Цивилизованное право

4. Римские юристы

В Древнем Риме занятие правом первоначально было делом понтификов, одной из коллегий жрецов. Ежегодно один из понтификов сообщал частным лицам позицию коллегии по правовым вопросам. Около 300 г. до н. э. юриспруденция освобождается от понтификов. Начало светской юриспруденции, согласно преданию, связано с именем Гнея Флавия. Будучи вольноотпущенником и писцом видного государственного деятеля Аппия Клавдия Цека, он похитил и опубликовал составленный последним сборник юридических формул, употреблявшихся по закону в процессе (legis actiones). Эта публикация получила название ius civile Flavianum (цивильное право Флавия).

В 253 г. до н. э. первый верховный понтифик из плебеев Тиберий Корунканий начал в присутствии учеников разбирать юридические вопросы и открыто высказывать свое мнение, положив тем самым начало публичному обучению юриспруденции.

В начале II в. до н. э. Секст Элий Пет, видный государственный деятель, дополнил сборник Флавия новыми исковыми формулами (ius Aelianum). Он опубликовал и другую книгу, в которой соединил Законы XII таблиц с комментариями юристов и исковыми формулами.

В середине II в. до н. э. значительный вклад в развитие юриспруденции, особенно гражданского права, внесли Маний Манилий, Публий Муций Сцевола и Юний Брут. Первый комментарий к преторскому эдикту написал Сервий Сульпиций Руф (консул 51 до н. э.). Его ученик Авл Офилий был автором многих книг по гражданскому праву и впервые составил подробный комментарий к преторскому эдикту. О частном и публичном праве писал ученик Офилия Квинт Элий Туберон.

Деятельность юристов по разрешению правовых вопросов включала: 1) respondere — ответы на юридические вопросы частных лиц, 2) cavere — сообщение нужных формул и помощь при заключении сделок, 3) age re — сообщение формул для ведения дела в суде. Причем юристы оформляли свое мнение по делу в виде письменного обращения к судьям или в виде протокола, который содержал запись устной консультации и составлялся при свидетелях. Опираясь на источники действовавшего права (обычное право, Законы XII таблиц, законодательство народных собраний, эдикты магистратов, сенатусконсульты и конституции императоров), юристы при разборе тех или иных дел интерпретировали существовавшие правовые нормы в духе их соответствия требованиям справедливости (aequitas) и в случае коллизий зачастую изменяли старую норму с учетом новых представлений о справедливости и справедливом праве {aequum ius).

Подобная правопреобразующая (и нередко правообразующая) интерпретация юристов мотивировалась поисками такой формулировки предписания, которую дал бы в изменившихся условиях сам справедливый законодатель. Принятие правовой практикой новой интерпретации (прежде всего в силу ее аргументированности и авторитета ее автора) означало признание ее содержания в качестве новой нормы права, а именно нормы ius civile (цивильного права), которое охватывало, кроме того, также обычное право, законодательство народных собраний, преторское право. Правопреобразующая деятельность юристов обеспечивала взаимосвязь различных источников римского права и содействовала сочетанию стабильности и гибкости в дальнейшем его развитии и обновлении.

Своего расцвета римская юриспруденция достигает в последний период республики и особенно в первые два с половиной века империи. Уже первые императоры стремились заручиться поддержкой влиятельной юриспруденции и по возможности подчинить ее своим интересам. В этих целях выдающиеся юристы уже со времени правления Августа получили специальное право давать ответы от имени императора {ius respondendi). Такие ответы пользовались большим авторитетом и постепенно (по мере укрепления власти принцепса, который вначале не был законодателем) стали обязательными для судей, а в III в. на отдельные положения юристов-классиков ссылались как на текст самого закона.

Со второй половины III в. намечается упадок римской юриспруденции, в значительной мере связанный с тем, что приобретение императорами законодательной власти прекратило правотворческую деятельность юристов. Со времени Диоклетиана (284—305) императоры, получив неограниченную законодательную власть, перестали давать юристам ius respondendi.

Правда, положения юристов классического периода сохраняли свой авторитет и в новых условиях.

Из большого числа известных юристов классического периода наиболее выдающимися были Гай (II в.), Папиниан (II— III вв.), Павел (II—III вв.), Ульпиан (II—III вв.) и Модестин (II—III вв.). Специальным законом Валентиниана Ш (426 г.) о цитировании юристов положениям этих пяти юристов была придана законная сила. При разноречиях между их мнениями спор решался большинством, а если и это было невозможно, то предпочтение отдавалось мнению Папиниана. Упомянутый закон признавал значение положений и других юристов, которые цитировались в трудах названных пяти юристов. К таким цитируемым юристам прежде всего относились Сабин, Сцевола, Юлиан и Марцелл.

Сочинения римских юристов стали важной частью кодификации Юстиниана (Corpus iuris civilis), которая включала: 1) Институции, т. е. освещение основ римского права для начального обучения (для этой части были использованы «Институции» Гая, а также- работы Ульпиана, Флорентина и Марциана); 2) Дигесты (или Пандекты), т. е. собрание отрывков из сочинений 38 римских юристов (с I в. до н. э. по IV в. н. э.), причем извлечения из работ пяти знаменитых юристов составляют более 70% всего текста Дигест; 3) Кодекс Юстиниана (собрание императорских конституций). Руководил всей этой большой кодификационной работой, в том числе и составлением Дигест, выдающийся юрист VI в. Трибониан. Следует иметь в виду, что прежде всего именно собрание текстов римских юристов обеспечило кодификации Юстиниана выдающееся место в истории права.

Деятельность римских юристов была по преимуществу направлена на удовлетворение нужд правовой практики и приспособление действующих норм права к изменяющимся потребностям правового общения. Вместе с тем в своих комментариях и ответах по конкретным делам, а также в сочинениях учебного профиля (институции и т. д.) они разрабатывали и целый ряд общетеоретических положений. Правда, к формулированию общеправовых принципов и определений римские юристы подходили весьма осторожно, отдавая предпочтение детальной и филигранной разработке конкретных правовых вопросов и лишь на этой основе делая те или иные обобщения. Отсюда известное изречение «всякое определение опасно», восходящее к положению юриста I—II вв. Яволена Приска: «В цивильном праве всякое определение чревато опасностью, ибо мало случаев, когда оно не может быть опрокинуто».

Такая осторожность в формулировке общих положений (правил, regulae) диктовалась также и тем, что подобные обобщения юристов (правила) приобретали значение общих правоположений (правовых норм, правил и принципов). Иначе говоря, непосредственное правовое значение теоретических формулировок было велико, и это требовало большой предусмотрительности от юристов. Характерна в данной связи позиция Павла: «Правило — краткое выражение того, что есть; не из правила выводится право, а из существующего права — правило».

На ранней стадии развития древнеримской правовой мысли право, согласно господствовавшим религиозным представлениям, выступало как нечто богоданное (теономное) и обозначалось термином fas. В отличие от fas светское, человеческое право в дальнейшем получило наименование ius, под которым стали понимать право вообще, охватывающее как право естественное (ius naturale), так и позитивное право, — обычное право, закон (lex), эдикты магистратов, решения сената (сенатусконсульты), право юристов, установления принцепсов, конституции императоров и т. д.

Римские юристы делили право на публичное (право, которое «относится к положению Римского государства») и частное (право, которое «относится к пользе отдельных лиц»). При этом Ульпиан отмечал, что, в свою очередь, «частное право делится на три части, ибо оно составлено из естественных предписаний, из (предписаний) народов, или (предписаний) цивильных». Названные «части» — это не изолированные и автономные разделы права, а скорее взаимодействующие и взаимовлияющие компоненты и свойства, теоретически выделяемые в структуре реально действующего права в целом.

Взаимопроникновение различных составных моментов («частей») права, невозможность их «чистого» выделения из права в целом и резкого обособления подчеркивал и сам Ульпиан. «Цивильное право, — отмечал он, — не отделяется всецело от естественного права или права народов. Итак, если мы добавляем что-либо к общему праву или сокращаем из него, то мы создаем наше собственное право, то есть цивильное. Таким образом, наше право является или писаным, или неписаным, как у греков; из законов одни написаны, другие не написаны».

Требования и свойства естественного права (ius naturale) пронизывают не только цивильное право (ius civile), но и право народов (ius gentium), которое означало право, общее у всех народов, а также отчасти и право международного общения. «Право народов, — писал Ульпиан, — это то, которым пользуются народы человечества; можно легко понять его отличие от естественного права: последнее является общим для всех живых существ, а первое — только для людей в их отношениях между собой».

Тем самым право народов у Ульпиана предстает как часть естественного права, причем различие между ними проводится не по существу, не по их свойствам и качествам, а по кругу субъектов, подпадающих под их действие (все живые существа или только люди). Естественному праву, по Ульпиану, «природа научила всех живых существ, ибо это право присуще (не только) человеческому роду, но является общим всем животным, которые рождаются на земле, на море, а также птицам. Сюда относится сочетание мужчины и женщины, которое мы называем браком; сюда же рождение детей, сюда же воспитание; мы видим, что и животные, даже дикие, обладают опытом в этом праве». Отсюда, в частности, ясно, что и в человеческом обществе такие институты, как брак, воспитание детей и т. д., согласно Ульпиану, тоже находятся в сфере действия присущего людям естественного права, что, разумеется, не исключает наличия также и соответствующих, отвечающих требованиям естественного права и конкретизирующих их норм цивильного права о семье, браке, воспитании и т. д.

Так обстоит дело и согласно взглядам юриста Гая. «Все народы, управляемые законами и обычаями, — писал он, — пользуются частью своим собственным, частью правом, общим всем людям». Причем это общее право, называемое им правом народов, в своей основе и по существу является естественным правом — «правом, которое естественный разум установил между всеми людьми».

Идею взаимосвязи и единства различных составных моментов и свойств, присущих праву вообще, теоретически точнее и четче, чем Ульпиан и Гай, выразил юрист Павел. В его трактовке вместо разных «частей» права (которые неизбежно ассоциируются с представлением об их внешнем, механическом обособлении друг от друга) речь идет о различных взаимосвязанных смысловых аспектах и характеристиках единого в целом права (и общего понятия права вообще). «Слово «право», — пояснял он, — употребляется в нескольких смыслах: во-первых, «право» означает то, что всегда является справедливым и добрым, каково естественное право. В другом смысле «право» — это то, что полезно всем или многим в каком-либо государстве, каково цивильное право. Не менее правильно в нашем государстве «правом» называется ius honorarium (преторское право)».

Важно иметь в виду, что все эти различные «смыслы» одновременно присутствуют в общем понятии «право» (ius).

Включение римскими юристами естественного права в совокупный объем понятия права вообще соответствовало их исходным представлениям о праве как справедливом явлении.

«Изучающему право, — подчеркивает Ульпиан, — надо прежде всего узнать, откуда происходит слово ius (право); оно получило свое название от iustitia (правда, справедливость), ибо, как превосходно определяет Цельс, право есть ars (искусство, практически реализуемое знание и умение) boni (добра) и aequi (эквивалента, соразмерности, равномерности, равенства, справедливости)».

Понятие aequi (и aequitas) играет существенную роль в правопонимании римских юристов и используется ими, в частности, для противопоставления ius aequum (равного и справедливого права) ius iniquum (праву, не отвечающему требованиям равной справедливости).

Aequitas, будучи конкретизацией и выражением естественноправовой справедливости, служила масштабом для корректировки и оценки действовавшего права, руководящим ориентиром в правотворчестве (юристов, преторов, сената, да и других субъектов правотворчества), максимой при толковании и применении права. Aequitas, этимологически означая равное и равномерное, в своем приложении к правовым явлениям в римской юриспруденции приобрела значение справедливости в специальном смысле (в смысле конкретизации понятия справедливости — iustitia) именно потому, что понятие справедливости (iustitia) как общий принцип права вообще и естественного права в особенности включает в себя — согласно воззрениям Платона, Аристотеля, Цицерона, стоиков, а под их влиянием также и римских юристов — момент равенства, соразмерности, эквивалентности (от aequi) в человеческих взаимоотношениях.

«Iustitia (правда, справедливость), — отмечал Ульпиан, — есть постоянная и непрерывная воля воздавать каждому свое право». Из такого общего понимания правовой справедливости Ульпиан выводил следующие, более детальные «предписания права»: «жить честно, не чинить вреда другому, каждому предоставлять то, что ему принадлежит». В соответствии с этим и юриспруденцию он определял как «познание божественных и человеческих дел, знание справедливого и несправедливого».

Сформулированное здесь требование «воздавать каждому свое право» является основным принципом естественного права в толковании не только римских юристов, но и многочисленных предшествующих и последующих представителей естественно-правовой доктрины. Нормы ius aequum (в их противопоставлении к ius iniquum) как раз и представляют собой реализацию требований iustitia (правды и справедливости), конкретно-определенное преломление и выражение принципа естественного права (и в то же время — права вообще) применительно к изменчивым обстоятельствам, потребностям и интересам реальной жизни данного народа в соответствующее время.

В целом для правопонимания древнеримских юристов характерно постоянное стремление подчеркнуть не только аксиологические (ценностные) черты права, но и присущие понятию права качества необходимости и долженствования. Причем оба эти аспекта тесно связаны в определенное единство справедливого права.

Показательно в этом отношении, в частности, следующее положение Павла: «Говорится, что претор высказывает право, даже если он решает несправедливо: это (слово) относится не к тому, что претор сделал, но к тому, что ему надлежало сделать». Здесь, следовательно, справедливость (и соблюдение ее требований) выступает в качестве необходимой конституирующей черты и свойства права, адекватного своему названию и понятию. Без соответствия справедливости право (в данном случае — преторское право) дисквалифицируется в качестве ius aequum и предстает уже как ius iniquum: данное соответствие выступает, таким образом, как необходимый момент самого понятия права вообще.

Эти требования, согласно воззрениям древнеримских юристов, распространяются на все источники права, в том числе и на закон (lex). Отсюда и характерное для многих определений закона, даваемых римскими юристами, подчеркивание ценностно-содержательного, идеально-должного, необходимо-разумного и общезначимого свойства закона (а не просто его формально-процедурная дефиниция в качестве принудительного акта определенного органа).

Так, Папиниан дает следующее определение закона: «Закон есть предписание, решение мудрых мужей, обуздание преступлений, совершаемых намеренно или по неведению, общий обет государства». На более абстрактном языке последующего времени можно сказать, что в приведенном определении закона затрагиваются, в частности, такие его черты, как его общеимперативность, разумность, социальность (антикриминальность), общегосударственный характер (и в смысле наделенности закона государственной защитой, и в смысле обязанности соблюдения закона и его святости для самого государства).

Аналогичные характеристики закона содержатся и у Марциана, солидаризирующегося со следующим определением греческого оратора Демосфена: «Закон есть то, чему все люди должны повиноваться в силу разных оснований, но главным образом потому, что всякий закон есть мысль (изобретение) и дар бога, решение мудрых людей и обуздание преступлений, совершаемых как по воле, так и помимо воли, общее соглашение общины, по которому следует жить находящимся в ней».

Присущий понятию закона момент долженствования (закон как критерий для различения должного и недолжного, запретного) римские юристы освещали и развивали под заметным влиянием стоиков, в правопонимании которых понятие «долг» («должное», «долженствование» и т. п.) играет существенную роль. Кроме того, определенная идеальность концепции закона (закон как должное и разумное), присущая соответствующим определениям римских юристов, тоже отражает воздействие на них представлений стоиков, называвших по сути своей идеальное естественное право законом (общемировым, божественным, разумным, естественным и т. п.). Также и во многих суждениях римских юристов понятием «закон» охватываются как характеристики определенного источника права (народного или императорского закона), так и его необходимые (идеально-правовые, ценностно-содержательные, качественные) черты.

Марциан, например, с большой похвалой приводит следующее определение закона, данное стоиком Хрисиппом: «Закон есть царь всех божественных и человеческих дел; нужно, чтобы он стоял во главе как добрых, так и злых, вождем и руководителем живых существ, которые по природе принадлежат к общине, мерилом справедливого и несправедливого; (закон) приказывает делать то, что должно быть совершено, и воспрещает совершать то, что не должно быть совершаемо».

Отмеченные идеально-правовые качества закона подразумеваются и там, где римские юристы заняты юридико-техническим анализом закона и иных источников права. Так, например, когда юрист Модестин пишет, что «действие (сила) права: повелевать, запрещать, наказывать», то при этом предполагается, что подобные формализации и классификации правовой императивности имеют смысл (и силу) лишь постольку, поскольку речь идет об императивах (велениях) именно права, т. е. справедливого права. Данное принципиальное обстоятельство ясно подчеркивали сами римские юристы. Так, Павел писал: «То, что воспринято вопреки началам права, не может быть распространено на последствия». Иначе говоря, то, что противоречит принципам (началам) права, не имеет юридической силы.

Ту же мысль развивал и Юлиан: «Тому, что установлено вопреки смыслу права, мы не можем следовать как юридическому правилу».

Данные идеи получают свою дальнейшую конкретизацию в детально разрабатывавшихся римскими юристами правилах и приемах толкования норм права, призванных обеспечить адекватное установление смысла толкуемого источника.

В области публичного права римские юристы разрабатывали правовое положение святынь и жрецов, полномочия государственных органов и должностных лиц, понятия власти (imperium), гражданства и других институтов государственного и административного права.

При переходе от республики к монархии римские юристы приложили немало усилий для правового оформления режима цезаризма и обоснования претензий императоров на законодательную власть. Так, законную силу императорских распоряжений отстаивал Гай. Акты императора являются законом также и согласно Ульпиану. Ему принадлежат и следующие утверждения: «принцепс свободен от соблюдения законов»; «что угодно принцепсу, то имеет силу закона». Следует, правда, иметь в виду, что первое из приведенных суждений высказано Ульпианом не в качестве положения общего характера, а в специальном контексте — применительно к двум законам о наследственных правах патрона после смерти отпущенника, так что подразумевается, что принцепс свободен от соблюдения именно этих законов (т. е. может как-то изменить круг или права наследников). Во всяком случае рассматриваемая формула для самого Ульпиана никак не означала признания какого-то права (прин- цепса) на произвол, хотя, вырванная из своего частного контекста, она приобретает более общее и несомненно более опасное звучание.

Многие из юристов были доверенными советниками при императорах и занимали высокие должности в государстве. Некоторые из них, правда, сами становились жертвой произвола властей. Так, Ульпиан, в качестве префекта претория пытавшийся бороться с произволом и распущенностью преторианцев, после ряда покушений был в 228 г. убит ими в присутствии императора Александра Севера. Несколько раньше, в 212 г., при Каракалле был казнен Папиниан, тоже бывший префектом претория. Каракалла, убив своего брата Гету, потребовал от знаменитого юриста оправдания своих действий. Папиниан отказался от этого, сказав: «Оправдание убийства не легче, чем его совершение».

Основное внимание римские юристы уделяли разработке проблем частного права, и прежде всего цивильного права. Юрист Гай трактовал цивильное право как право, установленное (письменно или устно) у того или иного народа (например, у римлян, греков и т. д.). Эта трактовка дополняется у Папиниана указанием источников цивильного права — законов, плебисцитов, сенатусконсультов, декретов принцепсов, положений ученых юристов. В качестве источника «дополнения и исправления цивильного права» характеризуется им преторское право. В этом же духе Марциан называл преторское право «живым голосом цивильного права».

В области цивильного права римские юристы обстоятельно разработали вопросы собственности, семьи, завещаний, договоров, правовых статусов личности и т. д. Особой тщательностью отличается их освещение имущественных отношений с позиций защиты интересов частного собственника.

Объектом собственности, наряду с животными и другими вещами, являются, согласно римскому праву и учению юристов, также и рабы.

«Важнейшее различие в правовом положении лиц, — писал Гай, — то, что люди — или свободные, или рабы. Также из свободных одни — свободно рожденные, другие — отпущенники». Такое же деление дает Ульпиан, добавляя, что оно возникло по праву народов, так как «по естественному праву все рождаются свободными».

Право народов, как его понимали римские юристы, включало в себя как правила межгосударственных отношений, так и нормы имущественных и иных договорных отношений римских граждан с неримлянами (перегринами). В своей значительной части это право народов создавалось под влиянием эдиктов магистратов, обладавших правом юрисдикции в отношении перегринов, а также императорских конституций и правотворческой деятельности юристов. Все это обеспечило взаимодействие и взаимовлияние норм цивильного права и права народов, превращение последнего в такую ветвь римского права, которая защищала политические позиции римского государства и частные интересы римлян в их отношениях с неримскими народами и отдельными лицами.

О круге вопросов, подпадавших под действие права народов, Гермогениан писал: «Этим правом народов введена война, разделение народов, основание царств, разделение имуществ, установление границ, полей, построение зданий, учреждены торговля, купля-продажа, наймы, обязательства, за исключением тех, которые были введены цивильным правом».

Право народов содержало целый ряд норм международно-правового характера (сам термин «международное право» у римлян отсутствует). Согласно праву народов море является «общим для всех». Понятие «враги» используется у Гая и Помпония для обозначения лишь тех, кому римлянами публично объявлена война или кто сам публично объявил войну римлянам. Противник же в необъявленной войне — это «разбойники или грабители». Запрещались все сделки с врагами. Павел подчеркивал, что не дозволяется, под страхом смертной казни, продавать врагам камни, служащие для точки железа, так же, как железо, зерно и соль. Захваченный римлянами враг терял свою правоспособность и становился рабом. О неприкосновенности послов врага Помпоний писал: «Если кто-нибудь ударит посла врагов, то это действие признается противоречащим праву народов, ибо послы считались святыми. И потому, если у нас были послы какого-либо народа и им была объявлена война, то они остаются свободными, ибо это соответствует праву народов».

Творчество римских юристов оказало большое влияние на последующее развитие правовой мысли. Это обусловлено как высокой юридической культурой римской юриспруденции (обстоятельность и аргументированность анализа, четкость формулировок, обширность разработанных проблем общетеоретического, отраслевого и юридико-технического профиля и т. д.), так и той ролью, которая выпала на долю римского права (процесс его рецепции и т. д.) в дальнейшей истории права.

Творческие достижения римских юристов, разработавших целый ряд фундаментальных положений юриспруденции как самостоятельной научной дисциплины, продолжают привлекать пристальное внимание и современных исследователей. И это вполне закономерно и естественно уже потому, что многие современные понятия, термины и конструкции восходят к римскому праву и римским юристам.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.
Читать книгу целиком
Поделитесь на страничке

Право, как и государство, является продуктом общественного развития. Оно регулирует общественные отношения. Без права невозможно существование цивилизованного общества. В нашей стране право служит выражением воли и интересов трудящихся и их социальных групп.

Человеческое общество является сложной социальной системой. Многочисленные формы взаимодействия индивидов во многих ситуациях характеризуются противоречивыми интересами их участников. Поскольку важными качествами общества являются организованность, упорядоченность образующих социальную жизнь общественных отношений, одним из способов согласования интересов людей и сглаживания возникающих между ними и их объединениями конфликтов является нормативное регулирование.

Регулировать (в социальной жизни) — значит определять поведение людей и коллективов, давать ему направление функционирования, рамки, целеустремленно его упорядочивать. Важнейшими средствами регулирования являются социальные регуляторы: нормы нрава, морали, общественных организаций, традиций, обычаев и ритуалов.

Право — это совокупность правил поведения, определяющих границы свободы, равенства людей в реализации и защите их интересов, регулирующих борьбу и согласование свободных воль в их отношениях друг с другом, закрепленных в законе или ином официальном акте, исполнение которого обеспечивается принудительной силой государства. В любом цивилизованном обществе право выступает государственным регулятором общественных отношений, закрепляя и развивая их.

Устанавливая конкретные права и обязанности сторон (граждан, должностных лиц, общественных и государственных организаций), право служит средством достижения общественного компромисса не путем насилия и подавления, а путем согласования индивидуальных, классовых и общечеловеческих интересов.

Понятие права

Понятие «право» имеет несколько значений. Чаще всего под ним понимают систему общеобязательных норм, охраняемых государством. В этом базовом определении право сводится к совокупности однозначных и документально зафиксированных государственных предписаний, т.е. фактически совпадает с законом. Право в таком значении принято называть позитивным правом.

Однако ряд исследователей предполагает, что право создается не государством, а существует изначально, так как вытекает из естественных потребностей и природы человека. Каждый человек от рождения обладает естественными правами и свободами — правом на жизнь, труд, свободу мысли и слова и т.д. Государство не создает эти права, а просто подтверждает и охраняет их. Право как притязание людей на жизнь и на все, что способствует се сохранению и развитию, называют естественным правом.

Кроме того, правом называют закрепленную в законе возможность субъекта, например право собственности или право быть и избранным в органы власти. Это так называемое право в субъективном смысле. Наконец, право можно трактовать предельно широко, обозначая им все правовые явления, включая и позитивное право, и естественное, и право в субъективном смысле. В этом случае говорят о праве в широком смысле. Регулируя социальные отношения в различных сферах жизни человека и общества, право способствует решению важных задач: согласует интересы разных людей, помогает разрешать конфликты, определяет меру свободы человека в обществе, а также служит выразителем идей coциальной справедливости.

Правовые формы

Обычно правовые нормы выражены в виде разрешений, предписаний, запретов и рекомендаций. Однако внешняя форма выражения еще не является основанием для ее неукоснительного выполнения. Чтобы она стала юридически обязывающей, необходимо придать ей определенную правовую форму. К правовым формам (иначе называемым источниками права) относят:

  • правовой обычаи — формируется стихийно, на протяжении многих поколений. Государство не создает правовой обычай, а просто признает его в своих официальных документах. Первые своды судебных норм — Законы Хаммурапи (XVIII в. до н.э.), Законы двенадцати таблиц (V в. до н.э.), Русская Правда (XI-XII вв.) и т.д. — в основном включали в себя правовые обычаи;
  • прецедент — признание состоявшегося судебного решения образцом для решения всех подобных случаев в суде. Суд в этом случае не просто применяет, но фактически создает правовые нормы. Прецедентное право распространено в Великобритании, США, Австралии и т.д.;
  • нормативный договор — соглашение субъектов, в котором содержатся юридические нормы, определяющие права и обязанности сторон. Сюда можно отнести договор между государствами, субъектами федерации, руководством предприятия и профсоюзом работников и т.д. Нормативный договор обычно применяется в международном, конституционном, трудовом праве;
  • нормативный правовой акт — официальный документ, созданный компетентными государственными органами и устанавливающий нормы права.

Иерархия правовых актов (на примере Российской Федерации) представлена ниже (чем выше положение акта, тем большей юридической силой он обладает):

  • Конституция (основной закон);
  • законы;
  • подзаконные акты:
  • указы Президента Российской Федерации;
  • постановления Правительства Российской Федерации;
  • ведомственные нормативные акты;
  • нормативные акты органов местного самоуправления;
  • внугриорганизационные акты (приказы, распоряжения).

В Российской Федерации высшей юридической силой обладают законы (в том числе Конституция) — нормативные акты, принятые высшей законодательной властью (парламентом) или на всенародном референдуме.

Понимание права в мировой и отечественной юриспруденции

Право настолько уникальный, сложный и общественно необходимый феномен, что на протяжении всего времени его существования научный интерес к нему не только не исчезает, но возрастает. Вопросы правопонимания принадлежат к числу «вечных» уже потому, что человек на каждом из витков своего индивидуального и общественного развития открывает в праве новые качества, новые аспекты соотношения его с другими явлениями и сферами жизнедеятельности социума. В мире существует множество научных идей, течений и точек зрения по поводу того, что есть право, но лишь в последнее время ученые стали задаваться вопросом, что значит понимать право.

Правопонимание — это научная категория, отражающая процесс и результат целенаправленной мыслительной деятельности человека, включающий в себя познание права, его восприятие (оценку) и отношение к нему как к целостному социальному явлению.

Субъектом правопонимания всегда выступает конкретный человек, например: гражданин, обладающий минимальным правовым кругозором, столкнувшийся с проблемами права вообще; юрист-профессионал, имеющий достаточный запас знаний о праве, способный применять и толковать правовые нормы; ученый, человек с абстрактным мышлением, занимающийся изучением права, обладающий суммой исторических и современных знаний, способный к интерпретации не только норм, но и принципов права, владеющий определенной методологией исследования. Правопонимание всегда субъективно, оригинально, хотя представления о праве могут совпадать у группы лиц и у целых слоев, классов.

Объектом правопонимания могут быть право в планетарном масштабе, право конкретного общества, отрасль, институт права, отдельные правовые нормы. При этом знания об отдельных структурных элементах экстраполируются на право в целом. Важную познавательную нагрузку здесь несут среда и взаимодействующие с правом общественные явления.

Содержание правопонимания составляют знания субъекта о его правах и обязанностях, конкретных и общих правовых дозволениях, запретах, а также оценка и отношение к ним как справедливым или несправедливым. В зависимости от уровня культуры, методической оснащенности субъекта и выбора предмета изучения правопонимание может быть полным или неполным, правильным или искаженным, положительным или отрицательным.

Обыкновенный человек понимает право так, как это позволяет ему собственный разум в определенных культурологических традициях соответствующей эпохи и общества. Для него понимание права во временном масштабе ограничено рамками его жизни. Однако это не означает, что после его смерти право- понимание исчезает совсем. Такие элементы правопонимания, как знания, оценки, могут передаваться другим людям, а исследователь-ученый оставляет после себя еще и письменные представления о праве. Другими словами, образ права, сложившийся в умах наших предшественников и выразившийся в виде той или иной концепции, оказывает заметное влияние на формирование правопонимания у потомков.

При рассмотрении различных теорий и взглядов о праве необходимо учитывать следующие обстоятельства: во-первых, исторические условия функционирования нрава и рамки культуры, в которых жил и работал «исследователь»; во-вторых, зависимость результата правопонимания от философской, нравственной, религиозной, идеологической позиции познающего его субъекта; в-третьих, что берется в качестве основы той или иной концепции (источник правообразования или сущность самого явления), что понимается под источником права (человек. Бог или Космос) и под его сущностью (водя класса, мера свободы человека или природный эгоизм индивида); в-четвертых, устойчивость и долгожительство концепций в одних случаях и их динамичность, способность адаптироваться к развивающимся общественным отношениям — в других.

Современный уровень развития гуманитарной науки и методологии исследования социальных явлений позволяет систематизировать различные взгляды о праве на основе определенных критериев. Уже само отношение к праву, его судьбе, положительное или отрицательное значение его для общества, существование в качестве самостоятельного социального явления или в качестве элемента иной системы регулирования, выявляет противоположные мнения. В частности, представители ряда философских течений рассматривали право как часть нравственности (А. Шопенгауэр) или как низшую ступень нравственности и отрицали социально-ценностный характер права (J1. Н. Толстой, В. С. Соловьев). Негативное отношение к праву высказывали анархисты. Проблемы отмирания права с построением коммунизма активно обсуждались в рамках марксистской правовой теории.

При решении основного вопроса философии о соотношении бытия и сознания выделяются идеалистический и материалистический подходы к изучению права. Для первого характерны теологические учения о праве. Фома Аквинский утверждал, что право имеет не только Божественное происхождение, но и Божественную сущность. Позитивное право (человеческие законы) является лишь средством осуществления целей, предначертанных Богом для человека. Последователи Фомы Аквинско- го — неотомисты — пытаются увязать религиозную сущность права с естественно-правовыми началами и эмпирическими оценками общественных отношений с целью обосновать более жизнеспособные и реалистические варианты его учения. На другом полюсе, в рамках материалистического подхода, разрабатывается марксистская теория права, основными постулатами которой выступают: обусловленность права экономическим базисом общества; классовый характер права; жесткая зависимость права от государства; обеспеченность права принудительной силой государства.

В зависимости от того, что рассматривается в качестве источника правообразования — государство или природа человека, различают естественно-правовую и позитивистскую теории права.

Естественно-правовая теория берет начало еще в Древней Греции и Древнем Риме. Она связана с именами Демокрита, Сократа, Платона и отражает попытки выявления нравственных, справедливых начал в праве, заложенных самой природой человека. «Закон, — подчеркивал Демокрит, — стремится помочь жизни людей. Но он может этого достигнуть только тогда, когда сами граждане желают жить счастливо: для повинующихся закону закон — только свидетельство их собственной добродетели». Естественно-правовая теория прошла сложный путь развития, ее популярность, всплески расцвета всегда были связаны со стремлениями людей изменить свою жизнь к лучшему — это и эпоха Возрождения, и эпоха буржуазных революций, и современная эпоха перехода к правовому государству.

Позитивное значение естественно-правовой теории состоит в следующем: во-первых, она утверждает идею естественных, неотъемлемых прав человека; во-вторых, благодаря этой теории стали различать право и закон, естественное и позитивное право; в-третьих, она концептуально соединяет право и нравственность. Критическое замечание в адрес данной теории может состоять в том, что не всегда представление о праве как справедливом или несправедливом можно объективировать в правовой действительности.

Позитивистская теория права (К. Бергбом, Г. Ф. Шершеневич) возникла в значительной степени как оппозиционная «естественному праву». В отличие от естественно-правовой теории, для которой основные права и свободы первичны по отношению к законодательству, позитивизм вводит понятие «субъективное право» как производное от объективного права, установленного, созданного государством. Государство делегирует субъективные права и устанавливает юридические обязанности в нормах права, составляющих закрытую совершенную систему. Позитивизм отождествляет право и закон.

Положительным здесь нужно признать возможность установления стабильного правопорядка, детального изучения догмы права — структуры правовой нормы, оснований юридической ответственности, классификации норм и нормативных актов, видов интерпретации.

К негативным сторонам теории следует отнести вводимую ею искусственную ограниченность права как системы от фактических общественных отношений, отсутствие возможности нравственной оценки правовых явлений, отказ от исследований содержания права, его целей.

В зависимости от того, в чем усматривалась основа (базовый элемент) права — норма права, правосознание, правоотношение, — сформировались нормативистская, психологическая и социологическая теории.

Нормативистская теория основана на представлении о том, что право — это совокупность норм, внешне выраженных в законах и иных нормативных актах. Автором ее считают Г. Кельзена, по мнению которого право представляет собой стройную, с логически взаимосвязанными элементами иерархическую пирамиду во главе с «основной нормой». Юридическая сила и законность каждой нормы зависит от «вышестоящей» в пирамиде нормы, обладающей более высокой степенью юридической силы. Современное понимание права в рамках этой теории можно выразить следующей схемой:

  • право — это система взаимосвязанных и взаимодействующих норм, изложенных в нормативных актах (текстах);
  • нормы права издаются государством, в них выражается государственная воля, возведенная в закон;
  • нормы права регулируют наиболее важные общественные отношения;
  • само право и его реализация обеспечиваются в необходимых случаях принудительной силой государства;
  • от норм зависят возникновение правоотношений, формирование правосознания, правовое поведение.

Позитивное значение нормативизма заключается в том, что такой подход:

  • позволяет создавать и совершенствовать систему законодательства;
  • обеспечивает определенный режим законности, единообразное применение норм и индивидуально-властных велений;
  • содействует формированию «нормативного» представления о праве как формально-логической основе правосознания граждан;
  • обеспечивает формальную определенность права, что позволяет четко обозначать права и обязанности субъектов, фиксировать меры и средства государственного принуждения;
  • позволяет абстрагироваться от классово-политических характеристик права, что особенно важно при правоприменении.

Ущербность нормативистского подхода усматривается в его отрицании обусловленности права потребностями общественного развития, игнорировании естественных и нравственных начал в праве и роли правосознания в реализации юридических норм, абсолютизации государственного влияния на правовую систему.

Психологическая теория, родоначальником которой является Л. И. Петражицкий, правом признает конкретную психическую реальность — правовые эмоции человека. Последние имеют императивно-атрибутивный характер и подразделяются на переживание позитивного права, установленного государством, и переживание интуитивного, личного права. Интуитивное право и выступает регулятором поведения человека и потому рассматривается как реальное, действительное право.

Положительным здесь является то, что теория обращает внимание на одну из важнейших сторон правовой системы — психологическую. Нельзя готовить и издавать законы, не изучая уровень правовой культуры и правосознания в обществе, нельзя и применять законы, не учитывая психологических особенностей индивида.

Недостатками данной теории можно считать ее односторонний характер, отрыв от объективной реальности, невозможность структурировать право, отличать его от иных социально- регулятивных явлений.

Социологическая теория права зародилась в середине XIX в. Наиболее видными представителями социологической юриспруденции были Л. Дюги, С. А. Муромцев, Е. Эрлих, Р. Паунд. Социологическая теория рассматривает право как эмпирическое явление. Основной постулат ее состоит в том, что «право следует искать не в норме или психике, а в реальной жизни». В основу понятия права положено общественное отношение, защищенное государством. Нормы закона, правосознание не отрицаются, но и не признаются правом. Они являются признаками права, а само право — это порядок в общественных отношениях, в действиях людей. Выявить суть такого порядка, разрешить спор в той или иной конкретной ситуации призваны судебные или административные органы.

Позитивными в данном случае можно признать следующие положения:

  • общество и право рассматриваются как целостные, взаимосвязанные явления;
  • теория доказывает, что изучать нужно не только нормы права, установленные государством, но и всю совокупность сложившихся в обществе правовых отношений;
  • учение подчеркивает роль права как средства социального контроля и достижения социального равновесия, возвышает роль судебной власти.

Критически же в этой теории надо относиться к отрицанию нормативности как важнейшего свойства права, недооценке в праве нравственно-гуманистических начал, смешению одного из факторов образования права — интереса — с самим правом.

Каждая из названных теорий имеет свои преимущества и недостатки, их появление и развитие обусловлены естественным развитием человеческого общества и свидетельствуют о необходимости и социальной ценности права в жизни людей.

Выводы

Право представляет собой наиболее эффективный регулятор общественных отношений и поведения людей.

Право выражает интересы человека и общества и имеет общесоциальную сущность.

Право неразрывно связано с государством, которое придает юридическим нормам официальное значение и обеспечивает их реализацию.

Записи созданы 8132

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Похожие записи

Начните вводить, то что вы ищите выше и нажмите кнопку Enter для поиска. Нажмите кнопку ESC для отмены.

Вернуться наверх