Статья за сокрытие преступления

Укрывательство преступлений сотрудниками следственного комитета России.

«Укрывательство преступлений сотрудниками правоохранительных органов не является преступлением и в отношении них не может быть начато уголовное преследование, в крайнем случае, на них можно подать жалобу вышестоящему начальству по факту бездействия должностных лиц» — вот какую аргументацию привел руководитель следственного отдела по г. Ступино ГСУ СК РФ по Московской области майор юстиции Сорокин А. В.
Открываем УК РФ и действительно видим пробел в действующем законодательстве. Единственная статья УК РФ, посвященная укрывательству преступлений, гласит, что уголовная ответственность наступает за заранее не обещанное укрывательство особо тяжких преступлений.
Как известно, нет преступления, если оно не предусмотрено соответствующей статьей уголовного закона. Отсутствие соответствующей санкции в действующем УК РФ, повсеместная коррупция, продажность правоохранительных органов позволяет последним оставлять безнаказанными миллионы преступлений по всей стране.
Никто так не плодит преступность в России как её правоохранительные органы.
Я уже неоднократно писал по факту совершения преступления сотрудниками правоохранительных органов по делу Воронежского маньяка, совершенного ст. следователем Линчик А. Н., прокурором Гусельниковой В. В., судьей Масловым В. А. и то, как расследуется это дело следственным комитетом России. После бесконечных отписок руководитель следственного комитета России Бастрыкин А. И. поручил руководителю ГСУ СК России по Воронежской области генерал-лейтенанту юстиции Третьякову Н. И. провести со мной личную встречу. Ну, организовал он эту встречу, ну провел. И что?
Ни на один поставленный мной вопрос руководитель данного ведомства так и не ответил. Нечего было отвечать. Факты фальсификации уголовного дела и осуждения заведомо невиновного невозможно опровергнуть. Невозможным оказалось показать, положенный в обвинительный приговор, процессуальный документ по делу, которого просто нет – он фикция, он только в приговоре.
Вот моя очередная жалоба на действия руководителя ГСУ СК России по Воронежской области генерал-лейтенанта юстиции Третьякова Н. И. поданная лично председателю СК РФ Бастрыкину А. И., которая была зарегистрирована в СК России за номером 298762
«Несмотря на Ваше личное указание и проведенную встречу с руководителем ГСУ СК России по Воронежской области генерал-лейтенантом юстиции Третьяковым Н. И., которая состоялась аж 15.01.2013 года, на настоящий момент времени СУ СК России по Воронежской области так и не дан ответ ни на один из 13 поставленных мной вопросов в заявлении о возбуждении уголовного дела от 06.12.2011 года, т. е. прошло уже более, чем 1,5 года, что говорит о явном укрывательстве преступлений своих коллег по цеху по делу Воронежского маньяка.
Ещё раз требую создания следственной группы от СК России для разрешения моего заявления от 06.12.2011 года в СК России и принятия по нему процессуального решения в соответствии с нормами УПК РФ.
Молчание в данном случае сотрудников СК России лично я расцениваю как признание ими вины своих коллег и явного укрывательства их уголовного преследования».
Вместо рассмотрения жалобы по существу помощнички Бастрыкина А. И., пересылают указанную жалобу….правильно, тому на кого она была подана, она направляется руководителю ГСУ СК России по Воронежской области генерал-лейтенанту юстиции Третьякову Н. И.
Но меня, как заявителя жалобы, не интересует, кому именно господин Бастрыкин А. И. поручил заниматься моей жалобой. Меня интересует, другое, в частности то, что Следственный комитет России укрыл преступление, преступление совершенное сотрудниками правоохранительных органов. И при этом все виновные должностные лица Следственного комитета России остаются не только безнаказанными, но и продолжают занимать свои должности, как и прежде.
Не так страшен сам преступник, как тот, кто его покрывает, и гораздо страшней, если он при этом занимает должность сотрудника правоохранительных органов.
Буквально на днях, выступая по телевидению, президент России Путин В. В. обращал внимание граждан на недопустимость при защите своих прав перехода черты, за которой действия граждан становятся преступными. В связи с чем лично у меня возникает встречный вопрос к президенту: «А что остается делать гражданам, если их к этому вынуждают те, кто должен сам пресекать преступную деятельность, как, например, в моем случае? Назовите, господин президент, законные способы борьбы уже с Вашими подчиненными, которые в силу занимаемого ими положения не пресекают преступную деятельность, а сами выступают в роли пособников лиц, совершивших преступление, т. е. их действия следует квалифицировать как заранее не обещанное укрывательство преступлений?»
Но и это ещё не все. Есть хорошая старая русская пословица «Каков поп, таков и приход». Так вот приход господина Бастрыкина А. И. плохой, если не сказать из рук вон как безобразный.
Что бы не быть голословным дополнительно выкладываю две следующие истории — поучительные, обвинительные.
История первая:
25 сентября 2013 года при моей правовой поддержке гр. Марченко Т. Г. было подано заявление в следственный отдел по г. Пушкино Московской области о возбуждении уголовного дела по факту предоставления в суд по уголовному делу в качестве доказательств заведомо подложных документов.
В качестве таких документов в суд было предоставлено два документа, даже при внешним виде не вызывающих никаких сомнений в их подложности.
Первый: талон амбулаторного больного, оформленный медицинским учреждением 23 апреля 2012 года, но содержащий в п. 2 запись о том, что у больного на указанную дату имеется просроченный страховой полис ОМС, срок действия которого истек 09.11.2012 года. Дураку понятно, что документ фальшивка, а вот судья Суханова А. М. признала этот документ, несмотря на наши возражения, допустимым доказательством.
Второй документ: медицинская карта амбулаторного больного, в которой была осуществлена вклейка листов с записью сфальсифицированного диагноза от 23.04.2012 года, фальсификация записи подтверждается тем, что она осуществлена между записями за август 2012 года. При этом диагноз в медицинской карте, карте амбулаторного больного и в заявлении в суд – разные. Данные противоречия так и не были устранены в суде. И этот документ был принят судьей Пушкинского городского суда Сухановой А. М. в качестве доказательства по уголовному делу, в результате чего Марченко Т. Г. была признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 116 УК РФ.
Но это будет совсем другая история, которая, надеюсь, получит свое продолжение на страницах ПРАВОРУБа.
Далее все как обычно. Препятствия в приеме заявления о совершенном преступлении, затягивание по срокам, отписка, подача жалобы на имя руководителя СО по г. Пушкино ГСУ СК России по Московской области в порядке ст. 124 УПК РФ. И вопрос опять завис в воздухе.
Интересен ответ представителей от следственного комитета России по г. Пушкино – раз судья не признала документ фальшивым, значит никто не вправе ставить под сомнение принятое судьей решение. Уважаемый всеми нами адвокат Генрих Резник не постеснялся в своих выражениях по поводу юридических советников Путина – идиоты. Но я не буду подобным образом называть сотрудников СК России, ведь для того, чтобы писать подобные ответы, надо обладать изощренным умом и быть в полной уверенности в безнаказанности своих действий, в том числе со стороны Бастрыкина А. И.
История вторая:
17 июля 2013 года мной подано заявление в следственный отдел по г. Ступино ГСУ СК России по МО о возбуждении уголовного дела по факту исчезновения документа из материалов гражданского дела, которое было предоставлено в суд ответчиком в качестве доказательства.
Подача заявления как обычно сопровождалась преодолением нежелания сотрудников следственного отдела в принятии заявления в установленном порядке, с выдачей подтверждающего документа, которым является талон-уведомление – п. 15 Инструкции об организации приема, регистрации и проверки сообщений о преступлении в следственных органах (следственных подразделениях) системы Следственного комитета Российской Федерации, утверждена Приказом Следственного комитета Российской Федерации от 11 октября 2012 г. N 72 г. Москва «Об организации приема, регистрации и проверки сообщений о преступлении в следственных органах (следственных подразделениях) системы Следственного комитета Российской Федерации»
«Должностное лицо, принявшее в соответствии со своими полномочиями лично от заявителя письменное или устное заявление о преступлении, обязано выдать заявителю документ о принятии сообщения о преступлении с указанием данных о лице, его принявшем, а также даты и времени его принятия (часть четвертая статьи 144 УПК). Таким документом является талон-уведомление о принятии и регистрации заявления о преступлении с указанием времени, даты его принятия, регистрационного номера и данных о принявшем его лице, который выдается заявителю под роспись в талоне-корешке (приложение N 1)».
Далее мной подавались различного рода заявления, направленные на выявление дополнительных фактов фальсификации ответчиком доказательств по гражданскому делу, а также была подана вначале жалоба на бездействие следователя в порядке ст. 124 УПК РФ, а затем и жалоба на имя руководителя ГСУ СК России по Московской области генерал-майора юстиции Маркова Андрею Геннадьевичу, начало из которого я счел необходимым выложить отдельным текстом в статье
«Уважаемый Андрей Геннадьевич!
Вот читаю я в очередной раз очередной сайт очередного подразделения Следственного комитета России и, честно говоря, кроме красивых слов ничего не вижу.
«Полагаю, что оперативный взаимный обмен информацией приведет к достижению положительных результатов при раскрытии преступлений, розыску лиц, совершивших преступные деяния, пропавших без вести.
Приглашаю к взаимному сотрудничеству.
С уважением,
Руководитель Главного следственного управления».
Интересно кому и для чего Вами были написаны эти слова?
Вот фактическая работа Ваших подчиненных, направленная на оказание помощи преступникам в сокрытии преступлений и предоставления им возможности уйти от уголовной ответственности. Звучит и смешно и горько, т. к. фактически следственные органы являются составной частью преступного мира».
Ну и что бы Вы думали, произошло после этой жалобы? Да ничего. На сегодняшний день уголовное дело по указанному заявлению не возбуждено.
В соответствии со ст. 140 УПК РФ заявление о преступлении является поводом для возбуждения уголовного дела, а основанием для возбуждения уголовного дела является наличие достаточных данных, указывающих на признаки преступления.
Заявление есть, а значит, есть и повод для возбуждения уголовного дела. А вот есть ли основание, т. е. наличие достаточных данных для возбуждения уголовного дела?
В качестве доказательства исчезновения документа из материалов гражданского дела, мной была представлена аудиозапись судебного заседания за 02.12.2011 года и возражения на подачу замечаний на протокол судебного заседания за 02.12.2011 года и определение судьи Ильиной О. И. об отклонении указанных замечаний в связи с пропуском срока на подачу замечаний на протокол судебного заседания.
Согласно аудиозаписи судебного заседания за 02.11.2011 года следует, что представитель ответчика передает прокурору и суду испрашиваемые документы, но в адрес истца копии соответствующих экземпляров документов не передаются, о чем истец делает соответствующие возражения. Затем прокурор зачитывает наличие конкретной вакантной должности(дело было о восстановлении на работе) в представленном документе (тарификационный список) и спрашивает ответчика о том, предлагалась ли эта должность истцу. Получив отрицательный ответ, прокурор говорит, ну вот Вам и основание для восстановления истца.
По окончании судебного заседания я, не «отходя от кассы», сдал заявление об ознакомлении с протоколом судебного заседания. Это было в пятницу. В понедельник, 5.12.2011 г., в первый рабочий день суда, я пытаюсь получить протокол судебного заседания для его ознакомления. Секретарь судебного заседания говорит, что он ещё не готов. Это мне она повторяет и во вторник и в среду. Никакого подвоха я не замечаю, т. к. в соответствии с ч. 3 ст. 230 ГПК РФ Протокол судебного заседания должен быть составлен и подписан не позднее чем через три дня после окончания судебного заседания.
8.12.2011 года (четверг) я знакомлюсь с протоколом судебного заседания, в котором я
обнаруживаю полное отсутствие указанного диалога, и 12.12.2011 года, в понедельник, подаю замечания на протокол судебного заседания.
Однако 13.12.2011 года председательствующим по делу судьей Ильиной О. И. выносится определение об отказе в приобщении замечаний на протокол судебного заседания в связи с пропуском срока на подачу замечаний, т. к. протокол был изготовлен и подписан судом 2.12.2011 года. По утверждению судьи последний срок для подачи заявления о принесении замечаний на протокол судебного заседания – 9.12.2011 года, пятница, и я его пропустил по своей вине.

Ст. следователь Толочко Александр Николаевич (мистика, воронежский следователь, который укрыл маньяка, то же Александр Николаевич) вначале пытается выставить ряд железобетонных аргументов:
Первый аргумент — судья отказалась давать показания, прикрывшись судейским иммунитетом, секретарь судьи ушла рожать (и судя по всему, она все ещё рожает), прокурор ушла в отпуск, причем он это повторял даже спустя два месяца со дня подачи заявления (а что, врать, так уж врать по полной). На настоящий момент времени от прокурора так и не получены объяснения. А объяснение этому всего одно — «Рука руку моет, а вор вора кроет».
Второй аргумент — документа, на который я ссылаюсь, нет в материалах дела. То ли до него не доходит суть моего заявления о том, что заявление о ВУД как раз и подано в связи с отсутствием указанного документа в материалах дела, то ли он действительно того, этого самого….
Третий аргумент — в материалах дела есть тарификационный список, в котором озвученная прокурором должность оказывается занятой. Можно было бы придумать версию с оговоркой прокурора, да только вся загвоздка оказалась в том, что сведения, содержащиеся в тарификационном списке, были озвучены прокурором в судебном заседании 2.12.2011 года, а тарификационный список, который появился в материалах дела, заверен подписью и печатью ответчика 26.01.2012 года. Поэтому, даже дураку понятно, что документ за 26 января 2012 года не мог никоим образом быть зачитан 2.12.2011 года, однако, чтобы это понять, сотруднику Следственного Комитета России понадобилась не одна неделя.
Далее я следователю показываю определение все той же судьи Ильиной О. И., в которой она сама пишет (что написано пером, то не вырубишь топором), что материалы дела были ею сформированы только 6.12.2011 года (вторник). Но и в этом случае, даже если предоставить мне материалы для ознакомления 6.12.2011 года, во вторник, то понедельник 12.12.2011 года будет являться пятым днем на подачу заявления в суд.
Лица, участвующие в деле, их представители вправе ознакомиться с протоколом и в течение пяти дней со дня его подписания подать в письменной форме замечания на протокол с указанием на допущенные в нем неточности и (или) на его неполноту.
Я надеюсь, что и в этом случае даже дураку должно быть понятно, что если протокол подписан судьей, но не выдается им же для ознакомления, то и срок на подачу замечаний на протокол судебного заседания не может начаться течь.
Все иные действия председательствующего, направленные на сокрытие части протокола судебного заседания, являются действиями, несовместимыми со статусом судьи, т. к. образуют состав преступления, и должны подлежать уголовному преследованию со стороны компетентных органов, а со стороны судейского сообщества (если у них есть какое-либо понятие судейской этики) должны быть приняты меры по лишению судьи Ильиной О. И. статуса судьи.
Далее, в ходе проведенной проверке были выявлены следующие систематические факты фальсификации ответчиком доказательств по гражданскому делу:
1. Ответчик не указал в предоставленном в суд штатном расписании и двух тарификационных списках порядка десяти должностей, полностью скрыл целый отдел, сославшись на то, что у них в учреждении несколько штатных расписаний(!?), скрытый отдел — это отдел, находящийся во внебюджетном штатном расписании. Данный документ подделан гл. бухгалтером Грибановой Светланой Станиславовной и директором учреждения Шарковым Сергеем Михайловичем.
2. Ответчик дополнительно исключил из представленного в суд штатного расписания и двух тарификационных списков вакантную должность плотника, а личную карточку работника, который был принят на должность плотника подделал, попросту переписал на новую должность, т. е. указанный работник изначально якобы был принят на другую должность. На стол следователя в качестве доказательства легли журналы инструктажей, в которых указанный работник значился как плотник(!?). Документы подделывали – гл. бухгалтер Грибанова С. С., директор Шарков С. М., специалист по кадрам Иванова Светлана Анатольевна.
3. В подложном тарификационном списке, изготовленном и заверенном 26.01.2012 года, оказалось две фальсификации — две должности, которые оказались занятыми, на самом деле были свободны.
· По первой должности удалось установить, что работник на эту должность был назначен приказом 26.09.2011 года, поэтому 12.09.2011 года он находился на другой должности и эту должность не мог занимать.
· По второй должности – у назначенного лица не оказалось документов для её занятия (соответствующее обучение, внесение в списки уполномоченных лиц по г. Москве, допуск к работе с ЕАИСТ и наличие ЭЦП), приказ о назначении на должность не соответствует предъявляемому образцу приказа о назначении работника на данную должность, Документы подделывали – гл. бухгалтер Грибанова С. С., директор Шарков С. С., специалист по кадрам Иванова С. А.
Все вышеуказанные лица, за исключением директора Шаркова С. М., с которым не стали заключать договор на новый срок, продолжают занимать свои должности. Гл. бухгалтер Грибанова С. С. и специалист по кадрам Иванова С. А. уже были уличены судом в подделке документов, с корыстной целью избавится от нежелательного для них работника, кроме того, следователю был предоставлен ещё один подложный документ, в подделке которого принимала участие специалист по кадрам Иванова С. А., и который был предоставлен по другому делу, в отношении другого работника, который служил доказательством к увольнению работника.
Потери бюджета города Москвы в результате преступной деятельности указанных лиц на тот период времени (лето 2011 года) составили более 1 млн. 300 тысяч рублей.
НО РУКОВОДИТЕЛЬ ДЕПАРТАМЕНТА СОЦИАЛЬНОЙ ЗАЩИТЫ НАСЕЛЕНИЯ ГОРОДА МОСКВЫ ПЕТРОСЯН ВЛАДИМИР АРШАКОВИЧ, ПРИ ОТКРОВЕННОМ ПОКРЫВАТЕЛЬСТВЕ СО СТОРОНЫ МЭРА ГОРОДА МОСКВЫ СОБЯНИНА СЕРГЕЯ СЕМЁНОВИЧА, НЕ ТОЛЬКО НЕ СТАЛ ВЗЫСКИВАТЬ УЩЕРБ С ВИНОВНЫХ ЛИЦ, НО И ОСТАВИЛ ИХ НА СВОИХ МЕСТАХ.
Как известно безнаказанность порождает и плодит преступность.
На все мои письма в адрес руководителя ДСЗН города Москвы Петросяна В. А. и мэра города Москвы Собянина С. С. приходили постоянные отписки о том, что проведены неоднократные плановые и внеплановые проверки, как ДСЗН г. Москвы, так и Правительством Москвы, но факты, изложенные мной, каждый раз не находили своего подтверждения, разве что, за исключением мелких, незначительных фактов. Не находили они хищений, не находили издевательств над инвалидами по зрению в ГБУ «Пансионат для инвалидов по зрению» города Москвы, несмотря на опубликованные мной доказательства в двух статьях – и , причем смерть инвалида бабушки так и осталась безнаказанной (ни бывший директор, ни его заместитель по безопасности Лапшин А. А., так и не понесли никакого наказания (причем запятнанный в преступной деятельности зам. по безопасности Лапшин А. А. продолжает обеспечивать безопасность инвалидов в государственном учреждении социальной защиты по сей день), не находили они фактов подделки документов. А как можно что – либо обнаружить, если «рука руку моет, а вор вора кроет».
Хотелось бы, чтобы господа Петросян В. А. и Собянин С. С ответили москвичам на простой вопрос: «Почему ущерб от преступных действий должностных лиц государственного учреждения социальной направленности возмещается за счет денежных средств москвичей?»
Нас президент Путин В. В. уверяет в том, что мэр Москвы Собянин С. С. достойный человек и чиновник. Мэр Москвы Собянин С. С. уверяет нас в том, что руководитель ДСЗН города Москвы Петросян В. А хороший человек и чиновник. Руководитель ДСЗН города Москвы Петросян В. А. в свою очередь уверяет нас в том, что директор Шарков С. М., гл. бухгалтер Грибанова С. С. и специалист по кадрам Иванова С. А., а также зам. директора по безопасности Лапшин А. А., который заведомо ложно обвинил в совершении преступления зам. директора по общим вопросам Коробова Е. А. – хорошие люди и работники, причем уверяет, несмотря на предоставленные неопровержимые доказательств их преступной деятельности.
Что же в итоге мы получаем.
Президент России Путин В. В. доверяет Мэру Собянину С. С., доверяет потому что он ЕГО ЧЕЛОВЕК.
Мэр Собянин С. С. доверяет руководителю Департамента социальной защиты населения города Москвы Петросяну В. А., доверяет, потому что ОН ЧЕЛОВЕК СИСТЕМЫ.
Руководитель Департамента социальной защиты населения города Москвы Петросян В. А. доверял и доверяет бывшему директору Шаркову С. М., который два года издевался над инвалидами по зрению, зам. директору по безопасности Лапшину А. А., по вине которого также происходили все преступления и издевательства над инвалидами в указанном пансионате, гл. бухгалтер Грибанова С. С. и специалист по кадрам Иванова С. А., которые штампуют по счету раз подложные документы по обвинению работников в прогуле, кражах и т.д., доверял и доверяет, потому что это люди его «вотчины», и только «хозяин» решает, наказывать ему своих «подданных» или нет.
Президента России устраивает такой градоначальник, действия которого накладывают нехорошую тень на самого президента.
Президента России устраивает такой руководитель СК России Бастрыкин А. И., которого устраивают его подчиненные – руководители ГСУ СК России по Воронежской и Московской областей, которые укрывают откровенно преступную деятельность своих подчиненных, которые в свою очередь укрывают чью-то преступную деятельность.
Я уже как-то сказал, что в России надо не столь бояться преступников, от преступников есть шанс защититься, а надо бояться сотрудников правоохранительных органов, ибо от них нет никакого спасения.
26 ноября 2013 года в программе Андрея Караулова «Момент истины» была озвучена интересная статистика, которая касалась коррупционной составляющей в России. Так владельцами иномарок представительского класса являются:
80 % — сотрудники правоохранительных органов?!
10 % — чиновники.
Остальные 10% — олигархи, бизнесмены, преступники и все остальные, кому удалось «отщипнуть» себе кусочек богатства.
Возможно, даже более чем вероятно, что после очередного укрывательства преступлений Следственным комитетом России процентное содержание владельцев эксклюзивных иномарок в первых двух категориях может сильно повыситься.

Комментарий к статье 316 Уголовного Кодекса РФ

Объектом преступления являются интересы правосудия.

Общественная опасность укрывательства состоит в том, что оно препятствуют своевременному раскрытию преступлений и привлечению виновных к уголовной ответственности, создает условия для безнаказанности этих лиц и продолжения ими преступной деятельности.

Укрывательство является видом прикосновенности к преступлению, т.е. деятельности, связанной с совершением преступления, но не являющейся содействием ему и не находящейся в причинной и виновной связи с преступным результатом укрываемого деяния. Таким образом, укрывательство не является соучастием в преступлении.

Объективная сторона укрывательства заключается в заранее не обещанном сокрытии преступника, совершившего особо тяжкое преступление, следов, орудий и средств такого преступления, а также предметов, добытых преступным путем. Преступление совершается путем действия.

По конструкции данный состав является формальным и считается оконченным с момента совершения любого действия, направленного на укрывательство преступления. Эти действия могут быть как одномоментными (например, уничтожение орудия преступления), так и длящимися (например, длительное хранение в своем жилище предметов, добытых преступным путем).

В диспозиции рассматриваемой статьи говорится об укрывательстве, заранее не обещанном. Термин «заранее» относится к моменту совершения преступления исполнителем. Согласно п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 31 июля 1962 г. N 11 «О судебной практике по делам о заранее не обещанном укрывательстве преступлений, приобретении и сбыте заведомо похищенного имущества» <1>: «Укрывательство преступления. может быть признано соучастием, если эти действия были обещаны исполнителю до или во время совершения преступления, либо по другим причинам (например, в силу систематического их совершения) давали основание исполнителю преступления рассчитывать на подобное содействие». Отсюда следует вывод, что укрывательство, обещанное исполнителю до или во время совершения преступления, признается соучастием (пособничеством) и ответственность за указанное деяние наступает по ч. 5 ст. 33 и соответствующей статье Особенной части УК РФ о преступлении, совершенном исполнителем. Соучастием также будет признаваться и прежнее поведение укрывателя, которое давало исполнителю основание рассчитывать на содействие в сокрытии данного преступления, несмотря на то что укрывательство не было обещано заранее, например когда укрыватель ранее уже прятал самого преступника или следы преступления.

———————————
<1> Судебная практика по уголовным делам: В 2 ч. Ч. 1: Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР, РСФСР и Российской Федерации / Сост. С.А. Подзоров. М., 2001. С. 63.

Под укрывательством понимаются активные действия по сокрытию преступника либо преступления. Сокрытие преступника состоит, например, в предоставлении ему жилища или иного убежища, транспортных средств, документов, в изменении его внешнего вида, сообщении о нем ложных сведений и т.п. Под сокрытием преступления понимается помещение в укрытие, уничтожение, изменение, продажа, дарение и т.п. орудий преступления (т.е. предметов, использовавшихся для непосредственного совершения преступления, — оружия, воровских инструментов и др.), средств преступления (т.е. вещей, которые облегчали действия преступника, — фальшивая или настоящая униформа, маски, фальшивые документы и средства для их изготовления, фальшивые деньги и т.д.), следов преступления (т.е. получившихся в результате действий преступника отображений, которые могли быть использованы как вещественные доказательства, — пятна крови, отпечатки пальцев, вмятины от орудий взлома и т.п.), а также предметов, добытых преступным путем (т.е. вещей, которые были получены (например, похищенное имущество, документы) либо созданы противоправным способом (фальшивые деньги, подделанные документы).

Так называемое интеллектуальное укрывательство чаще всего предусмотрено самостоятельными составами, например ст. ст. 306 «Заведомо ложный донос», 307 «Заведомо ложные показание, заключение эксперта или неправильный перевод» и др. УК РФ, но в ряде случаев оно может быть квалифицировано и по ст. 316 УК РФ. Например, если субъект дает заведомо ложные объяснения в процессе доследственной проверки материалов и заявлений или если субъект направляет работников правоохранительных органов, преследующих преступника, в другую сторону. Способ совершения укрывательства не влияет на наличие рассматриваемого состава преступления.

В случаях, когда укрывательство выражается в сокрытии и хранении предметов, изъятых или ограниченных в гражданском обороте, содеянное надлежит квалифицировать по совокупности ст. 316 УК РФ и статей, предусматривающих ответственность за хранение названных предметов, например: ст. ст. 191 «Незаконный оборот драгоценных металлов, природных драгоценных камней или жемчуга»; 220 «Незаконное обращение с ядерными материалами или радиоактивными веществами»; 222 «Незаконные приобретение, передача, сбыт, хранение, перевозка или ношение оружия, его основных частей, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств», 228 «Незаконные изготовление, приобретение, хранение, перевозка, пересылка либо сбыт наркотических средств или психотропных веществ», 234 «Незаконный оборот сильнодействующих или ядовитых веществ в целях сбыта» и др. УК РФ.

Если сокрытие преступления совершается преступным путем (например, уничтожается имущество, причиняется вред здоровью, подделываются документы и т.п.), то содеянное также должно квалифицироваться по совокупности преступлений.

В случаях, когда способом сокрытия было убийство, содеянное полностью охватывается п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ и дополнительной квалификации по ст. 316 УК РФ не требуется.

Особыми видами укрывательства являются ст. 174 «Легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных другими лицами преступным путем» и ст. 175 «Приобретение или сбыт имущества, заведомо добытого преступным путем» УК РФ. В указанных случаях дополнительной квалификации по ст. 316 УК РФ также не требуется.

Во всех случаях при отграничении составов следует помнить, что наступление уголовной ответственности по ст. 316 УК РФ основывается на двух критериях: объективном — совершении лицом активных действий по сокрытию, и субъективном — осведомленности виновного в том, что он действительно укрывает особо тяжкое уголовно наказуемое деяние.

Если лицу, укрывающему преступление, не было известно, какое конкретное преступление оно укрывает, ответственность по ст. 316 УК РФ не наступает.

Отдельного рассмотрения заслуживает проблема квалификации заранее не обещанного укрывательства особо тяжкого преступления, совершенного из страха мести со стороны преступника, например под угрозой лишения жизни как самого укрывателя, так и его близких родственников. Если в момент совершения укрывательства имелись все условия крайней необходимости, предусмотренные ст. 39 УК РФ, то в данном случае лицо не должно привлекаться к уголовной ответственности за укрывательство. Если же угроза смертью могла быть реализована в отношении укрывателя только в будущем, то необходима квалификация по ст. 316 УК РФ.

Согласно п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 31 июля 1962 г. N 11 «О судебной практике по делам о заранее не обещанном укрывательстве преступлений, приобретении и сбыте заведомо похищенного имущества» <1>, «заранее не обещанное укрывательство преступления. совершенного должностным лицом путем использования своего служебного положения, надлежит квалифицировать по статьям УК. предусматривающим ответственность за указанные преступления, и по совокупности как злоупотребление служебным положением» (т.е. по ст. 285 УК РФ).

———————————
<1> Судебная практика по уголовным делам: В 2 ч. Ч. 1: Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР, РСФСР и Российской Федерации / Сост. С.А. Подзоров. М., 2001. С. 63.

Не образует рассматриваемого состава преступления укрывательство, совершенное и в отношении собственных преступных действий и действий другого лица. Так, если виновные совершили ограбление потерпевшего, а затем один из соучастников убивает его, что не охватывалось общим умыслом, то действия по сокрытию трупа не могут быть признаны укрывательством в аспекте ст. 316 УК РФ, поскольку в таком случае виновный укрывает не только действия лица, совершившего убийство, но и свои действия в отношении потерпевшего (см. Определения Верховного Суда РФ от 22 февраля 2007 г. N 69-о07-2, от 22 декабря 2006 г. N 69-о06-37).

С субъективной стороны укрывательство преступлений характеризуется прямым умыслом. Виновный сознает, что укрывает конкретное преступление, и желает этого. Сознанием лица должен охватываться характер совершаемых исполнителем действий, а также то, что он своими действиями способствует сокрытию преступления.

Мотивы преступления разнообразны: корысть, страх перед преступником, дружеские отношения с виновным и др. Они лежат за пределами состава преступления и учитываются судом при назначении наказания.

Субъектом преступления может быть любое лицо, достигшее шестнадцати лет (субъект общий).

Сокрытие следов самим исполнителем или участником преступления не содержит признаков состава преступления, предусмотренного ст. 316 УК РФ (укрывательство преступлений).

Согласно примечанию к ст. 316 УК РФ освобождаются от уголовной ответственности за заранее не обещанное укрывательство особо тяжких преступлений супруги или близкие родственники совершившего преступление лица. Но при специальных видах укрывательства супруги и близкие родственники отвечают на общих основаниях (например, п. «к» ч. 2 ст. 105, ст. ст. 174, 175, 306, 307 УК РФ).

Другой комментарий к статье 316 УК РФ

1. Объективная сторона преступления состоит в укрывательстве одного или нескольких преступлений, отнесенных законодателем к числу особо тяжких (ст. 15 УК). Укрывательство совершается только путем действий и представляет собой сокрытие преступника, средств или орудий совершения преступления, следов преступления либо предметов, добытых преступным путем, а равно приобретение и сбыт таких предметов.

Укрывательство преступника — это сокрытие лица, совершившего преступление (предоставление убежища или транспортного средства, изменение его внешнего вида, снабжение подложным или чужим паспортом).

Под укрывательством средств или орудий совершения преступления понимается либо их сокрытие (перенос в другое место, припрятывание и т.п.), либо их уничтожение или изменение внешнего вида.

Сокрытие следов преступления означает их уничтожение (например, замывание крови на месте преступления, ремонт автомобиля после наезда). В целях укрывательства преступления предметы, добытые преступным путем, могут быть либо сокрыты, либо реализованы.

2. Ответственность по комментируемой статье наступает лишь в случае физического укрывательства преступления. Так называемое интеллектуальное сокрытие не включается в состав данного преступления.

3. Преступление считается оконченным с момента совершения соответствующих действий укрывателя.

4. Субъективная сторона преступления характеризуется прямым умыслом.

5. В законе говорится о заранее не обещанном укрывательстве. Следовательно, умысел на сокрытие преступления возникает после его совершения. Если же укрывательство преступника, средств или орудий совершения преступления, следов преступления либо предметов, заведомо добытых преступным путем, а также приобретение или сбыт таких предметов было обещано заранее, т.е. до или во время совершения преступления, то оно согласно ст. 33 УК образует соучастие в преступлении и признается видом пособничества.

Укрывательство преступления, а также приобретение или сбыт предметов, добытых заведомо преступным путем, могут быть признаны соучастием и тогда, когда исполнитель по другим причинам, например в силу систематического их совершения, заранее, т.е. до начала преступления, рассчитывал на подобное содействие.

6. Субъект — лицо, достигшее возраста 16 лет.

7. Согласно примечанию к статье лицо не подлежит уголовной ответственности за заранее не обещанное укрывательство преступления, совершенного его супругом или близким родственником (родителями, детьми, усыновителями, усыновленными, родными братьями и сестрами, дедушкой, бабушкой, внуками).

Суть укрывательства как уголовного преступления

В уголовном праве различают два вида укрывательства преступлений:

  1. Заранее не обещанное, когда информация о преступлении стала известна подсудимому уже по факту его совершения (ст. 316 УК РФ) и только после этого он помог преступнику.
  2. По предварительному сговору, когда о сокрытии преступника, инструментов преступления или другой важной для следствия информации договариваются заранее. Такие действия рассматриваются судом как соучастие и влекут более суровое наказание для виновного.

Сокрытие преступления подразумевает собой следующие действия:

Обратите внимание Ответственность за хранение огнестрельного, травматического и холодного оружия предусмотрена ст. 222 УК РФ и ФЗ об оружии № 150. Так, в зависимости от обстоятельств преступления, наказание может быть вплоть до 8 лет лишения свободы + штраф. Подробнее читайте в отдельной статье

  1. Предоставление убежища злоумышленнику, помощь в подделке документов, изменении внешности, предоставление ему транспорта и помощи для выезда за пределы региона, страны и т.д.
  2. Сокрытие, уничтожение, изменение внешнего вида оружия или других предметов, которые были использованы во время противоправных действий.
  3. Уничтожение следов преступления, например отпечатков пальцев, отмывание следов крови и т.д.
  4. Сокрытие предметов, которые были получены преступным путем. Если же скрываются предметы, за хранение которых существует уголовная статья (наркотики, радиоактивные вещества и т.д.), то деяние квалифицируется по соответствующей статье.

Действие может быть как одиночным, так и в совокупности.

Ответственность по статье 316 УК РФ возможна исключительно при физическом укрывательстве, интеллектуальное не может быть включено в состав преступления. К интеллектуальному укрывательству часто относят дачу заведомо неправдивых показаний или заключения эксперта, но такое деяние подпадает под ст. 307 УК РФ.

Объектом преступления является совершение правосудия.

Важно! Помощь, которая была оказана преступнику, должна быть существенной. Как правило, она не дает раскрыть преступление по горячим следам. Если же помощь была малозначимой и не могла повлиять на следственные действия, то обвинения в укрывательстве и уголовной ответственности не будет. В случаи, когда гражданин только владел информацией о преступлении, но не помогал его совершению, то он может понести ответственность по ст. 205.6 — несообщение о преступлении.

Субъектом может быть любое дееспособное физическое лицо, которому уж е исполнилось шестнадцать лет. Субъективная сторона характеризуется прямым умыслом. Это означает, что человек, который не умышленно помог преступнику скрыться или спрятать орудие и предметы преступления, не может быть обвинен в укрывательстве.

Мотивы преступления могут быть самыми разными: материальная выгода, личностное отношение, скрытая угроза и т.д. Тот или иной мотив не освобождает от ответственности за сокрытие, но может быть учтен при вынесении приговора.

Ответственность за сокрытие преступления наступает с момента, когда обвиняемый совершил действия, направленные на помощь преступнику, даже если цель таких действий не была достигнута, или достигнута частично.

Записи созданы 4415

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Похожие записи

Начните вводить, то что вы ищите выше и нажмите кнопку Enter для поиска. Нажмите кнопку ESC для отмены.

Вернуться наверх