Товарный знак судебная практика

Аналитика Публикации

Товарный знак как средство индивидуализации стимулирует потребителя по­купать товары определенных производителей. Будучи связующим звеном между изготовителем и покупателем, он способствует оборотоспособности това­ров, обеспечивая функцию рекламы. Поэтому исключительное право на товарный знак является весьма уязвимым и часто нарушаемым. Помогают ли нововведения гражданского законодательства — части четвертой ГК РФ — и судебная практика защититься от нарушений прав компаний на хорошо знакомые бренды? Есть ли специфика в оформлении исковых требований правообладателей? Какие инстру­менты защиты включает административная процедура охраны торговых марок и логотипов? Ответы — в нашей статье.

Защита прав на товарные знаки, которые помогают индивидуализировать товары (работы, услуги) ком­паний и предпринимателей, может осуществляться как до, так и после регистрации самого знака (лого­типа, торговой марки, бренда). Если, например, Роспатент (официальное название — Федеральная служба по интеллекту­альной собственности, патентам и товарным знакам) даст вам отказ по заявке о регистрации или признает ее отозванной, то вы вправе подать возражения в Палату по патентным спорам. Срок на обжалование — три месяца со дня получения заявите­лем такого решения или запрошенных материалов, противо­поставленных заявке.

Но все же в любом случае исключительные права на товар­ный знак появляются у заявителя только после его регистра­ции. Это, в частности, означает, что отныне никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для ин­дивидуализации которых он был зарегистрирован (п. 3 ст. 1484 ГК РФ). Действия по защите нарушенных прав предпринимает сам правообладатель или обладатель лицензии на товарный знак. Его незаконное использование влечет гражданскую, ад­министративную или уголовную ответственность.

Гражданско-правовые способы защиты: новеллы части четвертой ГК РФ

Итак, вы как правообладатель решили защитить уже заре­гистрированный и действующий товарный знак от возможного или фактического незаконного использования. Если ваши попытки досудебного урегулирования и уведомление предпо­лагаемого нарушителя не возымели действия, составляйте иск в суд.

Требуйте в суде выплаты компен­сации — и тогда избежите доказывания убытков

Защита исключительных прав по общему правилу осущест­вляется способами, определенными в ст. 1252 ГК РФ. В качестве своих требований заявляйте о прекращении нарушения исключительного права, об изъятии из оборота и уничтожении за счет нарушителя контрафактного товара, этикеток и упаковок и на ваш выбор — о возмещении убытков или выплате компенсации. Последнее наиболее выгодно, так как у вас не бу­дет особых проблем с доказыванием понесенных убытков или упущенной выгоды. Суд рассчитает компенсацию, руковод­ствуясь п. 2 ст. 1515 ГК РФ и своим судейским усмотрением. Ее сумма может составить:

— от 10 тыс. до 5 млн руб.;

— либо двукратный размер стоимости контрафактных това­ров;

— либо двукратный размер стоимости права использования товарного знака.

Но прежде всего выясните, какие положения законодатель­ства (с учетом новелл части четвертой ГК РФ) и судебной прак­тики помогут вам обоснованно отстаивать исковые притязания в суде. В частности, когда ваш конкурент использует похожий товарный знак, права на который были им зарегистрированы.

В ст. 1512 ГК РФ перечислены шесть различных оснований для оспаривания и признания недействительным предостав­ления правовой охраны. Например, можно сослаться на то, что правовая охрана была предоставлена товарному знаку с более поздним приоритетом по отношению к признанному общеизвестным зарегистрированному товарному знаку иного лица. Либо оспаривание может произойти по причине того, что связанные с регистрацией товарного знака действия пра­вообладателя будут признаны злоупотреблением правом или недобросовестной конкуренцией. Кстати, это новелла части четвертой ГК РФ, ранее такого основания не было. Само по себе понятие «злоупотребление правом» открывает более ши­рокие возможности, чем категория «недобросовестная конку­ренция».

Регистрация обозначений, тождественных или сходных до степени смешения с другими товарными знаками, запре­щена.

Законом установлен прямой запрет на регистрацию обозна­чений, тождественных или сходных до степени смешения с то­варными знаками других правообладателей. И вот именно с доказыванием такого тождества (сходства) связано значитель­ное количество споров. Как правило, обозначение считается сходным до степени смешения с другим, если оно ассоциирует­ся с ним в целом, несмотря на отдельные отличия. Сравнение проводится по трем основным критериям: звуковому, графи­ческому и семантическому (смысловому).

Уже складывается судебная практика по вопросам наличия тождества или опасного (до степени смешения) сходства. Речь идет о решениях Палаты по патентным спорам, в которых она отказывает в удовлетворении требований о неправомерности предоставления правовой охраны другому товарному знаку.

Характерно, что это ведомство обычно учитывает только ре­зультаты проведенной экспертизы.

Противополож­ные по результа­там экспертные заключения имеют неболь­шую доказатель­ственную силу

Суды, напротив, при разрешении подобных дел учитывают другие критерии и проявляют мало интереса к результатам экспертиз или досудебных заключений, устанавливающих тождество (сходство) знаков. При изучении этих доказательств у судей практически всегда возникает к ним предвзятое отно­шение. К тому же нередко стороны представляют суду проти­воположные по своему содержанию результаты экспертных заключений. Этим существенно занижается их доказатель­ственная сила.

Как указал Президиум ВАС РФ в информационном письме от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арби­тражными судами дел, связанных с применением законода­тельства об интеллектуальной собственности», вопрос о степе­ни смешения обозначений является вопросом факта и по об­щему правилу может быть разрешен судом без назначения экс­пертизы. Экспертиза в силу ч. 1 ст. 82 АПК РФ назначается, когда для сравнения обозначений требуются специальные зна­ния. Вопрос о сходстве до степени смешения двух словесных обозначений, применяемых на товарах истца и ответчика, мо­жет быть разрешен судом с позиции рядового потребителя. Для этого специальных знаний не нужно. Поэтому не спешите ходатайствовать о назначении экспертизы, сэкономьте деньги на дорогостоящих заключениях независимых экспертов.

Суды до сих пор используют в качестве ориентира два июль­ских решения ВАС РФ за 2006 год. Это, во-первых, постанов­ление Президиума ВАС РФ от 18.07.2006 №2979/06 по делу «Невское» vs. «АМRО Невское». Разрешая этот спор, ВАС РФ указал, что «угроза смешения имеет место, если один товар­ный знак воспринимается за другой или если потребитель по­нимает, что речь идет не об одном и том же товарном знаке, но думает, что они оба принадлежат одному и тому же произ­водителю». Такая угроза зависит: 1) от различительной спо­собности знака с более ранним приоритетом, 2) от сходства противопоставляемых знаков и 3) от оценки однородности обозначенных знаком товаров и услуг.

Для признания сходства товар­ных знаков достаточно потенциальной угрозы их смешения

В другом постановлении Президиума ВАС РФ от 18.07.2006 № 3691/06 по делу «NIVEA» vs. «LIVIA» дополнительно было указано три важных момента:

1) для признания сходства товарных знаков достаточно уже самой опасности, а не реального их смешения. Ее наличие мо­жет быть установлено исходя, в частности, из результатов соцопросов, представленных правообладателями;

2)необходимо проводить оценку однородности товаров, поскольку она влияет на установление наличия или отсутствия угрозы смешения товарных знаков;

3) наличие серии знаков (т.е. группы товарных знаков одно­го владельца, имеющих общие элементы) влияет на усиление различительной способности, как, впрочем, и длительность их использования на товарном рынке.

Таким образом, в делах о незаконном использовании товар­ных знаков суды не ограничиваются формальной оценкой обо значений по сравнительным критериям. Основное внимание они уделяют вопросам восприятия данных обозначений по­требителями. Это более объективный и полноценный подход с точки зрения экономических интересов правообладателей.

При защите своих прав можно апеллировать к обычаям де­лового оборота и культуре предпринимательства, ссылаясь на то, что введение в оборот контрафактного товара (на котором проставлен чужой товарный знак) является недобросовестной конкуренцией. Тогда можно обратиться в Федеральную анти­монопольную службу с требованиями о пресечении противо­правного использования чужого товарного знака.

Так, в одном из дел ОАО «САН Интербрю» выступало против предоставления Роспатентом правовой охраны товарному знаку «ZLATO PRAMEN 11». Заявитель в обоснование своих требований ссылался на п. 4 ст. 14 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции». Он утверждал, что использование результатов интеллектуальной деятельно­сти и приравненных к ним средств индивидуализации, при­надлежащих другому юридическому лицу, расценивается как явный случай недобросовестной конкуренции. При этом «САН Интербрю» ссылалось на то, что оспариваемый товарный знак сходен до степени смешения с зарегистрированными ранее на имя «Рivovагу Staropramen а.s.» товарными знаками серии «STAROPRAMEN». Товарный знак «ZLATOPRAMEN 11» способен ввести потребителя в заблуждение относительно изготовителя товара.

Угроза подмены товарных знаков велика в одно­родных товарах

Суд пришел к выводу, что поскольку отсутствует явное сходство оспариваемого и противопоставляемого знаков, то анализ однородности товаров проводить нецелесообразно. Кассационная инстанция, напротив, посчитала, что оценка однородности товаров по данной категории споров обязатель­на, поскольку влияет на установление наличия или отсутствия угрозы смешения схожих товарных знаков. В ходе сопоставле­ния товарных знаков с точки зрения их графического и визу­ального сходства нужно учитывать, что вывод делается на основе восприятия не отдельных элементов, а товарных знаков в целом (общего впечатления).

В отношении однородных товаров потребитель более под­вержен угрозе введения его в заблуждение по поводу произво­дителя товара. Это в свою очередь существенно усиливает угрозу смешения сравниваемых обозначений (постановление ФАС МО от 17.12.2007 № КА-А40/4679-07).

Нарушение прав на товарный знак наносит экономический ущерб

ФАС Северо-Западного округа рассматривал иск ОАО «Им­ператорский фарфоровый завод» к Санкт-Петербургской ор­ганизации инвалидов «Объединение художников «Этюд» о де­нежной компенсации и запрещении распространять продук­цию, декорированную без согласия истца, то есть нарушать исключительные права на зарегистрированный товарный знак. На обозрение суда была представлена продукция (чашки с блюдцами), где наряду с нанесением рисунка работниками от­ветчика производилась маркировка путем нанесения на до­нышко продукции обозначения, состоящего из фирменного наименования ответчика и названия рисунка («ЛФЗ»).

Незаконное использование товарного знака: как защитить свои права

Суд указал, что нижестоящие суды должны были прове­рить, имеется ли смешение или угроза смешения у потребите­ля относительно производителя товара — в частности, в отно­шении лица, изготовившего фарфоровые изделия, и лица, ко­торое нанесло на них изображения. Здесь нужно было исхо­дить из имеющихся на товаре маркировок — одного из элементов товарного знака истца, охраняемого на основании свидетельства о регистрации, и обозначения, используемого ответчиком в виде его фирменного наименования (постанов­ление ФАС СЗО от 18.02.2008 № А56-48172/2006).

Актуальным является вопрос о применении судами норм международного права по рассматриваемой категории дел. Дело в том, что оспорить законность обладания (регистрации) товарным знаком можно, сославшись на п. 6 ст. 1483 ГК РФ. Согласно этой норме не могут быть зарегистрированы в каче­стве товарных знаков обозначения, тождественные ли сход­ные до степени смешения с товарными знаками других лиц, охраняемыми в соответствии с международным договором РФ в отношении однородных товаров и имеющими более ран­ний приоритет.

В одном из дел третье лицо — правообладатель товарного знака, зарегистрированного за пределами территории РФ, пра­вовая охрана которого была прекращена по решению Арби­тражного суда г. Москвы, обжалуя его, указал следующее. Ре­гистрация товарного знака, который был зарегистрирован и длительное время использовался в одной из европейских стран, может быть оспорена только в исключительных случаях по ст. 6-quinquies Парижской конвенции по охране промыш­ленной собственности от 20.03.1883. Кроме того, в соответ­ствии со ст. 5 Мадридского соглашения о международной реги­страции знаков от 14.04.1891 в тех странах, где это предусма­тривается законодательством, администрации, уведомленные Международным бюро о регистрации знака или о требовании расширения охраны, имеют право заявить, что охрана этого знака на их территории не может быть предоставлена.

Был приведен и еще один довод. Поскольку регистрация оспариваемого товарного знака имела место не на территории РФ, следует применять прежде всего ст. 6-quinquies Парижской конвенции. Само же по себе наличие оснований, предусмо­тренных п. 2 ст. 6 и п. 1 ст. 7 Закона РФ от 23.09.1992 № 3520-1 «О товарных знаках и знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров», является недостаточным для отказа в государственной регистрации спорного товарного знака.

Между тем Президиум ВАС РФ в постановлении от 11.04.2006 № 15736/05 по делу «Компромат.ru» подчеркнул, что основания, указанные в ст. 6 Закона о товарных знаках, яв­ляются абсолютными для отказа в регистрации знака. Поэтому при рассмотрении спора необходимо проверить, имеются ли они в наличии. Полагаем, что данная позиция ВАС РФ может послужить ориентиром для нижестоящих судов при рассмо­трении такой категории дел. Особенно когда речь зайдет о пер­вых пяти пунктах новой ст. 1483 ГК РФ (аналог ст. 6 Закона о товарных знаках).

Может ли водка ассоциироваться с символами государства?

Одно из недавних громких дел было связано со спором между компанией «SPA Group» и ФГУП «Кремль», подведом­ственным Управлению делами Президента РФ. Осенью 2007 г. ФГУП подало возражение на регистрацию «SPI Group» товарных знаков «Kremlyovskaya vodka», «Kremlovskaja The Original», «Kremlyovskaya premium vodka fine original quality» и «Кгеmlyovskоуе» (по классу пиво и безалкогольные напитки). Палата по патентным спорам решением от 17.06.2008 признала обоснованными доводы заявителя, согласно которым на бу­тылке «Кгеmlyovskaуа» изображена Спасская башня. Это обу­славливает возникновение у потребителя водки ассоциаций с Московским Кремлем. Между тем права на товарный знак «Московский Кремль» принадлежат ФГУП «Кремль».

В целом здесь не прослеживается столь явного нарушения права на товарный знак применительно к однородным това­рам, и в этом смысле решение Палаты неоднозначно. Пред­ставители компании «SPI Group» заявили о намерении его об­жаловать. По их мнению, товарный знак не имеет никакого отношения к Московскому Кремлю, а башня на этикетке — это лишь стилизованное изображение. В настоящее время данный спор не прошел еще всех судебных инстанций.

Решение от 19 апреля 2017 г. по делу № А08-5959/2016

АРБИТРАЖНЫЙ СУД
БЕЛГОРОДСКОЙ ОБЛАСТИ
Народный бульвар, д.135, г. Белгород, 308000
Тел./ факс (4722) 35-60-16, 32-85-38
сайт: http://belgorod.arbitr.ru
Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А08-5959/2016
г. Белгород
19 апреля 2017 года
Резолютивная часть решения объявлена 19 апреля 2017 года
Полный текст решения изготовлен 19 апреля 2017 года
Арбитражный суд Белгородской области
в составе судьи Полухина Р. О.
при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания Сапенко В.Е.
рассмотрел в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению «Carte Blanche Greetings» Ltd. Номер компании 2265225
к ИП Давыдовой Ю. С. (ИНН 312810956554, ОГРН 313312804400020)
о взыскании 10 000 руб.
при участии в судебном заседании:

от истца: не явился, извещен, ходатайство
от ответчика: не явился, извещен

УСТАНОВИЛ:

Истец — Carte Blanche Greetings Limited обратился в Арбитражный суд Белгородской области с иском к ИП Давыдовой Ю. С. о взыскании компенсации в размере 10 000 руб. за нарушение исключительных прав на товарный знак, зарегистрированный под №861543, уплаченную государственную пошлину за рассмотрение иска в размере 2000 руб. и расходы по оплате почтовых услуг в размере 87,5 руб.
В судебное заседание представитель истца не явился, письменно просит рассмотреть дело без своего участия.
Представитель ответчика в судебное заседание не явился, отзыв на иск не представил, в соответствии со статьёй 123 АПК РФ уведомлен надлежащим образом.
Исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в порядке, предусмотренном статьями 65-71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд установил следующее.
Как следует из материалов дела, Компания «Карт Бланш Гритингс Лимитед» обладает исключительным правом на товарный знак с изображением медвежонка «Тэтти Тедди» (обозначение размещенной на лапах головы медвежонка с голубым носом и заплаткой). Право на указанный товарный знак подтверждено истцом, представленными в материалы дела свидетельствами о регистрации Всемирной организации интеллектуальной собственности — зарегистрировано 02.04.2005. Срок действия регистрации 02.04.2015 МКТУ: 16,28 (регистрационный номер записи 861543).
Истец в обоснование иска указал, 13.06.2015 в магазине «Букет и шоколад», расположенном по адресу: Белгородская область, г.Белгород, проспект Белгородский,67, индивидуальным предпринимателем Давыдовой Юлией Сергеевной реализован контрафактный товар – игрушка мягкая медвежонок с серой шерстью.
В подтверждении указанного, заявителем представлен документ (листочек) с реквизитами присущими товарному чеку, чек терминала от 13.06.2015 года на сумму 1 490 руб.
При продаже контрафактного товара ответчик оформил и предоставил товарный чек в материалы дела №А08-4610/2015.
Как указал истец, факт реализация товара зафиксирован видеозаписью, произведенной представителем истца в порядке статей 12 и 14 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ).
Полагает, что ответчик нарушил исключительные права истца на товарный знак. Нарушение выразилось в использовании товарного знака, зарегистрированного под №861543 путем предложения к продаже и реализации товара сходного до степени смешения с указанными товарными знаками.
В связи с нарушением ответчиком исключительных прав правообладателя истец обратился с настоящим иском в суд.
Согласно ч.2 ст. 1225 ГК РФ и ч. 3 ст. 1484 ГК РФ интеллектуальная собственность охраняется законом, и никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.
В силу статьи 1270 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в соответствии со ст. 1229 ГК РФ в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), в том числе способами, указанными в п. 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на произведение.

Таким образом, суд с учетом изложенного, а также с учетом требований статей 1259, 1255 ГК РФ и исследованных в судебном заседании доказательств по правилам статей 65, 66, 67, 68, 71, 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, приходит к выводу о том, что ответчик незаконно осуществлял продажу (распространение) контрафактного товара, реализовав исключительное право правообладателя на распространение.
Разрешение на такое использование объектов интеллектуальной собственности истца путем заключения соответствующего договора ответчик не получил, следовательно, такое использование осуществлено незаконно — с нарушением исключительных прав истца.
В силу статьи 1301 ГК РФ в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных настоящим Кодексом (ст.1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда.
В силу пункта 43.3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 5, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 29 от 26.03.2009 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» рассматривая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования. При этом суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, но не ниже низшего предела, установленного абзацем вторым статьи 1301, абзацем вторым статьи 1311, подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 или подпунктом 1 пункта 2 статьи 1537 ГК РФ.
При определении размера компенсации суд, учитывая, в частности, характер допущенного нарушения, срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности, степень вины нарушителя, наличие ранее совершенных лицом нарушений исключительного права данного правообладателя, вероятные убытки правообладателя, принимает решение, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.
Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.11.2012 № 8953/12, размер компенсации за неправомерное использование объекта интеллектуальной собственности должен определяться исходя из необходимости восстановления имущественного положения правообладателя. Это означает, что он должен быть поставлен в имущественное положение, в котором находился бы, если бы объект интеллектуальной собственности использовался правомерно.
Оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, суд считает, что исковые требования истца необоснованны и незаконны, т.к. имеется вступившее в законную силу постановление апелляционной инстанции от 17.02.2016 г. (дело № А08-4610/2015), которым удовлетворены исковые требования частично того же истца, что и настоящем.

Истец просит взыскать компенсацию за нарушение исключительных прав на товарный знак №861543 — игрушка мягконабивная медвежонок с серой шерстью, приобретенная истцом.
При этом, за эту игрушку судом взыскана компенсации, в настоящем иске истец требует компенсации за графические изображения на игрушке.
Согласно п. 1 ст. 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарные знаки или сходные с ним до степени смещения обозначения, являются контрафактными. Однако, указанная норма применяется в нормативном единстве с п. 4 ст. 1252 ГК РФ, в соответствии с которым в случае, когда изготовление, распространение или иное использование , а также импорт , перевозка или хранение наименований , размещены на одном товаре в рамках единой упаковки , что позволяет квалифицировать нарушение как единое.
Кроме того, необходимо отметить, что истец не ставил ответчика, в известность о незаконности продажи товара, не предупреждал о необходимости прекратить реализацию контрафактного товара.
Исходя из норм материального права, а именно п. 3 и п. 7 ст. 1259 ГК РФ, персонаж произведения может быть объектом авторских прав, если он по своему характеру признан самостоятельным результатом творческого труда автора (п. 7 ст. 1259) и выражен в какой- либо объективной форме (п. 3 ст. 1259).
Из п. 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 июня 2006 г. N 15 «О вопросах, возникших у судов при рассмотрении гражданских дел, связанных с применением законодательства об авторском праве и смежных правах» и п. 29 постановления Пленума Верховного Суда РФ N 5, Пленума высшего Арбитражного Суда РФ N 29 от 26 марта 2009 г. «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее — постановление Пленума N 5/29) следует, что поскольку принадлежность части произведения, названия произведения и персонажа произведения к объектам авторского права обусловлена тем, что они по своему характеру являются самостоятельным результатом творческого труда, повлекшим возможность их использования независимо от самого произведения в целом, в каждом конкретном случае следует устанавливать наличие у таких объектов признаков, позволяющих сделать такой вывод.
Поэтому необходимо учитывать положения п. 7 ст. 1259 ГК РФ, призванных обеспечить правовую охрану части произведения, названию произведения, персонажу произведения наряду с охраной самого произведения и независимо от всего произведения в целом. В связи с этим признание отдельных действующих героев мультипликационного сериала персонажами в смысле положений п. 7 ст. 1259 ГК РФ может повлечь нарушение авторского права на часть этого произведения как объекта охраняемых авторских прав и взыскание данной компенсации за каждый факт такого нарушения.
С учетом положений п. 1 ст. 1263, п. 7 ст. 1259 ГК РФ, а также разъяснений, содержащихся в п. 29 постановления Пленума N 5/29, персонажем аудиовизуального произведения как самостоятельным результатом творческого труда автора могут являться созданные и зафиксированные в аудиовизуальном ряде мультфильмов динамические рисованные (кукольные) образы главных героев, в отличие от других действующих героев обладающие такой совокупностью признаков, которые делают их оригинальными, узнаваемыми и отличительными от других героев в силу их внешнего вида, движений, голоса, мимики и иных других признаков, предназначенных для зрительного и слухового (в случае сопровождения звуком) восприятия.

При этом истец, обратившийся в суд за защитой прав на персонаж как на часть произведения, должен обосновать, что такой персонаж существует как самостоятельный результат интеллектуальной деятельности.
Выводов о наличии или отсутствии оснований для признания указанных истцом действующих лиц аудиовизуального произведения персонажами этого произведения, а размещенных с их изображением на упаковке товара фрагментов из указанного сериала частями произведения как объектами авторских прав в соответствии с п. 7 ст. 1259 ГК РФ, истцом не сделано.
Отсутствие указанной оценки не позволяет определить объекты авторских прав, в отношении которых допустил нарушение ответчик, характер нарушения, а соответственно, размер компенсации, подлежащий взысканию на основании ст. 1301 ГК РФ.
Незаконное использование нескольких частей (персонажей) одного произведения, даже являющихся самостоятельными объектами авторских прав, составляет одно нарушение исключительного права на произведение.
Факт реализации игрушки подтвержден товарным чеком и самим приобретенным товаром, приобщенным к делу №А08-4610/2015 в качестве вещественного доказательства.
Ходатайство истца об истребовании подлинника товарного чека и контрафактного товара суд считает не подлежащим удовлетворению.
Вместе с тем, cогласно разъяснению, изложенному в пункте 36 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 23.09.2015, компенсация в соответствии с подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ за незаконное использование товарного знака при введении в оборот товаров взыскивается за каждый случай нарушения. При этом одним случаем нарушения является одна сделка купли-продажи (оформленная одним чеком) независимо от количества проданных товаров, на которые нанесен один и тот же товарный знак, либо несколько последовательных сделок купли-продажи товара (оформленных отдельными чеками).
Эта позиция применима и при определении размера компенсации за незаконное использование объектов исключительных авторских прав (постановление Суда по Интеллектуальным правам от 28.10.2015 по делу N А68-5875/2014).
В силу пункта 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель наделяется правом выбора одного из двух вариантов определения размера взыскиваемой компенсации: либо в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения, либо в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.
В зависимости от выбора правообладателем конкретного варианта определения размера компенсации различаются и правовые возможности обращения с соответствующим требованием.
Так, если правообладатель избрал способ расчета компенсации в соответствии с подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, то его право на взыскание компенсации считается реализованным (исчерпанным) в результате рассмотрения судом единичного случая нарушения исключительного права, поскольку указанная компенсация определяется судом в размере, определяемом исходя из объема допущенного нарушения в целом.
Таким образом, предложение ответчиком к продаже товара, содержащего обозначения, сходные до степени смешения с товарными знаками истца, и их приобретение в упаковке (картонно-пластиковая упаковка с полиграфией) с соответствующими товарными знаками истца можно рассматривать как одно нарушение исключительных прав истца на спорные товарные знаки.
В связи с этим еще одно обращение правообладателя в суд с иском о взыскании с того же лица (нарушителя исключительного права) еще одной суммы компенсации за то же нарушение, по сути, будет означать попытку пересмотра выводов суда, сделанных по ранее рассмотренному делу исходя из представленных в это дело доказательств (Постановление Суда по интеллектуальным правам от 11.11.2015 по делу №А33-23981/2014).
Закупки одного и того же товара, исходя из материалов дела №А08-5433/2015 и настоящего дела, были совершены истцом в течение одного и того же дня – 02.07.2015г.
Поэтому реализация ответчиком в торговой точке товара содержащего изображения, сходные до степени смешения со спорными товарными знаками истца на основании последовательных сделок купли-продажи, представляет собой одно нарушение, за совершение которого ответчик в рамках иных дел уже был привлечен к гражданско-правовой ответственности. Поэтому повторное обращение истца в суд с иском о взыскании с ответчика еще одной суммы компенсации в рамках настоящего дела за то же нарушение является неправомерным.
При таких обстоятельствах, cуд полагает, что основания для удовлетворения требований истца о взыскании компенсации в размере 10 000 руб. за нарушение исключительных прав на товарный знак, зарегистрированный под №861543, уплаченную государственную пошлину за рассмотрение иска в размере 2 000 руб. и расходы по оплате почтовых услуг в размере 87,5 руб. отсутствуют.
Согласно ст.110 АПК РФ судебные расходы подлежат отнесению на истца.
Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований «Carte Blanche Greetings» Ltd. Номер компании 2265225 о взыскании с ИП Давыдовой Ю. С. компенсации за нарушение исключительных прав в размере 10 000 руб. отказать.
Решение может быть обжаловано в месячный срок в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Белгородской области.
Судья
Полухин Р. О.

Суд:

АС Белгородской области

Истцы:

Записи созданы 2145

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Похожие записи

Начните вводить, то что вы ищите выше и нажмите кнопку Enter для поиска. Нажмите кнопку ESC для отмены.

Вернуться наверх