Виды недобросовестной конкуренции

ЭКОНОМИЧЕСКИЕ НАУКИ

УДК 338 ББК 65

DOI 10.24411/2414-3995-2018-10044 © Ш.М. Магомедов, 2018

Научная специальность 08.00.05 — экономика и управление народным хозяйством

ОБЕСПЕЧЕНИЕ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ БЕЗОПАСНОСТИ НА МИКРОУРОВНЕ: ПРОТИВОДЕЙСТВИЕ РЕЙДЕРСТВУ КАК ПРОЯВЛЕНИЮ НЕДОБРОСОВЕСТНОЙ КОНКУРЕНЦИИ

Шамиль Магомедович Магомедов,

соискатель

Институт проблем рынка Российской академии наук (ИПР РАН) (117418, Москва, Нахимовский просп., д. 47)

E-mail: mersedes-benz.88@mail.ru

Аннотация. Рассматриваются проблемы обеспечения экономической безопасности на микроуровне через противодействие рейдерству как проявлению недобросовестной конкуренции, которая содержит в себе опасность для страны в целом, поскольку препятствуют ее нормальному экономическому развитию. Выделены предпосылки распространения недружественных поглощений. Цели дружественных и недружественных поглощений формируются исходя из стратегических целеполаганий, которые корпорация ставит перед собой в будущем, преследуя цели конкуренции. Сделан и обоснован вывод, что угрозы рейдерства в России становятся возможными благодаря распространению коррупции.

Ключевые слова: экономическая безопасность, недружественные поглощения, управление, угрозы, риски.

ENSURING ECONOMIC SECURITY AT THE MICRO LEVEL: COUNTERING RAIDING AS A MANIFESTATION OF UNFAIR COMPETITION

Shamil’ M. Magomedov,

Institute for Market Problems of the Russian Academy of Sciences (117418, Moscow, Nakhimovsky prosp., d. 47)

Keywords: economic security, unfriendly takeovers, management, threats, risks.

Citation-индекс в электронной библиотеке НИИОН

Для цитирования: Магомедов Ш.М. Обеспечение экономической безопасности на микроуровне: противодействие рейдерству как проявлению недобросовестной конкуренции. Вестник экономической безопасности. 2018;(4):234-7.

Распространение недружественных поглощений стало возможным благодаря некоторым предпосылкам. Среди таких предпосылок, которые создают благоприятную среду для рейдерских захватов, следует отнести:

• масштабную коррупцию в форме установления определенных отношений с представителями органов государственной власти, а также местными органами в целях использования необходимых судебных и административных ресурсов, и, как следствие, формирование теневого сектора экономики;

• слабость правоохранительной системы и судов;

• ‘кономический кризис в стране. Большинство предприятий в условиях кризиса будут обесцениваться, теряя свои позиции на рынке, стано-

вясь, тем самым, объектом корпоративного захвата . Разумеется, для превентивной обороны компании требуются немалые финансовые ресурсы, особенно если в качестве агрессора выступает крупная финансово-промышленная группа;

слабость (несовершенство) законодательной базы, которая выражается в противоречивости и наличия пробелов в корпоративном законодательстве; уизкий уровень предпринимательской культуры, что выражается в отсутствии защитных мер при создании бизнеса. Многие предприниматели, создавая новую компанию, редко задумываются о риске недружественного поглощения со стороны третьих лиц. Проблемой является и то, что у многих отечественных предпринимателей

отсутствует понимание по противодействию угрозе поглощения при формировании антирей-дерской стратегии ;

• слабость рыночных институтов;

• агрессивное отношение общества к бизнесменам и частной собственности.

Данные факторы, как правило, имеют взаимосвязь. Так несовершенство корпоративного законодательства наряду с коррупционной составляющей приводят к тому, что у предпринимателей, решивших открыть свой бизнес, складывается убеждение в невозможности добиться справедливого оперативного разбирательства. Данный факт вынуждает предпринимателя искать любые возможные способы для защиты своей компании, в том числе лежащие вне правового поля .

Разумеется, самым благоприятным фактором, создающим угрозу противоправного захвата, есть и остается коррупция. Планируя корпоративный захват компании, рейдер не может не учитывать в своем бюджете систему взяток представителям органов власти, иначе увеличивается риск неудачного исхода рейдерской атаки.

По оценкам экспертов, недружественные поглощения хозяйственных обществ и их основных активов приносят рейдерам доходы, сопоставимые с бюджетом некоторых субъектов РФ. Таким образом, наносится колоссальный ущерб градообразующим предприятиям, частным компаниям и в итоге экономическому прогрессу России в целом .

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Можно утверждать, что доходность рейдерского бизнеса начинается с 200—300% и достигает порой 1000%. Возможность получения высокой прибыли привлекает в этот сектор органы государственной власти, таким образом, стимулируя развитие коррупции.

Наиболее подходящим определением «рейдер-ства», с точки зрения взаимосвязи с коррупцией, следует привести следующее.

Рейдерство — это недружественное поглощение имущества, земельных комплексов и прав собственности, которое осуществляется с коррупционным использованием государственных, административных и силовых ресурсов . Особое внимание в данном определении следует уделить тому, что рейдер использует коррупционную составляющую. То есть у него имеется свой «административный ресурс». Использование данного ресурса, при разработке схем

рейдерства, позволяет оказывать давление на потенциальную жертву в целях создания препятствий в хозяйственной деятельности компании. Среди основных потребностей рейдеров в государственных органах можно выделить следующие :

1. Правоохранительные органы, через которых происходит давление на компанию-цель в виде необоснованных и внеплановых проверок, а также уголовное преследование в отношении собственников компании-цели.

2. Судебные органы, посредством которых осуществляется легализация действий рейдера. Даже если действия рейдера по сути являются незаконными, то используемые ими инструменты формально могут быть основаны на законе (заявления в полицию, обращения в суд и т.д.). Опасность состоит в том, что судебное решение создает видимость легитимности действиям рейдера.

3. Регистрирующие органы. К примеру, если независимый регистратор акционерного общества находится под контролем рейдера, то он может спровоцировать серьезные проблемы для компании. Данное обстоятельство позволяет рейдеру манипулировать с реестром акционеров компании-цели. С помощью юридических манипуляций рейдер может препятствовать проведению собрания акционеров организации, попытаться собрать свое собрание, даже если у него всего 10% акций.

Учитывая уровень коррупции, неизбежно можно прийти к выводу, что при наличии достаточного бюджета резко расширяются возможности для осуществления недружественного поглощения .

Рейдерство и коррупцию можно уподобить разным берегам одной реки. Для снижения уровня коррупции необходимо не только совершенствование работы судебных органов, создание новых технологий защиты, но также правовая и социальная идентификация самой сути проблемы, экономическая экспертиза способов ее правильного решения .

Таким образом, риск угрозы поглощения в России становится возможным благодаря распространению коррупции в стране. Именно она, прежде всего, «питает» рейдерство и создает условия для осуществления рейдерских захватов. Справедливыми являются слова А.А. Богатикова, что хуже террориста-смертника может быть только террорист-бессмертник, то есть коррупция .

Проблема участия представителей государственной власти в недружественных поглощениях приобретает все большую актуальность. Рейдерство в связке с коррупцией свидетельствуют не только о масштабности самого явления рейдерства, но и об определенной форме хозяйственных отношений, строящихся по принципу «власть-собственность», где права на получение этой собственности находятся в сильной зависимости от воли органов власти . Западные инвесторы боятся вкладывать финансовые средства в компании, действующие на российском рынке, в том числе из-за угроз поглощений и распространения коррупции. Можно однозначно констатировать, что вступившие в 2013 году в силу изменения в федеральный закон «О противодействии коррупции» не дали обещанных результатов .

Автор исследования приходит к выводу, что между рейдерством и коррупцией в России существует определенная взаимосвязь, так как с ростом коррупционной составляющей, растет и риск угрозы поглощения. А если коррупционный передел собственности стимулирует коррумпированность органов государственной власти, то рейдерство выступает в качестве источника легализации криминальных сфер .

С одной стороны, для государственных чиновников корпоративный захват организации может стать дополнительным и весьма весомым источником дохода, поэтому последние охотно участвуют в рейдерских мероприятиях и снабжают агрессора всеми необходимыми ресурсами. При этом чиновник, получивший вознаграждение за оказание рей-дерских услуг, может стать примером для подражания в кругу своих коллег, особенно если он остался безнаказанным . С другой стороны, успешность рейдерского бизнеса напрямую зависит от возможности использования так называемого «административного ресурса». Таким образом, если у рейдера есть возможность использовать правоохранительные органы и судебную власть в своих целях, угрозы развития бизнеса для добропорядочных предпринимателей в России всегда будут расти.

Очевидно, что «рейдерство», по-прежнему, будет процветать. Всегда будут иметь место такие случаи, как возбуждение уголовного дела с последующим его закрытием в обмен на часть бизнеса. По-

лучается, что любой предприниматель, открывший «свое дело» в России живет под страхом угрозы поглощения. Ведь объектами захвата, на сегодняшний момент, являются не только крупные, градообразующие предприятия, но также средний и малый бизнес, ценность которых может сводиться только к рыночной стоимости земельного участка, на котором находятся данные предприятия .

Одной из главных причин существования корпоративных захватов всегда была и остается конкуренция, которая вынуждает многие компании активно искать для себя инвестиционные возможности, снижать издержки производства и тем самым, избавляться от конкурента в отрасли. Если рассматривать существование рейдерства с точки зрения конкуренции, то можно предположить, что недружественные поглощения являются естественной реакцией на изменения, происходящие на рынке слияний и поглощений.

Таким образом, основной целью недружественных поглощений всегда выступает конкурентная среда, а точнее изменения, происходящие в технологических разработках организаций .

Сегодня можно говорить о том, что корпоративная форма собственности, сама по себе, является экономически эффективной, так как происходит объединение капиталов многих миноритарных акционеров с управленческими талантами действующего руководства компании, что можно трактовать как «синергетический эффект» .

Если рассматривать недружественные поглощения, то, по мнению Е.С. Виноградовой, компания-захватчик обращает внимание, прежде всего, на следующие три параметра:

1. Доходность. Финансовые средства, направленные на недружественное поглощение объекта собственности, существенно ниже, чем при дружественной сделке.

2. Незначительные риски поглощения, связаны с тем, что, в настоящее время, имеет место использование коррупционных инструментов, а также законодательных пробелов при осуществлении рей-дерских захватов, что снижает риски неблагоприятного исхода поглощения, а также придает действиям рейдера внешне законные основания.

3. Благоприятная среда, которая связана с высоким объемом наличных денег на рынке, что зна-

чительно затрудняет процесс отслеживания финансовых схем и махинаций .

Перед началом рассмотрения мотивов дружественных и недружественных поглощений, следует обратить внимание, что они формируется исходя из стратегических целеполаганий, которые корпорация ставит перед собой в будущем, преследуя цели конкуренции .

В результате недружественных поглощений разрушаются стратегические предприятия, банкротятся эффективные производства, снижается инвестиционная привлекательность страны для зарубежных инвестиций, а также ухудшается общий предпринимательский климат . Последствия рейдерства отражаются как на темпах экономического роста страны, так и на социальных показателях .

В некоторых случаях недружественные поглощения могут приводить к положительным результатам для экономики, так как некоторые специалисты считают их своеобразными «санитарами леса», смещающих неэффективный топ-менеджмент. Очевидно, что качество и количество влияния отрицательных факторов на экономику страны более существенно, чем положительные последствия недружественных поглощений.

Литература

1. Федоров А.Ю. Основные направления противодействия рейдерским захватам в России // Предпринимательское право. 2010. № 2.

2. Скиданова Л.А. Рейдерство как социально-экономический феномен: автореф. дис. … канд. соц. наук: 22.00.03 / Л.А. Скиданова. М., 2010.

3. Сидоров М.Н. Стратегический менеджмент: учебник для прикладного бакалавриата. 2-е изд. М.: Издательство «Юрайт», 2016.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

4. Харитонов А.Н. Правовое регулирование противодействия рейдерству // Административное и муниципальное право. 2015. № 1.

5. Рейдерство как социально-экономический и политический феномен современной России. // Отчет о качественном социологическом исследовании. 2008.

наук: 08.00.05 / А.А. Васильченко. Ставрополь, 2011.

7. Корсак А.Б. Противодействие рейдерству в системе антикоррупционных мер // Налоги. 2008. № 3(2).

8. Игумнова Е. Спастись от захвата // ЭЖ-Юрист. 2010. № 26.

9. Игумнова Е. Спастись от захвата // ЭЖ-Юрист. 2010. № 26.

10. Скиданова Л.А. Рейдерство как социально-экономический феномен: автореф. дис. … канд. соц. наук: 22.00.03 / Л.А. Скиданова. М., 2010.

11. Сухаренко А. Экономическая преступность как угроза бизнесу // ЭЖ-Юрист. 2014. № 39.

12. Веселков К.В. Международный опыт противодействия рейдерским захватам // Российская юстиция. 2010. № 11.

14. Карягина О.В., Колычев Р.А. Проблемы квалификации преступлений о рейдерских захватах собственности // Безопасность бизнеса. 2010. № 4.

15. Анисимов С.Н. Рейдерство в России. Особенности национального захвата. СПб.: Невский проспект, Вектор, 2007.

16. Дудьев В.П. Психомоторика: словарь-справочник. 2008 г.

17. Виноградова Е.С. Правовые вопросы противодействия рейдерским захватам // Юрист. 2011. № 12.

20. Эриашвили Н.Д.Присвоение и растрата имущества в Российской Федерации: проблемы уголовно-правовой квалификации // Вестник Академии Следственного комитета Российской Федерации. 2018. № 1.

21. Лукин В.К. Региональная модель управления экономикой промышленности. Краснодар: Краснодарский юридический институт МВД РФ, 2001.

Законодательство о защите конкуренции запрещает участникам рынка необоснованно завышать собственные достижения и делать некорректные сравнения с конкурентами. Законодательство о рекламе запрещает рекламодателям делать необоснованные заявления. Разные нормы — разные составы нарушений. Между тем практика показывает, что однозначно определить, когда действия хозяйствующего субъекта представляют собой нарушение норм о защите конкуренции, а когда — норм о рекламе, в ряде случаев достаточно сложно. Подробнее — в материале.

Без конкуренции невозможно успешное развитие большинства отраслей экономики. Находиться в условиях конкурентной борьбы — значит прилагать все возможные усилия для достижения результатов. Однако зачастую вместо участия в честном состязании некоторые участники пытаются действовать не вполне честными способами — негативно отзываясь о конкурентах или пытаясь присоединиться к чужому успеху.

В борьбе за потребителя широко используется такой инструмент, как реклама. С течением времени реклама приобрела такое значение, что для правового регулирования рекламной деятельности понадобилось специальное законодательство, ведь иногда содержание рекламы может быть на грани допустимого.

Может ли реклама использоваться как средство получения преимущества на рынке недобросовестным путем? Безусловно. Одновременно здесь возникает и другой вопрос: законодательство о рекламе предусматривает специальные запреты, но как они соотносятся с законодательством о защите конкуренции?

Истоки коллизии

Что общего имеют нормы Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее — Закон о защите конкуренции) и Федерального закона от 13.03.2006 № 38-ФЗ «О рекламе» (далее — Закон о рекламе)? Во-первых, оба закона направлены на обеспечение эффективного функционирования товарных рынков. Во-вторых, контроль за соблюдением норм указанных законов осуществляется антимонопольными органами. А пересечение по рассматриваемому вопросу наблюдается в следующем.

В части 9 ст. 4 Закон о защите конкуренции дает определение недобросовестной конкуренции. Таковой являются любые действия хозяйствующих субъектов, которые направлены на получение преимуществ при осуществлении предпринимательской деятельности и которые при этом противоречат законодательству РФ, обычаям делового оборота, требованиям добропорядочности, разумности и справедливости и при этом причинили или могут причинить убытки другим хозяйствующим субъектам — конкурентам либо нанесли или могут нанести вред их деловой репутации. Примеры таких действий перечислены в ст. 14.1—14.7 Закона о защите конкуренции, причем перечень их, как следует из ст. 14.8, является открытым.

Примеры актов недобросовестной конкуренции:

  • распространение ложных, неточных или искаженных сведений, которые могут причинить убытки хозяйствующему субъекту либо нанести ущерб его деловой репутации;

  • введение в заблуждение в отношении характера, способа и места производства, потребительских свойств, качества и количества товара или в отношении его производителей;

  • некорректное сравнение хозяйствующим субъектом производимых или реализуемых им товаров с товарами, производимыми или реализуемыми другими субъектами, и др.

В постановлении от 17.02.2011 № 11 «О некоторых вопросах применения Особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» Пленум ВАС РФ указал, что при анализе того, является ли конкретное совершенное действие актом недобросовестной конкуренции, следует учитывать также положения ст. 10.bis Парижской конвенции по охране промышленной собственности (1883 г.), в силу которых недобросовестной конкуренцией считается всякий акт конкуренции, противоречащий честным обычаям в промышленных и торговых делах.

Кроме того, Закон о рекламе в ст. 5 предъявляет к рекламе общие требования: она должна быть добросовестной и достоверной, соответственно, недобросовестная реклама и недостоверная реклама не допускаются.

При этом недобросовестной признается реклама, которая:

1) содержит некорректные сравнения рекламируемого товара с находящимися в обороте товарами, которые произведены другими изготовителями или реализуются другими продавцами;

2) порочит честь, достоинство или деловую репутацию лица, в том числе конкурента;

3) представляет собой рекламу товара, реклама которого запрещена данным способом, в данное время или в данном месте, если она осуществляется под видом рекламы другого товара, товарный знак или знак обслуживания которого тождествен или сходен до степени смешения с товарным знаком или знаком обслуживания товара, в отношении рекламы которого установлены соответствующие требования и ограничения, а также под видом рекламы изготовителя или продавца такого товара;

4) является актом недобросовестной конкуренции в соответствии с антимонопольным законодательством.

Таким образом, реклама, которая содержит, к примеру, некорректное сравнение или вводит в заблуждение относительно потребительских свойств товара или его производителя, а также иные признаки, указанные в главе 2.1 Закона о защите конкуренции, являясь недобросовестной конкуренцией, одновременно считается и недобросовестной рекламой.

Ответственность за нарушение законодательства о рекламе предусмотрена в ст. 14.3 КоАП РФ, а за недобросовестную конкуренцию — в ст. 14.33 КоАП РФ. Ввиду специального указания в ст. 14.33 КоАП РФ нарушения законодательства о рекламе не подпадают под санкции, предусмотренные для недобросовестной конкуренции. Таким образом, законодатель предусмотрел специальный механизм для предотвращения двойного вменения.

Цитируем документ

При разграничении сферы применения названных статей КоАП РФ судам необходимо исходить из того, что если ложные, неточные или искаженные сведения, которые могут причинить убытки хозяйствующему субъекту либо нанести ущерб его деловой репутации, некорректное сравнение хозяйствующим субъектом производимых или реализуемых им товаров с товарами, производимыми или реализуемыми другими хозяйствующими субъектами, находящимися в состоянии конкуренции с указанным лицом, а также иная информация, распространение которой отвечает признакам недобросовестной конкуренции, содержатся в рекламе, то применяется административная ответственность, установленная ст. 14.3 КоАП РФ, а не ст. 14.33 КоАП РФ.

Пункт 7 постановления Пленума ВАС РФ от 08.10.2012 № 58 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами Федерального закона «О рекламе»»

Следовательно, при всем внешнем сходстве нарушений главный критерий для разграничения — способ распространения информации. Если действия, по своей сути и направленности составляющие акт недобросовестной конкуренции, выразились в распространении информации посредством рекламы, то и ответственность наступит за нарушение законодательства о рекламе.

Подобную позицию занимает и антимонопольное ведомство. ФАС России также отмечала (см. письмо от 25.06.2014 № АК/25319/14 «О соотношении норм Федерального закона «О рекламе» и статьи 14 Федерального закона «О защите конкуренции»»), что если информация, которая содержит не соответствующие действительности сведения, некорректное сравнение, вводит потребителей в заблуждение, распространяется не только в рекламе, но и иными способами при введении товара в оборот, то она подлежит оценке на предмет соответствия антимонопольному законодательству (в части недобросовестной конкуренции).

Тем не менее правоприменительные органы сталкиваются с трудностями при квалификации таких нарушений.

Разграничение «рекламных» и «конкурентных» нарушений

Рассмотрим примеры из практики, иллюстрирующие специфику данного разграничения, и неоднозначные подходы судов и антимонопольных органов в спорных ситуациях.

Распространение информации об акции, условия которой сам магазин не смог выполнить, признали недобросовестной конкуренцией (постановление ФАС Московского округа от 30.07.2014 № Ф05-8114/2014 по делу № А40-181396/13).

Магазин проводил акцию — реализовывал товар (шоколад) по сниженной цене. По телевидению транслировали соответствующий рекламный ролик, в котором был объявлен период проведения акции — с 21 ноября по 4 декабря. Однако выяснилось, что товар, предназначенный для реализации в рамках акции, в течение срока ее проведения был в магазине не всегда. Рекламный ролик же транслировался в том числе и после того, как шоколад уже закончился (согласно объяснениям продавца).

УФАС возбудило дело по ч. 1 ст. 14.33 КоАП РФ (ответственность за недобросовестную конкуренцию) и наложила на компанию-нарушителя административный штраф в размере 300 000 руб. Посчитав постановление антимонопольного органа незаконным, компания обратилась в суд.

Заявитель приводил следующие доводы, которые, однако, суды отклонили:

1. Нарушение следовало квалифицировать по ст. 14.3 КоАП РФ. Рассмотрев этот довод, суд кассационной инстанции указал, что нарушение законодательства о рекламе не исключает возможности привлечения к ответственности, в том числе за нарушение законодательства о конкуренции, так как в соответствии с ч. 1 ст. 4.4 КоАП РФ при совершении лицом двух и более административных правонарушений административное наказание назначается за каждое совершенное административное правонарушение. В данном случае факт нарушения заявителем законодательства о конкуренции установлен решением антимонопольного органа.

2. Материалами дела не доказано, что заявитель своими действиями повлиял на деятельность иных хозяйствующих субъектов. Здесь суд отметил, что рынок розничной реализации продуктов питания является конкурентным, приток определенной части потребителей в магазин, принадлежащий заявителю, способствует оттоку таких потребителей от магазинов продуктов питания других хозяйствующих субъектов — конкурентов, поэтому действия заявителя по получению преимущества в своей деятельности в виде незаконного привлечения клиентов путем распространения рекламы, не соответствующей действительности, являются недобросовестной конкуренцией, то есть нарушением ч. 1 ст. 14 Закона о защите конкуренции.

3. Нарушения не было, поскольку в рекламном ролике было предупреждение об ограниченной партии товара. Этот довод суд также не принял во внимание, отметив, что распространение рекламы продолжалось в том числе после окончания реализации рекламируемого товара на условиях проводимой акции.

Объяснение подобной квалификации можно найти в том, что нарушение было выявлено не антимонопольным органом, а органом прокуратуры. Анализ судебных актов показывает, что суды апелляционной и кассационной инстанций практически повторяют решение суда первой инстанции, не вдаваясь глубоко в оценку доводов заявителя.

Если одно и то же нарушение можно квалифицировать по разным нормам, антимонопольный орган может выбрать норму по своему усмотрению (постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 16.07.2014 № 09АП-25077/2014-АК по делу № А40-1673/14).

Компания — производитель моющих средств обратилась в антимонопольную службу с жалобой на компанию-конкурента. Дело в том, что в рекламном ролике средства для мытья посуды компании-конкурента (Х) содержалось утверждение: «Х — отталкивает жир сильнее! Х — лучшее средство по удалению жира в России!» Данное утверждение было основано на результатах собственных испытаний компании-производителя, в которых в качестве критерия выбран показатель скорости.

ФАС России посчитала сделанное в рекламе утверждение некорректным, отметив, что наряду с показателем скорости отмывания жира существует множество иных критериев, которые свидетельствуют о качестве отмывания и по которым рекламируемое средство не является лучшим на рынке. Рекламодателю было выдано предписание о прекращении нарушения законодательства о рекламе.

Компания-заявитель представила доказательства (результаты проведенных сторонними организациями экспериментов) в обоснование недостоверности приведенных в рекламе компании-конкурента сведений. Но ФАС России посчитала их недостаточными для признания рекламы, в которой использовано некорректное сравнение, еще и недостоверной. Расценив такие выводы антимонопольного органа как проявление бездействия, компания обратилась в суд.

Рассмотрев спор, суд указал, что ст. 14 и 49 Закона о защите конкуренции правоотношения, связанные с рассмотрением антимонопольным органом дел о нарушении законодательства о рекламе, не регламентируют. Суд отметил также, что то обстоятельство, что ФАС России обладает полномочиями по осуществлению контроля за соблюдением юридическими лицами законодательства о рекламе, о незаконности оспариваемого компанией-заявителем бездействия антимонопольного органа свидетельствовать не может.

Это дело демонстрирует имеющее место разграничение рассмотрения составов правонарушений, предусмотренных собственно антимонопольным законодательством, и «рекламных» правонарушений. Таким образом, необходимо учитывать, что обращение с заявлением об имевшем место со стороны нарушителя факте недобросовестной конкуренции после установления в отношении тех же действий факта нарушения рекламного законодательства может оказаться безрезультатным.

Реклама может представлять собой акт недобросовестной конкуренции, и вопрос квалификации в таком случае не является принципиальным (постановление ФАС Уральского округа от 19.02.2010 № Ф09-771/10-С1 по делу № А60-23496/2009-С9).

Страховая компания распространяла информационные листовки, в которых содержалась информация о необходимости своевременно обменять полисы обязательного медицинского страхования на полисы нового образца. При этом на обороте листовок был размещен бланк заявления с указанием на необходимость сменить страховщика с прежнего на распространившего листовки.

Решением УФАС страховая компания была привлечена к административной ответственности по ч. 1 ст. 14.33 КоАП РФ (ответственность за недобросовестную конкуренцию). Не согласившись с этим решением, компания обратилась в арбитражный суд.

Суды сошлись с антимонопольным органом во мнении относительно наличия в рассматриваемом случае признаков недобросовестной конкуренции, отклонив следующие доводы страховой компании:

1. Распространение информационных листовок осуществлялось для контроля объема, срока и качества медицинской помощи. Как пояснил суд, предусмотренные законом обязанности контролировать объем, сроки и качество медицинской помощи возникают у страховой медицинской организации в отношении не всех застрахованных граждан, а только застрахованных в данной страховой организации. При осуществлении информирования, контроля и защиты интересов страховая организация ограничена кругом своих клиентов (застрахованных), действуя в их интересах. Кроме того, свои обязанности хозяйствующий субъект должен исполнять, не нарушая права и интересы других лиц, в соответствии с нормами законодательства, не допускающими недобросовестную конкуренцию.

2. Материалами дела не доказано, что результатом распространения листовок стал «многочисленный обмен полисов». Отклоняя этот довод, суд отметил, что доказывание «многочисленных обменов полисов» в данном случае является необязательным и не влияет на законность оспариваемого решения антимонопольного органа, поскольку обмен полисов является последствием нарушения ч. 1 ст. 14 Закона о защите конкуренции.

3. Распространяемые листовки являются рекламой, направленной на привлечение внимания к услугам страховой компании. Суд разъяснил, что реклама также может являться актом недобросовестной конкуренции. При таком соотношении норм Закона о рекламе и Закона о защите конкуренции вопрос о квалификации в настоящем деле спорных листовок как рекламы или нерекламной информации не является, по мнению суда, принципиальным, так как информация (рекламная и нерекламная) может являться актом недобросовестной конкуренции (п. 9 ст. 4, ч. 1 ст. 14 Закона о защите конкуренции, п. 4 ч. 2 ст. 5 Закона о рекламе).

В данном случае действия организации можно было бы квалифицировать в соответствии со ст. 14.3 КоАП РФ, поскольку распространение листовок осуществлялось в качестве рекламы.

Настройки поисковика, позволяющие пользователям видеть информацию об одной компании и ограничивающие информацию о другой, признаются недобросовестной конкуренцией (постановление УФАС по г. Москве от 17.02.2014 по делу № 4-14.33-114/77-14).

Компания «Деливери Клаб» запустила в интернете рекламную кампанию с текстом «Целая империя пиццы! Доставка; Пицца, суши, бургеры; Пицца, суши, бургеры и многое другое с доставкой на одном сайте; delivery-club.ru». Компания-конкурент с наименованием «Империя пиццы» посчитала, что этим были нарушены ее исключительные права на товарный знак «Империя пиццы» и законодательство о защите конкуренции.

Антимонопольный орган установил, что словосочетание «империя пиццы» не является единственным элементом спорного рекламного объявления и не обладает в нем самостоятельностью, поскольку более сильным элементом было словосочетание «целая империя», направленное на отражение широты ассортимента. Поэтому недобросовестного использования товарного знака конкурента здесь не было.

Но вместе с тем было выявлено, что соответствующее рекламное объявление отображается при вводе пользователем поисковой системы «Яндекс» следующих поисковых запросов: «imperia pizza», «imperiapizza», «империя пиццы москва», «империя пиццы на дом», «империя пиццы», «империяпиццы», «my pizza imperia», «mypizza», «mypizza ru» (данный факт был подтвержден компанией «Яндекс»). То есть ввод этих запросов во всех случаях приводил к показу рекламного объявления, привлекавшего внимание пользователей к услугам именно «Деливери Клаб», являющегося конкурентом заявителя на рынке обработки заказов продуктов питания.

УФАС посчитало, что компания целенаправленно использовала известность спорных словесных элементов для привлечения потребителей, желающих воспользоваться сходными услугами, и усмотрело в ее действиях признаки недобросовестной конкуренции.

Это дело иллюстрирует специфику недобросовестной конкуренции при использовании поисковой (контекстной) рекламы. В ситуации, когда пользователь ищет определенного производителя или товары, а текст рекламного объявления, отображаемого при поиске, не позволяет должным образом определить, что на рекламируемом сайте вместо искомой продукции будет представлена продукция конкурента, явно имеются признаки недобросовестной конкуренции.

Некорректное сравнение в рекламе себя с конкурентами может повлечь для рекламодателя ответственность за нарушение законодательства о рекламе (постановление ФАС Северо-Западного округа от 08.08.2013 по делу № А66-7255/2012).

Одна компания, рекламируя автомобили Opel, разместила рекламную конструкцию, содержащую надпись: «ASTRA и никаких FOКУСОВ». Решением регионального УФАС компания была признана нарушившей требования п. 1 и 4 ч. 2 ст. 5 Закона о рекламе. Не согласившись с решением УФАС, компания обратилась с заявлением в суд, отметив, что слово «Fокус» употреблено в рекламе в значении «искусный», «трюк», «номер», «чудеса», а не в значении модели автомобиля марки «Форд».

Суд первой инстанции, отказывая заявителю, обратил внимание, что щит, на котором была размещена спорная реклама, находится в непосредственной близости (на расстоянии 200—300 м) от салона, реализующего автомобили производства «Форд». В то же время автосалон, занимаемый компанией, рекламирующей автомобили Opel, находится в другой части города. При просмотре рекламы у потребителя объективно возникает ассоциация, связанная со сравнением автомобилей моделей «Астра» и «Фокус», которая акцентирует превосходство автомобилей «Опель Астра».

Антимонопольный орган и суды усмотрели в действиях компании некорректное сравнение марок автомобилей. С учетом того, что данное сравнение осуществлялось в рекламе, административная ответственность наступила именно за нарушение законодательства о рекламе.

***

Таким образом, несмотря на указания, содержащиеся в ст. 14.33 КоАП РФ, а также последующие разъяснения Пленума ВАС РФ, антимонопольные органы и суды не всегда успешно разрешают сложившуюся коллизию. Отчасти это вызвано несовершенством юридической техники, которое дает основания для неоднозначного толкования норм закона.

Помнить об этих особенностях важно как для тех компаний, которые ищут защиту от недобросовестных происков конкурентов, так и для тех, чей способ ведения дел предполагает довольно агрессивные методы рекламы, сопряженные с риском задеть интересы других участников рынка.

Понятие недобросовестной конкуренции

Определение недобросовестной конкуренции дается в п. 9 ст. 4 закона «О защите конкуренции» от 26.07.2006 № 135-ФЗ (далее — закон № 135-ФЗ). Это недобросовестные действия, совершаемые экономическими субъектами для получения ими каких-либо преимуществ на рынке.

Закон № 135-ФЗ прямо запрещает совершать подобные действия.

Пример! Размещение информации о товаре в интернете при его продаже с неправомерным использованием товарных знаков может квалифицироваться как недобросовестная конкуренция при наличии совокупности условий, перечисленных в п. 9 ст. 4 закона № 135-ФЗ (п. 10 Обзора Президиума ВС РФ от 16.03.2016).

Такие условия — это, например:

  • противоречие закону, справедливости, деловым обычаям, добросовестности, разумности;
  • причинение убытков либо ущерба репутации, в том числе в перспективе (возможно).

Статьи главы 2.1 закона о недобросовестной конкуренции налагают запрет на конкретные действия, которые могут совершать недобросовестные конкуренты, то есть на определенные формы недобросовестной конкуренции.

Более полную информацию по теме вы можете найти в КонсультантПлюс.
Полный и бесплатный доступ к системе на 2 дня.

Виды недобросовестной конкуренции

Что касается видов недобросовестной конкуренции, то это понятие зачастую используется как синоним понятия «формы недобросовестной конкуренции». То, в чем недобросовестная конкуренция выражается, есть ее формы, а как она проявляется — методы.

Согласно главе 2.1 закона № 135-ФЗ недобросовестная конкуренция выражается (проявляется):

  • в дискредитации конкурентов;
  • введении потребителей в заблуждение в отношении качества товара ит. п.;
  • некорректных сравнениях;
  • незаконном использовании интеллектуальной собственности;
  • смешении с деятельностью конкурентов;
  • незаконном получении или разглашении коммерческой тайны ит. д.

Приведенный в законе список форм (методов) не исчерпывающий. Список запрещенных форм конкуренции, которые признаются недобросовестными, содержит специальное законодательство (например, ст. 20 закона «О подготовке и проведении в Российской Федерации чемпионата мира по футболу ФИФА 2018 года…» от 07.06.2013 № 108-ФЗ).

Что не относится к недобросовестной конкуренции: примеры

Признание некоторых видов конкуренции недобросовестными тесно связано с другими институтами гражданского права – вопросами исключительных прав, причинения вреда деловой репутации. В таких случаях недоказанность нарушения прав в рамках конкретного института сама по себе означает, что действия не являются недобросовестной конкуренцией.

Рассмотрим примеры:

  • Если использование товарного знака и сайтов с доменными именами происходит на законных основаниях, то размещение на них информации о товарах с товарным знаком, обладающим сходным сочетанием слов, неможет являться актом недобросовестной конкуренции. Нарушение будет при отсутствии каких-либо прав на используемое им обозначение (постановление 15-го ААС от 27.06.2018 № 15АП-8119/18).
  • В случае копирования товарного знака нового товара с товара, уже находящегося в обороте, вывод о сходстве делается на основе восприятия не отдельных элементов, а знака в целом (постановление президиума ВАС РФ от 07.2006 №2979/06).

Например, решение суда по интеллектуальным правам от 27.02.2015 по делу № СИП-951/2014: суд отказал в удовлетворении исковых требований, поскольку как одно из оснований для отказа слово «престижитатор» не содержит в себе полного фонетического вхождения слова «престиж». Это 2 разных слова и по смыслу, и по строению, и по произношению; смешения товарных знаков не происходит.

  • В случае дискредитации (иначе— распространения ложных, неточных или искаженных сведений, наносящих вред деловой репутации конкурента), согласно постановлению пленума Верховного суда РФ «О судебной практике…» от 02.2005 № 3, следует различать факты, которые можно проверить, и оценочные суждения (мнение) автора публикации, которые предметом судебной защиты не являются.

Например, мнение журналиста, написавшего статью с негативной оценкой (критикой, перечислением недостатков) деятельности какого-либо хозяйствующего субъекта, может считаться выражением субъективного мнения автора. При этом оценочные суждения автора публикации на достоверность не проверяются и не расцениваются как порочащие честь и достоинство «оскорбленного» (апелляционное определение Ставропольского краевого суда от 13.01.2016 по делу № 33-601/2016).

***

Таким образом, грань между запрещенными и допустимыми действиями конкурентов довольно тонка, однако судебная практика по некоторым видам споров о недобросовестной конкуренции уже сложилась.

Ключевым моментом в недобросовестной конкуренции является неправомерность (незаконность) совершения организациями и предпринимателями действий, направленных на получение преимуществ и приводящих к убыткам конкурентов.

В главе 2.1 закона № 135-ФЗ дается перечень методов (форм) недобросовестной конкуренции, на которые накладывается запрет. Перечень этот открытый.

Городов О. А.
Additional contact information
Городов О. А.: Санкт Петербургский государственный университет

Современная конкуренция, 2009, issue 6, 15-25

Abstract: Недобросовестная конкуренция традиционно рассматривается как постоянный спутник свободной конкуренции, которая, в свою очередь, выступает в качестве одного из клю- чевых условий, обеспечивающих гармонию спроса и предложения на рынке товаров и услуг. Наличие свободной конкуренции на рынке, характерное для развитых систем эко- номических отношений, предполагает равенство условий хозяйствования для участников этих отношений, которое без надлежащего государственного воздействия не может быть достигнуто. Одной из форм такого воздействия выступает специально конструируемый институт недобросовестной конкуренции, призванный защитить участников гражданского оборота1, в том числе потребителей товаров, работ и услуг, от действий хозяйствующих субъектов, направленных на получение последними определенных преимуществ. В статье автор ставит цель — проанализировать и критически оценить модель недобросовестной конкуренции, принятую российским законодателем, на современном этапе развития гражданского оборота.

Keywords: антимонопольное законодательство; Недобросовестная конкуренция; свободная конкуренция; не- справедливая конкуренция; характеристики недобросовестной конкуренции; ограничения конкуренции; Хозяйствующий субъект; имущественная сфера (search for similar items in EconPapers)
Date: 2009
References: Add references at CitEc
Citations: Track citations by RSS feed

Downloads: (external link)
http://cyberleninka.ru/article/n/ponyatie-i-obscha … vestnoy-konkurentsii

Related works:
This item may be available elsewhere in EconPapers: Search for items with the same title.

Export reference: BibTeX RIS (EndNote, ProCite, RefMan) HTML/Text

Записи созданы 8132

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Похожие записи

Начните вводить, то что вы ищите выше и нажмите кнопку Enter для поиска. Нажмите кнопку ESC для отмены.

Вернуться наверх