сущности есть поэтому раскрытие целевой причины.

В философии Нового времени толкование причинности включает две важные посылки: 1) отказ от телеологии в изучении природы (природа должна быть объяснена из самой себя, тогда как понятие цели подразумевает внешний по отношению к ней замысел); 2) объяснению подлежит не сущность, а явление (при изучении природы необходимо ответить на вопрос, как и почему происходит некоторое движение или изменение). Принятие этих двух посылок требовало рассмотрения только действующей причины. Причем рассмотрение должно было установить, как одно явление приводит к появлению другого. Такая пара явлений описывается как причина и следствие. Существенными характеристиками причинно-следственной связи при таком понимании выступают необходимость и всеобщность. Первая означает полную детерминированность следствия причинами (одни и те же причины необходимо приводят к одним и тем же следствиям). Вторая же означает, что ни одно явление в мире не может произойти без соответствующей причины. Наиболее радикальная форма закона причинно-следственной связи была предложена Лапласом. В его представлении всякое явление в мире может быть точно предсказано благодаря универсальным вычислительным процедурам, основанным на знании всех начальных условий. Ограничительным фактором для применения принципа причинности Лаплас считал неполноту знания. Абсолютная способность к предсказанию доступна лишь абсолютному уму, способному видеть сразу все условия.

Противоположную интерпретацию понятия причинно-следственной связи дал Юм, пытавшийся объяснить возможность познания, исходя только из опыта. Он утверждал, что поскольку знание причин основывается на опыте, то не может быть и речи о всеобщности и необходимости. Наше представление о причинно-следственной связи есть лишь привычка наблюдать, как одинаковые (или похожие) между собой события происходят после других, так же схожих между собой. Ничто не гарантирует, однако, что эта привычка в какой-то момент нас не подведет и не произойдет нечто неожиданное.

Скептицизм Юма был подвергнут серьезной критике Кантом, который дал трансцендентальное обоснование закона причинной связи. Причина и следствие, по Канту, суть априорные принципы рассудка. Поскольку, сообразно общей логике трансцендентального рассмотрения, явления природы должны быть согласованы с принципами познания (а не наоборот), то всякое явление не может быть мыслимо иначе, как в соответствии с принципом причинности. Этим объясняется всеобщность причинно-следственной связи. Необходимость вытекает из того, что принцип причинности подразумевает всегда строгое правило следования одного явления из другого. Познание явлений подразумевает их конструирование по заданным рассудком правилам. Принцип причинности задает такую схему конструирования, при которой следствие оказывается необходимым образом выводимо из причины. Так, смена времен года выводится из законов обращения Земли вокруг Солнца, которые в свою очередь выводятся из закона всемирного тяготения. Кант указал также на границы применимости закона причинно-следственной связи. Будучи правилом конституирования явлений, этот закон не может быть распространен на умопостигаемую сферу. Это ограничение особенно важно при рассмотрении нравственности. Человеческое поведение (в той мере, в какой оно обусловлено разумом) не конституируется рассудком. Его законы не имеют ничего общего с законами мира явлений, а потому не подчинены принципу причинности. Человек выступает как личность, обладающая свободой и ответственная за свои поступки.

Г.Б.Гутнер

УДК 347.43

ПРИЧИННО-СЛЕДСТВЕННАЯ СВЯЗЬ

КАК УСЛОВИЕ ДЕЛИКТНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ

ПРИ ОКАЗАНИИ МЕДИЦИНСКИХ УСЛУГ

© Шевчук Е. П., 2009

Причинно-следственная связь рассматривается как обязательное условие деликтной ответственности при оказании медицинских услуг. Приводятся примеры из судебной практики, подтверждающие невозможность возложения деликтной ответственности на причинителя вреда при отсутствии прямой причинно-следственной связи. Рассматриваются особенности установления причинно-следственной связи при разрешении судебных дел по возмещению вреда здоровью при оказании медицинских услуг.

Ключевые слова: причинно-следственная связь; простая причинно-следственная связь; сложная причинно-следственная связь; ненадлежащая медицинская помощь; прямая причинноследственная связь; косвенная причинно-следственная связь; необходимая причинно-следственная связь; судебно-медицинская экспертиза; деликтная ответственность при оказании медицинских услуг; вред здоровью.

На медицинское учреждение возлагается обязанность, используя данные медицинской науки и практики, соответствующую медицинскую технику, специальные знания, опыт медицинских работников, произвести необходимые действия по обследованию пациента, установлению правильного диагноза, проведению надлежащего качественного лечения .

Между тем эта обязанность осуществляется с большим количеством правонарушений. Безусловно, во всех случаях для возложения деликтной ответственности на медицинского работника необходимо установить причинно-следственную связь между противоправными действиями (бездействиями) и наступившим вредом.

Не установление судом причинной связи при разрешении конкретного дела не позволяет возложить на ответчика обязанность по компенсации возникшего вреда. Например: больному был поставлен диагноз — острый бронхит и назначено лечение. Улучшения здоровья не наступало, после рентгенолог дал заключение: левосторонняя пневмония, от которой ее и лечили. Позже в онкологическом диспансере после рентгеновского обследования было подтверждено злокачественное новообразование левого легкого. Последовала операция по удале-

нию легкого. Но результаты гистологического исследования показали, что на самом деле был «продуктивный туберкулез легких». Больная с удаленным легким получила инвалидность II группы и стала добиваться наказания врачей, допустивших непростительную ошибку. Ошибка же в диагностике произошла из-за «нетипичной картины прохождения болезни», и наличие туберкулеза могло показать только гистологическое исследование. В период операции врач не провел экспресс-биопсию, которая помогла бы установить правильный диагноз, поскольку учитывал тяжелое состояние больной, опасался серьезных последствий и осложнений. Две медицинские независимые экспертизы дали заключение об отсутствии причинно-следственной связи между ошибками врачей в постановке диагноза, дальнейших методах лечения и потерей здоровья истицы. Ошибка в диагнозе, по их мнению, не являлась ошибкой в лечении. Суд в иске отказал, указав, что истица не представила доказательств того, что действия лечащих врачей нанесли вред ее здоровью.

Юридически значимая причинная связь является обязательным условием деликтной ответственности, бремя доказывания которого возлагается на потерпевшего . В медицинском судебном процессе, как правило, установление причинно-следственной

связи ставится на разрешение судебно-медицинской экспертизы, так как требуются специальные познания в данной области, которыми пациент не может обладать.

При разрешении дел по возмещению вреда здоровью необходимо учитывать, что требуется установить двойную причинноследственную связь между действиями (бездействиями) причинителя вреда и повреждением здоровья, и между повреждением здоровья и наступлением негативных имущественных последствий.

Так, например, у исследуемой группы больных с травматическим невритом нижнечелюстного нерва было выявлено, что причиной развития неврита (воспаление нерва) явились нарушение техники пломбирования каналов зубов на нижней челюсти, механическая травма нижнечелюстного канала инструментом при терапевтическом вмешательстве. Больные в результате ненадлежащей медицинской помощи понесли затраты на дополнительное лечение, обследование, расходы на операцию, стационарное лечение и реабилитацию .

В данном случае причиной будет ненадлежащее оказание медицинской помощи, а следствием — травматический неврит. В причинно-следственной связи между повреждением здоровья и наступлением вреда: причиной будет неврит, а следствием — расходы на дополнительное лечение, обследование, реабилитацию.

По мнению Калайкова С., можно выделить простые и сложные причинно-следственные связи. Определение простой причинной связи не вызывает сложности — цепочка действий (бездействий) составляющих противоправное деяние. Сложная же причинная связь представляет собой случайную совокупность нескольких противоправных деяний, которые вместе являются необходимым условием наступления вредных последствий .

Данная точка зрения требует уточнения. Во-первых, нельзя согласиться с тем, что связь — это действие. Причинно-следственная связь — это не действие, а связь между противоправными действиями и наступлением вреда. Во-вторых, простая причинноследственная связь возникает между действием и наступившим вредом, тогда как сложная связь образована из цепочки таких действий.

На практике причинно-следственная связь между действиями (бездействиями) медицинского работника и наступлением вреда здоровью чаще сложная. Лечебнодиагностический процесс состоит из нескольких звеньев, в котором принимают участие несколько врачей и даже несколько лечебно-профилактических учреждений. При этом из цепочки значимых дефектов нужно выделить основной дефект, оказывающий решающее влияние, и дефект, непосредственно приводящий к наступлению вреда. Особую сложность вызывает выявление причинно-следственной связи при оказании ненадлежащей медицинской помощи по беременности и родам. Это вызвано тем, что помощь пациентке оказывают в течение длительного времени; в процессе принимают участие несколько врачей различных медицинских специальностей и лечебных учреждений, ненадлежащее действие любого из субъектов может отсроченно оказывать влияние на последующие лечебно-диагностические мероприятия, приводя в конечном итоге к неблагоприятным последствиям как для матери, так и для плода или новорожденного. Кроме того, имеют значения такие причины, как анатомо-физиологические особенности организма, сопутствующие заболевания пациентки. Думается, что в данном случае причинно-следственная связь будет комбинированной, так как состоит из различных сложных причинно-следственных связей, среди них есть прямые и косвенные.

Пример: из материалов дела стало известно, что заявительница в течение многих лет страдала выраженной миопией. Она обратилась за медицинской консультацией к офтальмологу по поводу влияния ее беременности на зрение. Три офтальмолога заявили о серьезной угрозе патологических изменений в сетчатке глаз, что создает реальную угрозу потери зрения в случае продолжения беременности. Ее обследовал заведующий отделением акушерства и гинекологии, который не усмотрел медицинских оснований для прерывания беременности. Заявительница родила с помощью кесарева сечения. Зрение еще больше ухудшилось в результате кровоизлияния в сетчатку глаза. Однако причинно-следственная связь между действиями врачей и ухудшением зрения заявительницы не была установлена .

Что касается прямой связи, то это такая связь, в которой причина и результат связаны непосредственно, т. е. вслед за причиняющим фактором наступает и данный результат. Прямая причинная связь чаще всего и юридически значима. Она может быть не единственной, но замыкающей в цепи причин и поэтому приобретающей, при прочих равнодействующих причинах, дополнительную силу непосредственно действующей. Косвенной считается такая связь, которая потенциально в скрытом виде уже имеется, но в момент наступления вредоносных последствий проявляется не непосредственно, а опосредованно и складывается из нескольких составляющих.

Анализ судебной практики показывает, что при неустановлении прямой причинноследственной связи суд отказывает в иске. Так, после хирургической операции наступила смерть больного при явлениях нарастающей интоксикации и сердечно-сосудистой недостаточности. При патолого-анато-мическом вскрытии была обнаружена марлевая салфетка, оставленная во время операции в брюшной полости. Однако в данном случае прямая причинная связь между этим нарушением и смертью больного установлена не была, поэтому судом в иске было отказано.

Сам факт оставления марлевой салфетки в брюшной полости является нарушением предписаний и правил проведения хирургических операций и не соответствует обычно предъявляемым требованиям к качеству хирургической работ. Но прямая причинноследственная связь между нарушением и наступившим вредом отсутствует. При этом необходимо учитывать, что интоксикация возникла не сама по себе, а в результате острого воспалительного процесса, вызванного оставлением салфетки в брюшной полости. Безусловно, на возникновение интоксикации повлияли анатомо-физиологи-ческие особенности организма, сопутствующие заболевания и состояние иммунитета. А, в свою очередь, нарастающая интоксикация и сердечно-сосудистая недостаточность повлекли смерть больного.

Оценивая данный случай с правовой позиции, следует указать, что имеет место косвенная причинно-следственная связь.

Распространенными являются случаи обращений граждан о возмещения вреда здоровью, в связи с заражением стафилокок-

ком новорожденных в период пребывания в роддоме, но прямую причинно-следственную связь между заражением стафилококком и наступившим вредом доказать довольно сложно.

Так, из материалов дела стало известно, что истица обратилась в суд с иском, в котором просила установить факт инфицирования стафилококком в период рождения и нахождения в роддоме ее ребенка и возместить вред здоровью. Факт занесения стафилококковой инфекции судом установлен, но в иске о возмещении вреда отказано в связи с недоказанностью прямой причинноследственной связи между заражением стафилококком и развитием дисбактериоза . В данном случае, судебная экспертиза показала, что инфицирование стафилококком могло произойти из любого другого источника, а значит, действия медицинского персонала не явилось необходимым условием развития дисбактериоза.

При выявлении юридически значимой причинной связи на практике необходимо учитывать следующие правила: причина всегда раньше следствия по времени; причина с неизбежностью (необходимостью) порождает следствие; вред всегда является следствием ряда неравноценных по своему значению причин, среди них нужно выявить ближайшую, решающую (второстепенные, сопутствующие не учитывать). Связь между причиной и следствием должна быть: объективной (т. е. реально существующей, а не субъективно представляемой); конкретной (т. е. рассматриваться применительно к данному случаю); непосредственной (т. е. без промежуточных звеньев) .

Установление причинно-следственной связи в судебном процессе в некоторых случаях не вызывает сомнений у суда, поскольку она очевидна.

Так, например, в городской больнице у новорожденного ребенка в результате слишком тугого затягивания бинтом левой руки произошел некроз четырех пальцев с последующей их ампутацией. В данном случае очевидность причинной связи между действиями работников ответчика и наступившим вредом позволила решить вопрос о возмещении вреда в кратчайшие сроки .

В соответствии с теорией необходимого условия, причиной противоправного результата может служить любое обстоятель-

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

ство, при отсутствии которого результат не наступил бы .

Установление такой причинной связи возможно методом исключения вероятных причин; если окажется, что без данного действия медицинского работника вред здоровью и вовсе не наступил бы, значит, оно было необходимым условием результата. Так, если медсестра при постановке внутривенной инъекции кальция хлорида попадает мимо вены, в результате возникает некроз окружающих тканей. Нет сомнений, что некроз тканей в данном случае без инъекции бы не наступил.

Как уже было сказано, как правило, установление причинно-следственной связи ставится на разрешение судебно-медицинской экспертизы. Как показывает практика, экспертным комиссиям по данным делам обычно приходится разрешать широкий круг вопросов. Наиболее распространенными являются: вопросы о характере имевшегося заболевания, о правильности диагностики полноте обследования, о правильности проведенного лечения или правильности действий медицинских работников, о последствиях неправильного или несвоевременного лечения, о причине смерти, о том, что явилось основным в наступлении смертельного исхода. В ходе проведения судебно-медицинских экспертиз не только устанавливались наличие и характер дефектов медицинской помощи, но и оценивалось их влияние на исход заболевания.

Разрешение споров по поводу ненадлежащего оказания профессиональных медицинских обязанностей представляется сложным ввиду того, что отсутствует комплексный подход к проведению различных видов экспертиз, единая общепринятая терминология, а имеющиеся стандарты не распространяются на все звенья лечебно-диагностического процесса. Кроме того, отсутствуют объективные методы выявления причинно-следственной связи .

Сложность также представляет формулирование вопросов перед экспертами, поскольку ответы адекватны поставленным вопросам. С этой целью в суде принимает участие врач-специалист, который охватывает такие направления, как дача консультаций, помощь в формировании вопросов эксперту, изъятие образцов для последующего исследования и некоторые другие.

Суд беспомощен в решении вопроса об установлении причинно-следственной связи без квалифицированной экспертизы, а при отсутствии такой связи невозможно привлечь к гражданско-правовой ответственности. Как правило, экспертное заключение по установлению причинной связи носит категоричный характер. Однако в отдельных случаях при всем их опыте и знаниях даже медицинские эксперты могут констатировать только вероятность наличия или отсутствия причинной связи. Кроме того, при проведении повторных экспертиз результаты дополнительного исследования материалов судебных дел показали, что заключение экспертиз далеко не всегда являются объективными и всесторонними. Количество выявленных дефектов, а также прямых связей исхода с ненадлежащим оказанием медицинской помощи оказывается значительно больше при дополнительных исследованиях. Организация независимой, объективной экспертизы является важным условием в обеспечении защиты пациента и врача и, в целом, в повышении качества медицинского обслуживания.

Подводя итог, необходимо отметить, что причинно-следственная связь является обязательным условием деликтной ответственности. Неустановление судом причинной связи при разрешении конкретного дела не позволяет возложить на ответчика обязанность по компенсации возникшего вреда. Анализ судебной практики показывает, что юридически значимой является прямая причинно-следственная связь, при ее отсутствии суд отказывает в иске. Сложность в установлении причинно-следственной связи между противоправными действиями медицинского работника и наступлением вреда здоровью обусловлена тем, что лечебно-диагностический процесс состоит из нескольких звеньев, в котором принимают участие несколько врачей и даже несколько лечебно-профилактических учреждений. Как правило, установление причинно-следственной связи между противоправными действиями медицинского работника и наступлением вреда здоровью ставится на разрешение судебно-медицинской экспертизы. ^

1. Основы законодательства РФ «Об охране здоровья граждан» от 22 июля 1993 г. № 5487-1 // Га-

рант : справочно-правовая система.

3. Владыченкова Н. Д. Последствия врачебных ошибок при ненадлежащем оказании стоматологической помощи // КонсультантПлюс : справочно-правовая система.

4. Калайков С. Причинная связь как основание гражданско-правовой ответственности // Консуль-тантПлюс : справочно-правовая система.

5. Постановление Европейского Суда по правам человека от 20.03.2007 № 5410/03 // Бюллетень Европейского суда по правам человека. 2007. № 9.

7. Климович А. В. Охранительные обязательства. Иркутск, 2004. С. 58.

8. Козьминых Е. Обязательства вследствие причинения вреда здоровью при оказании медицинских услуг // Рос. юстиция. 2001. № 2. С. 32—34.

9. См.: Гражданское право. Т. 1 / под ред. А. П. Сергеева, Ю. К. Толстого. М., 2002. С. 557.

The Relationship of Cause and Effect how Condition of Delict Responsibility at Provision of Medical Services

© Shevtchuk Y., 2009

Записи созданы 8132

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Похожие записи

Начните вводить, то что вы ищите выше и нажмите кнопку Enter для поиска. Нажмите кнопку ESC для отмены.

Вернуться наверх