Применимое законодательство

Новая редакция Ст. 1210 ГК РФ

1. Стороны договора могут при заключении договора или в последующем выбрать по соглашению между собой право, которое подлежит применению к их правам и обязанностям по этому договору.

2. Соглашение сторон о выборе подлежащего применению права должно быть прямо выражено или должно определенно вытекать из условий договора либо совокупности обстоятельств дела.

3. Выбор сторонами подлежащего применению права, сделанный после заключения договора, имеет обратную силу и считается действительным, без ущерба для прав третьих лиц и действительности сделки с точки зрения требований к ее форме, с момента заключения договора.

4. Стороны договора могут выбрать подлежащее применению право как для договора в целом, так и для отдельных его частей.

5. Если в момент выбора сторонами договора подлежащего применению права все касающиеся существа отношений сторон обстоятельства связаны только с одной страной, выбор сторонами права другой страны не может затрагивать действие императивных норм права той страны, с которой связаны все касающиеся существа отношений сторон обстоятельства.

6. Если иное не вытекает из закона или существа отношений, положения пунктов 1 — 3 и 5 настоящей статьи соответственно применяются к выбору по соглашению сторон права, подлежащего применению к отношениям, не основанным на договоре, когда такой выбор допускается законом.

Комментарий к Ст. 1210 ГК РФ

Наука.

Соглашение сторон о выборе права не может толковаться как внешнеэкономическая сделка, это соглашение особого рода, и действительность такого соглашения не обусловлена соблюдением каких-либо требований в отношении его формы.

М.Г.Розенберг

Судебная практика.

Выбор сторонами в качестве места рассмотрения споров арбитражного суда Российской Федерации не означает автоматического подчинения отношений сторон российскому праву. Отсутствие волеизъявления сторон в отношении применимого права означает, что выбор права осуществляет суд, компетентный рассматривать данный спор.

Между грузинской и российской авиакомпаниями был заключен договор аренды. В соответствии с условиями договора российская сторона обязалась предоставить грузинской стороне в аренду вертолеты… Стороны также включили в договор пункт о том, что вопросы, не урегулированные настоящим договором, регулируются нормами гражданского законодательства Российской Федерации.

Российская авиакомпания обратилась в арбитражный суд с иском к грузинской авиакомпании о взыскании задолженности по договору аренды. Свои требования истец обосновывал ссылками на материальное право Российской Федерации. Ответчик же настаивал на том, что применимым правом должно быть законодательство Грузии, поскольку исполнение договора имело место на территории Грузии… Включение в контракт условия о применимом праве означает, что стороны принимают на себя обязательство руководствоваться в своих отношениях нормами данного права. Учитывая изложенное, арбитражный суд применил гражданское законодательство Российской Федерации как право, выбранное сторонами при заключении контракта (приложение к информационному письму Президиума ВАС РФ от 16.02.1998 N 29).

Другой комментарий к Ст. 1210 Гражданского кодекса Российской Федерации

1. Комментируемая статья посвящена одному их важнейших вопросов МЧП — выбору сторонами права, применимого к их отношениям, или автономии воли сторон. В Основах гражданского законодательства (ст. 166) также содержалось положение о выборе сторонами применимого права — этому была посвящена первая фраза статьи. Включение целой статьи, посвященной автономии воли сторон, свидетельствует и о существенном повышении роли данного института, и о необходимости гораздо более подробного его урегулирования.

Первая фраза статьи практически не отличается от действовавшего в советском праве положения. В ней констатируется общее правило о возможности сторон выбирать применимое право. Следующая фраза устанавливает необходимую иерархию нормы об автономии воли и ст. 1205 ГК об определении права, подлежащего применению к возникновению и прекращению права собственности и иных вещных прав.

2. Пункт 2 комментируемой статьи является новеллой для российского законодательства. В нем устанавливаются способы определения воли сторон относительно выбранного применимого права. Стороны могут прямо, четко и ясно выразить свою волю относительно права, применимого к их отношениям, в самом договоре, отдельном документе или документах или уже в процессе рассмотрения спора в суде или арбитраже, что фиксируется в протоколе заседания <*>. Недавно высказанная в литературе точка зрения о невозможности заключения соглашения о применимом праве в арбитражном заседании <**>, на наш взгляд, не может быть признана обоснованной. Ее автор в качестве аргумента отмечает, что соглашение о применимом праве является внешнеторговой сделкой и, следовательно, на нее должны распространяться все требования закона о форме внешнеторговой сделки. Помимо этого, протокол, в котором фиксируется соглашение о применимом праве, не подписывается сторонами и поэтому не может считаться надлежаще заключенным.
———————————
<*> Розенберг М.Г. Международный договор и иностранное право в практике Международного коммерческого арбитражного суда. 2-е изд., перераб. и доп. М., 2000. С. 16, 18 — 19.

Что касается протокола заседания арбитража, то, подписанный арбитрами, он становится объективной фиксацией воли сторон относительно их выбора применимого права. Таким образом, достижение сторонами во время процесса соглашения о применимом праве также является прямо выраженной волей сторон.

Вторая норма п. 2 комментируемой статьи представляет собой новеллу российского законодательства и в большой степени опирается на положение Римской конвенции 1980 г. Слова о том, что соглашение сторон о выборе права «…должно определенно вытекать из условий договора либо совокупности обстоятельств дела» более типичны для стран «общего права», нежели континентальной Европы, и поэтому могут показаться, по крайней мере на первый взгляд, весьма расплывчатыми, особенно для практиков, встречающихся, как правило, с более четкими законодательными формулировками. Однако иностранная и международная практика использования именно таких «гибких» формулировок свидетельствует об их эффективности. Несомненно, потребуется определенное время для приобретения опыта применения таких положений — серьезным подспорьем может оказаться изучение иностранной практики.

Речь фактически идет о том, что суд или арбитраж должны тщательно и всесторонне изучить и проанализировать все обстоятельства, сопутствующие заключению и исполнению договора, — переговоры, переписку, место и время подготовки, подписания и исполнения договора, валюту договора и валюту платежа; а также его условия для того, чтобы сделать обоснованный вывод о возможном намерении сторон о применимом праве. Существенную помощь в этом могут оказать, в частности, включаемые в договор ссылки на конкретные статьи или акты соответствующей страны, использование терминов и институтов определенной правовой системы и др. Сложность этого пути определения применимого права заключается в том, что вряд ли могут быть выработаны единые рекомендации, годные для различных ситуаций, — каждая достаточно уникальна и требует индивидуального подхода. Дополнительная сложность заключается в непредсказуемости результата: не всегда можно с определенностью сказать, какие факторы суд или арбитраж сочтет наиболее значимыми для вынесения окончательного решения в отношении применимого права. И все же, несмотря на указанные трудности, такой метод определения применимого права широко используется в практике, что свидетельствует о его адекватности, полезности и эффективности.

3. Пункт 3 комментируемой статьи подчеркивает обратную силу соглашения сторон о применимом праве, если оно сделано после заключения договора. Такая законодательная норма исключает возможные споры и неясности относительно применимого права, которое должно применяться к договору до момента заключения соответствующего соглашения.

4. Пункт 4 комментируемой статьи регулирует проблему, которая в доктрине МЧП носит название «расщепление коллизионной привязки». До недавнего времени отношение к расщеплению во многих странах было негативное. Основное возражение заключалось в неприемлемости нарушения единства обязательственного статута сделки. Однако последние унификационные акты в сфере МЧП включают такую возможность. В частности, Римская конвенция 1980 г. содержит соответствующее положение, которое и послужило основой для российской формулировки.

Необходимо подчеркнуть, что использование расщепления ни при каких обстоятельствах не должно приводить к противоречивому результату: например, применение одной правовой системы к правам и обязанностям продавца и другой правовой системы — к правам и обязанностям покупателя. Речь идет о подчинении отдельной правовой системе вполне автономной части правоотношений, безболезненно отделимой от остальной части. Например, если различные части договора подряда исполняются в разных странах, то вполне допустимо подчинить эти части различным правовым системам. В любом случае рекомендуется пользоваться этим инструментом в исключительных случаях и весьма продуманно.

Данный пункт в определенной степени связан с п. 5 ст. 1211 ГК, однако необходимо подчеркнуть, что «адресаты» этих норм различны. Пункт 4 комментируемой статьи обращен к сторонам договора, которые по своему усмотрению могут определить применимое право только к части договора, а п. 5 ст. 1211 — к органу, рассматривающему спор, который должен в отношении договора, содержащего элементы различных договоров, по возможности определить право, с которым договор, рассматриваемый в целом, наиболее тесно связан. Другими словами, законодатель призывает правоприменительные органы по возможности избегать расщепления коллизионной привязки.

5. Пункт 5 комментируемой статьи регулирует проблему, которая никогда прежде не регулировалась законодательством и не анализировалась доктриной. До недавнего времени считалось, что отсутствие в договорных отношениях иностранного элемента автоматически не дает возможности сторонам выбирать применимое право. Если российские лица заключили договор, исполняемый на территории России и не имеющий никакого элемента, связанного с какой-либо иной страной, то в этом случае вопрос о применимом праве в смысле МЧП никогда не ставился — применялось российское право.

Данный пункт вводит абсолютную новеллу в российское законодательство: даже если договор связан только с одной страной, т.е. в нем отсутствует иностранный элемент, стороны могут выбрать по своему усмотрению применимое право. Включение такого условия является отражением современных тенденций в МЧП, в частности нашедших отражение в Римской конвенции 1980 г. В разных странах существует различный подход к решению вопроса о возможности выбирать право к договорам, связанным с одной страной. Одним из доводов в пользу невозможности выбора права в такой ситуации служит утверждение о том, что такой договор вообще не подпадает под сферу действия МЧП из-за отсутствия иностранного элемента. Сторонники предоставления такой возможности утверждают, что само условие о применимом праве делает договор, во всем остальном связанный только с одной страной, подпадающим под действие МЧП, поскольку это условие можно рассматривать как своего рода иностранный элемент.

Несмотря на дискуссии по этому поводу, все большее число стран включают в свое законодательство или практику такую возможность. Россия также пошла по этому пути. Серьезным доводом в пользу включения такого положения служит то обстоятельство, что некоторые институты частного права лучше урегулированы в одних правовых системах и хуже в других. При сегодняшнем уровне интернационализации коммерческих отношений нет смысла лишать стороны возможности воспользоваться теми преимуществами, которые предоставляет та или иная иностранная правовая система.

Однако законодатель устанавливает определенные ограничения для сторон при выборе права к договору, связанному только с одной страной. Выбор сторон не может отменить действие императивных норм права страны, с которой договор реально связан. При этом необходимо иметь в виду, что в данном случае под императивными нормами должны пониматься все императивные нормы правовой системы, а не только те императивные нормы, о которых речь идет в ст. 1192 ГК. Поскольку в п. 5 комментируемой статьи и в ст. 1192 ГК используется один и тот же термин «императивные нормы», понимание различной природы норм, о которых идет в них речь, очень важно. В ст. 1192 все указывает на особый характер императивных норм, в то время как в п. 5 комментируемой статьи никаких специальных указаний не содержится. Использование термина «сверхимперативные» в ст. 1192 облегчило бы применение нового и весьма сложного института.

Вся электронная библиотека >>>

Внешнеэкономическая деятельность >>

Учебные пособия

Внешнеэкономическая деятельность предприятия

Раздел: Экономика

Особенность правового регулирования договоров международной купли-продажи товаров проявляется в том, что стороны договора должны определить законодательство стороны, применимое к данному договору. Применимое право (applicable law) – система правовых норм определенного государства, которые применяются для регулирования отношений между участниками договора с иностранным элементом. Выбор законодательства определенной страны партнеры осуществляют по соглашению. Если в договоре такое соглашение отсутствует, то в случае возникновения спора суд, арбитражный суд применяет соответствующие коллизионные нормы национального законодательства.

Коллизионная норма – это норма, определяющая право государства, которое должно быть применено к соответствующему отношению с иностранным элементом. Основным коллизионным принципом международного частного права применительно к договору международной купли-продажи товаров является принцип автономии воли. Согласно этому принципу стороны сами вправе определять законодательство, которое будет регулировать их отношения, возникающие из договора международной купли-продажи товаров. В то же время пределы реализации автономии воли должны соотноситься с границами, установленными законодательством для осуществления субъективных гражданских прав (ст. 10 ГК РФ). Иностранное законодательство, избранное сторонами договора, не может быть применено к отношениям сторон, если это противоречит публичному порядку Российской Федерации (ст. 158 Основ гражданского законодательства (1991 г.)**.

* «Коллизия» от лат. – столкновение. Этот термин носит условный характер. Образно говорят о коллизии законов и необходимости выбора между ними для объяснения хода рассуждений суда или иного лица, которые должны решить вопрос о применении права к правоотношению с иностранным элементом. Коллизия может быть устранена путем использования коллизионных норм, указывающих, какой закон подлежит применению в том или ином случае.

** См.: Основы гражданского законодательства Союза СССР и Союзных Республик //Ведомости Союза народных депутатов СССР и Верховного Совета СССР. – 1991. – № 26. – Ст. 733. Действует в части, не противоречащей ГК РФ.

Следует иметь в виду, что коллизионная норма имеет отсылочный характер. Ею можно руководствоваться только вместе с определенной материально-правовой нормой, к которой отсылает коллизионная норма, она выражает определенное правило поведения для участников гражданского оборота, в нашем случае – продавца и покупателя по договору международной купли-продажи товаров.

Европейская конвенция о внешнеторговом арбитраже (1961 г.) в ст. VII установила, что арбитры будут использовать закон, установленный в соответствии с коллизионной нормой, которую арбитры сочтут в конкретном споре применимой*. Римская конвенция о праве, применимом к договорным обязательствам (1980 г.) закрепила принцип единообразного коллизионного регулирования для участвующих в ней стран**.

В российском законодательстве содержится прямое указание на возможность или необходимость применения положений законодательства иностранных государств (раздел VII «Правоспособность иностранных граждан и юридических лиц. Применение гражданских законов иностранных государств и международных договоров» «Основ гражданского законодательства» (1991 г.)). В частности, ст. 166 Основ содержит правила о применимом праве по обязательствам их внешнеэкономических сделок.

К содержанию книги: Внешнеэкономическая деятельность предприятия

ВНЕШНЕЭКОНОМИЧЕСКИЕ СВЯЗИ

Субъекты внешнеэкономической деятельности. Важнейшей …

ВНЕШНЕЭКОНОМИЧЕСКАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ПРЕДПРИЯТИЯ.
Внешнеэкономическая деятельность (ВЭД) представляет собой
bibliotekar.ru/economika-predpriyatiya-3/90.htm

Деятельность предприятия. Экономика предприятия

В учебнике рассматриваются все стороны деятельности предприятия с
момента его …. 1. Формы внешнеэкономической деятельности предприятия …

Направления внешнеэкономической деятельности …

На современном этапе экономического развития можно выделить два
направления внешнеэкономической деятельности предприятия: совместное …
bibliotekar.ru/economika-predpriyatiya-3/92.htm

Разнообразие видов и форм внешнеэкономической …

Реализуя свои цели во внешнеэкономической деятельности через другие
предприятия, предприятие-экспортер (импортер) использует договоры …
bibliotekar.ru/economika-predpriyatiya-3/93.htm

Виды цен во внешнеэкономической деятельности предприятия …

Во внешнеэкономической деятельности предприятие сталкивается с
различными видами цен. Основными среди них являются: • мировая цена …
bibliotekar.ru/economika-predpriyatiya-3/98.htm

Свободные экономические зоны или зоны свободного …

В той или иной мере многие тысячи предприятий включены во
внешнеэкономическую предпринимательскую деятельность. При этом за
bibliotekar.ru/economika-predpriyatiya-3/106.htm

Роль предпринимательской среды в деятельности предприятия.

внешнеэкономическая деятельность предприятия. Методы исследования.
Экономика предприятия, как и любая другая наука, имеет особые методы …
bibliotekar.ru/economika-predpriyatiya/2.htm

Основным документом, регулирующим экспортные отношения …

Особое внимание следует обратить на внедрение в практику
внешнеэкономической деятельности предприятия грузовой таможенной
bibliotekar.ru/economika-predpriyatiya-3/95.htm

Деятельность предприятия. Экономика предприятия

ВНЕШНЕЭКОНОМИЧЕСКАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ПРЕДПРИЯТИЯ. 1. Формы внешнеэкономической
деятельности предприятия. Виды внешнеэкономических сделок …

Определение Верховного Суда РФ от 30.08.2016 по делу N 310-ЭС16-5948(2), А35-1612/2015 Требование: О пересмотре в кассационном порядке судебных актов по делу об установлении и включении в реестр требований кредиторов должника задолженности по договору гарантии. Решение: В передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ отказано, так как был пропущен срок исковой давности.

Отказывая во включении требования в реестр, суды руководствовались статьями 196, 200, 1190, 1191, 1210 Гражданского кодекса Российской Федерации и применили исковую давность по заявлению должника.

Определение Верховного Суда РФ от 11.04.2016 N 305-ЭС16-2322 по делу N А40-216619/2014 Требование: О пересмотре в кассационном порядке судебных актов по делу о взыскании денежных средств. Решение: В передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ отказано, так как завершение купли-продажи акций и регистрация иностранной компании в качестве владельца акций в установленный сторонами сделки срок не состоялись.

Исследовав и оценив в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представленные участвующими в деле лицами в обоснование своих доводов и возражений доказательства, установив, что завершение купли-продажи акций и регистрация иностранной компании в качестве владельца акций «Moscow Narodny Bank Limited» в установленный сторонами сделки срок не состоялись, судебные инстанции, с учетом толкования условий договора от 22.08.2003, в соответствии с требованиями статьи 431, 1210 Гражданского кодекса

Определение Верховного Суда РФ от 10.03.2016 N 308-ЭС16-826 по делу N А32-12037/2015 Требование: О пересмотре в кассационном порядке судебных актов по делу о взыскании неустойки. Решение: В передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ отказано, так как установлен факт нарушения ответчиком сроков поставки оборудования.

При этом судами отклонен довод ответчика о применении к спорным правоотношениям законодательства Республики Молдова, со ссылкой на положения статей 431, 1210 Гражданского кодекса Российской Федерации и условия заключенного сторонами контракта, согласно которым договор подчинен законодательству страны истца.

Определение Верховного Суда РФ от 03.03.2016 N 307-ЭС16-410 по делу N А21-10568/2014 Требование: О пересмотре в кассационном порядке судебных актов по делу о взыскании задолженности по договору, процентов за просрочку уплаты долга. Решение: В передаче дела в Судебную коллегию по экономическим спорам ВС РФ отказано, поскольку, установив, что по смыслу австрийского гражданского законодательства ответчик и заказчик являются солидарными должниками по договору, и иск предъявлен к одному из солидарных должников, суды удовлетворили заявленные требования и взыскали стоимость неоплаченных оказанных услуг, а также проценты.

Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные доказательства (в том числе, длительную переписку сторон) по правилам статей 65, 71 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу, что между сторонами был заключен договор оказания услуг по подготовке аудита целлюлозного завода и мастер-плана для рестарта производства растворимой целлюлозы. Руководствуясь положениями статей 1209, 1210 и 1211 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также условиями договора, суды указали, что к спорным отношениям подлежит применению австрийское право.

Записи созданы 8132

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Похожие записи

Начните вводить, то что вы ищите выше и нажмите кнопку Enter для поиска. Нажмите кнопку ESC для отмены.

Вернуться наверх